Последний сбой 2077

Джонни снова проводил вечер в заштатном пабе, где дешёвое виски лилось рекой, а время стекало мимо, как песок сквозь пальцы. Каждый день повторялся: алкоголь до беспамятства, затем подъем на второй этаж, где он либо засыпал в одиночестве, либо проводил ночь с очередной девушкой, увлекаясь грязными удовольствиями, которые сопровождались стоном, эхом разлетавшимся по стенам. Казалось, депрессия окончательно поглотила его. Он потерялся в бесконечных бутылках, теряя себя с каждым глотком. Муза оставила его, а вместе с ней и музыка — слова ускользали, ноты стали хаосом, что напоминали бессвязную какофонию. Компания пыталась поддержать его, но никто не мог вынести его заунывных философских разглагольствований о жизни. Оставались ненадолго, а потом, не выдержав, уходили, оставляя Джонни наедине с его мрачными мыслями и пустыми бокалами. — "Подонки…" — мелькнула мысль. Он открыл бутылку, сделал несколько долгих глотков прямо из горла и, не дожидаясь чего-то большего, забрался в постель, чтобы снова скрыться в забвении. Прошёл всего год с тех пор, как Джонни обрёл тело Ви, и каждый день был наполнен борьбой. Он пытался взять свою жизнь под контроль, с трудом адаптируясь к миру, который за пятьдесят лет изменился до неузнаваемости. Всё казалось чужим, холодным — и, что самое важное, отдалённым. Технологии изменили не только город, но и его, став частью новой реальности, с которой Джонни до сих пор не мог смириться. Он по-прежнему ненавидел "Арасаку" всей своей сущностью. Ненависть жгла его изнутри, ведь компания забрала у него единственного человека, который стал для него другом. Ви пожертвовал собой, отдал своё тело ради того, чтобы Джонни смог завершить начатое. Но победа казалась горькой, ведь ценой её стала жизнь того, кто дал ему шанс на новую реальность. И как теперь жить, если тот, кто даровал тебе свободу, уже не здесь? Джонни не смог уничтожить "Арасаку", сколько бы ни мечтал о её падении. Он продолжал жить, как будто ничего не изменилось. Музыка, алкоголь, постоянные запои — он возродил "Самурай", но это было лишь тенью прошлого. Он играл и кричал в микрофон на сцене, но внутри ощущалась пустота. Пьяные ночи сменяли друг друга, без смысла и цели. И он всё чаще задавался вопросом: зачем так жить? Какой смысл в этом существовании, если каждый новый день был хуже предыдущего? Людей, которым он мог бы доверять, не осталось. Конечно, был Виктор — рипер, с которым Ви был близок, — но Джонни не мог смотреть ему в глаза. Вина разъедала его, как ржавчина. Он ведь забрал тело Ви, уничтожил шанс на его собственную жизнь. И хотя Виктор не высказывал упрёков, Джонни знал — тени прошлого всегда останутся. *** В один из дней, телефон настойчиво начал звонить Джонни. Он хотел заблокировать этот номер, но когда он увидел имя Керри Евродайна, его рука замерла на пару секунд. Он почти интуитивно нажал на кнопку ответа, но на душе было тяжело. Слишком много воспоминаний, слишком много неразрешённых вопросов. В его ушах звенела тишина, а потом прозвучал знакомый голос. Керри не терял своего пафоса, даже спустя годы. — "Джонни, ты меня слышишь? Ты живой, или как всегда мёртв?" — посмеялся он, и в его голосе проскользнула легкая ирония, будто он не слышал последние новости. Джонни вздохнул, разминая шею, ещё отравленную остатками алкоголя. — "...Да..." — его голос был сонным и хриплым, почти как будто ему не хотелось отвечать, но было слишком поздно игнорировать. Он сидел в своей комнате, тусклый свет пробивался сквозь жалюзи, создавая атмосферу мракобесия. Пальцы сжали пустую бутылку виски, а мысли всё больше путались в хаосе. Что Керри хотел? Что от него нужно было? Керри, как всегда, не давал времени на размышления. — "Слушай, Джонни, я тут на одну штуку нарвался. И это именно то, что ты мог бы сделать. Ты всё ещё в форме, да?" — его голос был уверен, в нем не было ни капли сомнения. Он знал, что Джонни не откажется, даже если не захочет. Джонни морщился. Он чувствовал, что эта просьба была не просто просьбой. Это была ловушка, но она была слишком заманчивой, чтобы проигнорировать. — "Задача? Или ты просто хочешь, чтобы я снова спас тебя?" — прохрипел он, пытаясь скрыть раздражение. — "Джонни, я тебе сейчас скину адрес, ты подъедешь, и мы все обсудим. Поверь, тебя это очень заинтересует." — сказал Керри, его голос наполнялся тем самым пафосом, который Джонни всегда бесил, но который одновременно так хорошо ему был знаком. — "Если ты мне скажешь, что 'Арасака' наконец-то взорвалась, то это будет интересно. Остальное пусть катится в жопу," — ответил Джонни, его голос всё ещё был хриплым от последствий вчерашнего выпивона. Керри лишь усмехнулся. — "Ты как всегда, Джонни. Слушай, не 'Арасака'. Мы все уже устали от этой истории. Но