Пятно неизвестного происхождения

      Он глядел на снитч, дыша тяжело и быстро. Теперь, когда ему хотелось, чтобы время шло как можно медленнее, оно, похоже, набрало скорость. Понимание пришло мгновенно, словно в обход мысли. Вот он, конец. Время настало. Он прижал золотой шар к губам и прошептал: — Я скоро умру. Металлическая оболочка раскрылась, обнажая черный камень с зубчатым разломом, изображающим символ Даров Смерти. Гарри опустил дрожащую руку и сказал: — Блядь.       Посреди поляны, покрытой паутиной, горел неуместно теплый костер. Пожиратели смерти могли бы напоминать старых однокурсников на встрече, если бы не их напряжение: Фенрир нервно грыз свои ногти, Роул терзал губу, а Люциус бледнел, зеленел, краснел и начинал все по-новой, как живой светофор. Все присутствующие, включая будто вытесанных из камня великанов, бросали взгляды на Волдеморта, который безучастно стоял около огня и вертел в руках Бузинную палочку, что опасной искрой поблескивала в свете костра. Над его головой парила змея Нагайна, заключенная в сияющий магический пузырь. В круг осторожно вступили Долохов и Яксли. — Его нет, мой повелитель, — сказал первый. Лицо Волдеморта не дрогнуло. Он продолжал вертеть в руках Бузинную палочку и глядеть на огонь. — Я думал, он п... — Да ты совсем охренел? — раздалось совсем рядом. Пожиратели смерти, великаны, комары, лесные нимфы, Хагрид и Волдеморт развернулись в сторону взлохмаченного мальчишки, с горящими от ярости пронзительными, зелеными глазами, да так и застыли, не в силах произнести ни слова. Волдеморт отмер первым, его напускное безразличие как рукой сняло, он зашипел разъяренной змеей: — Дрянной мальчишка, как ты смеешь... — Нет, как ТЫ смеешь? Какие к Мордреду и Моргане СЕМЬ крестражей?! Его ноздри гневно раздувались, и он, такой крохотный по сравнению с Волдемортом, выглядел как защищающийся тушканчик перед кошкой. Правда, сравнение уже через секунду стало недействительным: Гарри поманил рукой Бузинную палочку, и та послушно влетела ему в руку. — Что за... — Волдеморт растерянно смотрел на своего противника, что бесстрашно подходил все ближе и ближе. Пожиратели до сих пор молчали, не отойдя от шока. — А я тебе перечислю, ЧТО! Дневник, кольцо, медальон, чаша, диадема, змея и мальчик! Знакомый списочек, не так ли? Бузинная палочка в его руке, в руке Повелителя смерти, приняла свой истинный облик: она медленно растягивалась вширь и ввысь, ее конец заострился и хищно блеснул на свету. Рукоятка обросла струпьями и костями, и Гарри крепко сжал ее до побелевших костяшек. Волдеморт пораженно уронил челюсть. — Я просто обязан тебя убить, это мой долг, ужасно, ужасно... — бормотал Поттер себе под нос, второй рукой хватая себя за волосы, — Смерть меня не простит, ох... Первым из толпы отмер Хагрид. — Гарри, в тебя чевой-то... Вселился кто? Люциус Малфой, стоявший к нему ближе всех, энергично закивал. — Что? — теперь пришел черед Поттера терять свою челюсть, — С чего ты решил? Пожиратели наперебой заголосили: — Говоришь про Смерть... — Коса... — Сам не свой!.. — Не похож на подростка... — Ведешь себя, не как положено... — А может он вообще на фоне стресса окончательно свихнулся, — предложила сохранившая холодную голову Нарцисса. Гарри раздраженно от них отмахнулся. — Да не вселялся в меня никто! Просто этот, — он указал на Волдеморта косой, и ее лезвие угрожающе зависло перед его лицом, — одним своим существованием мне глаза мозолит! Он давным-давно должен был умереть, но до сих пор ходит по этой земле во плоти, и это нарушает все законы Смерти, — он покачал головой и продолжил: — Я стал ее Повелителем, и теперь должен продолжить дело, понимаете? — Пожиратели участливо заболтали головами, — Я стану следующей Смертью, когда умру и это, — Волдеморт отшатнулся от дернувшейся косы, — пятно на моей репутации! Я только-только начал свою работу, а тут такое... Он отчаянно выдрал из своей головы клок волос. Тот вырос обратно, и Гарри выдрал еще один. Для баланса. Волдеморт, наконец-то, обрел дар речи: — Я не дам тебе себя убить! — взвизгнул он истерично. — Ага, а я будто спрашивал. Мне вообще-то тоже не нравится людей косить, я должен был души