Последний мутант

Визуализации работы и оповещения о главах в моем тгк - https://t.me/braziyen С последних событий прошло порядком много времени, если считать, что неделя - это много. Жизнь в спокойствии не была прикреплена к этому дому, хотя казалось, что никаких проблем возникнуть не должно, раз те насколько долго оттягивали свой момент. Поэтому неделя без происшествий - это действительно неплохо. Тренировки у каждого проходили спокойно, разве что Ким умудрился пару дней назад подорвать дверь соседнего дома. Благо, обошлись без пожара. Да и дверь была межкомнатной, поэтому признаки привлечения внимания, а также их присутствия остались где-то внутри старого здания. Юнги так и не поговорил с младшим по поводу Чонгука и недомолвок между ними, ведь те уже и пропали вовсе. Эти двое снова иногда выходили покурить, не приглашая ни Рэймана, ни самого Мина. Возмутительно. Но раз сигареты, что были роскошью, принадлежали черноволосому, то вопросов быть не должно. Юнги просто не нравился сам факт того, что Тэхен начал курить, но говорить об этом он бы не посмел. Как бы не хотелось, Ким самостоятельный человек и в праве сам решать, что он хочет, а что нет. Но все равно, рыжеволосый винил в приобретении вредной привычке у Кима именно Чонгука. Вот и кто просил учить? И не важно, если сам Тэхен. Это занятие до добра не доведет! Очередной ужин проходил в суматохе, но не в той, когда все бы мешались под ногами, в поисках тарелок и других столовых принадлежностей, нет. Этот этап уже был пройден. Сейчас лишь активно развивались разговоры, пожелания приятного аппетита и мольбы Рэймана, чтобы этот день не стал чем-то решающим. Сколько бы не было разговоров о том, что они должны будут бороться за свою свободу, готов к этому никто пока не был. Поэтому остается надеяться на всевышние силы, потому как возможно это и вправду работает. В этот раз Чонгук решил не оставлять Лари в комнате в одиночестве и взял ее с собой. Никто особо против и не был, просто порой поглядывали на милое создание, что только уделяло им свой самый незаинтересованный взгляд. Кроме Тэхена, который то и дело доставал крысу. То подкармливал с общего стола, то миловался - называл ее самой красивой девочкой на всей планете. Но Лари это вовсе не раздражало, по крайней мере не было видно такого, что она соберется вот-вот укусить прилипчивого человека. Дело было либо в еде, что с радостью преподносил ей младший, либо в чем-то еще. Быть может чувствовала спокойствие хозяина и принимала тот факт, что назойливый человек должно быть что-то значит для черноволосого. Если это друг Чонгука, то и Лари постарается подружиться. —Тэхен, ну сколько можно? — Проследив за тем, как их младший вновь стаскивает нарезанный в тарелке сыр, спросил Рэйман. —Хватит ее кормить. Она скоро превратится в шар. Брюшко у крысы действительно уже было набито битком, а само животное уже начинало проваливаться в сон из-за удовлетворенного аппетита. Невинно посмотрев на старшего, у которого на лбу образовалась небольшая сладка, чтобы придать своему виду более грозную ауру, Тэхен закинул кусочек себе в рот, медленно пережевывая. —Она просто, вот так, лапками, — Невнятно сказал младший, продемонстрировав на своих руках, как именно крысы обычно держат лакомства. На руках Чонгука было тепло, поэтому в сон Лари все же провалилась. Парень легонько коснулся ее носа, и продолжил поедать свою порцию ужина, вслушиваясь в то, что беловолосый пытался всем донести. —Ваш дар - это большая ответственность. Не нужно никогда пренебрегать и перебарщивать, все делаем только во благо, — Важно говорил Рэй под согласие девушки. —Мы думаем, что мутация с вами на всю жизнь, поэтому всегда будьте на чеку, чтобы не навредить себе или кому-либо еще, — Добавила она. Тэхен с таких до боли официальных речей закатил глаза, поворачиваясь к Чонгуку, который сидел на соседнем стуле, и тут же поспешил отвернуться, ведь тот смотрел прямо на него в этот момент. Киму неловко, но взглядов он никогда не избегал. Юноша все еще не