see you in hell darling

Коридор заполняется отборными матами. – Шунтаро, открой эту ебаную дверь! – Сугуру ломится в ванную в полной ярости. – Сходи нахуй, Нираги. Мне хватило прошлого раза и синяка на скуле, иди проспись. – Ты блять общался с ним так, будто бы меня вообще не существует, и теперь говоришь мне съебать? Я сейчас выломаю эту чертову дверь, Шунтаро, лучше выходи по-хорошему. Дверь открывается, а за ней стоит Чишия с маской полного безразличиия. – Ты такой идиот, Нираги. – бровь Шунтаро поднимается, а губы расползаются в усмешке. – Чтобы ревновать меня к Арису, нужно быть просто отбитым на голову человеком. Сугуру смертельно зол. Как этот ебучий выродок смеет издеваться над ним? – Сейчас я покажу тебе какой я идиот. Руки Сугуру резко тянут блондина в спальню, не давая шанса вырваться. С особой силой он кидает партнера на кровать, наблюдая за его реакцией. – И что дальше, Нираги? Снова изобьешь меня? – взгляд полный безразличия скользит по лицу полному ярости. – Нет, сегодня я сделаю кое-что получше. Наручники закрываются на одном из запястий Чишии, вторым концом пристегиваясь к батарее. – Ты будешь сидеть здесь пока я не решу что делать с тобой дальше. Сугуру выходит из команты, запирая ее на ключ. А ведь раньше все было совсем не так. Счастливые прогулки под луной, первые поцелуи, свидания, первый секс и клятвы в любви. Смешное завершение. Их любовь никогда не могла быть нормальной. Один псих, который раньше пережил буллинг, второй травмированный мальчик, который никогда в жизни не получал внимания даже от родителей. Они находили друг в друге то, чего им так не хватало. Но вскоре ревность со стороны Нираги сломала все. Отдавать свою единственную надежду на спасение Сугуру не собирался. Взяв бутылку с виски, брюнет опустошает ее за несколько глотков, следом закуривая сигарету. Подходит к запертой двери. Надо же, ни звука. Обычно Чишия бранился за любой проступок Нираги, но сейчас... Впервые тишина. Щелчок замка и Сугуру видит пустые глаза Шунтаро, смотрящие на него с усмешкой. – Ненадолго же ты меня оставил. Я даже не успел подумать, что буду делать, когда уйду от тебя. Пальцы Сугуру сжимаются на шее блондина так сильно, что хрупкие кости хрустят, наровя сломаться. – Бросишь, сука? После всего что у нас было? – рука сжимает русые волосы у корней, – Это все из-за этой мрази– Арису? Отвечай мне блять. Пальцы на секунду разжимаются, давая доступ к кислороду. На что Чишия улыбается и хватает Сугуру за подбородок. – Нет, он мне глубоко безразличен, Нираги. Я просто устал от такого отношения к себе. Устал получать синяки от человека, которого люблю. Я устал от тебя Сугуру. И надеюсь, что вскоре я смогу отдохнуть от нас. – и Шунтаро целует брюнета, наблюдая за проскальзывающим удивлением на лице того, – Это на прощание. А теперь расстегни наручники, Нираги. Вместо слов раскаянья и выполнения просьбы, в лицо Шунтаро летит кулак, и следом из легких выбивается воздух последующим ударом. Шунтаро хватают за грудки, и с полным презрением в голосе, Сугуру выплевавает ему в лицо ответную фразу: – Если ты уйдешь от меня, то встретимся с тобой мы только в аду. Руки сжимаются на шее снова, а мозг наслаждается хрипами человека снизу. В моменте на лице блондина проскальзывает улыбка, а дальше Шунтаро замирает. Он больше не дышит. Горький привкус потери последней надежды на счастье растворяется в воздухе вместе с дымом от сигареты. Надо же, он убил свой единственный смысл жизни. Голова начинает понемногу трезветь, от чего мыслить становится все сложнее. Лежащие рядом ножницы так некстати привлекают к себе внимание Сугуру. Пальцы сжимаются на их рукоятке, и не думая больше ни секунды, направляют острие прямо в сердце. Или же в место, где оно должно быть. – Если нам суждено попасть в ад, то только вместе. – и ножницы вонзаются глубоко в плоть Сугуру, заставляя их хозяина упасть на холодную плитку. Такими их и находит через пару дней полиция. С улыбками на лицах и смертью в глазах. Видимо они нашли друг друга в ином мире.