Одержимый художник

Жестокая, тягучая безысходность скользила по коже Земли, пока он смотрел на Урана. На его спокойное, абсолютно уверенное лицо, на его ледяные глаза, впивающиеся в него, как цепи. — Уходи-голос дрожал, но он старался звучать твердо. Уран не двигался. Только склонил голову, будто рассматривая его под новым углом. — Ты боишься меня?-в его голосе не было ни насмешки, ни злости. Лишь искренний, холодный интерес. — Я…-Земля сжал кулаки. Ему хотелось сказать «да». Закричать. Выбежать из этой комнаты, скрыться в ночи. Но он знал, что это бесполезно. Уран вздохнул, как будто Земля снова его разочаровал. — Я не причиню тебе вреда-тихо поговорил он. — Я здесь, чтобы защитить тебя. — Защитить?-Земля фыркнул, даже не осознавая, что отступает к стене. — От кого? От тебя? На губах Урана появилась улыбка медленная, змеящаяся. — От всех, кто хочет тебя сломать-голос звучал уверено, твердо. — Я справлюсь сам-руки сжались в кулаки. — Нет, не справишься. Тишина повисла между ними, густая, тяжелая. Земля чувствовал, как дрожат пальцы, как бешено колотится сердце. — Чего ты хочешь?-спросил он наконец. Уран шагнул ближе. — Тебя. Слово ударило в грудь, как гвоздь в крышку гроба. — Ты не можешь просто взять и… и… — И сделать тебя своим?-Уран медленно протянул руку, легким касанием убирая прядь волос с его лица. — Но, Земля… ты уже мой. Просто пока этого не понял. Его пальцы были холодными, но не ледяными. Они были живыми. Теплыми ровно настолько, чтобы Земля осознавал их присутствие. — Нет…-прошептал он. — Нет, ты ошибаешься-руки дрожали. — Тогда почему ты дрожишь? Земля задохнулся. От ярости, от страха, от той пугающей близости, в которой чувствовалась нежность. Настоящая или ложная, он не понимал. — Уран…-голос был слабым, почти молящим. — Ш-ш-ш…-ледяные пальцы вновь коснулись его губ. — Не бойся. Я никогда не причиню тебе боль. — Тогда… отпусти меня. Уран замер. На мгновение Земле показалось, что он его задел. Что он смог достучаться. Но затем Уран улыбнулся. Мягко. Почти печально. — Нет. Земля закрыл глаза. Он был в ловушке. Земля отступал назад, пока не уперся спиной в стену. Он судорожно сглотнул, сжав кулаки. — Ты…-голос дрожал, но он пытался звучать твердо. — Ты не можешь просто прийти сюда. Уран смотрел на него с мягкой улыбкой. — Но я уже здесь. Он шагнул ближе, и Земля почувствовал холодок по коже. В глазах художника не было ярости, только странная нежность, от которой становилось не по себе. — Ты боишься меня? — Да-выдохнул Земля. Губы Урана дрогнули в лёгкой улыбке. — Не бойся. Я не причиню тебе вреда. — Правда?-голос Земли сорвался. — Тогда почему, блять, ты врываешься в мою жизнь, будто имеешь на это право?! Уран внимательно посмотрел на него, потом плавно поднял руку, с лёгкостью коснувшись его щеки. — Потому что я имею. Земля резко оттолкнул его. — Нет! Нет! Ты не имеешь! Он попытался обойти Урана, но тот легко схватил его за запястье, не позволяя уйти. — Ты не понимаешь-голос художника был почти ласковым. — Ты привык к толпе, к аплодисментам, к вниманию. Но когда все они отвернутся, когда слава угаснет… кто останется? Земля затаил дыхание. — Я... Уран медленно потянул его ближе. — Ты можешь лгать себе сколько угодно-прошептал он —Но ты уже знаешь правду. Земля не мог пошевелиться. — Какую правду? — Что никто не сможет любить тебя так, как я. Грудь сдавило. Он не знал, от злости или страха. — Любовь?-прошептал он. — Это не любовь. — Тогда что? Земля судорожно выдохнул, с трудом подавляя дрожь. — Одержимость. Уран медленно провёл пальцем по его щеке, задержался на губах. — Пусть так. Земля с силой выдернул руку, делая шаг назад. — Убирайся. Уран смотрел на него долго. Потом кивнул. — Хорошо. Он развернулся к двери, но, прежде чем уйти, тихо добавил: — Я дам тебе время. Земля не ответил. — Но не заблуждайся-Уран обернулся, его глаза казались бесконечно глубокими. — Ты можешь пытаться бежать, можешь пытаться отрицать. Он улыбнулся. — Но ты все равно вернешься ко мне. Дверь закрылась. Земля обхватил себя руками, ощущая, как сковывает страх. Земля вышел из здания студии поздно ночью. Уставший, он накинул капюшон и натянул маску, привычно скрываясь от любопытных взглядов. Вокруг почти никого не было, только редкие прохожие, да припаркованные у тротуара машины. Он торопился. Хотел скорее добраться домой, принять горячий душ и забыться в коротком, беспокойном сне. Но, сделав несколько шагов, почувствовал странное напряжение в воздухе. Его словно кто-то наблюдал. Земля замедлил шаг, настороженно огляделся. Темные улицы молчали. Но ощущение не исчезло, а только усилилось. — Блять..- пробормотал он, ускоряя шаг. И тут из переулка выскользнула тень. Он не успел закричать. Чья-то сильная рука сомкнулась на его запястье, другой рукой незнакомец зажал ему рот. Рывок и Землю потащили в темноту. Боль резко пронзила спину, когда его впечатали в холодную кирпичную стену. Запах чего-то знакомого, пряного… — Тише-раздался мягкий голос. Земля замер. Узнал этот голос. — Уран…-пробормотал он, но губы все ещё были сжаты чужой ладонью. Художник склонился ближе, почти касаясь его лбом. — Ты ведь знаешь, что это должно было случиться. Земля рванулся, пытаясь вырваться, но хватка была железной. — Не сопротивляйся-голос Урана звучал нежно, почти ласково. — Всё будет хорошо. Он свободной рукой достал из кармана что-то маленькое. Земля дернулся ещё сильнее. — Тише..