Цветы на снегу

— Джувия очень рада быть на задании с Греем-сама! – Эта мысль, подобно летнему ручейку, весело журчала в сознании волшебницы воды, пока она, сияя улыбкой, что могла бы поспорить с яркостью полуденного солнца, шагала по густому, словно сотканному из изумрудных нитей, лесу. Солнце, пробиваясь сквозь плотный полог листвы, раскрашивало землю причудливыми узорами света и тени, создавая калейдоскоп мерцающих бликов. А щебетание птиц, словно невидимые музыканты, исполняли свою мелодичную симфонию, наполняя воздух радостными трелями и переливами. Все это создавало идиллическую картину, словно сошедшую со страниц волшебной книги. — Джувия, держись ближе, а то заблудишься в трех соснах, – беззлобно поддразнил ее Нацу, широко улыбаясь своей фирменной мальчишеской ухмылкой. Его розовые волосы, казалось, горели даже в полумраке леса, а сам он был полон энергии, словно сгусток неукротимого пламени. Игнорировать его подколки было практически невозможно, но и обижаться на него Джувия просто не умела – в глубине души она знала, что за его шутливыми словами скрывается искренняя забота. — Джувия не заблудится! Она всегда внимательно следит за Греем-сама, – промурлыкала она в ответ, бросив украдкой восхищенный взгляд на шагающего впереди Фуллбастера. Его короткие черные волосы слегка растрепались от ветра, а лицо, обычно непроницаемое, казалось немного расслабленным. Как всегда, маг льда был немногословен и сосредоточен на задании, но в его движениях чувствовалась уверенность и сила. Сегодня им предстояло разобраться с шайкой бандитов, нагло обосновавшихся в заброшенном поместье на самой окраине этого дремучего леса. Работа не сказать, чтобы сложная, скорее, рутинная, но с такой командой, как у них, скучать не приходилось никогда. Грей лишь фыркнул в ответ на слова Джувии, но уголки его губ едва заметно дрогнули в мимолетной, почти неуловимой улыбке. Его дыхание вырывалось лёгким облачком пара, напоминая о его ледяной магии. Эльза, как всегда, шла впереди, словно непоколебимая скала, держа ситуацию под полным контролем. Ее алые волосы, заплетенные в строгую косу, сияли в лучах солнца, а ее броня, отполированная до блеска, отражала свет, словно тысячи маленьких зеркал. Она внимательно осматривала окрестности, словно выискивая малейшие признаки опасности, ее взгляд был острым и проницательным. Люси, держа в руках свой звездный хлыст, обвитый тонкой серебряной нитью, шла рядом с Нацу, оживленно обсуждая с ним какой-то очередной безумный план битвы, который, как правило, заканчивался полным хаосом и разрушениями. Хэппи, как обычно, парил над их головами, словно пушистое небесное облачко, подбадривая всех своим неизменным "Айя!", и время от времени подбрасывая Люси свежую рыбу. Атмосфера, несмотря на предстоящее сражение, была на удивление беззаботной и веселой. Нацу и Грей умудрялись подкалывать друг друга даже в самой напряженной ситуации, создавая комичный контраст между их непримиримой враждой и крепкой товарищеской связью. Люси то и дело хихикала над их выходками, прикрывая рот ладошкой, а Эльза сохраняла невозмутимость, лишь иногда поглядывая на них с укоризной, но в глубине ее глаз можно было заметить искорку веселья. Джувия чувствовала себя частью этой большой, немного сумасшедшей, но такой родной семьи, частью этой команды, и это наполняло ее сердце теплом и благодарностью. Внезапно, когда они уже почти подошли к заброшенному поместью, зловеще темневшему вдали, Джувия почувствовала слабый, но острый укол в груди. Это ощущение было похоже на то, как будто ее сердце пронзили тонкой ледяной иглой. Она невольно остановилась, приложив ладонь к области сердца, стараясь унять внезапную боль. — Джувия, что случилось? Ты какая-то бледная, – обеспокоенно спросила Люси, заметив ее замешательство. Ее золотистые волосы, распущенные по плечам, развевались на ветру, словно шелковое знамя. — Все