раздумывал над тем, что он принял для себя неделю назад и как с этим бороться. А стоит ли бороться вообще? Он так много пережил, чтобы сейчас снова попытаться что-то изменить в самом себе? Но принять свою влюбленность как факт, разве получится? Хотя, парень наверняка шел именно до этого этапа, до этапа принятия. Поэтому наверное стоит просто продолжать жить дальше, и пускай эти чувства денутся куда-нибудь туда, где больше не будут ломать шаткие нервы юноши. К сожалению такое не возможно, но младший пока что этого не понял. Или понял в тот момент, когда снова наткнулся на взгляд черных глаз, что с вопросом смотрели на его. —Ты что-то сказал? Я задумался, — Чуть ли не шепотом произнес Ким, лишь бы никто не посмел вклиниваться с их разговор с Чоном. —Я заметил, — Оглядев растерянного младшего, что минуту безотрывно вглядывался в стол, кивнул Чонгук. —Я спросил, почему ты не ешь? Намекнул он на полную тарелку еды, что стояла возле Тэхена, который начал часто промаргиваться, и бросив взгляд на чужую пустую, произнес. —А, вот оно что! Сейчас! — После чего начал удивлять всех тем, что наконец-то поглощает в себя нормальную порцию еды, не то, что было ранее. А младшему всего лишь было приятно, что к нему проявляют заботу, если это можно считать именно за нее. Даже если нет, то Тэхену все равно, он будет думать так, как велит собственное сердце. Для Лай это стало неким удивлением, ведь когда она просила Кима питаться нормально, то выслушала некоторые колкости в свой адрес. Но наверное ничего удивительного здесь и нет, ведь они с Чонгуком друзья, а девушка все еще не дошла до этого уровня. Стало даже как-то обидно, но ведь все еще впереди. Такие чувства младшему нравились, и они больше не приносили страх. Может эта любовь - это интересней, чем думает Ким? Может она наоборот избавит его от всех страхов и заставит чувствовать себя под защитой? Внезапно мысли отвлеклись, будто резко переключили станцию на радио, и младший оглядел всех сидящих за круглым столом людей. Лай о чем-то общалась с Юнги, который иногда обнажал свою улыбку. Рэйман добавлял в их разговор что-то по поводу будущей погоды, где обещается гроза. И как оба старших дают свои наставления об особой аккуратности в дождливые дни. Потому что переживают. О всех переживают. Чонгук ладонью поглаживает маленькую крыску в своих руках настолько осторожно, чтобы точно не посметь разбудить. Потому что тоже переживает. Здесь все волнуются друг за друга, даже несмотря на то, что не у всех здесь построились дружеские отношения. Вся только атмосфера передавала ту недостающую теплоту в душе каждого, и словно успокоение они находили друг в друге. Как будто становятся одной большой семьей. От этих мыслей Тэхен почувствовал настоящее счастье, и не заметил как на губах появилась еле заметная улыбка, что померкла, стоило только уловить с улицы громкий взрыв, который оглушил каждого сидящего на кухне. В особенности Чонгука, который поспешил заткнуть уши обеими руками, заставляя Лари спрыгнуть с чужих колен прямиком на пол. Паника настигла каждого, даже маленького зверя, но далеко отходить от своего человека она все равно не собиралась, даже если очень хотелось спрятаться в самом укромном месте. —Сидите тихо, — Шепотом приказал Рэйман, поднимаясь с места и выключая свет на кухне, погружая ту в кромешную тьму. Направляясь аккуратными шагами в коридор, чтобы случайно ни во что не врезаться, он столкнулся с чьим-то плечом. —Это я, — Послышался знакомый голос Мина, и на секунду Рэйман успокоился, ведь сердце, казалось, сейчас чуть не упало в пятки, но потом беловолосый обо всем догадался. —Ты тоже сидишь здесь. Нечего тебе там делать, — Отрезал старший, даже не собираясь больше ничего слушать, и побрел дальше искать входную дверь. Схватив чужое плечо, пока беловолосый не успел уйти далеко и пропасть с расстояния протянутой руки, Юнги поспешил его остановить. —Ты сам говорил, что мы почти ровесники, к тому же оба мутанты. Я иду с тобой, и мы убедимся, что рядом никого нет. Не став