собирать! Добровольно или насильно ушедшие!! А от тебя у меня буквально чесотка, судорога, лихорадка или что там еще можно придумать... Теперь Волдеморт пригляделся и понял, что Поттер держит косу так крепко из-за того, что весь дрожит и по-другому она просто вывалится из его хватки. — Ну все, довольно разговоров, — новоиспеченный Повелитель смерти перехватил оружие покрепче и зло посмотрел прямо в чужие красные глаза. Пожиратели встрепенулись и вскинули палочки, нацелив их на юношу. Хагрид задергался в своих путах, великаны зарычали. — Палочку мне! — приказал Темный лорд. — Ты можешь сражаться без палочки, разве нет? Есть же беспалочковая магия... — недоуменно покосился на него Гарри. — Честно признаться, я об этом забыл, — поделился Волдеморт и вскинул руку. Пожиратели синхронно послали в сторону врага проклятья, кто на что горазд: но среди множества ярких всполохов превалировали, конечно, зеленые. Гарри тяжело вскинул косу на плечо, и слитным движением опрокинул ее острым концом в землю: по ней прошла волна, и вокруг юноши появилась рябь. Проклятья остановились на ее границе. Поттер неуверенно ее разглядывал, все еще примеряясь к новой, доселе неизвестной и непривычной ему магии. Он понятия не имел, сколько такой щит продержится и как его отменять. Но у него вся жизнь впереди для изучения, не так ли? И даже вся смерть... — Я думал что ты теперь бессмертный, — вздернул линию бровей (самих бровей-то не было) Волдеморт. — Я смертный, а когда умру — стану Смертью и не смогу умереть до следующего Повелителя, — учтиво объяснил Гарри. Видимо, ему эту информацию очень долго и упорно кто-то вдалбливал: слова отскакивали от зубов. Гарри попытался выдернуть оружие из земли и покачнулся под его весом, едва не свалившись с ног, и в толпе кто-то истерично хихикнул. — Кто там такой смелый?! Попробуй сам потаскать эту штуку, гандон! — взъярился Гарри и на пробу махнул косой по направлению смешка. Пожирателей, что стояли на траектории, рассекло напополам. — Ой, — брякнул парень. И в ту же секунду начался хаос: кто-то заорал, Пожиратели в панике стали бегать как муравьи и толкаться друг с другом, а кто-то умудрялся еще и кидаться проклятиями в сторону Гарри, и в итоге попадал в своих. Те в свою очередь, начали отвечать, и поляна превратилась в месиво убегающих, паникующих, мстящих, и дерущихся людей. Какая-то ведьма оступилась и упала в костер, загораясь: она тут же бросилась к деревьям в слепой агонии, поджигая их. Волдеморт пытался устоять на ногах, и выглядел как дирижер в оркестре, состоящем из пациентов дурдома. Он размахивал руками и истошно орал на всех подряд: — Идиоты! Успокойтесь!.. — его толкнул какой-то мужчина с козлиной бородкой, успевший заглянуть на огонек к загоревшейся ведьме, и мантия Волдеморта вспыхнула. Удивительно, — успел подумать Гарри, прежде чем склониться к земле и хорошенько, с душой блевануть от запаха горящей плоти, блестящих внутренностей Пожирателей и их пустых взглядов. Смерть, конечно, предупреждала его о всяких ужасах, когда разговаривала с ним (между прочим, в его собственной голове! А расхаживала там, как у себя дома...) — но это не значит, что он был к ним ментально и физически готов. Волдеморт тем временем успел переквалифицироваться из Темных Лордов в пожарники, и теперь обливал своих последователей направо и налево: те от страха позабыли, что умеют колдовать. Гарри тем временем, подавив новый приступ тошноты, вытер рот рукавом и перехватил покрепче свое оружие: Волдеморт должен был умереть, и именно от его косы. Так его душа сразу отправится в Хранилище, прежде чем переродиться. И никакие крестражи его оттуда не вытащат, будьте уверены! Из под неусыпного ока Смерти, которой теперь не нужно заботиться о сборе душ, никто не улизнет. Юноша замахнулся, лезвие отразило разрастающийся пожар, и голова Тома Марволо Реддла камнем полетела вниз. А Гарри Джеймс Поттер снова наклонился и высвободил скудное содержимое своего желудка, под какофонию из плача, крика, воя и рычания. Он уныло подумал, что если продолжит в том же духе, то сменит Смерть на своем посту быстрее, чем (уже покойный) Волдеморт успеет сказать Авада Кедавра. Конец.