поверь мне, то, что я тебе расскажу, будет гораздо важнее." Джонни почувствовал, как что-то внутри него напряглось. Он не был в настроении для разговоров, но тут было что-то другое в голосе Керри. Он знал, что это не пустое словечко, это что-то, что действительно могло его заинтересовать. — "Я скину тебе адрес, подъезжай, и мы всё обсудим. Это то, что тебе действительно стоит увидеть." — добавил Керри с лёгким, но настойчивым тоном. Джонни откинулся на кресло и задумался. Он мог бы просто выключить телефон и забыть о разговоре, но... что-то в этих словах всё-таки заставило его задуматься. — "Ты что, совсем с ума сошел?" — буркнул Джонни, но в его голосе уже не было привычного отторжения. — "Ладно, скинь адрес." Мгновение тишины, и вот адрес уже на экране. Джонни взглянул на цифры и понял — ему всё равно придётся туда поехать. И чем скорее, тем лучше. — "Чертов поганец," — подумал он, сдерживая раздражение. Джонни кряхтя встал с кровати, в голове ещё не все окончательно проснулось, а организм сопротивлялся каждому движению. Он нацепил свои привычные кожаные штаны, кое-как подтянув их, и принялся за одежду, не заботясь о внешнем виде. Всё равно никто его не ждал. После того как оделся, Джонни проверил своё достоинство в штанах, притормозив на пару секунд перед зеркалом. Точно, как всегда — слегка небрежно, но с этим было уже не так важно. Он выдохнул и вышел из номера, оставив за собой запах дешёвого паба и не самой свежей постели. Проходя мимо грязных стен и пустых стульев, Джонни направился к своему байку, почувствовав, как все его тело снова напоминает ему о вчерашней пьянке. Но все равно… если Керри снова просил помощи, значит, был шанс. А значит, он всё-таки не мог просто так игнорировать этот звонок. Завёл байк, его рев эхом отразился от зданий, и, несмотря на тяжёлую головную боль, Джонни выехал на улицы Найт-Сити. Проехав несколько кварталов, он вновь взглянул на адрес, который ему скинул Керри. Чёрт, это был район, который Джонни предпочёл бы не посещать, но что поделать. Он ускорился, проезжая под мостами и мимо хмурых зданий, а по пути в его голове крутились одни и те же мысли: Что, чёрт возьми, ему нужно было? Почему это снова его втягивает? Но он был слишком упрям, чтобы отступить. Пока Джонни мчался по улицам Найт-Сити, его мысли невольно вернулись к Ви. К тому времени, когда всё было иначе. Когда они катались по городу, не думая о последствиях, нарушая все правила, которые только можно было. Джонни всегда был рядом, сидя на пассажирском сидении, когда Ви в очередной раз, без прав и без тормозов, мчался по ночным улицам на байке или угнанной машине. Вспоминал, как каждый раз, когда Ви начинал разгоняться слишком сильно, Джонни тихо говорил ему: — "Притормози, ты чё, с ума сошел?" Он всегда так спокойно это говорил, с той самой изысканной лёгкостью, которая могла бы заставить кого угодно сомневаться, что он был просто проекцией в сознании Ви. Даже тогда, когда на грани гибели они оба катались на скорости, и каждый следующий поворот мог стать последним, Джонни был для Ви чем-то вроде тихого голоса разума, который не кричал, но просто говорил: "притормози". Но вот теперь Джонни сам был на байке, и мысли о Ви не отпускали. Это был не просто старый друг. Это было что-то большее. В них было что-то, что нельзя было объяснить словами, и даже проекция Джонни когда-то стала чем-то более реальным. Но это было в прошлом. Он закусил губу, снова взглянув на экран телефона, где высвечивался тот адрес, что скинул Керри. Ему снова предстояло столкнуться с чем-то, что он не мог предсказать, но что-то в нём подсказывало, что это задание как-то связано с тем, что они когда-то с Ви пережили. И если так, ему не стоило отворачиваться. "Притормозить..." — пробормотал Джонни, снова вырывая себя из воспоминаний, как если бы Ви сидел рядом, чтобы напомнить ему: не стоит так разгоняться, Джонни. Приехав к нужному адресу, Джонни скинул ноги с байка, и, не спеша, огляделся вокруг. Он сверил координаты — это был тот самый паб. Всё как всегда. Вроде бы ничего особенного, но всё же на душе было что-то не так. Вздохнув, он направился внутрь. Вонь дешёвых напитков и сигаретных дымов встретила его, но здесь, в отличие от того захудалого заведения, где он обычно терял свои последние деньги, было что-то... менее жалкое. Громкая музыка, запах алкоголя и наркотиков, а вокруг этого всего — лица, которые когда-то были живыми, а теперь напоминали тени. Он прошёл мимо барной стойки и быстро заметил Керри в дальнем углу. Тот сидел, будто ничего не изменилось — в каком-то своем мире, который Джонни не понимал. Он подошёл, подсел за стол и сразу же дал понять, что у него нет ни времени, ни терпения. — "Чего нужно тебе?" — его голос был прямым, как всегда, не