Я вижу тебя

      Волнующе. Как же волнующе! Ким чуть ли не спотыкается на каждом шагу, пока бежит за омегой на край деревни. Так хочется посмотреть на торжество, на их традицию, влиться, почувствовать себя частью этой жизни. Спустя долгие годы жизни в шумном мегаполисе он ощущает спокойствие в окруженной лесами деревне, где все друг друга знают, уважают и относятся как к своей семье. Все друзья, коллеги, родственники помогают, делят быт, празднуют одни торжества, едят за одним столом и делятся своей жизнью с другими, души нараспашку раскрывая. Ничего не оставляя таиться в темных углах сознания. Это настоящая большая община, сформировавшаяся спустя долгие годы и, наверняка, столетия. Да, по словам мистера Чона, некоторые молодые уезжали в города на обучение либо просто устраивать свою жизнь не в деревенской ограде, но многие из тех возвращались спустя несколько лет, потому что начинали ужасно скучать по своим родным и близким, друзьям. По полям, полным цветов, и по такому чистому воздуху, наполненному самой сущностью бытия. Воздуху, который не перекрывают выхлопы машин и заводов.                         Приветливые соседи, готовые помочь в любую минуту, даже в самую глубокую ночь, когда дальше своего носа не видно, а на черном полотне над головой простирается звездное покрывало и, бывает, млечный путь. Несомненно, деревня, удаленная от цивилизации, сильно отличается от больших городов по типу того же Сеула, где день и ночь гудят на улицах и даже внимания не обращают на кричащего в панике человека, догоняющего очередного воришку. Здесь можно расслабиться и иногда даже дверь в дом открытой оставлять, ведь все свои и никому твоего "злата" не нужно, а забираться на твою территорию - и подавно. Хотя последнюю неделю Ким буквально баррикадировался в своей обители, даже окна не открывая. И связано это не только со странной болезнью.       Да, все верно. Ли Минхо, чтоб ему среди деревьев затеряться. Тэхен не хочет иметь с этим парнем больше никаких отношений, уже и забыл совсем про такого человека, но вот он стоит в его доме и прижимает омегу к стенке, что-то вереща о своей сломанной карьере из-за его же похождений и, скажем прямо, херовой маскировки. Ким на всякий случай на щеколду окна закрывал, чтобы тот альфа не смог вновь проникнуть в его дом. Это больше не произойдет. Никто посторонний за порог и шагу не сделает, если хозяин дома ему не позволит. Нужно отстаивать свои личные границы, которые очень сильно размылись за последние годы работы в светских кругах, где каждый узнает даже о малейшем промахе. Там нужно быть идеальным, с иголочки одетым и с замком на рту, чтобы не сболтнуть ничего лишнего. А еще уметь контролировать эмоции, вдруг на какой-нибудь провокационный вопрос заметят реакцию, и потом в новостях распишут ее во всех подробностях.       Тэхен устал от этих бежевых масс, что давно рябить в глазах начали, ему нужна свобода и просторы лесов, окутывающая своими объятиями природа, нагретая солнцем земля, то самое озеро среди зарослей, люди, что давно живут под грудной клеткой и дарят тепло одной только своей улыбкой. И Чонгук. Тот самый Чонгук, что и на метр раньше не мог от него отойти, как лавровый лист, был приклеен к омеге и оттаскивался только с помощью родителей. Чонгук, что с охотой помогает сейчас с какими-то вопросами, с тем же ремонтом в доме. Чонгук, который тихо заботится о своем хене, думая, что этого не заметить. Чонгук, который, Ким надеется, также вновь разгорелся чувствами к омеге, как и старший. Чонгуку всегда рады в этом доме, даже, если не приглашали заранее. И это негласное правило, которое знает только сам Тэхен.       Омега перед Кимом тянет старшего за руку и выводит за калитку, направляясь в освещенную маленькими фонариками по типу гирлянды лесную чащу. Именно на ту тропинку, по которой омега практически месяц назад вернулся к своему прошлому, по которому сильно скучал. Тогда был солнечный день, перед глазами буквально пестрило из-за обилия красок, а легкие не могли насытиться чистым кислородом, раздуваясь с каждым вдохом все больше и больше, будто воздушные шары. В тот день Ким утопал в распустившихся цветах на поле, впервые за долгое время почувствовал землю под ногами, а не уложенный твердый асфальт. В тот день он встретил волка, черного, словно сама ночь без звезд и луны, но, как недавно оказалось, такого нежного и любвеобильного. Так приятно было ощущать эти немного твердые волоски, проходящие сквозь его пальцы. Хотелось прижаться всем телом, лечь на большую собаку и уткнуться в загривок лицом, отпуская все страхи и просто нежась в песчаной шерсти волка, который явно был бы не против такого поступка. Ким уверен. Сейчас же эта тропинка в свете луны и расставленных по бокам фонариков выглядела как указатель для заблудившихся путников. Даже немного загадочно и волшебно, как подумал старший, что озирался по