Дневник Хогвартса

Я стояла перед дверью, собираясь с духом. Мне нужно было войти и вести себя спокойно. Просто обычный вечер. Просто работа. Когда я постучала, дверь открылась… и передо мной оказалась Минерва. Я замерла. Моё сердце сразу забилось сильнее. Я ожидала увидеть Макса, но нет — она стояла там, глядя на меня с лёгким удивлением. — О, — сказала она, поднимая бровь. — Ты не знала? Макс уехал на рыбалку в деревню. Я почувствовала, как внутри всё перевернулось. Макс… нарочно меня не предупредил? Он оставил меня одну с Минервой? Я не могла поверить в это. — Нет, — наконец ответила я, стараясь держать голос ровным. Минерва чуть улыбнулась, отступая в сторону. — В любом случае, заходи. Я как раз готовлю лазанью. Я медленно вошла внутрь. Воздух был наполнен ароматами сыра, томатов и свежих трав. Это был уютный, домашний запах. Совсем не то, что я представляла, когда думала о строгой профессорше Макгонагалл. Она казалась спокойной, как будто всё шло именно так, как должно было. А я? Я не знала, как мне себя вести. Я осталась наедине с Минервой Макгонагалл. И мне казалось, что это испытание, к которому я совершенно не готова. Я села за кухонный стол, наблюдая, как Минерва уверенно двигалась по кухне. Она нарезала зелень, помешивала соус — делала всё так спокойно и размеренно, что казалось, будто именно здесь ей и место, а не в директорском кабинете Хогвартса. Я не знала, что сказать. Атмосфера была слишком… домашней. Слишком уютной. Слишком опасной для моего сердца. — Ты любишь лазанью? — вдруг спросила она, бросив на меня короткий взгляд. Я сглотнула, пытаясь собраться. — Да… Конечно, люблю. Она слегка кивнула и улыбнулась уголком губ. — Хорошо. Надеюсь, тебе понравится. Макс всегда говорит, что моя лазанья лучшая, хотя, возможно, он просто вежливый сын. Я невольно улыбнулась. — Думаю, он искренен. Пахнет потрясающе. Минерва поставила блюдо в духовку, вытерла руки полотенцем и обернулась ко мне. — Как работа? Нравится? Я кивнула, радуясь, что разговор сместился на нейтральную тему. — Да, только в начале пути. Но мне нравится. Особенно расследования. Люблю докапываться до сути вещей. Минерва чуть наклонила голову, внимательно посмотрев на меня. — Это хорошее качество. В Хогвартсе у тебя был… пытливый ум. Она помнила меня? — Вы меня помните? — мой голос звучал тише, чем я хотела. Она улыбнулась чуть шире. — Конечно. Я редко забываю людей, особенно тех, кто проявляет любопытство и жажду знаний. В этот момент я поняла: мне грозит опасность. Её голос, её взгляд, её присутствие — всё это угрожало моей способности мыслить здраво. Минерва села напротив меня, сложив руки на столе. Её взгляд был внимательным, проницательным. Я почувствовала, как внутри всё напряглось — она собиралась задать какой-то важный вопрос. — Вы с Максом давно знакомы? — спросила она, чуть склонив голову набок. — Да, уже несколько лет, — ответила я, стараясь говорить непринуждённо. Она чуть улыбнулась. — Он много о тебе рассказывал. Думаю, ты ему очень дорога. Я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Конечно, она заметила. Конечно, она понимает, что Макс испытывает ко мне чувства. — Он мой хороший друг, — сказала я твёрдо. — Мы просто друзья. Минерва внимательно посмотрела на меня, словно пытаясь понять, насколько правдивы мои слова. — Друзья, значит? — мягко переспросила она. — Забавно, мне казалось, что вы могли бы подойти друг другу. Я постаралась сохранить спокойствие, хотя сердце забилось сильнее. — Нет, между нами никогда не было… этого, — осторожно подбирала слова. — Я очень ценю его, но не так. Минерва задумчиво кивнула, потом отвела взгляд, будто обдумывая что-то. — Что ж, в любом случае, Макс очень заботится о тебе. Это видно. Я ничего не ответила, просто кивнула. Как же странно было сидеть вот так, с женщиной, к которой я испытываю столько чувств, и обсуждать её сына. Её сын любит меня, а я… Я люблю её. — Ты смотришь на меня иначе, чем на него, — сказала она вдруг, и в её голосе не было осуждения, только чистое наблюдение. Я замерла. — Простите?.. Минерва чуть склонила голову, её губы изогнулись