-Уран провел пальцем по его щеке. — Просто немного отдохни. Тонкий платок с резким запахом закрыл Земле нос и рот. Хлороформ. Паника захлестнула его. Он изо всех сил задержал дыхание, но веки уже наливались тяжестью. — Вот так-шептал Уран, осторожно поддерживая его. — Всё хорошо. Мир начал расплываться. Последнее, что Земля почувствовал, это тёплые руки, которые аккуратно подхватили его, когда он начал оседать. А затем темнота. Земля очнулся медленно. Голова гудела, тело будто наливалось свинцом. Веки тяжело поднимались, и первое, мягкий полумрак. Комната была просторной, но странно пустой. Тёплый свет настольной лампы разливался по гладким, идеально белым стенам. Никаких окон. Сердце забилось быстрее. Он попытался подняться, но тело не слушалось. Руки и ноги слабо дрожали, мышцы были ватными, эффект хлороформа ещё не прошёл. — Ты проснулся. Земля вздрогнул. Голос Урана раздался совсем рядом. Он сидел на краю кровати, чуть наклонившись вперёд, и смотрел на него, будто изучая. Земля сглотнул. — Где я?-голос оказался хриплым, слабым. Уран улыбнулся. — В безопасности. — Ты… ты что, ебанутый? -Земля попытался резко сесть, но мир тут же качнулся перед глазами. Уран быстро подался вперёд, поддерживая его за плечи. Его ладони были тёплыми, заботливыми. — Осторожнее-в голосе не было ни капли злости. Только мягкость. Земля тяжело дышал, чувствуя, как по телу ползёт липкий страх. — Зачем ты это сделал? Уран внимательно посмотрел на него, и во взгляде мелькнуло что-то болезненное. — Потому что так будет лучше. — Лучше для кого?! Тишина. — Ты живёшь в этом аду, где все тобой пользуются-наконец сказал Уран, сжимая пальцы на его плечах. — Я больше не мог смотреть, как ты разрушаешь себя ради них. Ради людей, которые даже не заботятся о тебе. Земля судорожно сглотнул. — Это не твое дело… — Нет, это моё дело.-голос Урана чуть дрогнул. — Потому что я люблю тебя. Эти слова звучали искренне. Глубоко. Но в них была болезненная одержимость. Земля попытался отстраниться, но Уран не отпустил его. — Ты не понимаешь, Земля. Я могу дать тебе всё. Всё, что тебе нужно. В его глазах вспыхнуло отчаяние. — Я заработал миллионы, чтобы создать для тебя идеальный мир. Купил этот дом, скрыл его от всех. Чтобы ты мог быть здесь… счастливым. Земля замер. — Ты… ты же понимаешь, насколько это безумие? Уран чуть склонил голову. — Безумие?-повторил он с лёгкой улыбкой. — Нет. Безумие — это позволить тебе дальше страдать... Он поднялся, проводя пальцами по тёмно-синему рукаву своей рубашки. — Здесь у тебя будет всё. Никто не сможет тебя использовать. Никто не будет тебя мучить. Ты больше не обязан быть идеальным для публики. Земля посмотрел на него с ужасом. — Ты… ты правда думаешь, что я останусь? Уран не ответил сразу. А затем медленно склонился ближе, касаясь губами его лба. — Ты останешься,/-прошептал он. — Потому что тебе больше некуда идти. И в его голосе была слепая уверенность. Земля напрягся, чувствуя, как его кожа покрывается мурашками от этого ненормального спокойствия Урана. — Я не игрушка-голос звучал глухо, но он пытался держаться. — Ты не можешь просто… просто держать меня здесь. Уран медленно отстранился, наклоняя голову, словно обдумывая его слова. — Я и не держу-наконец сказал он. — Просто защищаю. Он выпрямился, отступая на пару шагов, будто давая Земле иллюзию свободы. — Здесь ты в безопасности. Здесь ты можешь быть собой.-он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то страшное. — Без камер. Без криков менеджеров. Без фальшивых друзей. Земля сглотнул, понимая, насколько всё плохо. — Ты же понимаешь, что это не любовь? Уран молча смотрел на него. — Любовь—это свобода, а не клетка, пусть даже золотая. В глазах Урана мелькнула боль. — Ты не понимаешь. — Это ты не понимаешь!-голос Земли дрогнул, но он попытался не поддаваться страху. — Я не твой. Ты не можешь купить меня, Уран! Тот резко напрягся. Земля видел, как его пальцы сжались в кулак, как едва заметно подрагивали плечи. Но когда он снова заговорил, голос его был мягким, почти ласковым: — Я не хочу тебя покупать. Я хочу, чтобы ты понял, что я единственный, кто тебя не предаст. Он сделал шаг вперёд, но Земля резко подался назад, чувствуя, как дыхание сбивается. — Оставь меня. Уран замер. А затем тихо вздохнул, проводя рукой по волосам. — Ты устал. Я дам тебе время. Его голос был ровным, но в глазах плескалась какая-то нездоровая нежность, смешанная с одержимостью. — Отдохни, Земля. Завтра поговорим. Он вышел, плавно закрыв за собой дверь. Земля бросился за ним, но, как и ожидалось, дверь была заперта. Тихий щелчок замка прозвучал, как приговор.