Глупый лис и жалкий баран

Руки Рига подрагивали, пока он неспешно расставлял фигуры на доске. Такие же аккуратные, как и несколько лет назад, лишь дерево самую малость потемнело. Он давно не доставал эти шахматы. Не было среди окружения того самого достойного соперника, где каждая партия не просто игра, а практически смертный бой. Раньше на кону стояли мелкие шалости. Подонимать кого-то или крикнуть глупость. Но тогда проигрыши задевали честь, а победы заставляли горделиво задирать нос. — Прошло много времени, как мы играли последний раз, — прокашлявшись, Риг всё же заговорил, разрывая затянувшуюся паузу. — Всё ещё помню, как вырезал их для тебя, — в глазах сидящего напротив Сириуса плескалась ностальгия, а губы тянулись в улыбку. Такую родную и возвращающую в детство, что Ригу было страшно лишний раз поднимать взгляд. Чтобы не зацепиться за это, потому что он точно знал — потом будет жалеть. — Сегодня я тебя обыграю, — Риг уже научился держать лицо и голос спокойными, ровными и уверенными. Вздохнув, он расправил плечи, садясь ровнее. Полная противоположность вальяжно развалившемуся в кресле Сириусу. Что взять с лиса. — Шутишь? — тот лишь рассмеялся, но по-доброму. — Нет, даже готов на ставку. — И что же будет на кону? — лицо Сириуса всегда было крайне подвижным. Брови тут же взлетели вверх, а глаза сощурились. Риг ощутил, как по спине скатывается капля пота. — Я сам. — Решил узаконить рабство? — Сириус пока не понимал происходящего, но малость нервно отшутился. — Я сам, — с лёгким нажимом повторил Риг. — На эту ночь. Если победишь, но, — он позволил себе короткую интригующую паузу, — ты проиграешь и станешь моим до утра. Сквозь тонкие стёкла очков Риг внимательно следил за сменяющимися эмоциями на повзрослевшем лице друга. Они не виделись слишком давно, но вместо нормального общения сейчас делают это всё. Ригу никогда не был свойственен рационализм, когда дело касалось Сириуса. Только потные ладошки и нервное блеяние в приступах неловкости, когда всё понял. Не принял, этого он сделать не мог, но понял. — Интересно, — Сириус по-лисьи фыркнул, подбирая ноги под себя, и склонился к доске. С его стороны были фигуры из берёзы, и он тут же сделал первый ход пешкой, поднимая озорной взгляд. — Я согласен. Уровень азарта возрастал с каждым новым ходом и едким комментарием, призванным сбить оппонента с толку. Риг старался держаться уверенно, тщательно обдумывал каждый следующий шаг. — Выбираешь, как элегантнее мне продуть? — милым тоном поинтересовался Сириус. Но проиграть Риг не мог. У него не было другого шанса. Возможно, это последний раз, когда они виделись и общались. Он и без того своими собственными руками всё сломал, но сейчас ими же пытался выстроить ещё один хлипкий мостик. Хрупкую надежду. — Твои комментарии бессмысленны, — сдвигая фигуру, чётко ответил он в итоге. — Неужели нервничаешь и не можешь молчать? — О, нет, просто соскучился и хотел пообщаться, — королева Сириуса тут же съела дубового коня. Двойной удар. Плечи Рига чуть опустились. Но даже после этого укола он продолжил играть, рассчитывая и буквально видя свою победу. Всё происходящее не было честным и правильным, по крайней мере, по отношению к Сириусу. Но Риг всегда в первую очередь выбирал себя. Чтобы пропало напряжение между ними, нужно было закончить партию. Но дубовых фигур рядом с доской становилось всё больше, что выбивало Рига из колеи. Почти до обидных слёз, жгущих глаза. Их он старательно смаргивал и прогонял долгими вздохами. Но победить в итоге это не помогло. — Шах и мат, — Сириус громко стукнул фигурой о доску и откинулся в кресле с довольным видом. Риг помолчал, но в итоге кивнул, снова расправляя плечи. И поражение нужно принимать с достоинством. — Хорошая