Танцы в темпе метронома

Работа в сфере стриптиза достаточно интересна. Надоедает, конечно, со временем, но всё же. По крайней мере, это не проституция, а что-то на ступень выше и "элитнее". Звучит куда лучше, не так ли? Люди попадаются разные и их интересно разглядывать. Ну а чем ещё заниматься, пока танцуешь? Конечно, нужно следить за собственными движениями, но кто мешает совмещать. Они после выступлений самых запоминающихся личностей всегда обсуждали, и даже выявили для себя несколько самых частых типов. Банальных, но всё же. В основном, конечно, посетители их клуба делятся на адекватных и не очень. Но бывают и выдающиеся личности. К примеру, Пугод запомнил какого-то мужчину, совершенно не заинтересованного в них, танцорах, но с жадностью пожиравшего взглядом людей из зала и записывающего что-то в блокнот. Они с Жирафом тогда долго гадали — был ли это какой-то журналист, писатель или кто ещё. В этот же раз, его внимание привлёк кудрявый шатен. Привлёк, тем что глаз не спускал с него и Жирафа. Только с них. Пугоду даже стало немного некомфортно под этим взглядом, хотя и такое бывало за всё время работы. Благо, что их смена удачно подходила к концу, и уже скоро они с комфортом расположились в собственной гримерной — проще говоря, отдельной комнате, где можно было отдохнуть до и после выступления, переодеться и вообще, второй дом почти. — Ты заметил взгляд того кудрявого мужчины? Пугод медлить ненавидел, поэтому вопрос почти с порога задал, лишь дождавшись, пока Жираф уляжется на диванчик. Сам он занял стул, прекрасно зная, что на шесте его партнёр устаёт намного больше, чем он сам, просто танцуя. Собственно, за счёт этого они и создавали идеальный тандем для выступлений. Один выполняет элементы на пилоне, второй — танцует рядом, иногда выполняя элементы вместе с первым, или завлекающе ходит между столиками. На шесте часто был Жираф. Как более пластичный и любящий это. Пугод, конечно, тоже кое-что умел, но куда больше у него выходило флиртовать со смотрящими шоу или с Жирафом. Да-да, их фишка, которая часто завлекала гостей. К примеру, русоволосый обожал выгибаться, держась за шест лишь ногами. И это был идеальный момент, чтобы всячески взаимодействовать. У них вообще был достаточно высокий спрос за счёт необычных внешностей и своеобразной программы. Им вообще крупно повезло с клубом и начальством. Обычно требуют идеальную картинку. Отсутствие контрактов и в целом достаточно шаткие условия. Им же дали возможность заключить контракты, работать в связке, обговорить все условия. Это было невиданной роскошью и они это ценили. Альцест, достаточно добродушный, но со своей строгостью, директор клуба, администрация, такие же танцоры как они, и другой персонал, в том числе и Неркин, — люди невероятно приятные. Наверное, именно поэтому клуб и стал местом, в котором было приятно работать. Ещё и деньги замечательные, так что жаловаться вовсе не на что. — Заметил. Он смотрел только на нас. Что думаешь? Вместо ответа стук в дверь. Переглядка и Пугод кричит "Открыто!", догадываясь что это кто-то из персонала. И точно — Неркин, их великолепный управляющий дефис просто хороший знакомый. — Ну что, ребятки, как смена? — И тут же продолжает, не давая им ответить. — Раз вы ещё не успели переодеться, то я во время! Один состоятельный мужчина запросил вас на приватный танец. Первая комната, полчаса. Судя по проигрыванию бровями, премия им прилетит хорошая. — Без каких-то ещё запросов? — Пугод кинул взгляд на Жирафа, с кряхтением принявшего сидячее положение. — Мы не против заработать, конечно... Но после смены, тц. Неркин довольно улыбнулся и скрылся за дверью. Рыжий лёгким движением поправил украшение на шее второго, свои браслеты, цепочки на теле, и столкнулся с чужим взглядом. Они подумали об одном и том же. И правда. Первая комнатка. Тихая пока музыка, мужчина в кресле, полумрак. Неловкости не было, — она исчезла после первого месяца работы, — зато был жгучий интерес и странное ощущение, чего-то непредсказуемого. На этот раз их танец — откровенная импровизация и словно проверка на знание друг друга. Впрочем, проверка абсолютно бессмысленная, потому что много лет бок о бок результат показали давно. Им не всегда нужны были слова, чтобы понимать друг друга, что уж говорить о танцах? Вот только... Не смотря на всю любовь к работе, они никогда не пересекали невидимую черту, что ограничивала личное и рабочее. Сегодня что-то изменилось. Это ощущалось странно, как-то тягуче — будто в воздухе повис стойкий трепкий аромат чего-то — и слишком чётко отдавалось в их танце. Привычные заигрывания в танце тоже вышли на новый уровень, походя на флирт, смешанный с откровенным развратом, скользящем в подтексте. Конечно, их работа предполагала откровенные танцы, но то, что происходило было большим, чем даже страсть. Этому не было объяснения, но все находящиеся в комнате ощутили это. Атмосфера накалялась вместе с темпом песни. Биты — резче, движения — быстрее, флирт — откровеннее. Каким-то шестым чувством ощущалось, что их наблюдатель хочет видеть именно эту искру. Что ему нужны они оба, а не отдельно. Трудно было не заметить, как гость расстегнул ширинку. Так же трудно было отвести взгляд от широкой ладони, надрачивающей в ритм музыки. И уж очень легко было понять, что мужчина кончил вместе с концом их танца.