терпел всякой прелюдии. Керри, как всегда, расплылся в улыбке, но, несмотря на её фальшь, Джонни всё равно почувствовал, что тот всё-таки в чём-то заинтересован. Он протянул стакан виски, и Джонни без раздумий поднял его и одним глотком осушил. Горечь алкоголя заполнила горло, а его мысли снова помешались в этом болоте. — "Сколько лет, сколько зим, а Джонни Сильверхенд всё никак не меняется." — "Закрой свой еблет и приступай к делу. У меня мало времени," — отрезал Джонни, не скрывая своей нетерпеливой усталости. Ему было не интересно слушать очередную болтовню про старые добрые времена. Если это очередной какой-то киберпсихоз или тупая манипуляция, он сразу уйдёт и вернётся к своему бару, где хотя бы он чувствовал себя более или менее в своей тарелке. С каждым словом Керри начинала казаться всё более неинтересной фигурой, но Джонни держал ухо востро, понимая, что ему нужно было хотя бы выслушать, что тот хотел от него. Керри не мог сдержать смех, услышав язвительные слова Джонни. Он снова налил себе в стакан виски, смакуя его как какое-то особое удовольствие. После чего, с лёгкой улыбкой на губах, начал объяснять, что за задание ему предстоит выполнить. — "Слушай, Джонни... Недавно мне дошла информация, что Арасака снова возвращается к своим старым методам. Эти ублюдки, как всегда, что-то мутят. Говорят, они разрабатывают новый супер-проект по созданию воинов, которые смогут быть в строю долго, не срываясь в киберпсихоз. Такие как Смешер... Конечно, в итоге все они сойдут с ума, но этих убирают быстро, и родным, если они, конечно, ещё есть, сообщают, что их люди пали в бою." — "Так-так-так..." — заинтересованно пробормотал Джонни, немного нахмурившись. В его глазах промелькнула искорка интереса. — "Зная твою, мягко говоря, 'любовь' к Арасаке, я подумал, что ты именно тот человек, который может помочь мне с этим. У них есть эти импланты — по сути, уникальные штуки. Они хранятся в одном фургоне, и если ты их заберешь, я смогу продать их на чёрном рынке. Мы поделим прибыль пополам." Джонни, услышав это, хмыкнул и пристально посмотрел на Керри, его взгляд был как всегда жестким и холодным. — "Ты, что, ёбнутый, Керри?" — Джонни зыркнул на него с такой угрозой, что в воздухе повисла тишина. — "Если ты меня подставишь, я тебе так кишки на плече повешу, что ты забудешь, что такое дыхание. Не пытайся играть в умного, я с такими, как ты, давно не церемонюсь." Керри вздохнул, откинулся на спинку стула, всё так же с лёгкой улыбкой на губах. — "Да ладно тебе, Джонни, я ведь знаю, ты всегда на высоте," — сказал он, подливая себе ещё виски. — "Ладно, уговорил. 70 на 30. Ты забираешь 70%, а мне остаётся 30%. Только не убивай меня, я не хочу встречаться с тобой на том свете." — "То-то же..." — он снова хмыкнул, отпив ещё пару глотков виски, предложенного другом, а потом встал. — "Скинь адрес, и я мигом всё улажу." Керри чуть прищурился, налил себе ещё немного, а потом, не спеша, проговорил: — "Джонни... Есть одно но. Ты должен сам туда идти, без друзей и знакомых. Эта миссия, так сказать, максимально секретная. Не хотелось бы, чтобы кто-то ещё о ней узнал. Договорились?" Джонни просто кивнул, не теряя времени на лишние слова. В его базе данных тут же отразились координаты, и перед глазами встал адрес лаборатории с местонахождением имплантов. "Импланты убийцы", как их назвал Керри. 5 миль. Для Джонни это не было чем-то проблемным. Он всегда мог немного расслабиться, перевести дух и подумать, что делать дальше после того, как с этим вопросом будет покончено. Выйдя из паба, Джонни направился к своему мотоциклу, который, как и следовало ожидать, уже окружали несколько уличных дворняг, пытающихся его угнать. Однако их усилия были тщетными. Джонни установил в байк специальную деталь, которая, как только кто-то незнакомый пытался к нему прикоснуться, моментально электролизовала их. Быстро отпугнув неудачников с помощью пушки, он сел на своё железное чудо и завёл мотор. С выхлопом байк резко рванул с места, направляясь к нужным координатам. *** Пока Джонни мчался по ночным улицам, его мысли снова унесли его в прошлое. Он не мог избавиться от воспоминаний о том, как "Смешер" загнал его в этот чип. Как его сознание заточили в этом цифровом аду. Он помнил, как его убили, и как Арасака, как всегда, продолжала использовать его, как вещь. Всё, что тогда было для него реальностью, — это бесконечная пустота. Жизнь, лишённая смысла, лишённая даже боли, потому что он уже был мертв. Наверное, это и привело к его пьянству, к тому, что он стал пить, чтобы хоть как-то затмить этот ужас. И да, он играл на гитаре, писал музыку, но это было уже не то. Музыка утратила огонь, потеряла ту ярость, с которой она выходила из его души когда-то, много лет назад. Больше