I love you like you don't love me

Юлиан зол, Юлиан чуть не сорвался в раздевалке перед командой, потому что всё пошло наперекосяк, и пришлось снова додумывать, как выйти из очередной ситуации, когда снова не проконтролировал её. Да, они победили, но победа не несла ни чего то уверенного, ни чего то хорошего о форме сборной. Может поэтому он буквально таял на бровке при любом действии Йозуа - настоящего капитана, который будет тащить любую команду, которую ему дадут. Йозуа заслуживает всё, чтобы быть этим самым лучшим, но он не заслуживал быть единственным двигателем этой команды, из за одного которого она пойдет вперёд. И Юлиана это злило, злило по горло, до покраснения хотя он был безумно счастлив и горд его выступлением. Поэтому когда он грубо впивается в губы капитану, всё больнее прижимая к шкафу с выступающими ручками, Йозуа понял, что всё это не в благодарность ему. Йозуа знает, что сейчас Юлиан никак не может быть довольным и, несмотря на все его комплименты в интервью, на самом деле он всё это время крепко держал себя в руках, и только сейчас развязал их, хоть и стараясь успокоится. Йозуа стучит рукой по его бедру, прося не так сильно давить на кожу, но тот только сильнее прижимает его к шкафу, отчего из груди парня вырывается тихий протяжный стон, отрывается от него и смотрит на него, весь дрожа от злости. - Юлиан,..- на выдохе произносит Йозуа, - какого хрена?.. - Йош...Ты слушал меня? - спрашивает он, сильнее сжимая свои руки на его теле. - Конечно...Успокойтесь, прошу, - Йозуа попытался освободиться, но успеха ему это не принесло. - А если бы тебя не было? - сказал он, всё сжимая его. - Вы бы всё равно что нибудь придумали. Я знаю. Юлиан отпустил парня, но тот подошёл так близко, что тёмная комната вовсю стала непроглядной тьмой. Он взял его за подбородок и утянул в поцелуй, который вёл их упасть на постель и скорее скинуть мешающую одежду. Йозуа тянет к себе тренера, позволяет касаться его губами, сам целует его куда то в висок, обнимая любимое тело в ответ, чем тот пользуется по полной - касается его грубее и чаще. Йозуа уткнулся ему в шею и молчал, изредка целуя его. Вскоре, Юлиан резко потянулся к тумбочке, но парень успевает остановить его. - Хватит. Юлиан вопросительно посмотрел на него. - Хватит. Я больше не могу. - О чём ты, Йо? - Хватит трахаться со мной лишь бы лишь бы. Это совершенно бессмысленно. - И с чего ты это взял? Мы, работая вместе, делаем это почти уже два чёртовых года, и ты только сейчас о чем то задумался? - Да. Юлиан отпустил его. - Потому что если бы вы действительно были со мной, потому что я вам нужен, вы бы не только трахались со мной, когда это вам угодно. Вы обещали мне, что всё будет серьёзно, а в итоге у нас только служебный роман какой то, - Йозуа отвернулся, сложа ноги вместе. - Мы видимся буквально раз в полгода в этой сборной,..- произнёс тренер. - А остального времени нет?! Сколько я вам звонил? Сколько я вас видел на наших играх? Вы мне хоть раз ответили? - воскликнул Йозуа, и было уже видно, что парень на грани. - Я не хочу тебя тревожить. Я знаю тебя, Йо. У тебя есть свое дело, и ты отдаёшь ему всего себя, - Нагельсманн понимал, что только оправдывается. Даже если он не хотел такой привязнности Йозуа к нему, он не желал их разрыва. Этот человек был лучшим, что случалось с ним в жизни и, когда он впервые покидал его, уходя из Баварии, он сам был ужасно обеспокоен тем, что больше не сможет увидеть его. Их первая ночь как раз таки и случилась после его увольнения. Первая и самая лучшая, но и самая тяжёлая. Никогда не было так трудно успокоить Йозуа. Он до сих пор не может забыть его слезы на своей груди, нежные касания там, где только возможно, его ровные стоны, расслабляющиеся под осторожными движениями, то, как он долго лежал на нём, обнимая его, как подушку, и долго разговаривая с ним о прошлом, произошедшем. О будущем спросил только раз: "Вы останетесь со мной?", на что Юлиан пременно согласился, но он определённо не понял тогда, что открыл себе совершенно другого Йозуа. Не того его незаменимого непоколебимого ничем капитана, а совершенно обычного человека со своими слабостями, который также просто хочет быть ценным для кого то со всеми своими стараниями. - Да и, черт подери, ты будто бы не знаешь, насколько мы медийны. Если кто то увидит нас вместе, нас съедят СМИ до костей. Это помешает твоей карьере, моей карьере. Ты этого хочешь? - говорил Юлиан с ноткой раздражения. - Но я скучаю! - вырвалось у него. Он тут же замолк и отвернулся, - и не поверите как. - Я знаю. Я сам виноват в этом. Я не должен был начинать это, - на выдохе грустно сказал Юлиан. Киммих опустил глаза. Его лицо перестало выражать какие либо эмоции. Он будто бы смотрел сквозь тренера. - Мне нужно отойти...