Баллада о Звезде

Минуя звёзды и планеты Парили ангелы во мгле, Сквозь астероиды, кометы Редели, оставляя след. Из пыли ангельского света, На мрачном полотне ночей, Ложились шлейфом Андромеды Все искры от златых огней. И каждый взмах горящих крыльев Пылал яснее, чем заря. От океана и до жнивьев Рдел жар как языки костра. Но это ведь не свет небесный, А пламя злого мятежа. Себя самих низвергли в бездну, Гордыню в сердце не сдержав. Дымятся длани у денницы — Дитя возжаждал отчий трон. Заверзлись вещие зеницы, И пал издавший скорби стон. "Отец! Неужто недостоин Я был назваться твоим сыном? Не я сражался ли как воин С собратьями в подлунном мире? Творец, за что низвергнул ты Творенье лучшее небес? Так были взоры холодны, И холоден со мной ты весь. Чего ж достойны эти люди? Твоей любви и доброты? А я? Ужель алмазов груды Висят на шеях бедноты? О Боже! Ты меня покинул За непокорность, этот грех Я брошу в мирную пучину Во имя блазней и утех." И речи полные крамолы Достигли вечного Творца. И слышал он в них столько боли, Что сжалилась рука отца. "Сын мой! Своим бездумьем, Своей жестокостью, гордыней Надменностью, Безумный! Ты сам меня в душе отринул. Я царь и мир создал весь этот, Цветы, зверей — своим перстом Смотри, неужто мало цвета В полях, горах, на дне морском? Я сам тебя создал, Венера, Ответ держать мне пред тобой, Меня печалит злая вера, Так слушай голос мой немой. Я гневаюсь на злость и яд, Проникли что в твою основу, И пусть ни в чём не виноват, Но сам предался злому зову. Отныне и вовеки, сын, Я предаю в объятья льда Того, кто подлость совершил И раскрывал свои уста. Ты будешь там стоять, пока Своё не вымолишь прощенье, Я ж буду рад тебе всегда, Коль поменяешь заблужденье" Таким наказ отца был свыше, И не противилась Звезда, Сложила только руки ближе, Умолкло грешное дитя. Летят года, века и эры, А он закован в лёд стоит, Но скоро сменит оперенье И воспарит в мир без обид.