Плохой день

– Эй, Лори, — Рошель подходит к подруге, что лежит посреди поля, глядя куда-то наверх. — Ты чего здесь делаешь? Та не откликается, продолжая смотреть на небо. Все мысли смешались в кашу, а тяжёлый груз неуверенности почти физически давил на грудь, не позволяя сделать и вдоха. Тело ломило от импульсивных тренировок за последнюю неделю. Сил не было ни на что. – Лори, — вновь обратилась Рошель, стоя совсем рядом. — Все в порядке? Лори в ответ невнятно кивнула и легла на бок, чуть жмуря глаза. Общаться сейчас не хотелось абсолютно ни с кем. Рошель, заметив этот жест, тяжело вздохнула и села рядом, прямо на прохладное поле, а затем инстинктивно поправила очки. Она видела, что с подругой что-то не то, и в голове уже рождались дальнейшие варианты. Узнать что случилось, поддержать и, возможно, потренироваться. Закат озарял улицу оранжевым цветом; наглый ветерок не стеснялся проходиться по одежде и волосам, чуть трепя их. В воздухе стоял слабый аромат травы, что проникал в нос и оседал глубоко в горле. Совсем скоро наступит вечер, и светлые фонари вновь включатся, озаряя поле вокруг. Она провела по земле, возвращаясь в реальность. Травинки холодили ладонь, и Рошель чуть нахмурилась. Лори лежала рядом, непонятно – то ли в сознании, то ли вырубилась. От такого зрелища что-то неприятно заискрилось в груди, заставляя руку буквально сжимать несчастную траву. Рот машинально открылся, но тут же закрылся. Впервые ей было нечего сказать. – Как думаешь, — совсем тихо начала Лори. — Бог любит меня? Атмосфера давила, и она сжалась, пытаясь спрятаться. Ничего не получалось. Лёгкая тревога прошлась по позвоночнику и неприятно осела в желудке, отчего Лори прикусила губу. Слишком много неудач в последнее время. Рошель удивлённо приподняла брови, а затем прижала колени к себе. Слишком медленно, словно боялась, что любое движение нарушит и так хрупкую атмосферу вокруг. Мысли беспорядочно возникали в голове, пока она снова не глянула на Лори. – Конечно, — без доли сомнений ответила она. — Бог любит всех. Та в ответ лишь хмыкнула и разлепила глаза. Поворачиваться, чтобы посмотреть на подругу, совсем не хотелось. Это казалось лишним, неуместным, и Лори прикрыла лицо рукой, спасаясь от мира вокруг. Хотелось исчезнуть, позволить тьме поглотить себя. Заснуть и, видя прекрасные сны, никогда не просыпаться. Но разве так можно? Когда папа хвалил других игроков команды, но о Лори забывал. Когда давал несчастную пять всем, кроме нее. "Все получится в следующий раз". Сердце больно сжималось, а вязкий комок тревоги селился у нее на плече. Это было невыносимо, но повторялось раз за разом, тренировку за тренировкой и игру за игрой. Рошель молчала, позволяя Лори самой решить, когда и о чем говорить. Не давила, просто была рядом. И это немое присутствие спасало как нельзя лучше: позволяло не впасть в тревогу и оставаться здесь, в реальности. Она всхлипнула, сжимаясь сильнее. Предательские слезы жгли глаза, но не спешили вырываться наружу, а стыд наваливался все сильнее. – Я ведь ужасна в спорте, — голос предательски дрожал, переходя на шепот. — Так ведь? От этого тона стало так больно, что Рошель невольно задержала дыхание. По правде говоря, Лори никогда не хватала звёзд с неба, никогда не показывала выдающихся результатов, но разве наслаждаться игрой – это не главное в софтболе? – Вовсе нет. — Мягко проговорила она, пододвигаясь чуть ближе. — Спорт – это не про идеальность. Это про веселье. – Знаю, — хрипло ответила та, сжимаясь ещё сильнее. — Но почему тогда так больно?.. Лори почувствовала, как руки начинают трястись, и тут же отстранила их от лица, лениво разглядывая пальцы. Боль с новой силой обрушилась на нее, выбивая весь воздух из лёгких. Голос, то ли свой, то ли чужой, шептал так настойчиво, что оставалось только верить. О том, что ей не стоит пускать нюни прямо на поле, тем более перед подругой; о том, что ей нужно работать усерднее; о том, что, может быть, она заслуживает этого. В горле возник ужасный ком, не позволявший сказать что-либо ещё. Да и слова были ни к чему. Только сейчас до Рошель дошло, насколько же плохо было ее подруге. Сколько она носила это с собой, что аж голос начинал дрожать. Сколько бессонных ночей она могла провести в одиночестве, убиваясь. Руки невольно сжались в кулаки. Нужно было что-то делать, прямо сейчас. – Эй, эй, эй, — она осторожно положила ладонь на плечо, чуть сжимая. — Все хорошо. Лори не ответила, точно не верила в эти слова, и сжала травинку, нечаянно вырвав ее. – Плохие дни бывают у всех, и это не значит, что ты плоха. Слова застряли в горле, и Лори прикусила губу, борясь с нахлынувшими эмоциями. Рошель говорила так просто, но эти слова почему-то пробирали до костей. Такие пронзительные и искренние. В них хотелось по настоящему верить, но что-то в груди сжалось сильнее. – Помнишь, как Ювен отдал такую сильную подачу, что почти попал в голову Френка? — Рошель чуть сильнее сжала чужое плечо, осторожно улыбаясь. — Или когда Кай пыталась поймать неудачный мяч, но в итоге споткнулась и чуть не упала на тренера? Лори тихо прыснула и почувствовала, как былое напряжение понемногу уходит, оставляя место чему-то другому. Подруга говорила так легко, что уголки губ невольно содрогались в слабенькой улыбке. – Это я к тому, что у всех бывают ошибки, — она ослабила хватку, давая необходимое пространство. — Нужно уметь посмеяться над собой, а затем идти дальше. Рошель не знала, сработало ли это или нет, и молча ждала. Взгляд зацепился за вечереющее небо, и она окончательно отпустила Лори, переставляя руку на собственное колено. Атмосфера уже не казалась такой давящей, и Лори даже смогла вдохнуть полной грудью, избавляясь от остатков нервозности, сковавшей ее. От чужого присутствия рядом становилось чуть легче, из-за чего Лори сначала плавно привстала на локте, а затем аккуратно села. Мышцы все ещё ныли после целой недели, забитой тренировками, но она их игнорировала. Сделав ещё пару глубоких вдохов, она робко обернулась, встречаясь с чужими глазами, скрытыми за линзами очков. Рошель вновь глянула на нее и снова слегка улыбнулась. Осторожно, боясь сделать хуже. – Спасибо, — выдохнула Лори. – Всегда. Затем Рошель в два движения поднялась на ноги, размяла плечо и протянула руку. – Потренируемся? Лори схватилась за чужую ладонь и, прежде чем встать, несильно сжала ее. – Давай.