в едва заметной улыбке. — Поэтому я спросила про Макса. Потому что твой взгляд… — она сделала паузу, изучая мою реакцию. — Он другой. Я чувствовала, как сердце стучит слишком быстро. Её слова… они прозвучали так уверенно, так спокойно, будто она всё поняла ещё до того, как я успела это осознать. Я опустила взгляд в чашку, будто там был ответ. — Я… просто уважаю вас, — сказала я, пытаясь говорить ровно. Я чувствовала, как меня бросает то в жар, то в холод. Минерва смотрела на меня с тем самым взглядом, от которого невозможно было спрятаться. — Уважение, — тихо произнесла она, постукивая пальцами по краю чашки, — я знаю, как оно выглядит. Я вижу его в глазах студентов, в коллегах, в тех, кто действительно ценит знания, мудрость, опыт. Она сделала короткую паузу, не отводя от меня взгляда. — Но в твоих глазах… — её голос стал мягче, но от этого только напряжённее, — это что-то другое. Я сглотнула, не зная, как реагировать. Она знала. Конечно, знала. Она всегда всё замечала, ещё в Хогвартсе. Я попыталась собраться, но её проницательность просто выбила почву из-под ног. — Простите, если… — я запнулась. — Если я произвожу неверное впечатление. Она чуть склонила голову набок, уголки её губ дрогнули в едва заметной улыбке. — Неверное? — мягко переспросила она. Я отвела взгляд, ощущая, как горят щёки. — Возможно… я просто слишком уважаю вас, — пробормотала я, прекрасно понимая, как жалко это звучит. Минерва не ответила сразу. Я слышала, как она делает неспешный вдох, как будто обдумывает слова. — Если это уважение, — наконец произнесла она, — то оно… очень необычное. Я чувствовала, как сердце гулко стучит в груди. — Я знаю, что ты полукровка, — вдруг произнесла Минерва. Моё сердце сжалось. Я подняла на неё взгляд, не веря своим ушам. — Дамблдор рассказал мне всё, — продолжила она, делая шаг ближе. Я не могла дышать. Она была так близко, слишком близко. Её синие глаза смотрели прямо в мои, и я не могла отвести взгляд, как бы ни старалась. Тесно. Воздуха не хватало. Казалось, что стены сжимаются, что пол уходит из-под ног. — Почему… — мой голос прозвучал хрипло. — Почему вы мне это говорите? — Потому что ты должна знать, кто ты, — её голос был низким, почти ласковым. — И потому что… — она сделала короткую паузу, — ты смотришь на меня так, будто это имеет для тебя значение. Я не знала, что ответить. Господи, если бы она только знала, что для меня действительно имеет значение. Между нами оставались считаные сантиметры. Я чувствовала её тепло, её запах. Всё внутри дрожало. И в этот момент раздался резкий звонок в дверь. Дверь хлопнула, и в гостиной появился Макс, сияя, как будто всё шло именно так, как он задумал. — Добрый вечер, дамы, — сказал он с ухмылкой, явно чувствуя себя хозяином положения. Я бросила на него быстрый взгляд, надеясь, что он не заметит, как дрожат мои руки. Но, зная Макса, он наверняка заметил всё. Минерва посмотрела на него с лёгким укором. — Ты говорил, что вернёшься поздно, — напомнила она. — Передумал, — пожал плечами Макс, даже не скрывая довольного выражения лица. Я сжала пальцы в кулак. Он всё подстроил. Эту встречу, этот ужин, этот момент, когда мы остались вдвоём. И теперь смотрел на меня с таким видом, будто ожидал отчёта. — Ну что, вкусная лазанья? — спросил он, заглядывая в тарелки. Я не ответила. Я всё ещё пыталась прийти в себя после того, что произошло несколько минут назад. Минерва, кажется, что-то почувствовала, потому что её взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно. Макс же, ничуть не смущаясь, плюхнулся на стул и потянулся за бокалом воды. — Что-то я чувствую, будто прервал важный разговор, — протянул он с лукавой улыбкой. Я резко посмотрела на него. Он знал. Конечно, знал. И теперь мне нужно было решить, как реагировать. —— Дома я первым делом умылась, пытаясь смыть с себя всю эту бурю эмоций. Ледяная вода хоть немного привела меня в чувство, но в голове всё равно звучали её слова. “Ты говорил, что вернёшься поздно.” Почему Минерва сказала это так… грубо? Я легла в постель, глядя в потолок. Значит, она не ждала его так рано. Более