ничего отвечать на чужие выводы, Рэй лишь надеялся, что Мин потеряется в темноте, и парень выскочит наружу быстрее, чем Юнги успеет опомниться. Но тот крепко вцепился в его плечо, поэтому надеяться не приходилось. Юнги все равно пойдет за ним. Нащупав деревянную ручку, старший несмело провернул ее, и дверь оказалась открытой. Но на улице никого не было. Солнце уже было не видно, только постепенно темнеющее небо, но и так можно было бы четко увидеть присутствие чужака. Рыжеволосый все же первее вышел прочь из дома, чтобы понять, чему именно принадлежал тот громкий взрыв. Но долго искать не пришлось, потому как под деревом, что стояло сбоку от дома, догорала машина. Их машина. —Твою мать, — Ошалело глядел на всю развернувшуюся картину Рэйман, придерживая одной рукой свой затылок. Огонь должен был вот-вот перекинуться на то самое дерево, но из-за массивного ствола, пожар получилось оттянуть. Но и медлить было нельзя. Только Юнги совсем перестал обращать на это внимание, потому как в конце улицы успел уловить заворачивающую вправо чужую фигуру. Наверняка человека, который все это подстроил, и по всей видимости, ведет на них охоту. Неужели нельзя закончить это здесь и сейчас? Цель плотно осела в голове Юнги, и он больше не ощущал ни страха, ни вообще каких-либо чувств, ведь ноги направили его в ту сторону, где он только что успел увидеть человека, ускоряясь все быстрее. —Куда ты пошел?! — Прорычал Рэйман, что пытался предпринять что-то, чтобы устранить яркое пламя и не допустить его попадания на что-либо еще. Но Юнги не отвечал. То ли от того, что не слышал, то ли от того, что не хотел слышать. Он слышал только свои мысли, что крутились огромным вихрем и твердили ему бежать еще быстрее. Что он собственно и делал, пока в этот момент Рэйман уже не мог его нагнать.

***

Мина не было уже порядком четырех часов, и оставалось только гадать, что могло с ним произойти. Все уже были в курсе того, что юноша погнался за человеком, что устроил тот громкий взрыв их машины. Рэйман не знал, кем мог быть тот незнакомец, зато точно был уверен, что знать ему и не нужно, потому как содеянное принадлежало Хосоку. Были лишь сомнения, что он смог бы найти их в большом городе призраке, но сейчас они напрочь развеялись. Парень искренне считал, что если бы были соблюдены все правила, которые он озвучил парням еще в первый день их прибытия к нему, то ничего такого бы не произошло. По крайней мере не сейчас, когда никто из них не готов отстаивать свою личность и будущую свободу. Тысячу раз Рэйман успел пожалеть о том, что вот так сходу рассказал, куда делся Мин Юнги, ведь дом находился в сильном оцепенении, потому что его хозяева не спали из-за дикого волнения. Но и умолчать бы не смог. Было бы подозрительно, если бы в такой момент Юнги просто вышел на прогулку, что также были под запретом, и все это знали. Так и вышло, что Лай, теперь сидя на диване, тихо проливала слезы, и каждые 10 минут выходила на улицу, чтобы лицезреть возвращение пропажи. Старшему лишь оставалось сидеть рядом, и оказывать хоть какую-то поддержку, которую он, по правде говоря, не в силах был осуществить, ведь переживал не меньше. А еще боялся. Боялся, что из-за него с Юнги могло произойти нечто страшное, а повернуть время вспять возможности не было. Не нужно было позволять выйти, не нужно было отпускать. Совесть съедала заживо, а истерика их младшего добивала. Тэхен не успокаивался первые 2 часа. Иногда пускал слезы, когда кричал, что такое не должно было произойти, и спрашивал, почему Рэйман не остановил, смотря при этом глазами полного стекла. Он сидел на полу, обнимая свои колени и молчал. Ждал. Ждал как и все остальные. Даже Чонгук не оставался равнодушным, то и дело поддевая занавеску, и вглядываясь в улицу, но наблюдать мог только соседние заброшенные дома, сырой асфальт и дождь. Будто даже сама природа горевала о потере своего чада. Скоро должна начаться гроза, только вот передавали ее на следующей неделе, если верить словам Рэймана. Но уже никто не вдумывался