Письма-ошибки

      «Любимый, сегодня у нас идёт снег.              Представляешь, май и снег. Он кружится и хлопьями ложится на крыши, деревья, траву. Цветёт сирень, спирулея, черемуха, и на них — тонкое снежное покрывало. Совсем как на моём сердце. Оно леденеет, когда тебя нет рядом, покрывается белым слоем инея и тоскует, тоскует, тоскует.       Я знаю, всё это пройдёт, снег в мае — почти не страшно, он растает, исчезнет, словно его и не было. А если вместе с ним исчезнешь и ты? Я так боюсь, что мои сны станут явью, и больше ты не скажешь: «Привет, любимая! Я приехал.» Мы пройдём мимо, словно чужие, и лишь снег будет заметать наши следы.       Если мне так сложно сейчас, то каковó тебе? У меня рядом друзья, работа, развлечения. А ты? Что, кроме рутины, скрашивает твоё одиночество? Конечно, ты уже завёл себе приятелей, по другому и быть не может, но ночи… Как ты проводишь ночи? Я же знаю, как плохо ты засыпаешь. Или ты уже привык к новому режиму и твои глаза закрываются, как только голова коснётся подушки? Если так, то я рада, потому что тебя не преследуют ночью воспоминания и мысли, что мучили тебя до армии. Спи спокойно, любимый. Я буду счастлива этим.»       Чимин читал письмо, пришедшее на его имя. Он понимал, что это снова ошибка, слишком много времени прошло с первого послания. Но его сердце отчего-то замирало, а на душе становилось теплее. Он смотрел за окно казармы на яркое солнце, зелёную листву деревьев и пытался представить сирень в снегу. И ту, что писала такие короткие, но такие длинные письма.