Странные

Суровый мужчина лет двадцати пяти идёт по коридору. Размеренными шагами он уверенно идёт на своё новое рабочее место. Ещё совсем недавно Рок был одним из охраников, которые следили за порядком на кухне, а теперь его перевели в тринадцатый корпус. Внешне он был достаточно строг. Фрома идеально выглаженая без лишней суладки и всё согласно уставу, фиолетовые волосы до плеч были аккуратно уложены, что лишний раз подчёркивало его внимание к деталям. Суровый взгляд, опущенные уголки губ, весь идеальный, но только одна деталь прибавляла небрежности в этот обрах: шрам на носу, который охранник получил в одной из драк по молодости. Прийдя в комнату охраны, незнакомец схватил его за руку и радостно прокричал. - О, я так полагаю ты и есть наш новый охраник! Мне кажется я тебя где-то видел... О, точняк! Ты же работал в столовой до этого, верно? - после этого вопроса, мужчина понял, что чего-то не досказал, - а, прости. Меня ховут Уно и я зам глав надзирателя. Проходи. Зайдя внутрь, Рок увидел двух молодых парней. Его удивило, что люди с таким телосложением могут работать в охране, но вопрос он решил не озвучивать. Уно же в это время энергично ходил по комнате и проводил своего рода экскурсию. Первой достопремечательностью оказался парень, валявшийся на столе. -Это Джуго. Этот аболтус наш глав надзиратель, - парня явно не устраивало такое представление и он встал со стула, попутно достаточно агресивно высказывая своё мнение. - Слышь, я вообще-то твой начальник! - В первую очередь ты мой друг, а друзья могут такое говорить, ладно, - тут речь Уно была прервана криком лежавшего на диване охраника. -Да блин! Дурацкий уровень... -Это Нико, он один из охраников. "Фантастика. Такого цирка я никогда не видел раньше", - подумал про себя Рок, но вслух сухо сказал. - Меня зовут Рок, с этого дня я работаю охраником в вашем корпусе. Приятно познакомиться. Разрешите приступить к обязанностям, - все с недоумением смотрели на новичка. Такая официальность была чем-то крайне не свойственным для этой комнаты. Тишину, которая была гнетущей не для всех, нарушил Джуго своим не уверенным голосом. - Хорошо?... - он огляделся по сторонам и вспомнил, что сейчас надо отводить заключённых на курсы, - может отведёшь зэков на курсы? - он пошарил рукой по своему столу и протянул Року бумажку, - вот, здесь написаны камеры, номера зэков и кого куда отводить. - Понятно, - охраник взял бумажку и направился выполнять своё задание. Заключённых в этом списке было немного, всего одинадцать человек. Пока мужчина шёл по коридору он не доумевал, как таких прижурков взяли на работу. В академие, где учился сам Рок, их учили быть собранными и серьёзными людьми, которые серьёзно подходить к работе. Да что там в академие, даже отец учил его этому с детства. "Никогда не давай волю эмоциям. Это слабость, которая губит всех, а все, кого это погубила, никчёмные идиоты", - такую тираду его отец говорил часто и Рок ей верил. А почему нет? Его отец всегда был успешным бизнесменом и не проявлял никаких лишних эмоций, чему и учил своего сынишку. Сынишку, который стал чем-то похож на бетонные стены Намбы: такой же холодный, серый и отрешённый от всего мира, простирающегося на сотни километров за океаном. Он шёл по этим коридорам и с ним постепенно образовывалась группа зэков, которым было не комфортно рядом с новым охраником. Всё-таки к такому Намба их не готовила. Последним в списке был зэк из тринадцатой камеры под номером семьсот двадцать три. Уже подходя к камере стал слышен какой-то шум. - Да не одену я этот шарф! - злобно кричал какой-то человек. -Хаджиме, ты же простынешь! Ямато, помоги мне! - всхлипывая говорил кто-то с очень звонким голосом. - Так и есть Хаджиме, нельзя болеть! Ты же пропустишь тогда все тренировки! - бодро кричал радостный, судя по голосу, человек. - Да идите вы оба в жопу. "Неужели ещё три клоуна?" - полумал про себя Рок и достал из кармана связку ключей. Он открыл дверь и увидел странную картину : один из зеков с голубыми волосами, которые хоть и были собраны в хвост всё равно торчали во все стороны, почему-то плакал, держа в руках красный шарф; второй был лысым и раздражённо сидел на полу, а третий отжимался и у него на голове была белая повязка с красным кругом по середине. - Кто из вас семьсот двадцать третий? - плакавший парень, по телосложению