Эпизод 17. Частный рейс Токио – Палермо
11 июня 2025 г., 12:21
VIP-терминал аэропорта Ханэда понемногу заполнялся людьми из делегации Бонтена. В составе этой делегации было около двадцати человек, включая руководство самой преступной организации, и состояла преимущественно из мужчин. Суровую мужскую компанию разбавляли три представительницы прекрасного пола: высокая строгая брюнетка, деятельная шатенка среднего роста, а также Т/и.
Т/ф, чтобы не слушать чужих разговоров, отошла поодаль от беседующих с коллегами Хайтани и села на кресло около круглого столика с различными журналами. К ней тут же подоспела шатенка и села напротив.
— А вы, я так полагаю, Т/ф Т/и? — сверяясь с информацией в планшете, поинтересовалась незнакомка, у девушки в строгом чёрном костюме, что до сих пор держала траур по почившей матери.
— Всё верно.
— Рада с вами наконец познакомиться лично, Т/ф-сан! — дружелюбно улыбнулась шатенка в сером деловом костюме и протянула руку для рукопожатия. — Меня зовут Нагаи Нана, можно просто Нанни. Я офис-менеджер Бонтена и секретарь Майки.
— Приятно познакомиться, госпожа Нагаи, — натянув вежливую улыбку, ответила Т/и и пожала руку девушки, имя которой слышала в разговорах хозяев и их гостей. — Домработница господ Хайтани.
— Знаете, вы просто волшебница! — хлопнув в ладоши, воскликнула Нагаи, Т/ф удивилась столь громкому заявлению. — Даже у нашей Хиро-Хиро через раз получалось заставить Хайтани с утра вовремя приезжать! — Нанни посмотрела в сторону; к беседующим девушкам подходила высокая брюнетка, внешний вид которой был строгим, холодным и аристократичным. — А вот и она!
Т/и хотела встать, чтобы поприветствовать брюнетку в строгом юбочном костюме чёрного цвета, но Нана жестом призвала её остаться сидеть. Брюнетка, подойдя, села на третье кресло.
— Мураками Хироко, — представилась она, протягивая руку для рукопожатия, — домработница и помощник господина Коконоя.
Т/и чуть удивилась, но не подала виду. Похоже, это была та самая домработница, которую Миура считал повешенной, а в действительности была перекуплена.
— Т/ф Т/и, — вновь пожимая руку, представилась Т/и, — домработница господ Хайтани.
Хироко коротко и одобрительно кивнула.
— Знакома с вашим послужным списком, Т/ф-сан. Весьма впечатляюще. Служба у госпожи Ватанабэ — гарант качества, — сдержанно проговорила Мураками и еле заметно улыбнулась. Строгая девушка выражала свои чувства холодно, но честно. — Я рада, что вы нашли подход к Хайтани и смогли их хоть немного воззвать к дисциплине, это непростая задача.
Нана, издав мягкий смешок, подтвердила слова подруги:
— Это точно! — девушка, складывая бумаги, что вместе с планшетом были в её руках, в папку, вещала: – Какучё рассказывал, что в юности они старались держать независимость даже от тех банд, в которых участвовали. Я уверена, оттуда и проблемы с дисциплиной и пунктуальностью.
— Нагаи-сан, этот аргумент сильно притянут за уши, — возразила Хироко, изящно подперев голову рукой. — В качестве контраргумента приведу господина Санзу. И я, и вы наслышаны о его преданности и исполнительности с юных лет, и вместе с тем мы с вами неоднократно были свидетелями его опозданий. Я всё же склоняюсь, что причина недисциплинированности — шальной образ жизни.
— Тогда контрконтраргумент! — не унималась Нанни. — Коко керогазит не меньше, но на все собрания приходит всегда вовремя, и приходил даже до того, как ты с ним стала работать, Хиро-Хиро! Да и у Санзу тоже не самый примерный образ жизни.
Т/и слушала беседу девушек, и по сердцу разлилось тепло. Её одолело чувство ностальгии, она вспомнила, как в бытность работы у Ватанабэ коротала свободное время, болтая на самые разные темы с коллегами: от рецептов блинчиков до астрофизики. Т/ф даже немного взгрустнулось, ей не хватало этих разговоров, нередко пустых, но весьма душевных.
— Т/ф-сан, — обратилась к новой знакомой Мураками, — а вы как считаете?
Т/и, не ожидая, что её мнением поинтересуются, даже не сразу нашлась, что ответить.
— Мне кажется, — подумав пару секунд, стала говорить она, — дело может быть в распорядке дня. Если каждый день засыпать в пять утра, а просыпаться в полдень, то потом сложно уснуть в полночь, чтобы встать в семь.
Каждая из трёх девушек была права, ведь по сути они говорили об одном и том же — привычке. Но это было совершенно не важно, беседа лилась приятным звонким ручьём, и девушки уже перешли к обсуждению совсем другой темы. Хироко и Нанни интересовались новой знакомой, её интересами, предпочтениями, жизнью. Т/и в свою очередь взаимно интересовалась ими.