не было той самой искры, той энергии, которой он был полон, когда его жгла ненависть и страсть. Теперь всё казалось плоским, скучным и безжизненным. Он играл, но не чувствовал. Арасака… Да, он хотел отомстить за всё. Но не за те же причины. Сейчас это было не о мести, не о спасении своей души, не о спасении мира. Это было просто что-то вроде реванша, скорее самоуничтожения, чтобы просто увидеть, как всё разрушится, как падёт эта чёртова корпорация. Всё сводилось к одному вопросу: "Что будет, если я всё-таки попробую сделать им пакость?" Это было не местью, это был просто каприз, чтобы получить хоть какое-то удовлетворение от той боли, которую он пережил. Он снова вспомнил, как всё могло бы быть. Тогда, в те дни, когда он был жив. Всё было так ясно, так ярко, наполнено смыслом. Но теперь… Теперь даже месть казалась пустой. И всё же, его одержимость не исчезала. *** Он припарковал мотоцикл на расстоянии, скрыв его среди обломков старых зданий, и присел в укромном месте, чтобы не привлекать внимания. Далеко не первый раз он встречал "Арасаку", но всегда это было… не так. В пустошах, в самом сердце этой жуткой зоны, казалось, не было ничего важного, а вот они — стояли здесь, как всегда с холодным расчетом, обвешанные техникой и охраной, будто воссоздавали свой мир даже в этих развалинах. Ужасно знакомая ситуация: охрана, палатки, множество людей, и, конечно же, тот дурацкий логотип, который Джонни был готов выжигать на своём теле огнём. "Чёртовы бляди…" — пробурчал он, доставая бинокль и прицеливаясь, чтобы рассмотреть всю картину. Он точно знал, что за этим стояло. Не просто какой-то очередной проект. Это что-то более серьёзное. Он не мог ошибиться. Арасака никогда не привозила свою шушеру в такие места без причины. Зачем держать оборону в этом захолустье? Он внимательно изучал детали. Охрана была усиленная, патрули шныряли вокруг с определённой целью. Всё выглядело как старый отряд, собирающий данные, или что-то более мрачное. Джонни подумал, что проще было бы просто взорвать это место с ходу, но стоило ли рисковать? Не знал, что там, в этих палатках. Что-то ценное, наверное. Он снова отвел взгляд от бинокля и задумался. — «Проклятие, мне ещё повезло, что я не вляпался в это бездумно», — прошептал он себе под нос. "Нужно быть умнее. Сначала найти, что там внутри, а потом уже решать, как действовать. Может, всё это — ловушка. Или ещё хуже…" Он снова повернул бинокль в сторону лагеря и сосредоточился. "Чёрт, как подойти к этому фургону и не попасть в беду?" — мрачно подумал Джонни, проверяя пистолет и нож в ножнах. Броня на теле сидела плотно, как вторая кожа. Вроде всё нормально, но в пустошах и в компании таких уродов, как Арасака, тишины не бывает. Как бы ты ни старался — не спрячешься. Далеко не с этим количеством охраны. — "Нет, тут уж точно незаметно не получится," — пробормотал он сам себе, отчаянно оглядывая укрепления. "Был бы я молодым, можно было бы прокрасться, но с этим грузом и шрамами..." — он покачал головой, снова оценивая ситуацию. В голове мелькали образы старых добрых времён, когда всё было проще, когда даже из самых отчаянных ситуаций он мог выбраться с лёгкостью. Но теперь... теперь Джонни был не тем человеком. Он мог бы попробовать пробраться в одиночку, но это было бы слишком рискованно. Ладно, если бы тут был кто-то рядом, кого можно было бы использовать, но в одиночку — слишком мало шансов. Тут только один выход. — "Ладно, хрен с ними..." — Джонни выругался. "Тогда, если уж по-настоящему, то берём всё по старой схеме — лоб в лоб. Пускай знают, что я тут." И с этой мыслью, он вновь вытащил свой арсенал, подготавливаясь к тому, чтобы устроить настоящее веселье для охраны, заплатив за это кровью. Нужно было попасть внутрь фургона и выкрасть импланты, а уж потом разбираться. Как это сделать? Да проще простого — просто дать Арасака знать, что Джонни Сильверхенд не исчезает, а возвращается. "Навалить, и все!" Джонни обошел лагерь, осторожно пробираясь между палатками и военными. Он держался подальше от основных путей, избегая охраны и тех, кто курил или дремал у костра. Весь этот форт был как на ладони — почти идеальное место, чтобы выкрасть что-то ценное. Но он знал, что каждый угол может скрывать ещё одну опасность. Он двигался, не спеша, скрываясь в тени и пользуясь природными укрытиями — всё это напоминало старые тренировки по диверсиям. Джонни понимал, что на этом не заткнешься, но что-то в нём подсказывало, что он был не настолько уж стар, чтобы не справиться с этим. Он ощущал себя чуть более живым, чем на протяжении последних лет. Момент был сейчас. Момент, когда его сердце билось быстрее не из-за пьяного угара, а от адреналина. Когда он наконец подошел к фургону, было слишком поздно. Кто-то заметил