похожий на Нико или Джуго повернулся к нему и утёр одной рукой слёзы. - Это я. - Идём на курсы, - после этих слов Рок развернулся и пошёл к группе заулючённых. Тем временем семьсот двадцать третий быстро положил шарф на плечо своего сокамерника и под его же крик быстрым шагом направился к охранику. Вскоре они все сели в фургон, в котором и приехали к корпусу, где располагались курсы. Дальше всего по иронии судьбы распологались курсы по шитью, на которые ходил только семьсот двадцать третий. Когда все остальные отправились на свои занятия, а по коридору шли только охраник и зэк, семьсот двадцать третий решил попробовать поговорить. -Извините, мне кажется я раньше вас не видел, - осторожно начал он. - Тебе не кажется семьсот двадцать третий. - Зовите меня пожалуйста Сейтаро, это как-никак короче, чем этот номер. "Странный он какой-то. Хотя и правда короче". - Хорошо, - сухо ответил Рок. - А как вас зовут? - Рок, но это не так важно. - Рок... - повторил Сейтаро и окинул охраника взглядом, после чего улыбнулся и добавил: - вам подходит. - Что? - с недоумением спросил охраник. Сейтаро мигом переменился в лице. - Простите! Я правда не имел ничего плохого ввиду! - Рок вздохнул и после этого они пошли молча. Отведя последнего зэка он стал ждать, когда же закончатся курсы и обдумывал про себя слова Сейтаро. "Подходит значит... - подумал про себя Рок, - да уж, что такой слабак мог совершить, чтобы сесть? Может он проститктСуровый мужчина лет двадцати пяти идёт по коридору. Размеренными шагами он уверенно идёт на своё новое рабочее место. Ещё совсем недавно Рок был одним из охраников, которые следили за порядком на кухне, а теперь его перевели в тринадцатый корпус. Внешне он был жостаточно строг. Фрома идеально выглаженая без лишней суладки и всё согласно уставу, фиолетовые волосы до плеч были аккуратно уложены, что лишний раз подчёркивало его внимание к деталям. Суровый взгляд, опущенные уголки губ, весь идеальный, но только одна деталь прибавляла небрежности в этот обрах: шрам на носу, который охранник получил в одной из драк по молодости. Прийдя в комнату охраны, незнакомец схватил его за руку и радостно прокричал. - О, я так полагаю ты и есть наш новый охраник! Мне кажется я тебя где-то видел... О, точняк! Ты же работал в столовой до этого, верно? - после этого вопроса, мужчина понял, что чего-то не досказал, - а, прости. Меня ховут Уно и я зам глав надзирателя. Проходи. Зайдя внутрь Рок увидел двух молодых парней. Его удивило, что люди с таким телосложением могут работать в охране, но вопрос он решил не озвучивать. Уно же в это энергично ходил по комнате и проводил своего рода экскурсию. Превой достопремечательностью оказался парень, валявшийся на столе. -Это Джуго. Этот аболтус наш глав надзиратель, - парня явно не устраивало такое представление и он встал со стула, попутно достаточно агресивно высказывая своё мнение. - Слышь, я вообще-то твой начальник! - В первую очередь ты мой друг, а друзья могут такое говорить, ладно, - тут речь Уно была прервана криком лежавшего на диване охраника. -Да блин! Дурацкий уровень... -Это Нико, он один из охраников. "Фантастика. Такого цирка я никогда не видел раньше", - подумал про себя Рок, но вслух сухо сказал. - Меня зовут Рок, с этого дня я работаю охраником в вашем корпусе. Приятно познакомиться. Разрешитк приступить к работе, - все с недоумением смотрели на новичка. Такая официальность была чем-то крайне не свойственным для этой комнаты. Тишину, которая была гнетущей не для всех, нарушил Джуго своим не уверенным голосом. - Хорошо?... - он огляделся по сторонам и вспомнил, что сейчас надо отводить заключённых на курсы, - может отведёшь зэков на курсы? - он пошарил рукой по своему столу и протянул Року бумажку, - вот, здесь написаны камеры, номера зэков и кого куда отводить. - Понятно, - охраник взял бумажку и направился выполнять своё задание. Заключённых в этом списке было немного, всего одинадцать человек. Пока мужчина шёл по коридору он не доумевал, как таких прижурков взяли на работу. В академие, где учился сам Рок, их учили быть собранными и серьёзными людьми, которые серьёзно подходить к работе. Да что там в академие, даже отец учил его этому с детства. "Никогда не давай волю эмоциям. Это слабость, которая губит всех, а все, кого это погубила, никчёмные идиоты", - такую