игра, спасибо, — голос всё равно подводил, срываясь на тихое блеяние, а протянутая другу рука подрагивала. Ригу давно не было настолько обидно. Ведь план был таким идеальным. — И тебе спасибо, — Сириус сжал ладонь, но не спешил отпускать. Всё пытался поймать убегающий взгляд Рига. — Теперь ты мой до самого утра, верно? Чего бы такого придумать… Сириус хитрил и надеялся на ответную улыбку. — Можешь послать меня за чаем, — хотелось ли Ригу сбежать ненадолго? Пожалуй. — Нет, чая я за эти годы пил много, а вот тебя не видел слишком давно, — Сириус поднялся с кресла и подошёл ближе. — Можешь встать? Риг шумно сглотнул и послушался. Сириус, кажется, успел ещё сильнее подрасти, потому что ровно перед глазами были только его губы с лёгкой усмешкой. — А теперь сделай уже то, что так сильно хочешь, — его голос упал и прозвучал немного хрипло, от чего по коже Рига тут же забегали мурашки, а лицо вспыхнуло. Он невольно прыгнул взглядом выше, к глазам Сириуса. — Ч-чего? — Неужели хочешь, чтобы я сказал вслух? Хорошо, я тебе говорю поцел… Риг подпрыгнул на носочках, затыкая Сириуса неуклюжим клевком в губы. Сухим и быстрым, но сердце всё равно сошло от этого с ума. Он тут же отошёл назад, пытаясь спрятать смущение. Сириус не позволил, за руку притягивая обратно и целуя. Пальцы вплелись в чёрные кудряшки, а язык мазнул по губам, заставляя Рига ощутимо дрожать. Но он позволил себе расслабиться в хватке Сириуса. Сделал вид, будто нет никакого шанса отступить и прекратить это. Разрешил себе отпустить контроль над ситуацией и медленно и боязно ответил на ласку, стискивая пальцами ворот рубашки Сириуса. Поцелуй был неспешным. Сириус изучал и позволял Ригу привыкать в его темпе. Не давил и не напирал, хотя происходящее его самого немного сбивало с толку. Он, конечно же, знал о чувствах Рига. Прекрасно видел всё это время. Но на то, чтобы притупить обиду, ушли годы. Долгие. Теперь вернуть всё в исходную точку было просто невозможно. Они, пожалуй, оба этого бы и не хотели. Слишком многие мосты были сожжены до тла. Кроме вот этого, хлипкого и крошечного, посреди которого они сейчас стояли и целовались. Риг явно хотел большего, хоть и боялся. Сириус ощущал это в дрожащем дыхании и колотящемся сердце. Они делали всегда множество ошибок, но вот именно сейчас всё казалось правильным и нужным. — Идём, — шепнул Сириус в поцелуй и сделал шаг назад, ведя Рига за собой за руку. В сторону его спальни. И чем ближе была кровать, тем краснее было его лицо. — Я н-н-не… Я… — Риг отчаянно заикался, позволяя тащить себя туда. — Что? Не хочешь? — Сириус усмехнулся, заставляя друга сесть на край. — Не надо врать. Здесь никого больше нет, и ты всё равно планировал закончить именно этим, не так ли? — он стоял вплотную и медленно расстёгивал пуговицы рубашки. Ригу казалось, что он вот-вот упадёт в обморок. Позорно отключится. Однако открывающаяся сантиметр за сантиметром светлая кожа удерживала его в создании. Он ведь и правда желал именно этого. — Можешь коснуться. Сегодня тебе вообще всё можно, — скинув рубашку на пол, Сириус сам положил ладонь Рига на свой пресс. Под пальцами была горячая кожа. Крепкий рельеф хотелось изучать прикосновениями, но тело не слушалось Рига. Было страшно и стыдно позволять себе и вправду делать всё то, о чём так сильно и долго грезил. — Неужели так страшно? — Сириус чуть склонил голову к плечу, смотря сверху вниз. Залитый румянцем смущения Риг боялся поднять взгляд, но и руку не отнимал. Сириус снова перешёл к почти шёпоту. — Ну же… Риг всё равно так и сидел, словно изваяние, не шевелясь. Тогда Сириус подцепил его очки за дужки и аккуратно, чтобы не заляпать, отложил в сторону. В комнате не было света, и теперь окружение совсем смутно расплылось. — Ну-ка, — Сириус