о столь незначительных мелочах, ведь были проблемы куда посерьезнее. Лари тоже была с ними, только не крутилась в этот раз вокруг своего хозяина, одаривая вниманием Тэхена, который моментами все же обращал на ту свой взор, пальцем цепляя ее холодную лапку. —Простите, — Хриплым от долгого молчания голосом, начал Рэйман. —Я виноват. —Ты тушил машину, а он ушел по своей прихоти. Нужно было подумать головой, прежде чем принимать такие решения, — Выдал Чонгук на чужое раскаяние, ведь видел ситуацию именно под таким углом. Но то что он сказал, вышло немного резко, и Тэхен тут же подскочил с места, пугая этим, рядом сидящую крыску. —Не говори такое! Он пытается что-то делать не только для себя. Вот и пошел.. — Запнулся Ким, ведь в горле начал образовываться ком, оповещающий, что слезы были на грани того, чтобы озарить карие глаза. Но фраза так и не осталась законченной, ведь эмоции давали сбой, и руки начинало печь не своим теплом. Сейчас всем ведь только этого и не хватает. Младший поспешил сделать глубокий вдох и закрыть глаза, ведь Чонгук сейчас начинал слегка подбешивать. Да и не только он. Чужие крики для Чона новостью не были. Но правду стоит видеть не только ему. Винить в этом некого, если не самого Юнги. А как это прозвучит важно не было. Завуалированно Чонгук разговаривать не умеет, намеки кидать тоже, и извиняться за это точно не собирается. Этот Юнги заставляет переживать, будто не они с Чоном грызлись по поводу и без. Но как бы кто друг к другу не относился, если убрать хоть одного человека, начинает в полной мере ощущаться пустота, а это чувство юноше до боли не нравится. Оно заставляет его переноситься в прошлое, в тот самый момент, когда к нему пришло осознание, что своим родителям, своим единственным близким людям, он не нужен. Поэтому в душе обитала какая-то неполноценность. Еще и все собравшиеся горюют так, слово Мину уже приготовили место для похорон. Этот парень, что управляет электричеством и взаимодействует с погодой, да как он вообще может пострадать от руки обычного человека? Здесь скорее тому чужаку вряд ли повезет выбраться от рыжего в живых.

***

flashback Черная макушка, что мелькала из одного угла в другой, словно казалась иллюзией, ведь как только Юнги было догнал незнакомца, тот с переулка уже пропадал. Становилось все темнее, и ориентироваться лишь на черные волосы было бы глупо, но парень не смел останавливаться. Мысль все закончить и не делать из этого целую войну никак не покидала голову, потому он и продолжал обыскивать каждый переулок, иногда ловя себя на мысли, что возможно он уже давно ходит кругами. И Хосоку нужно было достичь именно этого. Завести парня в тупик, и как он любит, душевно поболтать. Вот только душевно не выйдет, ведь рыжеволосый явно намерен почесать кулаки. Но кому как не Чону давать надежду на то, что это действительно выйдет сделать, когда как на самом деле, догадывался, что юнец просто глуп, и никаких особых навыков, что хотя бы удивили бы Хосока не присутствуют. Вот только одна мысль о том, что парень этот вовсе без интересных способностей слегка огорчала, но так не хотелось себя расстраивать, что черноволосый старательно выкидывал это из головы. Никакой грозы не было, значит и рыжий сегодня обойдется без своих фокусов. Как только силы парня оказались на исходе и тот остановился напротив стены, обозначающей тупик, Хосок решил порадовать его своим присутствием, чтобы сильно не огорчать бедолагу. —Ты должно быть устал, — С наигранной горечью в голосе выдал черноволосый, на чей возглас сразу обернулся запыхавшийся юноша. —Уж прости, воды с собой у меня нет. Юнги отреагировал молниеносно, и поддавшись вперед, хотел нанести удар по чужому довольному лицу. Но силуэт тут же пропал из поля зрения, а Мин потеряв равновесие, рухнул на твердую землю, не заметив того момента, как черноволосый присел, чтобы повалить парня, ударяя своей ногой его. Тут же поднимаясь, Хосок захохотал, ведь юнец выглядел настолько грозно, что Чон на секунду подумал, что действительно