Вирус

      Спустя долгое время, парни и девушки обрели долгожданный покой в мягких постелях, вдали от зловещих звуков природы. Их разделили, едва они переступили порог убежища, именуемого «приютом от шизов», как гласили люди в военной форме и белоснежных халатах.       Ньют ощущал настороженность, когда в его вену ввели иглу шприца, прошептав о недостающих витаминах. Но они и представить не могли, что Ньюту не хватало далеко не аптечки. Стоило спросить о ней, но в ответ — лишь звенящая тишина. Джесс не было с ними в вертолёте. Неужели она осталась в Лабиринте? Нет. Ослабленную, её наверняка подхватили солдаты и вели следом.       Лежа в кровати, под шум общего храпа, Ньют неотступно думал о ней. Куда её увезли? Закипающая злоба терзала его. В беспорядочной суматохе, в миг гибели Чака, он упустил Джесс из виду. Следовало быть рядом. Основания кровати жалобно скрипнули, когда Ньют повернулся на спину. Он должен убедиться, что она в порядке. Как и остальные, он не имел ни малейшего представления, где она может быть.       Во время ужина, под общий галдёж ребят из других лабиринтов, глэйдеры держались обособленной группой. Ньют рассеянно ковырял пищу в тарелке: еда казалась аппетитной лишь в первый день. Минхо поднял свою кружку в приветствии к Рэйчел и остальным девушкам, присоединившимся к ним позже.       Дженсон вошёл, неся очередной список ребят. Именно он был тем, кого так ждал Ньют. Дождавшись, окончания оглашения, Ньют попытался пройти к Дженсону, но охрана преградила ему путь. — Проведите его, — распорядился Дженсон, и стражники послушно разошлись. — Что случилось? — С нами была девушка — Джесс. Где она? — Ньют перешёл к сути, минуя предисловия. — Аа, новенькие, — Дженсон прищурился, и лёгкость исчезла с его лица. — Как бы тебе это сказать… Собери всех, кто был с тобой в лабиринте. Думаю, вам всем стоит это услышать.       Едкое предчувствие скрутило живот, но Ньют выполнил указание Дженсона. Позвав, он собрал девушек и парней. Рэйчел, взяв его за руку в знак поддержки, встала рядом.       Дженсон тяжело вздохнул, положив записи на стол. А противный узел в груди продолжал сжиматься. — Я даже не знаю, как сказать вам это, — Дженсон обвёл взглядом каждого. — Ваша подруга… умерла. — Что? — Воскликнула Рэйчел, подаваясь вперёд, но стальная хватка Ньюта удержала её. — Как умерла? — Солдаты сообщили, что она бы не дотянула до этой базы, поэтому её доставили на другую. Врачи не смогли определить, что с ней. Она просто уснула… и вчера её сердце остановилось. Мне очень жаль. Возвращайтесь на свои места и держитесь. Я позабочусь, чтобы сегодня вас не нагружали тестами. Вы сможете попрощаться с телом.Позже.       Фазы. Конечно, это были фазы. Джесс не спала, отгоняла их, делала всё, чтобы заглушить их. А тело не выдержало.       Рэйчел рухнула на пол, заливаясь горькими слезами. Беверли, Меган и Эмили окружили её. Их лица были лишены всяких эмоций.       Ньют не помнил, как очутился в комнате, усаженный на кровать. Минхо, Томас что-то говорили ему. Фрай перевязывал ему костяшки. Похоже, он перевернул стол в столовой и избил кого-то. Вот и кровь.       Он пустым взглядом уставился на нить, казалось, связавшую их навсегда. Теперь она отливала своим истинным, кроваво-красным цветом.       В голове билась лишь одна мысль: Джесс умерла.