его. Может, это был не тот тип, который часто проверял территорию, а тот, кто сидел в машине и наблюдал за всем с дальнего расстояния. И вот тогда всё пошло наперекосяк. "Блядь!" — едва успел подумать Джонни, когда сирены завыли. Окружение изменилось мгновенно. Военные взвились, замелькали огни, и тут же несколько групп начали двигаться в его сторону. Но он не растерялся. Просто вытащил пистолет, мгновенно прицелившись. Пули метались, срезая головы и грудные клетки тех, кто пытался наброситься на него. Лица людей, которые когда-то считали себя элитой, падали, как скошенные растения. Он наслаждался этим, будто бы давно искал такого противника, чтоб снова почувствовать вкус победы. Но чем больше воинов падало, тем больше их появлялось. Джонни не был бесконечным, и с каждым выстрелом его силы иссякали. Но так или иначе, он дошёл до фургона. И вот он открыл дверь, решив, что всё на этом закончится. Но как только дверь открылась, изнутри вырвался плотный, мутный газ. "Чёрт!" — успел подумать Джонни, когда газ попал прямо ему в лицо. Он попытался отшатнуться, но не успел — система его тела дала сбой. Отказывали датчики, моторика — всё пошло наперекосяк. Он покачнулся и, не успев даже соображать, упал на землю. Последнее, что он смог осознать перед тем как потерял сознание, это было предательство. "Керри, сукин сын..." — прошептал он, уже не в силах держать мысли в порядке. В ту долю секунды Джонни понял, что вся эта операция была подстроена. Он был просто пешкой. Возможно, даже его старый друг, на которого он рассчитывал, оказался врагом. "В Найт-Сити никому кроме себе не нужно доверять," — лишь это успел подумать он, погружаясь в темный мир без сознания. *** Мужчина очнулся в какой-то лаборатории, в которой воздух был влажным, а стены темными и холодными, словно находился под землёй. Его тело было приковано к операционному столу, или как там это называется в их чёртовых лабораториях. "Блядь, что за хрень?" — мгновенно мелькнула мысль в голове Джонни, как вдруг яркий свет ослепил его на пару секунд. Он попытался моргнуть, но было слишком поздно. Затем раздался знакомый голос, который заставил его сердце пропустить удар. — "Джонни. Не думал, что алкоголь настолько сильно сжёг твои мозги. Вроде как новое тело получил, молодое, а ведёшь себя как ублюдок и маразматичный старпер. Думал, будешь умнее." — "Керри, сука ты!" — процедил Джонни, пытаясь вырваться, но его руки, ноги, шея, всё было обездвижено. — "Я тебе доверял, пидарас! Ты ещё пожалеешь, что родился на этот свет, что вообще из чрева матери выбрался. Я тебе не прощу этого, блядь! Я тебя разорву, нахуй! Арасака же тебя скоро на куски порежет, но ты, сука, мне оторвёшь последнюю нервную клетку!" Смех Керри не заставил себя ждать. Он вошёл в комнату, а за ним появились работники Арасака, выглядящие точно так же, как Джонни их и запомнил — высокомерные, с холодными глазами. — "Знаешь, за твою голову Арасака мне заплатили такие деньги, которые тебе и в мечтах не снились." — Керри подошёл поближе и усмехнулся, видя, как Джонни пытается бороться с невидимой силой. — "Сука, я тебе вырву этот язык, блядь, и буду им шмары вытирать! Ты мне, сука, ещё заплатишь за это всё! Когда я выберусь отсюда, твоя жизнь будет стоить меньше грязи под ногтями!" — сквозь зубы выдавил Джонни, чувствуя, как злость разрывает его изнутри. Его гнев был безмерен, но в этом мире, похоже, никто не чувствовал, как его душа горит. Вскоре в лабораторию вошли риперы — хирурги, специализирующиеся на имплантах и кибернетических модификациях. Их лица были закрыты масками, а глаза сверкали холодной сталью. Никого не волновали мучения Джонни, как будто его присутствие для них было просто очередным рутинным делом. Они не стали церемониться, сразу подключая к нему аппараты и оборудование. Один из риперов достал длинный хирургический инструмент, наподобие иглы, и жестом указал на голову Джонни. — "Без анестезии," — сухо сказал один из риперов, проверяя показания на мониторах. — "Это необязательно. Мы здесь не для комфорта пациента. Важнее извлечь данные и внедрить вирус," — спокойно ответил другой, распечатывая маленький контейнер с чипом. Джонни уже предчувствовал, что произойдёт. Скрёб ногтями по металлической поверхности стола, пытаясь оторвать руки от ремней, которые его сковывали, но это было бесполезно. — "Вы суки… грёбанные твари… киберпидоры!" — хрипел он, чувствуя, как холодный металл проникает в его мозг. — "Когда я выберусь отсюда, я вам всем глотки перережу, падлы!" Его тело дёрнулось, когда игла проникла глубже, вызывая волну боли, которая накрыла его с головой. Весь мир перед его глазами вспыхнул яркими всполохами боли, казалось, что его мозг буквально закипает. Он хрипел, кричал, зубы скрипели от напряжения. — "Объект