Извините, - сказал он, накидывая одежду. - Йо... - Извините, - повторил он, выходя из их номера. Дверь громко захлопывается. Мужчина хватает свою футболку и в гневе бросает в стену. Он идиот. Он чёртов идиот, который из за блядской жалости зашёл слишком далеко. А когда понял, что все чувства к нему действительно серьёзны, не смог тому препятствовать. Юлиан ценил Йозуа, Юлиан считал его лучшим во всем, восхищался его ценностями и качествами, он был готов на всё, лишь бы он был в его команде. Но хотел ли он, чтобы он был именно с ним, Юлиан до сих пор не понимал. Хотя даже сейчас осознавал, что также не сможет его отпустить. Йозуа предан, Йозуа может понять его, Йозуа поддержит его, как когда он начал поддерживать его, Йозуа может превратить любую ситуацию во что то незабываемое. Для Юлиана он был идеалом. Идеалом, который должен был достаться не ему. Но он, воспользовавшись слабостью парня, получил его, сам того не заметив, так как Йозуа был неравнодушен к нему. Юлиан понимал, что был бы он в порядке их первую ночь, её вовсе бы не было, но ему было тогда так больно, что он сам нуждался в этой близости с тем, кто также всегда был рядом, на его стороне. Тогда Юлиан говорил себе, что после всё это можно списать на опьянение и его разбитое состояние, да вот только их встречи продолжились после, имея совсем не рабочую атмосферу, и вскоре мужчина понял, что Йозуа где то стал значить для него слишком многое. Их отношения получились из за сущей случайности, которая только сильнее разожгла их чувства, только губящие их. Но он не мог простить себе это. Теперь, он действительно признали что у них всё же роман, но нормально обеспечить он его не может. Не потому что не хочет (хотя и об этом ему пришлось пожалеть), а потому что сам беспокоится за Йо, за его карьеру и жизнь. Да и сам он мог нажить себе столько неприятностей, откуда бы уже не выбрался. Это осознал и Киммих. Юлиан долго размышлял, изредка посматривая на дверь номера, думая, что Йозуа сейчас успокоится, вернется, и они всё обсудят. Но Йозуа не возвращался. Тренер думает выйти и найти его, но силы окончательно покидали его вместе с тяжёлым игровым днем. Он ложится, зная, что в любом случае поговорит с ним. Утром он просыпается, чувствуя на себе чужие руки. Боковым зрением он замечает Йозуа, который спал своим обычным глубоким сном, обхватывая его за бока. Юлиан осторожно встаёт, чтобы не разбудить того и тихо собирается на выход. День был восстановительный, и Нагельсманн практически не видел команду, которая оказалась вся под покровительством Сандро в тренажёрном зале. Юлиан отдал себя анализам игры и плану на завтрашнюю тренировку, и практически не думал о Йозуа и вчерашнем вечере. Но после командной встречи, провожая всех, он обнял парня покрепче и сказал, что он ждет его, чтобы поговорить. Однако Йозуа снова не пришёл к отбою. Напрасно Юлиан его ждал, дверь так и не открылась во второй раз. Ему начало не нравится всё это, учитывая, что на утро, Йо снова лежал рядом. Зачем он уходит от разговора? Разве ему это не так важно? После всего, что между ними было Юлиан никак не мог поверить, что ему это не важно. Их отношения были уже его частью. Он одевался уже, чтобы выйти и спуститься вниз на первый этаж в кабинет, как почувствовал объятия сзади. - Доброе утро, тренер. - Доброе, Йо, - ответил мужчина, осторожно снимая с себя руки Йозуа, - как ночь? - Всё хорошо, - ответил он, - мне пришлось задержаться у Робби. - Я понял тебя, - сказал Юлиан. - Я опоздал с расписанием? - Верно думаешь. - Хорошо, я начну индивидуальную тренировку раньше, - сказал Йозуа, отойдя, чтобы одеть кофту. - Я сообщу Бенжи, - ответил Юлиан, - начнёте в 