Я вижу тебя

      Водные блики отражаются в твоей радужке, становясь самим морем, бездонным, темным, пугающим, но таким манящим. Почему я не могу в них окунуться? Я готов утонуть в них. Я готов утонуть, погрязнуть в тебе без возврата. Твой аромат наполняет меня, я задыхаюсь от него, но и без него мне ужасающе плохо. Десять лет я лелеял надежду, что вновь увижу тебя, коснусь, услышу твой сладкий, словно мед, голос, что отдается вибрацией в груди. Ночами грезил от твоих мягких прикосновениях, о страстных поцелуях, о таком контрастном теле в моих объятиях. Представлял и проигрывал реплики нашей встречи. Думал, что сказать, чтобы произвести впечатление, привязать к себе и воспоминаниям, чтобы ты никуда больше не ушел, чтобы остался со мной, чтобы вновь полюбил. Да... Я знал о твоих чувствах. Ты и не пытался их скрывать, показывая действиями и смущенными взглядами. А твои красные ушки. Всегда хотелось укусить их. Не сильно, но ощутимо. Пометить, показать, кому принадлежишь, что я заявляю на тебя права. Эх, знал бы я такое раньше, давно бы осознанно ухаживал за тобой. Но нам было всего лишь 12 лет, какая осознанность, когда наш вторичный пол еще только начал формироваться. Я упрекал себя, что так легко тебя отпустил, что поверил словам о скорейшем возвращении. А потом винил тебя во лжи, истязал подушки в гневе, вспоминая твою широкую улыбку и машущую на прощание ладонь в тот день. Неделя, месяц, год. Я ждал. Ждал, как верный пес, спрашивал родителей, когда вы вернетесь, но они не отвечали, отворачивались от меня и говорили, что сами ничего не знали. После первого года пошла ненависть и мое становление альфой. Первый гон, в который я несколько дней бегал по лесу, а потом отлеживался на твоей кровати, вдыхая уже остывшие простыни, пытаясь уловить хотя бы ноту такого необходимого аромата. Мне сносило голову от недостатка тебя, папа за меня боялся, что я могу озвереть с концами, но отец его успокаивал. Похоже, он понимал, что со мной происходило, и не лез, чтобы не получить самому. Оголодавший волк без своего омеги сходит с ума, а в период гона вообще с катушек слетает. Несколько раз я порывался найти тебя, выбегал из леса в сторону ближайшего города, но альфы, которые патрулировали лес, меня всегда догоняли и за шкирку тащили домой. Я изнывался в тоске, меня буквально ломало от пустоты внутри, от пустоты вокруг. Где ты, что с тобой, почему не приезжаешь. Я изнывал по тебе, выл ночи напролет на луну, требуя ответа и получая в ответ глухое молчание. Ты не представляешь, как много мне пришлось пережить, как сильно мне было плохо, моему волку было плохо без тебя, как я скреб себе горло и вырывал волосы, чтобы не свихнуться окончательно. Я так хотел тебя, я желал тебя.       И вот он ты, сейчас сидишь рядом со мной на камне, покрытом мхом, и смотришь на черноту в небе, что-то рассказывая про созвездия, которые рассыпались яркими бликами в твоих глазах. Ты вновь улыбаешься, но не так широко, как раньше, а, скорее, нежно, тепло, будто самому себе говоря, что все хорошо, что все закончилось и встало на свои места. Ты опираешься на расставленные за спиной руки, теребя пальцем влажный мох. Наклонил голову в мою сторону, открывая лицо лунному свету, что так красиво падает на тебя, освещая спокойно вздымающуюся грудь под легкой футболкой, которая немного спадает с правого плеча и часто манит посмотреть на голую кожу. Ты прекрасен. Ты смотришь на ночное небо и на его отражение в озере перед нами. А я смотрю на тебя. И не могу напиться этим временем приятной тишины. Кажется, я уже не слышу, что ты говоришь. Я просто смотрю на тебя и понимаю, что не зря держался эти десять лет, не зря заставлял рассуждать и мыслить здраво, не зря гонял себя за работой, чтобы хоть как-то отвлечься от тоски по тебе. Я счастлив тому, что ты вернулся в деревню. В мою жизнь. Ко мне. И я сделаю все, чтобы стать не просто друзьями детства, а полноценной парой. Я стану твоим альфой, а ты будешь моим омегой. Я буду твоей опорой и защитой, а ты мой поддержкой, моим домом и тихой гаванью, где я смогу не прятаться, не притворяться сильным и грозным.

Я люблю тебя, моя луна

- Чон, ты слышал, что я сказал? - А?.. - Чонгук промаргивается и смотрит на поднявшего бронь в вопросе омегу. Похоже, он что-то прослушал. - Прости, не услышал. Что ты говорил?       Тэхен несколько секунд бегает по его лице взглядом, пытаясь найти что-то даже непонятное самому себе, и вздыхает, взъерошивая волосы цвета океана. - Я сказал, что уже холодно становится, пойдем домой. Да и время уже заполночь, тебе завтра рано вставать, наверное. - А, не волнуйся, я мало сплю. - Легко улыбается младший и прокашливается от взгляда омеги. - Но, раз тебе холодно, то конечно пойдем. Еще простудишься, бегать около тебя не буду, и не жди. - Еще как будет...       Омега усмехается и поднимается к камня, еще раз устремляя взор в глубокую темноту небес, поворачиваясь к озеру спиной и спускаясь с пригорка, при этом ухватившись за любезно поданную руку Чона. Такой легкий жест заботы, едва заметный, но такой приятный, разливается светом внутри, начиная дальше течь по венам вместе с кровью.       Даже после выхода из леса Чон не отпускает руку старшего, крепко сжимая ее в своей ладони, будто боится отпустить и потерять. Вновь. Но юноши слишком быстро, по мнению каждого, доходят до дома омеги, что заставляет уютное молчание между ними превратиться в неловкое с ожиданием чего-то непонятного им самим. Альфа жует нервно нижнюю губу и перекатывается с пятки на носок, не смея посмотреть в такой момент в глаза напротив, что смотрят в упор, действительно чего-то ожидая. - Ладно, мне пора уже ложиться, так что я пойду. Спокойной ночи. - Начинается Ким и немного отходит от альфа, упираясь поясницей в калитку позади. - Да, мне тоже. Кхм... Спокойной ночи... Да...       Чонгук уже разворачивается и делает пару шагов в сторону своего дома, как останавливается под чужим голосом. - И спасибо. За этот вечер. Это было замечательно.       Альфа стоит в ступоре пару секунд и резко разворачивается, желая ответить старшему, но видит только закрывающуюся дверь. Что ж, в следующий раз он точно сделает шаг навстречу, не упустить момент.

Потихоньку альфа идет к своей цели