сторонам, пытаясь разглядеть хотя бы очертания деревьев за тусклым светом, но ничего, кроме всепоглощающей темноты, не видел. Как будто они шли по длинному темному коридору, видя только саму дорогу под ногами, но не окружающую обстановку. Тэхен пару раз спотыкался по дороге, из-за чего дергал бедного омегу на себя и затормаживал движение, но сильно это на время пути не повлияло. Ким понял, что его ведут в гущу леса, только на десятой минуте, когда они уже пересекли поле и свернули налево к вековым елям, в которых в первый день приезда омеги прятался черный клубок шерсти. Коряг под ногами больших не было, только на пару сантиметров торчащие из под земли ветки. Это точно была проложенная дорога, и расчистили ее довольно давно, что можно заметить, если присмотреться и увидеть под ногами землю, по бокам которой трава немного прижата вниз. Вообще не удивительно, ведь этой деревне более трех веков, она и войны пережила, и смену власти, следовательно, перепись законов. И, конечно же, смену стольких поколений, при этом мало, кто уезжал отсюда, а, значит, больше браков было между жителями-соседями. Ким надеется и даже старается не думать о возможном кровосмешении. Это не его дело. Да, точно не его. Сейчас омега просто хочет увидеть обряд создания пар и поучаствовать в пире по празднованию начала осени.       Спустя еще пятнадцать минут омеги выходят на большую поляну, спрятанную среди вечнозеленых деревьев и освещенную множеством таких же фонарей, что и дорога. В конце поляны стоит толстый дуб, явно проживший больше половины вместе взятых жителей деревни. Такая же тропа к этому самому дубу, границы которой установили присутствующие на празднике, одетые, к удивлению Тэхена, практически одинаково: в льняные длинные блузы и просторные штаны, который могли порваться будто даже от легкого натяжения ткани. Отличались одежды лишь тем, что у омег были вышиты на блузах красными нитями замысловатые узоры, будто похожие на цветы, но со странными лепестками. Таких цветов Ким никогда не видел, но вспомнил, что за день до своей болезни замечал, как омеги действительно в своих домах сидели у окон и что-то вышивали на ткани. Теперь понятно, что это было. Очередная традиция - такая невзрачная и, вроде, не сильно играющая роль в празднике, но показывающая серьезное отношение к обычаям этого места и его истории. Приятно греет сердце от такой мысли, что юноша не замечает, как начинает улыбаться и в упор рассматривать каждый цветок. попадающийся по пути, пока он идет за младшим омегой в сторону других представителей слабого вторичного пола. Еще одна цепляющая внимание деталь - омеги и альфы стоять по разные стороны от тропы в колонну, будто готовясь исполнить медленный танец в любую минуту. А на окраине поляны по обе стороны от могучего дерева стоят члены поселения уже в возрасте и еще совсем маленькие, которым только предстоит в будущем пройти данный обряд. Атмосфера чего-то таинственного затягивает, захватывает дух и будто закрывает рот, не давая и звука издать, чтобы не нарушить эти витающие в воздухе нити предстоящего торжества.       Ким отделяется от младшего омеги, который пытался его поставить рядом с другими в колонну напротив альф, и присоединяется к мистерам Чон, что стоят ближе к древу и сразу обнимают младшего за плечи, как только тот к ним подходит. Интересно, что же будет дальше.       Чимин наклоняется к уху омеги и шепчет, чтобы не нарушить атмосферу. - Не волнуйся, тебе понравится. Я уверен. - Еще так загадочно улыбается, что заставляет Тэхена немного напрячься и почувствовать себя на секунду неловко и не в своей тарелке. Ему просто показалось.       В центр выходит мистер Кан, одетый в такие же льняные штаны, но сверху блузы еще накинуто пончо, расшитое коричневыми и красными цветами. На шее красуется множество бус, по-другому, четок, а в левой руке находится просто палка. Прямая палка. Для чего, не понятно, но, значит, нужно. - Дети мои, сегодня мы с вашими родными проводим вас в новую жизнь, соединим сердца и заключим новые браки нашего племени, что веками жило на этих землях и продолжало род, достигший этого времени. Мы благодарны этому лесу за защиту, мы благодарны этим землям и животным за даруемую нам пищу. Мы благодарны солнцу, что будит нас каждое утро и освещает наш день, настраивая на новые свершения и поступки. Мы благодарны звездам на небе, что освещают наш путь в ночи своей красотой и провожают заблудших домой. Мы благодарны луне за возможность наслаждаться нашей жизнью и продолжать ее в своих потомках даже спустя столько времени и поколений. Давайте же проложим дорогу будущим поколениям, соединим наши души и подарим этому миру наших детей и внуков. Я объявляю праздник белой луны, я ее последователь и ваш верный слуга. Так пусть же эту ночь озарит лунный свет и одарит наших будущих супругов благословением небес и самой природы!

Начинается