может заработать небольшой синяк под глазом. Но как и всегда, он оказывается прав в том, что мальчик еще совсем не знает, что такое настоящая схватка. На секунду Юнги даже потерялся, а голова начала ходить ходуном, но встать обратно на ноги он был просто обязан. Его противник явно ожидал того, что опасности быть не может, если рыжеволосый до сих пор валяется на земле, но выводы порой бывают поспешными. —Ты очень смешной парень. Я бы хотел поделиться с тобой.. — Но воздух внезапно выбило из легких одним ударом ногой, принадлежащему рыжему. Согнувшись пополам, Чон немного упустил момент, и Юнги уже находился во весь рост, а также наградил еще одним ударом по рукам, что в этот момент придерживали живот. —А ты поделись, — Прошипел Мин, хватая черноволосого за грудки, заставляя смотреть на себя. Такой метод у него всегда срабатывал. Только вот никаких эмоций на чужом лице не было, только лишь эта издевательская улыбка, которую хотелось стереть с чужого лица. В очередной раз юноша не смел отказывать себе в своей небольшой прихоти, и со всего взмаху правой руки ударил по чужому лицу, все же задевая уголок губы. Будто даже на душе полегчало от этого факта. Хосок был выше рыжеволосого юноши, поэтому ногами до земли доставать мог вполне отлично, а значит ничего не помешает выбраться из чужой цепкой хватки. Кончиком стопы он оттолкнулся от земли, и этой же ногой рыжему парню удар пришелся прямо в колено, и как только чужая хватка ослабла, Хосок выбрался и отошел слегка подальше, ведь его изначальная цель была именно на разговор. Хотя и набить чье-либо лицо он тоже всегда был готов. Но не сегодня. Парень вообще мало ожидал того, что найдется смельчак, который последует прямиком за ним. Нужно отдать должное - не каждый способен на такой поступок. Регенерация помогала лишь быстро устранять боль, но это не значит, что чувствовать Юнги ее вовсе перестал. Этот парень явно знает куда бить, потому что место удара сейчас нещадно ныло. Но виду подавать не стоит. Отдышавшись, Мин было двинулся обратно на незнакомца, но тот его остановил, подняв руки в примирительном жесте. —Вау, парень. Я удивлен конечно, что ты еще держишься, но мы ведь можем просто поболтать. Чужое предложение явно не расценилось как хороший выход из ситуации, и рыжеволосый продолжил надвигаться на спокойно стоявшего Хосока. —Нет, так нет, — Вздохнув, проговорил Чон, быстрым движением хватая юношу, поваливая того на землю и фиксируя собой его тело. Первый удар по чужому лицу показался Хосоку слишком слабым, ведь парень норовил дать сдачи, всячески выбираясь из-под чужого веса, и пытаясь замахиваться в ответ, но удар за ударом его остановили. Они были беспорядочны, будто Хосок уж очень сильно огорчился того факта, что слушать его не хотят. Но на самом деле так оно и было. Парню всегда было необходимо, чтобы его требования были выполнены, когда как он сам выполнял чужие. Это приносило лишь удовольствие, ведь свою работу он любит слишком сильно. Поднявшись обратно на ноги, Чон удовлетворенно выдохнул, и принялся наблюдать за тем, как рыжеволосый сплевывает за землю собственную кровь, и как грудь того вздымается в бешеном темпе. —Я ведь попросил просто поговорить, и посмотри, что ты наделал, — Развел руками в стороны Хосок, намекая на картину перед собой, где избитым телом лежал юноша, что не послушал того, что хотел донести до него Чон. —Я думаю, ты правильно понял, что пришел я именно за вами, друзья. И раз уж мы с тобой успели наладить контакт, я представлюсь - меня зовут Чон Хосок. Не хочешь назвать свое имя? —Да пошел ты, — Прошептал Мин, перекатываясь на бок, чтобы не захлебнуться своей же кровью с разбитой губы и прикушенного языка. Ответ незнакомца явно не удовлетворил, потому как его молчание говорило о многом. Например о том, что было стойкое чувство, что сейчас он вновь подойдет и начнет по новой наносить синяки на чужое тело. Но страха не было, и если же он присутствовал, то совсем по другой причине. Начинался дождь. Природа пришла на