того, не хотела, чтобы он пришёл? Это ведь означало… Я резко перевернулась на бок, прижимая ладони к лицу. Не смей, не смей думать, что это могло быть из-за тебя! Но этот голос сомнения внутри… А что, если она действительно не хотела, чтобы он нас прерывал? Я только начала проваливаться в сон, когда телефон завибрировал. Макс. “Ну как тебе вечер? Наслаждалась обществом моей мамы?” Я села в постели, затаив дыхание. Следующее сообщение пришло почти сразу. “Ты же понимаешь, что я специально оставил вас наедине?” Чёрт. Я сжала телефон в руке. Он всё знал. Я резко встала с кровати и начала нервно ходить по комнате. Что он этим добивается? Почему он так спокойно об этом пишет? Я набрала ответ. “Ты специально меня подставил?” Макс ответил мгновенно. “Я дал тебе возможность.” Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Возможность? Что он вообще имеет в виду? Я ничего не ответила Максу. Просто выключила телефон, натянула одеяло и наконец заснула. Но на утро всё навалилось с новой силой. Как только я собралась с мыслями, сразу написала Гермионе. Изложила ей всё от начала до конца: и про то, как Макс всё подстроил, и про то, как Минерва на меня смотрела, и про её слова. Ответ пришёл быстро. “ЧТО?! Минерва Макгонагалл – его мать? Но в архивах нет информации, что у неё есть сын!” Я замерла, перечитывая сообщение снова и снова. Как это — нет информации? “Ты уверена?” — быстро напечатала я. “Абсолютно. Я проверила министерские записи и даже старые школьные списки. У Минервы Макгонагалл официально никогда не было детей.” Я почувствовала, как у меня холодеют пальцы. Что за чёрт происходит? Я сжала телефон в руке. Может, Минерва скрыла информацию? Но зачем? Что она скрывает? Я вспомнила, как странно они оба себя вели. Какой сын вообще подстраивает свидание собственной матери? Я закрыла глаза и провела рукой по лицу. Что-то тут не так. Я снова написала Гермионе: “А можешь проверить не только Министерские архивы, но и, например, старые газеты, упоминания в «Пророке»? Может, хоть где-то всплывало, что у Минервы есть ребёнок?” Она ответила спустя полчаса. “Я уже проверяю. Пока ничего.” Ничего. Я сжала зубы. Я не собиралась останавливаться. Если официальных данных нет, значит, остаётся другой путь – спросить у самой Минервы. Или… у Макса. Проблема в том, что я не знала, кому из них верить. Мне нужно быть ближе. Макс явно что-то скрывает, но если я начну его расспрашивать, он насторожится. А Минерва… Я закрыла глаза, вспоминая, как она смотрела на меня. Нет, она точно не просто учтиво беседовала с подругой сына. Там было что-то ещё. Я сделала глубокий вдох. Надо продумать план. Во-первых, чаще бывать у Макса. Он сам предлагал приходить, пока его мать здесь. Отлично. Во-вторых, внимательно следить за их взаимодействием. Как они разговаривают, как ведут себя друг с другом. И в-третьих… Я должна найти способ остаться с Минервой наедине. Если кто-то и может мне рассказать правду, так это она. ____ Я постучала в дверь, и спустя несколько секунд её открыла Минерва. Она вздрогнула, явно не ожидая меня так рано. — Ты… уже здесь? — её голос был ровным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на замешательство. Я кивнула и сделала шаг внутрь, но тут же заметила странную деталь. На её правой руке был синяк. Я не успела сдержать взгляд, и Минерва тут же убрала руку за спину. — Макс ещё спит, — быстро сказала она, словно надеясь отвлечь меня. Но я уже сосредоточилась на другом. — Всё в порядке? — тихо спросила я, глядя ей в глаза. Минерва чуть заметно напряглась, а потом отвела взгляд. — Конечно. Просто… неудачно ударилась. Я молча кивнула, но внутри у меня всё сжалось. Она солгала. Я собиралась развернуться и уйти, но Минерва остановила меня: — Входи. Макс будет недоволен, если узнает, что ты даже не зашла. Я замерла. Это был тон не просьбы, а твёрдого настояния. Я встретилась с её взглядом, пытаясь понять, что скрывается за этими словами. Она действительно просто не хотела раздражать Макса? Или… ей самой было важно, чтобы я осталась? Я медленно шагнула внутрь. — Хорошо, — сказала я, — но только