10:00. - Хорошо, тренер, - кивнул Йозуа. Йозуа никогда не возражал. Он мог думать про себя всё, что угодно, но на словах никогда никому не перечил, и всё делал. И сегодня, он снова оказался лучшим на обеих своих занятиях, хотя и его команда в тренировочном матче проиграла. Он был очень сосредоточен и слушал всё, что говорил Юлиан. Обычно заключительные тренировки не особо трогают некоторых из сборной, но не Йо. Для него это был ключевой день. Нагельсманн прекрасно знал такую версию Йозуа. Его трогать нельзя, в такие дни он редко отвлекается. Однако под самый вечер он расслабляется, чтобы завтра выйти ещё более заряженным. Он выдал прекрасный первый матч и, видно, хотел такой же второй. И ему нужна ещё большая подзарядка. Йозуа возвращается в номер вовремя, подходит к пьющему чай Юлиану и целует его в щеку. Тот оборачивается. - Йо...Ты что то хочешь сказать? - Да, - ответил он, - хотел извиниться за тот вечер. - И что же ты решил? Что мы будем делать с нами? - спросил Юлиан. - А вы... - Решение за тобой. - Почему? Разве это я не должен был начинать всё? - недоуменно сказал Йозуа. - Йо, я просто хотел, как лучше, - сказал Юлиан, - с самого начала. Я думал, что сначала наша связь просто отвлечет нас обоих, а затем разведет кого куда, но потом я осознал твои чувства.. - То есть вы действительно хотели использовать меня, чтобы вы восстановились?...- перебил его парень, - я же вам верил, Юлиан! - Йо, ты снова не понял... - Я понял. Вы игрались моими чувствами, чтобы лишь вернуться к нормальной работе. Зачем вы тогда меня поддерживали? Зачем вы меня защищали и ставили себе на первое место? - Йозуа задрожал от обиды и наплывающего разочарования. - Не неси чушь, Йо. Я не для этого тратил три года, чтобы якобы "использовать" тебя. Мне это не надо. - А что вам было надо? - спросил Йозуа, тихо всхлипнув. - А что тебе? - парировал мужчина. - Вы, - коротко ответил Киммих, - я люблю вас. И продолжать ли всё нам решать явно вам. - Йо,.- вздохнул Юлиан, - ты говоришь так и одновременно думаешь, что я пользуюсь тобой, как какой то ночной бабочкой...Порой, ты действительно невыносимый, Йо.. Довольно разговоров. Завтра важный день. Йозуа отпустил его руку, которую незаметно для того взял во время признания. Он больше не произнёс ни слова и лёг на край постели, уткнувшись в сторону двери. Нагельсманн оставил его и смотрел в другую сторону. Он понимал Йозуа, теперь он видел его слишком большое влечение к нему и от этого его влекло к Йозуа же сильнее. Киммих беспокоится также, как и он, говорит, не думая, целует также страстно и глубоко, зовёт его к себе, когда захочет. И Юлиан снова видит: они слишком связаны. День матча выдался на удивление позитивным, когда вся команда подходила с большим оживлением и крупным результатом в футбольном теннисе, партию которого снова выиграл Йозуа. Он всегда выигрывал в этой игре, и остальные немцы всё пытались повторить такую же ловкость капитана сборной, однако мало кому доставалась такая удача. Впрочем, от настоящей игры такое настроение мало чем отличалось. Йозуа вновь был лучшим. Гол, ассист, ещё ассист. Йозуа воспринимал это, как должное, тем временем, как Леон был готов раздавить его плечи за любой чих. Но тут итальянцы забивают один, второй. Вот в конце назначают пенальти - третий. Немецкий тренер снова недоволен, он идёт к своим подопечным, поздравляет их проходом дальше, но явно не с удовлетворенностью. И только, когда одним из них оказывается Йозуа, он останавливается и жмёт его руку, а после прижимает покрепче, чтобы выразить всю свою (любовь?) признательность своему капитану. А после ведет его в опустевший зал, где каких то 15 минут назад велась пресс-конференция, и до покраснения целует его и притягивает всё ближе, отчего со стола падают все бутылки спонсоров. По многим причинам, которые развеятся лишь здесь, между ними. Потому что по другому уже не получится. Потому что они не могут друг без друга. - Никогда бы не начал всё это с кем попало, - сказал Юлиан, прекратив движения рукой внизу у парня, от чего тот чуть не выпал из его второй руки. - Да, я п-понял, - отвечает он, кладя руку тому на плечо, - идём лучше домой, если вы, конечно, хотите продолжить со мной. - Безусловно, Йо..