Дотторе?

Панталоне, помимо своих обязанностей Девятого Предвестника Фатуи, давно и серьезно увлекался психологией. Он находил особое удовлетворение в помощи людям, умел выслушать, понять и дать совет. В отличие от него, Дотторе, Второй Предвестник, в последнее время стал пугающе отстраненным и, если говорить прямо, откровенно странным. Его сторонились даже закаленные в боях товарищи. Причиной тому было его непредсказуемое, порой пугающее поведение. Да, Дотторе никогда не отличался уравновешенностью, но сейчас его эксцентричность перешла все границы. Он вел бессвязные разговоры с невидимым собеседником, взгляд его был пустым и затуманенным, на теле появлялись необъяснимые синяки и следы от чьих-то рук, а бледная кожа стала еще более болезненного оттенка. Пьеро, обеспокоенный состоянием своего подчиненного, принял решение направить его на сеанс к Панталоне, чьи познания в психологии были хорошо известны. В кабинете Панталоне царила тишина, нарушаемая лишь тихим скрипом пера по бумаге. Темные волосы Девятого рассыпались по плечам, он внимательно наблюдал за Дотторе, который сидел молча, погруженный в свои мысли. — Ну, Доктор, что же вас так беспокоит? — мягко поинтересовался Панталоне, его голос был спокоен и располагал к доверию. — Тень… она постоянно меня преследует, — тихо прохрипел Дотторе, его голос был хриплым и слабым. — Постоянное ощущение чужих рук на коже, пронизывающий холод, из-за которого невозможно спать. И этот непрекращающийся шум… — Можете описать ее внешность? — Панталоне чуть подался вперед, стараясь не спугнуть Дотторе. — Высокая, человекоподобная фигура. На ней деловой костюм, забрызганный кровью. Тело… искаженное, с торчащими костями. Темное лицо с… слюнявой пастью. И красные глаза, которые смотрят прямо в душу. — Хорошо, — Панталоне аккуратно взял фарфоровую чашку с ароматным чаем и сделал несколько глотков, давая Дотторе время собраться с мыслями. — Скажите, Доктор, «оно» сейчас здесь, с нами в комнате? Взгляд Дотторе быстро метнулся по кабинету, словно он пытался что-то найти. — Да, — наконец произнес он, указывая на темный угол комнаты. — Он стоит там. Панталоне перевел взгляд в указанном направлении. Его лицо оставалось непроницаемым, ни одна эмоция не отразилась на его безупречных чертах. Угол, на который указывал Дотторе, был пуст. — Это… так называемый воображаемый друг, — спокойно констатировал Панталоне. — Я пропишу вам сильные препараты, они должны помочь. Аккуратным движением Панталоне поправил очки на переносице, затем взял перьевую ручку и начал быстро писать что-то на листе бумаги. Закончив, он сложил лист и протянул его Дотторе с легкой улыбкой. — До встречи, дорогой Доктор. Дотторе встал, взял бумагу и вышел, тихо закрыв за собой дверь. Развернув листок, он начал читать написанное Панталоне. Кровь застыла в его жилах. На бумаге была всего одна фраза, написанная аккуратным почерком Панталоне: "Я тоже его вижу."