***

      Пустоту камеры нарушала лишь кровать. Четыре шага — и ты замкнут в этом крошечном мире. Пробуждение и возвращение в сон сливались в нескончаемую череду одинаковых видений. Исчезла Рэйчел, некогда оберегавшая её в этом подвешенном состоянии. Теперь над ней склонялись размытые силуэты, бдительные стражи, не дававшие ей снова раствориться во сне.       Лишь на миг, словно яркая вспышка, появился душ. Десять минут блаженства, когда вода смывала смрад гриверов и кровавые разводы — её или чужие, уже не имело значения. В спешке натянув одежду — рубаху с выцветшим номером D13, штаны и истёртые кроссовки — Джесс рухнула без сил прямо на кафельный пол кабинки.       Третья фаза, одна из самых безжалостных, отступила на пятнадцатый день.       Едва Джесс успела присесть на кровать, как два крепких охранника в военной форме, подхватив её под руки, увлекли в неизвестность. Слабость, смешанная с тотальной дезориентацией, лишала Джесс сил бороться. Лишь шлепанье подошв по полу выдавало её медленное, мучительное передвижение.       Бесконечные коридоры, безупречно белые, сменяли друг друга, сливаясь в однообразный туннель. Поднявшись по лестнице, свинцовой походкой, Джесс оказалась у первой двери. Её отворили по щелчку пластиковой карты.       За столом, под холодным светом лампы, восседала женщина в белоснежном халате. Аккуратная прическа, губы, ярко-красные, словно кровоточащие раны. Это зрелище, впервые за долгие дни третьей фазы, вызвало в Джесс волну ярости, заставив её застыть на месте. Охранникам пришлось применить силу, чтобы сдвинуть её и усадить на стул. Они встали по обе стороны, превратив Джесс в беззащитную статую.       Пейдж улыбалась. Не злобно, не торжествующе — а тепло, как творец, любующийся своим шедевром.       Этот белый халат… Мерзкие врачи, что заперли её в этом Лабиринте. Что она могла сказать? Извинения? Поддержка? Ничего. Пейдж встала напротив, и теперь их разделяла лишь гладкая поверхность стола — единственное, что мешало Джесс свернуть ей шею. Она подняла взгляд. Старая, противная карга. Стоило Джесс податься вперед, как громилы придавили её, направив в бок и ногу электрические разряды винтовок.       И даже сейчас, в её полной беспомощности, Пейдж не остановила их. Она не боялась Джесс, но и не пресекала жестокость, направленную в её сторону. — Рада снова видеть тебя, Джесс. Прости, не было времени поприветствовать лично. — Будто не знала, что я без сознания.       Кашель сотряс её тело. Кровь выступила на потрескавшихся губах. Вода, которую ей предложили, полетела на пол, разбившись на осколки. Сквозь хрип прорвался звук разбитого стекла. Пейдж встречала всех своей отвратительной усмешкой. Джесс была особенной. Той, что дважды вырвалась из Лабиринта, той, кто посылал и разрушал их творения. Охранники ещё сильнее приставили оружие. Пейдж постучала костяшками по столу, привлекая её внимание. Но Джесс было плевать. — Джесс, я понимаю, ты напугана, сбита с толку, рассержена… — Да-да. Мы это уже слышали с ребятами.       Хриплый, еле узнаваемый голос Джесс проскрежетал в тишине кабинета. Она ещё собиралась повторить ту речь, после которой убили Чака. Малыш Чак, так и не смог покинуть Лабиринт до конца. Джесс сжала челюсти. Лишь бы дотянуться до Пейдж. Лишь бы… — Твои друзья в безопасности. Ты в безопасности. — Спокойно продолжила Пейдж, не заметив ядовитой реплики. — Поздравляю, вы успешно прошли испытание Лабиринтом. — Двумя Лабиринтами. — Невзначай произнесла Джесс. — Вы можете помочь нам, а мы — вам. Ты же помнишь про смертельный вирус. — Жаль, что он ещё до тебя не добрался.       