явно устарел... и чересчур эмоционален," — спокойно заметил рипер, вводя в его мозг чип с вирусом. — "Его сознание несовместимо с новыми стандартами. Придётся немного его перестроить... Вирус сделает своё дело," — добавил второй рипер, продолжая манипуляции над мозгом Джонни. — "Да чтоб вас всех, ублюдки... Я вам ещё яйца оторву... черти..." — выдавил Джонни сквозь боль, дёргаясь от каждого импульса, проходящего через его нервные окончания. Его руки тряслись, лицо исказилось от боли, но он продолжал ругаться и хрипеть от злости. Боль разрывала его изнутри, но дух его был всё ещё жив, ярость всё ещё горела. — "Обработка завершена," — сказал один из риперов, вводя последнюю команду в систему. Джонни затих, но его мысли всё ещё кричали. Джонни казалось, что каждый его нерв горит в адском огне. Он чувствовал, как каждый новый импульс пронизывал его мозг, разрушая его изнутри. Кричать не было смысла — никто не собирался его слушать, но он продолжал. — "Гребаные твари… вы все мрази… сука… блядь!" — рвалось из его горла с каждым приступом боли. — "Я вас всех разорву… нахер я вам мозги вышибу… вы же все сдохнете, ёбаные кибермрази!" Но риперы, не обращая внимания на его крики, лишь продолжали вводить очередной блок данных, запускающий очередной вирус. Система Джонни перегружалась, будто его сознание пытались сломать. — "Пожалуй, увеличим дозу, он чересчур силён," — спокойно сказал один из риперов, подключая новый шприц с неизвестным раствором. — "Да… пусть попробует это выдержать. Слишком много ментальных блоков у него," — добавил другой, нажимая на панель для активации следующего этапа. — "Бляяяять!" — захлебываясь в крике, Джонни дёрнулся на столе, его мышцы сжались от непереносимой боли. — "Вы за это ответите… суки... Я вас всех... всех порежу!" Его тело корчилось, из груди вырывались болезненные стоны, но это никого не волновало. Они продолжали вводить всё больше вирусов, словно насмехаясь над ним. Пальцы Джонни сжались в кулаки, скрежеща о металл. Но вскоре боль стала такой, что его сознание больше не выдержало. Мир перед его глазами начал расплываться, и он почувствовал, как его мозг медленно отключается. Он больше не мог сопротивляться, больше не мог кричать. Система перегрузилась, и наступившая темнота принесла ему временное облегчение. — "Объект отключился, продолжаем без помех," — удовлетворённо отметил один из риперов, наблюдая за показаниями системы. Теперь Джонни был в их руках полностью — отключившийся, обессиленный, но внутри всё ещё полон ненависти и жажды мести. *** Камера, в которой очнулся Джонни, была угрюмой и мрачной, словно отголосок давно забытых кошмаров. Стены из серого бетона, покрытые тёмной плесенью, источали затхлый запах сырости. Неровные трещины пробегали по стенам, оставляя впечатление, будто они вот-вот развалятся. Пол был из грубого, холодного кафеля, настолько грязного, что свет, пробивающийся через решетку, едва касался его. В углу лежала старая металлическая труба, из которой медленно капала вода, создавая монотонный звук, который раздражал и усиливал гул в голове Джонни. Цепь, что сковывала его запястья, звенела при каждом движении. Короткие звенья не давали шагнуть даже на полметра от стены. Единственное окно — тонкий зарешеченный проём высоко под потолком — пропускало слабый свет, но снаружи не было видно ничего, кроме грязных бетонных стен. В углу стоял примитивный унитаз и раковина, оба ржавые и прогнившие. Повсюду был налёт сырости, из-за чего казалось, что даже воздух здесь густой и тяжёлый. Джонни злобно скривился, когда почувствовал, как что-то скользнуло мимо его ноги — крысы в этом месте явно были частыми гостями. — "Чёртов Керри... сука..." — прохрипел он, ощущая, как нарастает ненависть. Каждое движение отдавалось болью, но Джонни упорно продолжал осматривать клетку. Джонни чувствовал себя словно разбитым на миллионы осколков. Тело было изнурено, мышцы ныли, будто после многочасовых пыток, а каждое движение отдавалось резкой болью в суставах. Конечности словно налились свинцом, а цепи, сковывавшие его, казались ещё тяжелее, чем они были на самом деле. Висковатая боль стучала в голове, пульсируя в такт учащённому сердцебиению, словно его разум хотел вырваться наружу. Шум в ушах заглушал любой звук, оставляя только мутный гул и отголоски далёких голосов, которые, как ему казалось, шептали что-то прямо в его сознание. Глаза Джонни с трудом фокусировались, всё вокруг плыло, как в плохом сне. Каждая попытка посмотреть по сторонам вызывала чувство тошноты. Размытые образы камеры перед ним были словно кривое зеркало, отражающее его собственное состояние — изломанное, погружённое в хаос. — "Чёрт, голова... блядь..." — прошипел он сквозь зубы, прислоняясь к холодной стене. Его губы