в порядке, Люси. Просто… немного закружилась голова, – ответила Джувия, стараясь скрыть свое волнение за напускным спокойствием. Ее голос слегка дрожал, выдавая ее внутреннее состояние. — Может, тебе отдохнуть немного? Мы можем сделать привал, – предложил Грей, обернувшись к ней. Его голубые глаза, обычно такие холодные и отстраненные, сейчас были полны искренней заботы и беспокойства. В их глубине плескалось нечто, похожее на сочувствие. Джувия почувствовала, как ее щеки слегка порозовели под его пристальным взглядом. Простое проявление внимания со стороны Грея-сама заставляло ее сердце трепетать, словно крылья бабочки, и наполняло ее душу светлой надеждой. — Нет, все хорошо, Грей-сама. Джувия просто немного устала. Она быстро придет в себя! – заверила она его, стараясь говорить как можно увереннее, хотя ее голос предательски дрожал. Она отдернула руку от груди, и в тот же момент ее пальцы непроизвольно сжались в кулак. Она продолжила идти, стараясь не отставать от остальных членов команды, но острое покалывание в груди не проходило, наоборот, оно становилось все сильнее и сильнее, словно какая-то неведомая сила медленно, но верно сжимала ее сердце в своих ледяных тисках. Джувия почувствовала, как у нее слегка перехватывает дыхание. Она непроизвольно откашлялась, и в ее ладонь, словно по злой иронии судьбы, упал… лепесток. Не обычный лепесток, опавший с дерева, а лепесток синего цветка. Он был нежным и хрупким, словно сотканным из самого воздуха, и источал легкий, едва уловимый аромат, напоминающий запах морской воды и свежего ветра. Джувия удивленно уставилась на него, расширенными от ужаса глазами, не понимая, что происходит. Синий цвет ей всегда нравился, он напоминал ей о ее силе, о ее связи с водой, но сейчас этот нежный лепесток вызывал у нее лишь страх и предчувствие чего-то ужасного. — Джувия? — услышала она обеспокоенный голос Грея совсем рядом. Его дыхание коснулось ее щеки, и она невольно вздрогнула. Быстро сжав ладонь в кулак, чтобы спрятать лепесток, она натянула на лицо подобие улыбки, пытаясь скрыть свои истинные чувства. — Все хорошо, Грей-сама. Продолжаем задание! Бандиты не будут ждать вечно! Ты права, давай углубим первую главу, добавив больше ангста и предчувствия беды. Глава 1: Первый росток (продолжение №2) … Но пока в голове Джувии царил хаос. Что это было? Почему из нее вылетел лепесток цветка? Неужели… это то, о чем она боялась даже думать? Она старалась отогнать дурные мысли, но страх уже поселился в ее сердце, пустив там свои коварные корни, словно те самые синие цветы, медленно прорастающие внутри нее. В этот момент она просто хотела, чтобы этот весёлый и приятный день никогда не кончался, чтобы время замерло, и она навсегда осталась бы здесь, в окружении своих друзей, под лучами теплого солнца. Но она понимала, что это лишь несбыточная мечта. И что все, к сожалению, только начинается. Тяжёлое предчувствие, словно густой туман, окутывало ее душу, предвещая неминуемую бурю. Прибыв к поместью, которое издалека казалось мрачным и неприветливым, словно заброшенным кладбищем, команда быстро и эффективно принялась за дело. Джувия, обычно уверенно контролирующая воду и создающая мощные потоки, чувствовала себя слабой и рассеянной. Ее движения были скованными, а заклинания – менее мощными, чем обычно. Она старалась не привлекать внимания, скрывая свою слабость за привычной улыбкой и преданным взглядом, направленным на Грея-сама, но он, казалось, не сводил с нее обеспокоенного взгляда. Этот пристальный взгляд, обычно вызывающий у нее трепет, сейчас лишь усиливал ее тревогу. Враги были слабыми и неумелыми, но Джувия, сражаясь с ними, ощущала, как ее легкие сдавливает невидимая рука. Каждый взмах руки, каждый выплеск воды отзывался болезненным покалыванием в груди. Она видела, как Грей ловко замораживает противников, его движения были быстрыми и точными, а лед – острым, как бритва. Она восхищалась им, как всегда, но в этот раз ее восхищение смешивалось с горьким привкусом безнадежности. Она никогда не сможет быть ему ровней, никогда не сможет завоевать его сердце. Во время короткой передышки, когда Эльза, нахмурив брови, занималась подсчетом поверженных врагов, ее алые волосы развевались на ветру, словно знамя победы, а Нацу поджаривал пойманную дичь на костре, Джувия нашла укромное место за покосившимся сараем, чтобы перевести дух. Она ощущала липкий пот на лбу, ее сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым и поверхностным. Разжав ладонь, она с ужасом уставилась на лепесток, словно на змею. Он не просто был синим – это был насыщенный, глубокий оттенок полуночного неба, бархатистый и притягательный, но сейчас он казался ей символом смерти. Она узнала его… Это был лепесток гиацинта. Цветка, символизирующего прощение и сожаление. Ирония судьбы была жестокой и беспощадной. Внезапно ее пронзила новая волна боли, более сильная и мучительная, чем прежде. Джувия согнулась пополам, подавляя стон, который рвался из ее груди. Она прикрыла рот рукой, чувствуя, как ее тело сотрясает сухой, болезненный кашель. Между пальцами проскользнуло еще несколько лепестков, окрашенных в зловещий синий цвет, а затем… целый цветок. Маленький синий гиацинт, словно выращенный в ледяном саду, лежал у нее на ладони, и его нежный аромат, раньше казавшийся ей таким приятным, теперь вызывал тошноту. Джувия задрожала, как осиновый лист на ветру. Она слышала легенды о Ханахаки – редкой и жестокой болезни, поражающей тех, кто безответно любит. Легенды гласили, что в легких влюбленного начинают расти цветы, медленно лишая его возможности дышать. Единственный способ избавиться от болезни – получить взаимность или отказаться от своих чувств. Но Джувия не могла ни того, ни другого. Ее любовь к Грею-сама была частью ее самой, ее сутью, как вода для океана. Она не могла представить свою жизнь без него, даже если эта любовь причиняла ей такую невыносимую боль. Спрятав гиацинт в карман, словно пряча улику преступления, Джувия с трудом выпрямилась. Она чувствовала себя сломленной и разбитой, но должна была держать лицо. Она знала, что должна что-то предпринять, но что? Рассказать Грею? Нет, она не могла. Она не хотела обременять его своей проблемой, не хотела видеть в его глазах жалость или вину. Она предпочла бы умереть в тишине и одиночестве, чем стать причиной его страданий. Вернувшись к остальным, Джувия постаралась улыбаться как ни в чем не бывало. Она слушала шутки Нацу, отвечала на вопросы Люси и даже пару раз подколола Грея, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более естественно. Она хотела, чтобы они запомнили ее такой – веселой, жизнерадостной и преданной своим друзьям. Но в глубине души ее охватывал отчаянный страх. Она чувствовала, как внутри нее, словно в заброшенном саду, начинают распускаться синие гиацинты, оплетая ее легкие своими тонкими, но смертоносными корнями, предвещая ее неминуемую гибель. Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в багряные и алые тона, команда отправилась обратно в Магнолию. Джувия шла молча, стараясь не привлекать внимания. Она прятала руки в карманах, сжимая в ладони мертвый гиацинт – зловещее напоминание о ее тайной, смертельной любви. Она чувствовала, как в горле першит, а легкие горят огнем, но сдерживала кашель, боясь выдать себя. Она знала, что должна хранить этот секрет любой ценой, даже если это будет стоить ей жизни. Ведь любовь Джувии к Грею-сама была подобна синему гиацинту – прекрасной, но обреченной на увядание. И она чувствовала, как эта любовь медленно, но верно убивает ее. По дороге назад, лес, который утром казался таким приветливым и светлым, теперь пугал своими тенями и зловещей тишиной. Деревья, словно костлявые руки, тянулись к небу, а редкие лучи заходящего солнца пробивались