Джесс слишком слаба. Пейдж выжала из неё все соки, оставив лишь тень. Какое уж тут убийство. Её быстро усмирят. Пейдж покачала головой, скрестив ладони за спиной. Она переминалась с каблука на каблук, отбивая нервный, противный ритм. — Можешь ненавидеть меня, но я доктор, и я дала клятву найти лекарство! — Голос Пейдж дрогнул, но затем вновь обрел твердость. — И я его нашла. В вас. В подростках, чьи тела вырабатывают нужное вещество под давлением адреналина. Но вы уникальны. В ваше вещество мы внедрили еще один компонент, и это дало потрясающий результат».        Еще один компонент? Джесс замерла. Внезапно все встало на свои места. Как бы сказала Рэйчел — любовь. Вот для чего их затолкали в лабиринт к парням. Чтобы они влюбились, чтобы испытывали сильные, живые эмоции, необходимые для этого чертова лекарства. — Любовь выработала необходимый гормон, который спровоцировал улучшение в вашем мозгу, — продолжила Пейдж, сверяясь с данными. — Я, конечно, предполагала для тебя другого партнера. Этот мальчишка, Ньют, тебе совершенно не подходит, но, как выяснилось, именно эта химия дала самый интересный результат.       Джесс стало даже смешно. Целая команда ученых, впившись взглядами в мониторы, наблюдает, как они поддаются чувствам, как впервые целуются, как рыдают, когда кто-то умирает. Пейдж же говорила это с такой искренней убежденностью, гордо вскинув голову. Джесс пошевелилась, закинув руки на стол. — На тебя ни ящеры, ни гриверы так не подействовали, как потрясение от собственных чувств. Джесс, ты же влюбилась. — Только в мечту о твоей смерти, — холодно ответила Джесс. — Скажи им отпустить меня, я все подробно расскажу. А лучше покажу.       Джесс улыбнулась. Улыбка вышла дикой, непривычной, грязной. Ньют пробудил в ней что-то, но Джесс твердо решила это скрывать. Хотя бы для того, чтобы позлить Пейдж. А сейчас, когда их разделили, у нее остались лишь воспоминания, которые, она знала, скоро выветрятся. Джесс согнулась, с трудом выпуская воздух через нос, когда один из амбалов с силой приложил ей локтем в живот. Как же они надоели. — Джесс, ты не можешь отрицать… — Лабиринт, — прохрипела Джесс, пытаясь справиться с болью. — Все эти годы мои мысли занимал только он. Он мне даже снился. Кажется, я на нем помешалась. И вы думаете, доктор, — она с вызовом посмотрела на Пейдж, — что, запихнув меня к парню, к неизвестному и, как оказалось, забытому мной чувству, вы заставите эту дрянь с гриверами и ящерами отойти на второй план? Вы — мечтательница. Вы все испортили вот здесь, — Джесс указала пальцем на свою голову. — И никакая любовь тут не поможет.       Пейдж жестом приказала громилам отойти, а сама подошла к Джесс со спины. Джесс не вздрогнула, когда ладони легли ей на плечи. Одна рука провела по ее щеке, оставляя кровавую полоску. — Ты этого не помнишь. Но мы с тобой ладили. Ты должна была быть в особой группе, как я и распорядилась. У тебя крепкий иммунитет — ты не подвержена этому вирусу. Ты не заразишься. Хотя, похоже, ты никогда не была на моей стороне. Джесс, я не хочу причинять тебе боль, как и остальным. Если вы поможете мне, то и я вам. — Пошла ты, — рыкнула Джесс. — Вообразила тут, что мир спасаешь, а сама детей гробишь. Порок — это хорошо. Сама придумала?       Джесс не понимала и не хотела понимать. Они убивали их товарищей, друзей. И все это — ради того, чтобы спасти свои задницы от вируса, который, скорее всего, они сами и выдумали. — Ты всегда была такой, Джесс, — продолжила Пейдж с другого конца комнаты. — Даже ребенком умудрялась нас обводить вокруг пальца. Доктор Лоренс — полный кретин, упустил такого иммуна! А ты достойна восхищения. Выкрасть таблетки прямо из-под носа Порока. Ты могла бы работать со мной, рука об руку. У тебя блестящий ум, Джесс, просто слегка затуманенный мыслями о выживании. — Я не хочу иметь с тобой ничего общего. — Джесс, с твоей помощью мы могли бы добиться большего, — Пейдж попыталась убедить её снова. — Ты бы спасла друзей, подверженных заразе. Спасла бы Ньюта! Только представь. Джесс, присоединяйся к нам. Взамен я обещаю, что с иммунными будут обходиться бережно. — Нет.       