ненадолго. Минерва кивнула и закрыла за мной дверь. Что-то было не так. Я чувствовала это каждой клеткой. Я не могла больше молчать. — Минерва, что с тобой? — спросила я, не сдержавшись. — Откуда эти синяки? Она замерла, и её лицо на мгновение стало каменным. Минерва быстро спрятала руку под стол, как будто стараясь скрыть следы. — Это… не твоё дело, — её голос стал жестким, но она явно нервничала. Я почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Это не был обычный случай травм. Это было что-то большее. Я сделала шаг к ней. — Минерва, я… я хочу помочь, если ты что-то скрываешь. Она посмотрела на меня, и на мгновение я увидела в её глазах какую-то слабость, которую она быстро скрыла. Когда Минерва подошла ко мне и шепотом произнесла: — Остановись. Перестань искать информацию обо мне в архивах… — я почувствовала, как холодная волна пробежала по моему телу. Её голос был низким и напряжённым, а её дыхание буквально касалось моей кожи. Я встала в нерешительности, не зная, как реагировать на эти слова. — Почему? — я тихо спросила, почти не веря своим ушам. — Что ты скрываешь? Минерва резко отстранилась, и её лицо приобрело строгое выражение. — Ты слишком далеко зашла, — сказала она, её глаза казались холодными и отстранёнными. Я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее. Всё, что я видела до этого, указывало на то, что она что-то скрывает, что-то важное и опасное. Но сейчас она явно пыталась меня запугать. Минерва на мгновение взглянула мне в глаза, и я уловила в её взгляде что-то, что было нечто большее, чем просто раздражение. Это было что-то, как будто она сама боялась того, что могла бы мне рассказать. Я стояла в полной тишине, пытаясь осмыслить всё, что только что произошло. Минерва, которая была так настойчива в своих попытках закрыть тему, и её неожиданное поведение — всё это теперь стало частью мозаики, которую я не могла сложить. Но то, что случилось дальше, перевернуло всё с ног на голову. Неожиданно, из соседней комнаты, я услышала голос Макса. — Минерва! — произнёс он, его тон был требовательным, а не материнским. Я замерла. Это был не тот голос, который я привыкла слышать от Макса, когда он говорил о своей «маме». Он назвал её именем. Просто «Минерва». Я не могла поверить своим ушам. Как? Почему? Почему он называет её именем, а не мамой? Я почувствовала, как меня охватывает паника. Это всё казалось невозможным. Все эти странности, которые я пыталась игнорировать, теперь начали складываться в невообразимую картину. Минерва, заметив моё замешательство, быстро вернулась в комнату. Её взгляд был напряжённым, но что-то в его глубине выдавало страх. — Ты ничего не слышала, — сказала она, её голос был холодным и жестким. Но я знала, что я не могу поверить ей. Макс, видимо, не знал, что я здесь. И это меня ещё больше пугает. Я не могла остаться без ответа. — Минерва… Почему он назвал тебя так? Ты не мама ему? Она долго молчала, не зная, что сказать. Но когда наконец ответила, её голос был совершенно другим. — Не всё так, как ты думаешь. — Минерва вздохнула и поднесла руку ко лбу. — Ты не готова к этому. Но я чувствовала, что я должна узнать правду. Всё, что мне говорили, всё, что я видела, указывало на то, что между ними с Максом что-то большее, чем просто мать и сын. И мне нужно было разобраться в этом, даже если это означало раскрытие тёмных секретов, которые Минерва так отчаянно пыталась скрыть. —— Моё сердце колотилось в груди, когда я произнесла слова, которые, казалось, ещё несколько мгновений назад были невозможны. Я сказала Минерве, что я якобы не была здесь, что я ничего не слышала, что она не говорила Максу ничего. Я пыталась контролировать свои эмоции, но каждое слово давалось мне с трудом. Словно в какой-то забывчивости, я подняла руку и поцеловала её в знак прощания, почти не осознавая, что делаю. Я вышла, не оглянувшись. Шаги мои были быстрыми, а мозг был в полном смятении. Всё происходило так быстро, и мне не удавалось понять, что же именно мне теперь делать. И, несмотря на то, что я пыталась убедить себя, что это не моё дело, я не могла остановиться.