отошёл назад, но вернулся с тканевой маской для сна в руках. Взглядом спросив разрешение, он надел её на Рига, осторожно поправив около ушей. — Постарайся расслабиться и говори, если что-то будет не так, — с мягкой фразой Сириус незаметно для Рига опустился на колени между его ног. Без зрения все ощущения усилились. Риг вздрогнул от касания холодных пальцев, когда Сириус стал неспешно снимать с него рубашку. Прохлада комнаты заставляла покрыться гусиной кожей. Зато неожиданный мазок языком по шее заставил шумно выдохнуть позорное тихое блеяние, от чего Риг моментально смутился ещё сильнее. На влажном месте ощутился довольный фырк Сириуса, и тот продолжил. Он целовал ключицы, вёл по коже носом и легко прикусывал клычками, снова и снова сбивая дыхание Рига. Он чуть сжимался от ласк, но маска на глазах помогала самую малость абстрагироваться от реальности. В собственных фантазиях нечто подобное уже происходило по сотне разных сценариев. Почему бы не дать себе уже насладиться? Риг с трудом заставил себя поднять трясущуюся руку. Он вплёл пальцы в белоснежный беспорядок волос Сириуса и осторожно огладил тут же дёрнувшееся ухо. Тот в ответ, судя по ощущениям, улыбнулся. Наградой стал игривый укус за сосок. Риг чуть не подпрыгнул на месте и не смог сдержать блеющий стон. Это было безумно приятно. — Тело ровно такое же чувствительное, как я и думал, — хмыкнул Сириус. — Т-ты дум-мал об этом? — не заикаться не получалось, но выдавленные хриплым голосом слова Риг считал своей маленькой победой. — Бывало, — признался спокойно Сириус, продолжая опускаться с поцелуями всё ниже, пока Риг даже не осознавал, как собственные ноги разъезжались в стороны шире. — А… Кхм… О чём т-ты ещё д-думал? — Мне было любопытно, такой же ты неловкий в постели, как в жизни. Или вдруг там где-то сидит что-то мне неизвестное, — пальцы Сириуса стали тянуть штаны Рига вниз, и тому пришлось на мгновение приподнять бёдра. Им тут же стало холодно, и с запозданием пришла мысль, что он теперь полностью обнажён. Это вместе со словами Сириуса вновь заставило лицо Рига покрыться краской. — Но не переживай, мне всё очень нравится, — поспешил успокоить его Сириус, поднимаясь на ноги. Зашуршала одежда. — Ляг, пожалуйста, выше. Наощупь пришлось забираться на кровать с ногами и отползать чуть дальше. — Почему ты н-никогда не отвечал на м-мои чувства? — сиплым шёпотом спросил Риг, почувствовав под спиной мягкую подушку. — Потому что ты мой друг, — дыхание Сириуса согрело колено, и следом туда пришёлся поцелуй. — Т-тогда для чего дел-лаешь это се-сейчас? — Для тебя, — короткий ответ. От сложных мыслей Сириус стал отвлекать новыми ласками. Оглаживал ноги, заставляя волоски топорщиться от мурашек. Он считал это милым. Ригу казалось, что руки касаются его повсюду. Тепло разбегалось по коже, мешая сосредоточиться. Тело не слушалось, выгибаясь навстречу мягким губам и крупно дрожа. Он ощущал, как сильно возбуждён, и всё чаще и громче дышал, когда бёдра невольно подкидывало. Ступню вдруг защекотало кончиком хвоста Сириуса, когда тот склонился ещё ближе. Медленно Риг чувствовал, как тот ложился сверху, вжимаясь в итоге тесно всем телом. От прикосновения влажной головки члена к животу он несдержанно простонал. — Привет, — Сириус игриво шепнул, стягивая маску с лица Рига. Тот боялся открывать глаза, но всё же проморгался, пытаясь сфокусировать зрение. Сириус лежал сверху, возбуждённо помахивая белоснежным хвостом. Так близко. На его светлом лице ярким пятном виднелся румянец на спинке носа и щеках. — Поцелуй меня, — он подался ближе к Ригу. Смущаться как будто уже не имело смысла, когда они и так лежали полностью обнажённые вместе. Шумно втянув носом воздух, Риг прижался с неуклюжей