Конфетка

Хотелось бы сказать, что ничего не изменилось после переезда Джорджа, но... Все изменилось. Удушающие поцелуи по утрам, и по вечерам. Пальцы Дрима по всему телу ночью. Стоны в темноте. Горячие слова обжигающие затылок и уши. Общее тепло между ними. — Ты не выносим, — выдохнул Джордж, пододвигаясь ближе к чужим рукам. — Ложь, ты врёшь сам себе, это так не красиво, Джорджи, — зубы Дрима скользнули ниже по бедру, — скажи правду — Я тебя ненавижу, мудак, — он сильнее сжал волосы Дрима в кулаке, — но... — Но? — его губы проскользили по складкам кожи — Заткнись? — прошипел Джордж. Чужие пальцами сильнее сжали ягодицы. — Никогда, Джордж улыбнулся, сжимая ляжками чужую шею так, чтобы перекрыть воздух. На чужом лице появился ещё более нездоровый румянец. — Черт, блять. Это возбуждает, — Дрим неровно задышал, — задуши меня, дорогой. Джордж сильнее сжал бедра, довольно ухмыляясь, Дрим сильнее застонал, расслабляя голову и опускаясь щекам на чужие ноги. — Извращенец, — Джордж рывком потянул его на себя, утягивая в поцелуй, — сдохнешь, и не будет у меня такого послушного песика. — Гав, — он улыбнулся, облизнул чужой подбородок, спускаясь языком ниже, к шее, вцепляясь зубами в кадык.

***

Это так же и поменяло их повседневную жизнь. Короткие поцелуйчики перед расставанием, игривые подмигивания в коридорах кампуса, прикосновения в углах раздевалки и горячий душ после тренировок. Джорджу определённо все это нравилось, брать и получать когда угодно, а не играть в «кошки мышки» и «кто под кого прогнется». Определённо и нравилось более спокойное времяпрепровождение с Дримом, совместный просмотр фильмов, поход по магазинам или прогулки. Он понимал, что их отношениях перерастают во что-то большее, но предпочитал не удалять этому огромное значение, путь все будет само собой.

***

Сапнап стал чаще жаловаться на шум ночью, но кому не все равно? Карл только хихикает и ухмыляется. Он иногда делится с Джорджем интересными деталями их отношений, и Джордж осведомлён на сколько вечный бука Сапнап бывает нежен. Карл стал носить на правой руке кольцо, не снимая его даже на тренировках, но историю этого украшения Джордж не знает, что довольно обидно, ведь оно красивое, и явно не дешёвое… Но в любом случае, Джордж знает, что у них все хорошо. Они полны трепетной нежности друг к другу, и если быть честным, ему немного завидно. То как они живут полностью поглощенные пространством друг друга. Конечно, Джордж может быть нежным, но в своей манере. Его чувства по отношению к Дриму другие, это… наверное, жадность, и она не только его, он хочет, чтобы Дрим был его, а он Дрима. И знает, что Дрим испытывает тоже самое. Это их общая страсть, они её разделяют. Это их общая… Джордж стал слишком часто об этом думать, будто, это действительно его заботило, ха! Черт. — Конфетка, я знаю, что неотразим, но так откровенно пялится... — Дрим расплылся в улыбке. Джордж сильнее нахмурился, и все же пришёл к конечной мысли. — Я задумался, а твоя грудь просто под глаза попала. — И к чему пришёл? — поинтересовался он, рассчитывая, видимо, услышать что-то про свое шикарное тело. — Думаю, ты мне нравишься Челюсть Дрима отвисла, он удивлённо уставился. — А... — Заткнись, — Джордж закрыл ему рот жарким поцелуем, неотрывно глядя в глаза, — и ты будешь со мной встречаться, придурок. Давно пора, но ты слишком тормоз, чтобы предложить. — Дорогой, я надеялся, ты признаешься мне при свечах в комнате полной лепестков роз, но ты решил грубо взять меня прямо здесь. — он театрально взмахнул рукой, падая на Джорджа всем весом. — Идиот. — Официально твой идиот, Конфетка, — они снова соединились в поцелуе, до крови кусая губы друг друга. Конец