Даже сейчас, Пейдж не остановила охранников, применяющих в отношении Джесс физическую силу. О каком бережном обращении может идти речь. Это ловушка. — Тогда я передаю тебя Дженсону. Пусть он с тобой разбирается.       Пейдж отошла, вернувшись на своё место. Жестом она приказала громилам увести Джесс. Те схватили её с двух сторон, но в дверном проёме Джесс упёрлась ногами в косяки. Мужчины опешили, не ожидая подобной выходки. Джесс запрокинула голову, чтобы видеть Пейдж. Доктор дёрнулась, но быстро восстановила своё прежнее хвалебное спокойствие, разгладив складки на лбу. — Можете замучать меня, — выкрикнула Джесс, почувствовав, как на руки давят. — Но знай: даже если моя жидкость или, что там тебе надо, способна спасать людей, вы её не получите. Мы все сдохнем от этого вируса, и ты тоже. Понятно?!       Заломив руки за спину, Джесс увели. Она продолжала кричать проклятья в адрес Пейдж.       В палате на втором этаже Джесс приковали к койке, которая удерживала её в вертикальном положении. После разговора с Пейдж Джесс пребывала в некоторой эйфории. Она знала, что по-прежнему является приоритетной целью для устранения. Если бы ещё раздобыть еды, её настроение было бы куда лучше.       Вошедшая медсестра поставила поднос на тумбочку с различными колбочками и шприцами. Задрав рукав рубашки, она вставила иглу шприца, выкачивая кровь. Джесс взглянула на девушку — лишь затем, чтобы внести её в список личностей, которым она желала смерти. Но тут же передумала, узнав знакомое лицо. — Беверли?       Голос Джесс охрип. Перед ней стояла Беверли в белом халате со шприцем в руке. Услышав, медсестра замерла, оглянувшись. Остальные доктора занимались своей работой, не обращая на них внимания. Пока что. Распутанные проводки, напоминавшие шапочку, явно предназначались для Джесс. — Я не Беверли, — тихо призналась девушка. — Я её сестра-близнец, Хейзел.       Совершенно одинаковые. Джесс присвистнула. Вот Беверли бы узнала! Эти сволочи заставили её забыть родную сестру. Ещё и близнеца! Хейзел нарочно протянулась к банке, которую затем сама и уронила. — Скажи, Джесс, моя сестра жива? — Да. Мы выбрались из лабиринта вместе. Она видимо на другой базе Порока. Нас разделили.       Плечи Хейзел заметно опустились, тело расслабилось. Джесс выждала момент, когда они останутся одни, чтобы Хейзел приблизилась. — Хейзел, помоги мне, — Джесс приподняла голову. — Мне нужно бежать. — Не получится. — Хейзел не согласилась, приспустив маску. — База охраняется. Здесь полно военных. И Дженсон каждое утро начинает обход именно с этой базы.       Спрашивать, как она попала к Пороку, Джесс не стала. Слишком долго слушать. — Ты хочешь сбежать отсюда? — Я хочу к сестре, — Хейзел убрала наполненный шприц. — Только ради этого я пошла на сотрудничество с Пороком. Они думают, что я её забыла.       Придвинув к себе пустую банку, Хейзел снова вставила иглу в вену. Джесс даже не поморщилась. — Помоги мне вылечиться от фаз. Я придумаю план побега и возьму тебя с собой.       Хейзел продолжала делать вид, что работает, но Джесс чувствовала её дрожь. — Я могу попытаться достать вакцину, но мне нужно больше информации о твоих фазах, — согласилась Хейзел. — Постараюсь сделать это быстро, насколько смогу.       Джесс отделили от группы, оставив одну. Но даже так у неё было полно работы: избавиться от фаз, вернуть контроль над телом, сбежать от Порока и, на десерт, добраться до Пейдж.       Джесс надели проводную шапочку и присоски. Хейзел отошла к компьютеру, предупредив, что будет больно.       И не соврала. Разряд тока поразил Джесс, и крик боли заполнил кабинет.