На вкус как грех

— Ты пьян-Марс щурится, изучая Венеру с осторожностью, как будто перед ним мина замедленного действия. — И что с того?- Афродита нежно усмехается, пригубив еще глоток красного вина. Он расслабленно откидывается на спинку стула в полутемном баре, его длинные пальцы рисуют круги на поверхности бокала. В глазах отражение приглушенного света, в губах, легкая полуулыбка. Марс хмурится. Он не любил, когда Венера напивался, потому что тогда тот становился особенно опасным, красивым, обжигающим, как огонь, который хочется потрогать, зная, что обожжешься. — Ты же не любишь алкоголь-напоминает он. — Но я люблю тебя-Венера лениво тянется через стол и касается пальцами запястья Марса. — А ты, как известно, пьешь. Марс отводит взгляд. Он знал, что этот вечер закончится именно так Венера напьется, станет еще более откровенным, чем обычно, и будет говорить слова, за которые утром ему будет стыдно. — Я тебя не заставлял-глухо отвечает он, но руку не убирает. — Разве?-Венера наклоняет голову набок, разглядывая Марса так, будто видит его впервые. Его взгляд тёплый, немного пьяный, и Марс чувствует, как у него пересыхает в горле. — Ты всегда смотришь на меня так, будто я твоя последняя бутылка вина-шепчет Венера. — Так что давай не будем делать вид, что ты не знал, чем всё это закончится. Марс резко вдыхает, чувствуя, как его собственные пальцы сжимаются на руке Венеры. — Ты правда хочешь знать, чем всё это закончится? Венера улыбается. — А ты покажи. Марс наклоняется ближе. Венера чувствует его дыхание, горячее, прерывистое, пахнущее виски. Марс пьёт медленно, как и целует, но сейчас он ещё не решился. — Ты ведь потом сбежишь- голос Венеры звучит лениво, но в нем слышится вызов. Он приближается сам, их губы разделяют жалкие миллиметры. — Кто из нас сбежит первым?-Марс усмехается, но в его взгляде темнеет что-то опасное. Они могли бы говорить вечно, притворяться, что между ними просто ночной бар, вино и алкогольные отголоски симпатии. Но на самом деле их давно связывало нечто большее: слишком затянувшийся флирт, слишком откровенные взгляды, слишком громкие вздохи, когда друг друга нет рядом. Марс хватает Венеру за воротник рубашки и тянет на себя. Их губы сталкиваются резко, чуть грубо Марс не умеет быть мягким, не умеет касаться осторожно. Венера улыбается в этот поцелуй, словно наслаждаясь этим диким, неконтролируемым огнём. — Ты на вкус как грех-шепчет Марс, когда их губы на мгновение разъединяются. Венера облизывает пересохшие губы. — А ты как сожаление-отвечает он, притягивая его обратно. Марс застонал в губы Венеры, и в этом звуке смешались отчаяние, голод и смирение. Он знал, что они оба идут к неизбежному, но не мог, не хотел остановиться. Ночь затягивала их, как зыбучие пески. Они выбрались из бара и шли по пустым улицам, не разжимая сцепленных рук. — Ты когда-нибудь хотел просто исчезнуть?-вдруг спросил Венера, глядя на звёзды. Марс сжал его пальцы сильнее. — Только если ты исчезнешь вместе со мной. Венера остановился, повернулся к нему лицом, и в его пьяных глазах читалась настоящая трезвость. — Я люблю тебя, алкоголик-сказал он. Марс усмехнулся. — А я люблю тебя, идиот. Их губы снова встретились, и в этот раз поцелуй был мягким. Как будто они уже не боялись сгореть.