помощь. —Хорошо, Юнги, — Сделав акцент на его имени, Хосок продолжил. —Дело в том, что в этом заключается моя работа, и если ты вдруг не знаешь, работу принято выполнять. А я, как никто другой, являюсь ответственным человеком за свое дело, — Говорил он, слегка разворачиваясь, чтобы в медленном темпе шагать от одной стены к другой, за спиной держа руки. —Я должен зарабатывать деньги, чтобы потом обеспечивать свою жизнь, — Объяснял, будто маленькому ребенку. Пока Чон отвлекся на свой одиночный монолог, надеясь на то, что его будут слушать с пристальным вниманием, Юнги уже оказался на ногах, да и еще и стоящим возле него. Но сделать с этим что-либо уже было невозможно, потому как рука юноши, которая уже покоилась на его плече, начала издавать весьма слышимые разряды, а между пальцев рыжеволосого начало бегать электричество, и за несколько миллисекунд оно откинуло Чона на несколько метров от парня назад. Плечо обжигало с невероятной силой. Эта боль была настолько невыносима, что упасть в обморок было не сложно, но Хосок держался из своих последних сил, только вот не для того, чтобы услышать слова подошедшего юноши. —У меня небольшая побочка, боюсь меня никто не купит, — И быстрым, насколько это позволяло больное тело, шагом, двинулся в ту сторону, откуда по памяти он пришел. Дождь будто отрезвил, и помог понять, что в этой схватке в проигравших Мин явно не останется. Хосок, так и продолжая лежать на земле, ведь казалось, если двинуться, то обморок все же будет обеспечен, одной рукой осторожно отодвинул горловину футболки, наблюдая огромный красный ожог на своем плече. Он ведь хотел узнать, что скрывают эти люди - он это сделал. Только вот, какой ценой? От этих не веселых мыслей на губах расцвела улыбка, и Чон так и продолжил ловить капли дождя, что хоть на секунду смягчали его боль. end flashback

***

Постепенно город начинал светать, а ноги забиваться все больше. Лицо ныло, но это ощущалось очень отдаленно, ведь от синяков особо ничего и не осталось. Были другие, те, что под глазами, оповещая, что сон был сейчас как свежий глоток воздуха. Дорога домой не заняла бы столько времени. Добраться до места назначения можно было бы максимум за час, но Юнги слишком много думал, еле передвигая ногами, совершая лишь маленькие шаги. Он нанес вред человеку. В тот момент, для него эти мысли не были настолько важны, ведь Хосок не являлся значением доброжелательности. Но ведь слова старших твердили ему, и не только ему, о том, что этот дар не должен был принести вред. А он целенаправленно это сделал, по своему желанию позвав силу, чтобы отомстить за причиненную боль, которая была лишь в тот момент. Сейчас Мин ничего не ощущал, никакой боли не было. Та была в душе, ведь он поступил жестоко по отношению к тому, кто по сравнению с ним - слаб. Хотя и здесь есть дыра, ведь черноволосый никак не мог об этом догадываться, и нанося множественные удары, наверняка считал себя выше юноши. Это сравнение никак не помогало внутренним терзаниям парня, и он действительно считал, что как бы не поступил другой человек, он не должен был делать то же самое. Своими необдуманными действиями он подверг всех еще большей опасности, ведь Чон теперь вряд ли так просто отпустит эту встречу, потому что та плотно отпечаталась на его плече, красуясь теперь большим ожогом, который останется с ним на всю жизнь и будет напоминать о рыжеволосом. Хосок точно не сможет забыть свою изначальную цель, если та теперь кардинально не поменялась на что-то более масштабное и опасное для жизни пятерых молодых людей. От последнего вообще стало не по себе, и он уже тысячу раз за свою долгую прогулку, что длилась аж несколько часов, пожалел о том, что побежал прямиком за тем парнем. Хотел сделать ношу проще, но вышло так, что возможно получилось только хуже, и не только для него. Совесть съедала также, как съедала Рэймана, и стоило только подумать об этом, он ускорил свой шаг, ведь знакомый дом уже виднелся поблизости. Тот ведь явно может винить именно себя. Не нужно было усугублять