Вдруг поняв, что домработницы нет рядом, Риндо осмотрелся по сторонам и быстро обнаружил взглядом искомую девушку. Она улыбалась и оживлённо говорила с другими девчатами из их делегации. Довольный Хайтани-младший слегка пихнул локтем брата, призывая его посмотреть туда же, куда и он. Ран так и сделал, и увиденное его тоже неожиданно порадовало. Пусть Т/и улыбалась не им, щебетала не с ними, с ними она вовсе никогда не беседовала на отвлечённые темы, что даже вызвало у братьев лёгкую зависть, но она без тревоги и страха говорила с девушкой из самой страшной в Японии преступной организации и девушкой, чей строгий вид порой даже пугал. Всё это играло на руку Хайтани: Т/и сама, хоть и неосознанно, делает первые шаги к ассимиляции в их мрачном мире, где она станет их персональным тёплым лучиком солнца.
***
Даже частным рейсом путь из Токио в Палермо был далеко не быстрым. Лететь предстояло не менее двенадцати часов. Салон бизнес-джета имел приятный интерьер, в нём преобладал белый цвет, разбавленный вставками из палисандра, а пол был выстлан паркетом из тикового дерева. В салоне было много больших и мягких кресел, диванов, где могли удобно расположиться все пассажиры. Обслуживали их две модельной внешности услужливых стюардессы в нежно-голубой форме. Наблюдая за полётом в иллюминатор, Т/и от монотонного зрелища и приглушённо доносящихся звуков негромких бесед быстро задремала, её голова прислонилась к раме иллюминатора. Сидящий рядом Ран переложил её голову к себе на плечо и, уложив свою голову на её, тоже задремал. Кто-то из пассажиров этого частного рейса тоже дремал, кто-то коротал время в компании коллег за карточными играми и разговорами. — Так чё там с последним кротом? — поинтересовался Санзу, играя в незамысловатую игру «Дурак» с Риндо, Коко и Моччи. — Нашёлся, — ответил Мочизуки, что был ответственен за ликвидацию посланных ранее ими же разведчиков. — Далеко не смог съебать. В морге мелкого городка под Палермо валяется. Санзу лишь коротко угукнул. Его взгляд метнулся в сторону, где дремал Майки, а неподалёку от него сидела Нана и сверяла какие-то бумаги. Эта девушка его сильно раздражала, и он её давно бы пристрелил, как бродячую псину, даже несмотря на протекцию Манджиро, однако Нагаи не было равных в документообороте, за что босс и назначил её секретарём ещё на заре Бонтена. Нанни отвлеклась от бумаг, когда планшет тихой вибрацией оповестил о новом письме. Секретарь тут же поспешила ознакомиться с сообщением, в котором, среди сотен строк документа наткнулась на ту, что её особенно заинтересовала. Шустро встав, Нагаи подошла к столику, за которым шла игра в карты и села на подлокотник кресла Риндо. — Эй, Рин-Рин! Тут Тень скинула отчёт о делах Кингё, — негромко, чтобы не потревожить дремлющих коллег, начала говорить секретарь, а Хайтани-младший бросил на неё скептический взгляд, не понимая, к чему она ведёт, — и я тут вижу одну интересную транзакцию, — Нагаи показала экран планшета и постучала аккуратным чёрным ноготком по строке таблицы, где была указана транзакция с одного из счетов Хайтани на особый счёт Кингё. — Судя по сумме, вы две недели назад кого-то купили. И я даже догадываюсь, кого. И возникает вопрос: вы дурачки или что-то темните? — Нанни передала планшет Коконою, который потянулся за ним, чтобы тоже посмотреть на эту информацию, и продолжила говорить: — Мы и так скоро Кингё зарейдим. Даже для вас эта трата слишком странная и бессмысленная. — Отъебись, — буркнул Риндо, — надо так. — Я ж говорил, что в начале года себе загребут, — довольно прокомментировал Моччи, беря из колоды новую игральную карту. — Санзу, с тебя ящик пятнадцатилетнего Макаллана. Неудовлетворённая столь неинформативным и грубым ответом Хайтани, Нана хмыкнула. — Ладно, попрошу тогда Умэ ломануть вас, — чуть надув обиженно губки, произнесла девушка. — Коко, мы можем договориться, чтоб пиздюха нас не взламывала? — с долей равнодушия обратился к коллеге младший из братьев, продолжая игру. — Нет, — категорически ответил Хаджиме, возвращая планшет Нагаи и беря обратно в руки свои карты. — Потому что мне тоже интересно, нахуя вы столько бабла слили, если агентство реально скоро наше будет. Намерения братьев Хайтани в отношении Т/и не были секретом от их коллег, но и распространяться о своих планах не хотелось для надёжности их свершения. Риндо, раздражённо цыкнув, произнёс: — Да хуй его знает, когда это «скоро» случится. А нам сейчас нужно, чтобы наша малыха не могла покинуть страну по своим документам. Короче, — с усталым шумным выдохом сказал он, — считайте, это для отвода глаз. Типа, мы