***

Очевидно, они обсуждали тот вечер. Долго и не то чтобы продуктивно. Потому что ни Пугод, ни Жираф не понимали — какого чёрта? Что на них нашло? Почему этот мужчина смотрел на них так, почему они поддались эмоциям в ту ночь. А самое главное, почему он больше не появлялся в клубе?! Может, они и не признаются, но обоим понравился Кудряшка (ну а как прикажете назвать его, если даже имя им неизвестно?), заинтересовал не на шутку. И исчез, как в воду канул... Понятно было примерно ничего, просто забивать на это не хотелось, но пришлось, когда все мозговые штурмы не дали результатов. Зато ответы в итоге пришли совершенно неожиданно. Обычная смена. Привычные уже костюмы с индийско-восточными вайбами — Пугод так и не понял, какие они, но все эти украшения и цепочки в сочетании с малым количеством лёгкой ткани подсознательно отсылали именно на восточные танцы, с чего они неоднократно хихикали, тренируясь иногда танцевать что-то такое. А ещё, тематика их клуба в этих костюмах отражалась лучше некуда. У их коллег были похожие, но подстроенные под них, под личности танцоров. К примеру, у Жирафа и Пугода ткань была бирюзово-изумрудного и чёрного цвета, а вставки и цепочки — золотыми. У русоволосого на шее ожерелье массивное, у второго — маленькая шляпка-заколка к волосам прицеплена. А у Душеньки, что работал здесь даже дольше их, вообще костюм розовый, уши и мелкий заячьий хвост. И вроде, костюмы разрознены, но под тематику всё походит. Тут тоже грамотный подход со стороны клуба играет. Последние приготовления, вот только, выйти даже в коридор, не то что на сцену, они не успевают — такое иногда случается, когда танцоров снимают на вечер в комнату. В таких случаях их заменяют, и выходить на сцену приходится либо много позже обычного, либо вообще не выходить. В этот раз Неркин врывается к ним без стука — точнее, технически, он стучит, но ответа не дожидается. — Так, дорогие мои, у вас сегодня третья комната, два часа. И после этого домой топаете, ага. Они в ступоре стоят, пока мужчина ретируется быстро — перед сменами так всегда, пусть в зале перед выступлениями всё обычно идеально сделано, но ему, как ответственному управляющему, проверить всё равно надо. Парни переглядываются, вновь почему-то думая о конкретном человеке, и спустя ещё несколько минут, с началом смены идут, собственно, выступать. За это время и дорогу до комнаты успевают обсудить, в какой магазин заехать после клуба, что купить и на поздний ужин приготовить — раз уж смена закончится раньше ожидаемого, значит, об этом нужно позаботиться. Раннее окончание, собственно, тоже успели обсудить и порадоваться немного: заработают больше, потратив меньше времени, ну не прелесть ли? Перед началом они замолкают, готовясь. Тоже своеобразный ритуал, хоть этого и требуют правила в любом случае. Пугод откровенно вздрагивает, когда видит уже знакомый пожирающий взгляд и такие же знакомые кудри. Они сбиваются из-за этого сразу же, потому что русоволосый рядом точно в таком же состоянии шока. Вот уж этого ожидать нельзя было точно, даже с учётом того, что им очень хотелось. А продолжить и не получается. Потому что Кудряшка с кресла встаёт и приближается уж очень уверенно. Правда, этот образ слетает с него мгновенно, открывая им смущающегося до невозможности мужчину. — Заранее простите, я прекрасно знаю, что это звучит очень бредово, но... Вы бы не хотели сходить на свидание? Втроём, — и замирает, ответ ожидая. Действительно — бредово. Они друг друга видят во второй раз, да ещё и в каком месте. Привычная уже переглядка и... — Конечно, мы не против, — напряжение и смущение между ними ощущается слишком явно, поэтому Жираф улыбается слегка. Пугод рядом кивает, и в ответ они тоже получают улыбку, пропитанную чем-то похожим на нежность. И они, честно, от этого не ожидают совершенно ничего. Зря. Потому что сначала два часа разговоров с МоддиЧатом — имя, наконец-то, стало известно, — переписки с ним после обмена номерами и свидание, оказываются невероятными, как и сам Модди. Он слишком быстро признается, что влюбился в них — почему-то они догадываются об этом, — а отступать не привык. И они понимающе кивают, в ответ пока не признаваясь, но всячески намекая. Кудряшка их не торопил совершенно, но парни, очарованные совершенно, противостоять и не планировали, лишь наоборот, план по собственному признанию тихо обговаривали, улыбаясь довольно.