еще и тем, что заставляет переживать о своей сохранности, а в этом он был уверен точно. Они же не чужие друг другу люди. Стоило только подойти к крыльцу, как дверь распахнулась, и на пороге стоял не спавший Чонгук. Даже он переживал, и от этого стало еще паршивее, ведь что тогда происходит с остальными? С Тэхеном. —Пришел, — Оповестил Чон, сначала даже не ясно к кому обращаясь. Или же сказал этот факт самому себе. Но как только лишь одно слово оказалось сказано, Чонгук поспешил отойти в сторону, иначе быстро бегущий в его сторону младший точно не оставит его стоять на ногах, сбивая, только увидев своего пропавшего друга. Тэхен уж очень долго ждал, пока настанет этот момент. Для него будто прошла целая вечность, хоть и на деле несколько часов. Если сидеть в полной тишине, что перебивалась только собственными удручающими мыслями, то это и будет длиться вечность на самом деле. Никогда не приятно думать о плохом на протяжении длительного времени. И словно упал камень с плеч, когда Ким в крепких объятиях сжал Мина, совсем не подумав о том, что у того могут быть какие-то повреждения. Главное, что пришел. Не пропал, и не умер, а показался на глаза. Юнги также крепко обнял младшего, что уже чуть ли не повис на парне, ведь хотя бы так он чувствовал чужое сердцебиение. Сзади Чонгука показались и все остальные. От вида девушки, что проплакала пару часов так точно, снова стало стыдно, а от взгляда Рэймана, который стал до того облегченный, стоило только увидеть, что рыжеволосый в полном порядке, стало чуть легче. Оторвавшись от Юнги, который также опустил руки, Тэхен пару секунд посмотрел на него, удостоверяясь, что тот действительно в полном порядке, поспешил это исправить, и двумя руками начал колотить по чужой груди, когда как сам Юнги стоял неподвижно, позволяя выпустить все накопившиеся эмоции. —Ты - кусок придурка! Я чуть сам не умер! Ты хоть знаешь, что я уже успел себе надумать?! — Раскричался младший, выражая всю свою злость, боль, переживания и облегчение одновременно. Чон, что стоял радом, наблюдая всю эту картину, давно заметил, что с Юнги было явно что-то не так. Рыжему бы поспать, ведь вряд ли он делал это по дороге сюда. Вопросов была уйма как и у него, так и у всех остальных, кроме Тэхена, которого Чонгук слегка оттащил от возвращенного, потому что казалось, тот сейчас свалится с ног из-за сильной усталости от этой ночи. Оказаться в чужих руках, Ким против вовсе не был, даже наоборот - вся злость и негодование к Чонгуку испарились, и на душе стало очень спокойно. Конечно же, не только от этого, но и от того, что его друг вернулся домой. —Иди спать, — В тоне Чонгука даже промелькнула какая-то забота, но та была малозаметна, но Мин все равно успел ее уловить. Придерживая Тэхена за плечо, черноволосый показательно мотнул головой в сторону лестницы, и потянул Кима чуть назад, давая место в маленькой прихожей, чтобы парень имел возможность хотя бы разуться. —Как проснешься, зайди ко мне. Поговорим, — Попросил Рэйман, но без какой-либо злобы или строгости в голосе. Юнги и так понимал, да и сам собирался рассказать о своей недавней встрече с Чон Хосоком, и кивнув, направился в комнату, чтобы уйти в долгожданный сон, и на это мгновение не думать ни о чем, что тяготит голову. Все разбрелись, чтобы найти свой покой от этого нервного дня, который планирует продолжаться, ведь сейчас наступало только раннее утро. Беловолосый погнал Лай в свою комнату, чтобы та сегодня спала не на старом диване, оберегая ее и так плохое эмоциональное состояние. Сам же опустился на диван, и тут же отключился от всего внешнего мира, ведь стоило только закрыть глаза, все проблемы отошли на задний план. Было действительно хорошо от мысли, что они не потеряли своего человека. Но не все сегодня решили сразу отойти в спокойствие, потому что Чонгук настойчиво заставил Тэхена выйти на улицу, закрывая за обоими дверь. —Ты до сих пор не понимаешь? — словно и не было никакой усталости, со сталью в голосе проговорил Чонгук. —Что это я не