Новая глава жизни Торина и Ярославы

Когда грохот битвы начал стихать, а снег, окрашенный в алый цвет, всё ещё покрывал землю, Ясенька почти не чувствовала усталости. В её руках, в её сердце был Торин — её король, её любимый, её жизнь. Она опустилась на колени рядом с ним, не обращая внимания на хаос вокруг. Его броня была покрыта вмятинами, кровь проступала сквозь разрывы ткани, а его дыхание становилось всё более прерывистым. Глаза Торина, наполненные болью и чем-то ещё — тем, что он хотел сказать ей в последний раз, — встретились с её глазами. — Ясенька... — его голос был хриплым, слабым. — Я не думал, что… ты должна видеть меня таким. — Молчи, — резко оборвала она, её руки уже скользили по его груди, пытаясь остановить кровь. — Не смей говорить, что это конец. Она не знала, как он ещё дышит после такой схватки, но это не имело значения. Он жив. И он будет жить. — Я хотел сказать тебе… — он с трудом взял её ладонь и крепко сжал. — Ты сделала меня счастливым. С тобой я не просто король, а мужчина, у которого есть дом, семья… — Перестань, Торин, не смей прощаться! — голос Ясеньки сорвался, и её губы задрожали. Она подняла голову и закричала: — Двалин! Из-за трупов, из-за дыма и пепла войны, громко стуча по снегу тяжёлыми сапогами, появился Двалин. — Чёрт побери, Торин! — прорычал он, опускаясь рядом. — Держись, брат, ты ещё не заслужил отдых! Он аккуратно, но уверенно взял короля, и Ясенька, не отпуская его руку, встала рядом, поддерживая его. — Мы не позволим тебе умереть, — тихо сказала она, глядя ему в глаза. — Ты всегда была упрямой, — попытался усмехнуться Торин, но тут же закашлялся. — И буду. Ты не уйдёшь, потому что я не отпущу. Они с Двалиным перенесли его в покои, где уже были готовы лекарства и бинты. Ясенька не отходила от него, даже когда целители умоляли её передохнуть. Торин выжил. Но этот день навсегда остался в её памяти. День, когда она чуть не потеряла его.