не при делах и нам по-прежнему срать на Кингё и разборки между Оомори и Фудзиварой, — парень перевёл взгляд с игральных карт на коллегу. — К тому же теперь мы точно знаем, что Кингё людьми барыжит. Такой ответ тебя устроит? — Вполне! — Нанни улыбнулась, а затем, сделав небольшую паузу, спросила: — А я правильно понимаю, что девочка не знает, что вы её купили? «Вот пизда неугомонная», — подумал Хайтани с раздражением, но в то же время одобрением. Всё же дотошность Наны была в некотором роде профессиональной привычкой, которая не раз выручала. — Не знает, — уже вслух произнёс Риндо. — И знать ей этого не нужно. Так что помалкивайте. Особенно ты, — молодой мужчина посмотрел на второе лицо в Бонтене, — Санзу. Харучиё, фыркнув, бросил очередную карту, и заверил: — Сладости от вашей монашки — лучшее, что я ел объёбанным! Так что я — могила. Нагаи посмотрела на наркомана и вздохнула: — Эх, Хару-Хару на тебя бы ещё управу найти, — мечтательно произнесла она, прикладывая к своей щеке ладошку и чуть качая головой. — Ох и заживём тогда, — нараспев протянула девушка. Санзу гадко ухмыльнулся и, показав неприличный жест в виде среднего пальца, с вальяжным смешком ответил: — Не дождёшься! — Ну да, — хихикнула Нанни, — ты скорее скопытишься, чем с тобой кто-то добровольно свяжется. От тебя ж только Хиро-Хиро и Тень не шарахаются. Нагаи прекрасно знала, как раздражает Санзу, и не упускала возможности немного подколоть его. Порой непредсказуемая реакция молодого мужчины её веселила. Хоть девушка и понимала, что играет не просто с огнём, а с целым бурлящим вулканом, но кабинетная работа иногда нагоняла на неё скуку и тоску по адреналину. — Пиздуй уже! — сквозь зубы прошипел Харучиё, запустив в девицу пёструю подушку, что лежала за его спиной. Он мог бы и как минимум прикрикнуть на неё, но не хотел потревожить сон Майки. Нагаи ушла, а мужчины продолжили игру. Нана, укрыв пледом провалившегося в глубокую дрёму Майки, села в кресло рядом с Хироко, которая скучающе листала иностранный журнал какого-то научного издания. — Мне кажется, — помолчав пару минут, завела разговор Нанни, — наши братцы-кролики, — так в шутку она назвала Хайтани, — зря взяли с собой в эту поездку Т/и. — Позвольте полюбопытствовать, почему? — не отвлекаясь от прочтения статьи, спросила Мураками. — Ну ты посмотри на неё, — секретарю домработница Рана и Риндо напоминала породистого котёнка, — она же такая милая булочка! Лёгкая добыча для всяких мудаков, а там их будет немало. Да и наши ребятки не самые благородные люди. — Как и сами господа Хайтани, — ответила Хироко. Дочитав статью, она закрыла журнал и устремила свой извечно ледяной взгляд на собеседницу. — Нагаи-сан, беспокоиться не о чем. Во-первых, не думаю, что они позволят покуситься то, что считают своей собственностью. Во-вторых, господин Коконой и господин Акаши буквально пару часов назад обсуждали, что наличие Т/ф-сан может сыграть важное стратегическое значение. Она ведь человек, много лет проработавший у госпожи Ватанабэ. — Точно, — кивнула Нана, — наследнички старушки Ватанабэ тоже приглашены, — девушка подпёрла голову кулаком, облокачивая руку о подлокотник. — Хотя вряд ли они ей обрадуются. Судя по досье работников, наследники отказались от них чуть ли не сразу после смерти старушки. — Дело не в том, какие эмоции испытают потомки госпожи Ватанабэ, а в том, что знает Т/ф-сан, — Хироко глянула в сторону дремлющих в креслах Т/и и Рана. — Т/ф-сан, конечно, старается держать субординацию, и, я уверена, постарается не распространяться о делах своих прежних владельцев, но вместе с тем я уверена, что у неё нет и шанса утаить хоть что-то или как-то отгородиться, — строгая девушка перевела взгляд обратно на секретаря. — Что верно, то верно, — согласилась Нана с подругой. — Эти двое и мёртвого заебут.***
Спустя несколько часов бизнес-джет приземлился в Международном аэропорту Палермо, где гостей радушно встретили итальянские коллеги-мафиози. На своего рода инаугурацию нового босса Лоретти прибывали и другие преступные кланы, а также владельцы огромных фирм и корпораций со всех концов света. Эта итальянская мафиозная семья в свои лучшие годы спрутом запустила свои щупальца по всему миру. Однако встречать именно Бонтен приехала вся верхушка семьи Лоретти. Наслышанные о величии самой страшной и при этом молодой якудза, которая уничтожила уже много матёрых конкурентов, существовавших не одно поколение, итальянцы не могли упустить возможность как можно больше расположить к себе коллег из Японии в надежде получить огромную выгоду от сотрудничества и вернуть былую славу.