понимаю? — Тэхену и вправду не было ясно, что теперь от него хочет Чон, когда вроде их главная проблема была решена. Только вот второй не считал, что на этом стоит заканчивать всю прошлую нервотрепку. —Тот, кого ты считаешь своим другом, и тот, кто подорвал тачку - это один и тот же человек. И говорю я это со стопроцентной уверенностью. —Да откуда ты можешь знать? Он говорил мне свое имя, и я его помню, — Пытался переубедить младший, ведь ругаться именно сейчас он до боли не хотел. Ким ведь только по новой начал ощущать между ними идиллию, а сейчас Чонгук снова и снова пытается это разрушить. —Имя? Ты помнишь только его имя? Сам себя слышишь? — Черноволосый уже конкретно пытался наехать на младшего, потому что действительно был уверен в своей правоте. Только не учитывал факт того, что сейчас юноша связно думать явно не сможет, и этот разговор снова может перерасти в конфликт. —Слушай, я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, но сейчас не время ругаться, — Как можно мягче попытался Тэхен, что даже для него было в новинку, ведь обычно эмоции так и скачут по бедной голове, которая порой не выносит такой активности. Но сейчас и впрямь не было ни сил на разговоры, ни желания ссориться с Чонгуком. Просто не хотелось. Тяжело вздохнув, Чон не понимал как еще достучаться до младшего, который совсем не понимает, что до него хотят донести. —У нас больше нет этого времени, Тэхен! Оно исчерпано. Ты же явно знаешь, где находится твой "друг", — Продемонстрировав пальцами кавычки на своем последнем высказывании, он продолжил, совсем не замечая, как младший тускнеет на глазах. —Пока ты сам не вспомнишь, никто тебе в этом не поможет. Как ты можешь вообще быть уверен в том, что этому человеку стоит доверять?! Может тогда отведешь меня к нему? Быть может он и мне расскажет что-нибудь интересное?! —Не кричи на меня! —До тебя по-хорошему не доходит! Зачем ты вообще к нему прицепился? Ну нашелся и нашелся. Мы не в том положении, чтобы базарить с кем попало, когда ты даже ни черта не помнишь! — И снова сделал акцент на больное, и Тэхену уже казалось, что с таким человеком, как Чонгук - не получиться надеяться хотя бы на спокойное общение, не то чтобы дружбу. Юноша пытается его оправдывать, думая, что Чон также переживал, вот и снова сорвался, ведь доверия между ними по-прежнему было немного. Но как бы не оправдывал - Чонгук снова, чуть ли не прямо говорит о тупости младшего. Пусть он и будет тупым в его глазах, но Киму просто-напросто тяжело искать компромиссы. Хочется и поближе узнать свое прошлое, докапываясь в итоге до всей правды, с другой стороны хочется и продолжать витать в облаках, и хотя бы представлять, что у них с парнем напротив и вправду могли бы быть хорошие отношения. Хотя-бы дружеские, а не те, что в последнее время преследуют голову младшего, тем самым мороча ее в край. В то же время их преследует опасность, заключенная в той самой лаборатории, и просто не понятно, в какую же сторону Киму стоит пойти. На чем сосредоточить свое внимание? —Потому что я хочу узнать о себе чуть больше, чем я знаю сейчас! А я совсем ничего не знаю. И кто как не он сможет сказать мне, чем я жил до всего этого? — Выбор оказался сделан, но Тэхен был уверен в том, что все же стоит подумать об этом чуть больше. Теперь уже не ради кого-то, а ради себя. Что для него действительно важно? Юнги явно пострадал, хотя никаких признаков на лицо видно не было. Он считает этих людей своей семьей, даже если те вдруг думают иначе. Он оказался влюблен. Только последнее не вызывает у него ничего светлого. Быть может из-за постоянных ссор? Или же младшему и вправду стоит подумать обо всем на свежую голову? Так ли теперь важно, что было до, когда на данный момент есть люди, с которыми он переживает все горести, счастье, обиды и радость? —Делай, что хочешь, — Отрезал Чонгук, терпение которого вышло за грань. Более он не полезет в это, чтобы Ким смог сам лицезреть, к чему в итоге это может привести. Но Тэхен, кажется, уже сделал свой выбор.