были пересохшими, а язык ощущался, как наждачная бумага. Тело дрожало, возможно от холода или, что более вероятно, от перегрузки нервной системы после вмешательства риперов. В висках было ощущение, что что-то постоянно сверлит его мозг изнутри, как незримое жужжание, которое невозможно заглушить. Каждое его дыхание было тяжёлым и сбивчивым, грудь сдавливало, а лёгкие жгло от холода сырых стен. Казалось, его новое тело, на которое он так полагался, едва выдерживало всё это. Джонни задыхался, будто каждая клетка его тела сопротивлялась любой попытке движения. Внезапно в его голове раздался мягкий, но уверенный женский голос: — "Эй, держись, не подыхай. Это не конец." От неожиданности Джонни вздрогнул, сердце пропустило удар, а тело замерло. Он оглянулся, но никого вокруг не было — только тишина камеры и гул в голове. И тут, будто по команде, его состояние резко улучшилось. Боль в висках ослабла, шум в ушах начал утихать, и Джонни почувствовал силу в своих конечностях. Он с трудом, но уже более уверенно поднялся на ноги. — "Что за хрень..." — пробормотал он, но долго раздумывать времени не было. Цепи, которые сковывали его руки, оказались покрыты ржавчиной. Джонни дёрнул их один раз, и они поддались. Ещё несколько движений, и он освободил руки. Со злобной усмешкой, он крепко сжал кулаки и пнул дверь камеры, которая с громким скрипом рухнула на пол. — "Ну что, сучары... идите сюда." Он вышел в коридор, не обращая внимания на мерзкий запах сырости и пота, смешанный с металлическим привкусом в воздухе. Недалеко от него стоял один из охранников "Арасаки". Джонни, действуя без раздумий, подошёл сзади, схватил его за шею и сдавил, пока не услышал хруст костей. Тело охранника безжизненно рухнуло на пол. Джонни схватил его пистолет и вытер кровь с лица тыльной стороной ладони. Теперь он был вооружён. Прогуливаясь по коридорам, он тихо и без лишнего шума снимал всех, кто попадался на пути. Ему нравилось это чувство контроля, будто каждая убитая сволочь из "Арасаки" была маленькой победой над старой болью. В какой-то момент сирены снова зазвучали. Его заметили. Джонни не стал терять времени — быстрым шагом, держа оружие наготове, он двинулся к выходу. Пули свистели рядом, но его уверенность росла. Он чувствовал, что сегодня снова станет свободным. Выбежав на улицу, Джонни увидел то, что искал — его байк, стоящий вдалеке. Без лишних раздумий, он вскинул оружие, обстреливая своих преследователей, и бросился к мотоциклу. Он отпустил несколько автоматных очередей в ближайших охранников, которые пытались помешать ему выбраться, но их падение под пулями было лишь дополнительным бонусом к его плану побега. Добежав до мотоцикла, Джонни вскочил в седло, завёл двигатель и, не теряя времени, рванул прочь от лаборатории, оставляя позади разваливающиеся стены и крики врагов. С ветерком в лицо и грохотом мотора, он уносился в безопасную темноту пустошей. *** Пока Джонни мчался по пустошам на своём байке, перед его глазами начали появляться странные баги и глюки. Картинка то и дело искажалась, словно реальность ломалась под давлением чего-то невидимого. Ощущение было такое, будто мозг не мог справиться с потоком информации. Мир перед ним дрожал, покрывался статическими помехами и расплывался, как в кошмаре. В голове звенели голосовые фрагменты, искажённые, как эхо далёких воспоминаний. Это были не просто глюки — это был первый признак киберпсихоза. — "Чёрт возьми..." — выругался он, потирая виски одной рукой. Боль от вибрации байка становилась почти невыносимой. Обычно Джонни плевал на всё и вся. Он никогда не хотел признавать, что ему нужна помощь. Но сейчас был другой случай. Он знал, что если так пойдёт и дальше, он потеряет контроль окончательно. Мучиться от этих багов до конца своих дней? Нет, это не его путь. — "Пора наведаться к Виктору," — решил он с тяжёлым вздохом. Виктор был тем, кому он доверял. Рипер, который помогал Ви до того как тот отдал тело Джонни, и, возможно, единственный человек, кто мог сейчас вытащить его из этого дерьма. Джонни направил байк в сторону города, прибавив газу. Приехав к Виктору, Джонни на мгновение остановился перед дверью, глубоко вдохнул и попытался взять себя в руки. Ощущения киберпсихоза медленно разъедали его сознание — баги мелькали перед глазами, искажённые фигуры появлялись на периферии зрения, словно жуткие призраки. Но времени терять было нельзя. Он шагнул внутрь, а там, как всегда, Виктор сидел у своего телевизора, переключая каналы между футболом и боксом. Вся атмосфера казалась странно знакомой и в то же время чужой. — "Привет, Вик. Давно не виделись," — сдержанно произнёс Джонни, в его голосе чувствовалась усталость. — "И тебе привет, Ви," — отозвался Виктор, не отрывая взгляда от экрана. — "Что-то