сквозь листву, создавая причудливые и зловещие узоры на земле. Джувии казалось, что лес наблюдает за ней, словно предчувствуя ее скорую гибель. Она шла позади, стараясь не отставать от остальных, но каждый шаг давался ей с трудом. Ее дыхание становилось все более прерывистым и тяжелым, а в груди жгло огнем. Она чувствовала, как маленькие синие цветы, словно злобные паразиты, оплетают ее легкие своими тонкими, но цепкими корнями, лишая ее кислорода. Грей, идущий впереди, время от времени бросал на нее обеспокоенные взгляды. Он видел ее бледность, ее усталость, ее странную отстраненность. Он чувствовал, что с ней что-то не так, но не мог понять, что именно. Когда они переходили через небольшую речушку, Джувия оступилась и чуть не упала в воду. Грей мгновенно среагировал и подхватил ее, не дав ей упасть. Его руки были сильными и теплыми, а его взгляд – полным беспокойства. — Джувия, с тобой все в порядке? – спросил он, его голос звучал мягко и участливо. — Ты какая-то вялая сегодня. Джувия посмотрела в его глаза, в их глубине плескалось что-то похожее на сочувствие. Ей захотелось рассказать ему все, вылить всю свою боль и страдания, но она тут же одернула себя. Она не могла этого сделать. Она не хотела видеть его жалость, она не хотела разрушать его счастье. — Джувия просто немного устала, Грей-сама, – ответила она, стараясь улыбаться как можно более естественно. — Все в порядке, Джувия скоро придет в себя. Грей недоверчиво посмотрел на нее, но ничего не сказал. Он помог ей перебраться через речку и продолжал идти рядом с ней, стараясь поддерживать ее. Джувия чувствовала его близость, его заботу, и ее сердце разрывалось от противоречивых чувств. Она любила его больше всего на свете, но знала, что ее любовь обречена на провал. Она чувствовала, как ее любовь медленно убивает ее, но не могла ничего с этим поделать. Когда они, наконец, добрались до Магнолии, на небе уже зажглись первые звезды. Город, обычно такой шумный и оживленный, казался тихим и умиротворенным. Джувия попрощалась со своими друзьями и направилась к своей квартире, чувствуя себя опустошенной и разбитой. Она знала, что впереди ее ждет бессонная ночь, полная кашля и боли. Она знала, что с каждым днем ее состояние будет ухудшаться. Но она не сдавалась. Она продолжала бороться, продолжала хранить свою тайну, продолжала любить Грея-сама, даже зная, что эта любовь убьет ее. Входя в свою маленькую, скромную квартирку, Джувия окинула ее взглядом. Все здесь напоминало ей о Грее. Фотографии, на которых они вместе, маленькие сувениры, подаренные им, даже запах, казалось, был пропитан его присутствием. Она подошла к окну и посмотрела на ночное небо. Звезды сияли ярко и холодно, словно насмехаясь над ее страданиями. Она почувствовала, как в ее глазах собираются слезы. — Грей-сама, – прошептала она, и ее голос дрогнул от боли. — Почему… почему Джувия не может быть с тобой? Ответа не было. Лишь тишина, нарушаемая ее прерывистым дыханием и тихим шелестом ветра за окном. Она знала, что никогда не получит ответа на свой вопрос. Она знала, что ее любовь обречена на безответность. И, глядя на сияющие звезды, Джувия поняла, что ее любовь к Грею-сама – это ее проклятие и ее благословение. Проклятие, потому что она причиняет ей невыносимую боль, а благословение, потому что она наполняет ее жизнь смыслом и надеждой, даже в самые темные моменты. Она провела рукой по карману, ощущая под пальцами твердый комок мертвых гиацинтов. Она знала, что скоро они заполонят всю ее душу, отравляя ее своим смертоносным ароматом. Но она не сдавалась. Она продолжала верить в чудо, продолжала надеяться на то, что однажды, может быть, в далеком будущем, Грей-сама ответит ей взаимностью. И эта вера, пусть и слабая, как мерцающий огонек свечи, помогала ей держаться на плаву в этом бурном море отчаяния и страдания. Даже зная, что этот огонёк скоро погаснет навсегда.