лаской, которую Сириус тут же увёл в глубокий чувственный поцелуй. Он стал легко двигаться, так и находясь сверху. Потирался, заводя их обоих ещё сильнее. Ригу казалось, что он готов кончить прямо вот так, даже без какой-либо толковой ласки. Просто от мысли о том, что происходящее — реально. — Сириус, — почти жалобно проблеял он в губы. — Что? — тот приподнялся с прежним хитроватым видом, но возбуждение на лице немного смягчало. — Пожалуйста… — О чём ты просишь? — Сириус абсолютно точно знал, чего хотел Риг, но продолжал дразнить. Тот был не в силах ответить на вопрос. Лицо горело, а тело сходило с ума. Руки будто сами по себе скользнули на спину Сириуса, опустились ниже и несмело сжали ягодицы. Округлые и упругие. Член дёрнулся в ответ на это, и Риг несдержанно потёрся. Сириус, прикусив губу, тихо простонал. Этот негромкий звук пронзил, будто молнией. Тело Рига резко напряглось от посылаемых в каждую клеточку сладких импульсов. В голове на несколько долгих секунд не осталось ничего, кроме фантомного шума прибоя. Придя в себя, Риг ощутил на животе липкую горячую влагу. Дыхание никак не восстанавливалось. Сердце по ощущениям колотилось где-то в горле. — Вау, — взгляд Сириуса был чуть смазанным от возбуждения. Он несдержанно укусил Рига за шею, а после резко опустился вниз и широко мазнул языком по животу, собирая капли спермы. — Что ты! — Риг даже не успел возмущённо воскликнуть, а Сириус уже облизывался, сверкая клычками в улыбке. — Вкусно… — Идиотский лис! — Ригу казалось, что он вот-вот умрёт от позора. Сириуса подобное оскорбление не задело ни коим образом. Он устроился удобнее между разведённых ног и бесцеремонно взял в рот успевший упасть после оргазма и сильного стыда член. Риг собственным возмущением тут же задохнулся, выгибаясь в спине. Он был всё ещё слишком чувствителен. Ловкий длинный язык тем не менее уже обводил головку по кругу, а самый кончик давил на дырочку уретры. Изо рта Рига вырывались блеющие стоны и неразборчивый скулёж, похожий на мольбу. Но Сириус не прерывал ласки, опускался ртом всё ниже, пока член во рту ощутимо увеличивался. Подобного и близко не было даже в самых-самых смелых фантазиях Рига. Слишком. Слишком приятно. Слишком близко. Слишком горячо. Слишком для того, чтобы заставить себя после забыть. Сириус самозабвенно отсасывал ему, помогая себе рукой легко оглаживать яички. Каждое-каждое касание отключало что-то в голове Рига, и он мог только сипеть стоны, закатывая глаза. Когда он почти был готов кончить вновь, Сириус резко отстранился. У Рига не было сил, чтобы задать вопрос, но это и не было нужным. Сириус уже сам всё для себя решил. Он приподнялся, устраиваясь сверху и принялся тереться задом о стояк Рига. — С-стой, ты… — жалкое тихое блеяние Сириус прервал, зажав рот Рига ладонью и склоняясь к его уху. — Успел немного себя подготовить, пока сосал тебе, — такие откровенные пошлые слова пустили по телу Рига новый заряд возбуждение, выводя то на совершенно новый уровень. — Хочу тебя в себе… Ни в едином проигрываемом в голове Рига сценарии за всю жизнь Сириус не был принимающей стороной. Подобного расклада будто вообще не существовало и быть не могло. Но он же лис. Не мог сделать правильно даже подобное. А потому, глядя Ригу прямо в глаза, он прижал головку его члена к анусу и стал медленно насаживаться. Бесстыдно распахивал губы для стона и всем видом показывал, как сильно ему это нравилось. — С… Сириус, — через прижатую к губам ладонь промычал Риг, с ума сходя от жара и тесноты вокруг члена. — Риг, — на выдохе ответил лис, одним движением опускаясь до конца. Это снова было слишком. Сириус сжимался вокруг так сильно и тесно, до звёзд перед глазами. Риг не сразу понял, что снова кончил. И сделал это глубоко