давно тебя не видно. Всё по-прежнему с головой возишься? Или уже нашёл себе другую проблему?" Джонни покачал головой, глухо выдохнув. Ему нужно было действовать осторожно, не показывать свою уязвимость. Ведь Виктор до сих пор не знал правды. — "Да, проблема как раз с головой," — саркастично бросил Джонни, пытаясь не подать вида, насколько всё хреново. — "Но на этот раз всё гораздо хуже. Арасака подсунула что-то новое, что-то, чего я не понимаю. Внедрили мне какой-то вирус в мозг." Виктор наконец оторвался от телевизора и посмотрел на него более серьёзно. — "Вирус? Арасака? Не звучит как что-то простое," — Рипер задумался, склонив голову в сторону. — "Расскажи подробнее. Когда и как это произошло?" — "Попал в засаду. Старые 'друзья' из Арасаки устроили мне ловушку. Хотели меня заполучить живым, но после... внедрили какую-то хрень прямо в мозг. Боли, баги, глюки — всё указывает на то, что это их рук дело," — Джонни говорил быстро и нервно, чувствуя, как нервная система бьёт тревогу. — "И ты не хочешь вдаваться в детали?" — Виктор нахмурился, но продолжил слушать. — "Детали не так важны, как то, что происходит сейчас," — резко ответил Джонни, пытаясь держать себя в руках. — "Мне нужно, чтобы ты посмотрел, что там творится, и как можно быстрее." Виктор вздохнул, откладывая пульт в сторону. Он явно понимал, что ситуация серьёзная, но его настораживало, как именно Ви замешан в этом. — "Хорошо, давай разберёмся. Садись в кресло, подключимся и посмотрим, что там за вирус," — наконец произнёс он, готовясь к работе. Джонни лёг в кресло, подключив к нему разъёмы для анализа, а Виктор начал работать, его руки двигались быстро и уверенно, проверяя систему. Всё шло гладко, пока вдруг на мониторах не забегали тревожные красные строки. Виктор замер, его лицо исказилось от напряжения. — "Ви..." — голос Рипера прозвучал глухо, будто он не хотел произносить это вслух. — "Боюсь, тут я бессилен." — "Что?" — Джонни резко поднял голову, его лицо исказилось от тревоги. — "Как это — бессилен? Насколько всё плохо?" Виктор задумчиво уставился на экран, его губы плотно сжаты. — "Помнишь случай с Сильверхендом год назад?" — Виктор не смотрел Джонни в глаза, будто избегал этого. — "Ну... да, а что?" — Джонни нахмурился, ощущая, как к горлу подступает страх. — "То, с чем ты столкнулся тогда, было... сложно, но у тебя был шанс. Хоть и маленький, но всё же шанс избавиться от Сильверхенда. Этот вирус — совсем другое. Он не оставляет тебе выбора. Он медленно поедает твою систему, постепенно ломает тебя изнутри. Сначала начинаются баги, мигрени, небольшие сбои, но потом..." — Виктор вздохнул, его голос стал тише и мрачнее. — "Потом начинается киберпсихоз. Этот вирус... он словно тестирует твоё терпение, проверяет, как долго ты сможешь выдерживать адскую боль, пока не сломаешься. И как только ты погибнешь... они возьмут твою личность, твои данные и используют их. Этот вирус — их способ создавать новые боевые машины, возможно даже что-то вроде Адама Смешера." — "Ты... ты издеваешься?" — голос Джонни дрожал, его глаза расширились от ужаса. — "Сколько времени у меня осталось? Что я могу сделать? Я не могу просто сдаться!" Он вскинул голову, вперившись взглядом в Виктора, словно в его руках было спасение. Но Рипер, несмотря на всю свою крепость, не мог скрыть печали и беспомощности. — "Сколько у тебя времени? Не знаю," — Виктор опустил глаза, убирая руки в карманы. — "Этот вирус непредсказуем. Он может атаковать резко или растянуться на месяцы. Ты можешь попробовать найти способ замедлить его, но полностью остановить — нет. Арасака знала, что делает." Тишина нависла над комнатой, и каждое слово Виктора било как молот по Джонни. Сдаться сейчас значило бы предать самого себя, всё, что он пережил с Ви. Но даже он понимал — шансы были мизерными, а будущее казалось безжалостно обречённым. — "Керри... чертов сукин сын," — Джонни процедил сквозь зубы, ярость и боль перекатывались волной по телу. Он резко поднялся с кресла, кивнув Виктору. — "Спасибо, Вик." — "Постой, Ви," — Виктор шагнул вперёд, держа в руке небольшую баночку с таблетками. — "Возьми это." Джонни, слегка озадаченный, принял таблетки. Виктор продолжил, его голос звучал тихо, но с искренней заботой: — "Эти таблетки могут замедлить процесс... или хотя бы облегчить симптомы. Это максимум, что я могу предложить. Прости, Ви. У меня нет лицензии рипера, и поэтому я не могу достать более продвинутые лекарства или информацию." Он ободряюще улыбнулся, но в его глазах была боль за друга, за ту безысходность, которая нависла над ними. — "Спасибо, Вик," — сухо ответил Джонни, пряча баночку в карман и кивая. Затем он развернулся и ушёл, чувствуя, как таблетка в кармане стала единственной слабой надеждой на спасение....