внутрь. Он задыхался стоном, пока всё тело натягивалось струной и тут же сжималось от слишком сильной чувствительности. Пальцы Сириуса медленно соскользнули с губ Рига. Ноготки прошлись по шее, груди, задевая сосок, животу. Ладонью Сириус обхватил собственный член, второй рукой опираясь о кровать. Он так и смотрел Ригу в глаза, когда начал издевательски медленно двигаться, одновременно надрачивая себе. Голову туманило происходящим. Ощущением нереальности. — Сириус, Сириус, — бездумно шептал Риг, находя место своим рукам на бёдрах лиса. Перед глазами всё плыло. Но он чётко понимал и ощущал, насколько ему сейчас было хо-ро-шо. Эта почти болезненная теснота вокруг члена. Пот на чужой коже под пальцами. Влажные хлюпающие звуки, наполняющие всю спальню. И такое шумное частое дыхание Сириуса, пока движения его становились всё более хаотичными и резкими. Он опускался на член быстро и до конца, до громкого шлепка тел. И сжимался так, что у Рига улетало сознание. — Я почти, Риг, — стоном выдыхал он, кусая губы и жмурясь. Откидывал голову назад, оставляя напоказ светлую грудь, покрытую каплями пота, с ярко-розовыми напряжёнными сосками. Риг сжал пальцы на его бёдрах так сильно, что на коже отпечатались лунки от впившихся ногтей. В следующую секунду Сириус крупно вздрогнул и бесстыдно громко и протяжно простонал. Его рука продолжала двигаться по члену, с которого на живот Рига срывались тяжёлые капли спермы. Сириус был так красив в этот момент. С разрумяненным потным лицом с налипшими прядями волос, дрожащий всем телом. Риг не подозревал, что способен кончить три раза подряд, но вид Сириуса был слишком прекрасен. Приходить в себя было сложно. Мир никак не желал перестать раскачиваться мутной картинкой перед глазами, сердце всё долбилось с бешеной скоростью, а кислорода не хватало. Сириус на дрожащих ногах приподнимался, пока из него не вышел член. По бёдрам тут же потекли капли спермы, но подобное уже не смущало, лишь на мгновение привлекло внимание Рига до того, как Сириус рухнул рядом. Постель под ними была насквозь мокрой от пота. Но холодно не было. Наоборот — отчаянно хотелось открыть окно и глотнуть свежего воздуха. Хватило бы сил. Сириус лениво поворочался рядом, и в итоге затолкал руку под голову Ригу, чтобы удобно обнять того. — Было здорово, — сипло прошептал он, ведя носом по взмокшей и ещё более кудрявой чёлке, прикрывающей лоб. Риг прижался крепче, кладя ладонь на голую спину и рассеянно водя пальцами. Он смотрел перед собой и ничего не видел. Зато прекрасно слышал выравнивающееся дыхание засыпающего Сириуса. Он молчал и просто слушал долгие десятки минут, пока спальня окончательно погружалась в ночную темноту. Начинала накатывать паника. Страх, непонимание, попытка осмыслить. Риг цеплялся за Сириуса всё крепче, пока из глаз не потекли неконтролируемые крупные слёзы. — Я люблю тебя, — беззвучно выдохнул он, шевеля лишь губами. Казалось, что заложило уши — так сильно в них звенело. — Я люблю тебя, — дрожащим шёпотом выдохнул он через пару секунд, вжимаясь лицом в крепкую грудь лиса, что всё так же крепко спал. Сириус снова пропадёт. Снова оставит его здесь одного. Он не тот, кого можно было к себе привязать. Закрыть в клетке. Сириус всегда был слишком свободолюбив. Потому говорить признание вслух Риг мог только сейчас, пока тот спал и не слышал его слов. — Я люблю тебя. Этот секс не должен был быть прощальным подарком, но стал им в итоге. Потому что на следующий день они общались как ни в чём не бывало. Сириус беззаботно улыбался и отпускал шуточки. А Риг каждую секунду до его окончательного отъезда мысленно повторял себе, что это был его максимум. И он его получил. Больше между ними ничего быть и не могло. Пора было отпустить Сириуса.