тираду его отец говорил часто и Рок ей верил. А почему нет? Его отец всегда был успешным бизнесменом и не проявлял никаких лишних эмоций, чему и учил своего сынишку. Сынишку, который стал чем-то похож на бетонные стены Намбы: такой же холодный, серый и отрешённый от всего мира, простирающегося на сотни километров за океаном. Он шёл по этим коридорам и с ним постепенно образрвывалась группа зэков, которым было не комфортно рядом с новым охраником. Всё-таки к такому Насба их не готовила. Последним в списке был зэк из тринадцатой камеры под номером семьсот двадцать три. Уже подходя к камере стал слышен какой-то шум. - Да не одену я этот шарф! - злобно кричал какойпто человек. -Хаджиме, ты же простынешь! Ямато, помоги мне! - всхлипывая говорил кто-то с очень звонким голосом. - Так и есть Хаджиме, нельзя болеть! Ты же пропустишь тогда все тренировки! - бодро кричал радостный, судя по голосу, человек. - Да идите вы оба в жопу. "Неужели ещё три клоуна?" - полумал про себя Рок и достал из кармана связку ключей. Он открыл дверь и увидел странную картину : один из зеков с голубыми волосами, которые хоть и были собраны в хвост всё равно торчали во все стороны, почему-то плакал, держа в руках красный шарф; второй был лысым и раздражённо сидел на полу, а третий отжимался и у него на голове была белая повязка с красным кругом по середине. - Кто из вас семьсот двадцать третий? - плакавший парень, по телосложению похожий на Нико или Джуго повернулся к нему и утёр одной рукой слёзы. - Это я. - Идём на курсы, - после этих слов Рок развернулся и пошёл к группе заулючённвх. Тем временем семьсот двадцать третий быстро положил шарф на плечо своего сокамерника и под его же крик быстрым шагом направился к охранику. Вскоре они все сели в фургон, в котором и приехали к корпусу, где располагались курсы. Дальше всего по иронии судьбы распологались курсы по шитью, на которые ходил только семьсот двадцать третий. Когда все остальные отправились на свои занятия, а по коридору шли только охраник и зэк, семьсот двадцать третий решил попробовать поговорить. -Извините, мне кажется я раньше вас не видел, - осторожно начал он. - Тебе не кажется семьсот двадцать третий. - Зовите меня пожалуйста Сейтаро, это как никак короче, чем этот номер. "Странный он какой-то. Хотя и правда короче". - Хорошо, - сухо ответил Рок. - А как вас зовут? - Рок, но и это не так важно. - Рок... - повторил Сейтаро и окинул охраника взглядом, после чего улыбнулся и добавил: - вам подходит. - Что? - с недоумением спросил охраник. Сейтаро мигом переменился в лице. - Простите! Я правда не имел ничего плохого ввиду! - Рок вздохнул и после этого они пошли молча. Отведя последнего зэка он стал ждать, когда же закончатся курсы и обдумывал про себя слова Сейтаро. "Подходит значит... - подумал про себя Рок, - да уж, что такой слабак мог совершить, чтобы сесть? Может он проститут? Хотя нет, там бы он долго не протянул... Может людей разводил? Тоже нет. Странный он: весь из себя маленький и плаксивый, как ребёнок. Что охрана, что зэки - все здесь фрики. Хотя его улыбка, милая что ли? Впрочем это значения не имеет". Спустя несколько часов курсы закончились и Рок отвёз всех зэков в корпус, после чего развёл их обратно по камерам. Закончив с этим, он направился в комнату охраны. На этот раз в ней не было Джуго. Рок подошёл к Уно. - Заключённые были только что приведены в их камеры после курсов, - Уно усмехнулся и слегка удивился, давно же в иэ корпусе не было новичков. Он хлопнул Рока по плечу. -Да ладно, расслабься! Давай без всех этих формальностей, - ничуть не изменившись в лице, охраник убрал руку зама с плеча. - Таковы правила, - только было начал Рок свою разъяснительную беседу, но его прервал Нико. -Эй, Уно, иди скорее сюда! - радостно кричал парень, сидя напротив монитора. Уно мигом рванулся к нему. - О, что, опять тринадцатая камера? - Агась, они самые! - Что же на этот раз? Ямато случайно распустил свитер? Или они с горилой подрались? -Неа, опять шарфик, - с улыбкой ответил Нико уставившись в монитор, - этот нытик опять плачет. -Ну что? Как обычно пойдём через пять минут? - новый охраник с недоумением наблюдал за происходящим. Уно мельком глянул на него и вспомнил, что Рок ещё не в курсе всех тонкостей взаимоотношений тринадцатой камеры, - Ах да, мы же тебе не рассказали, - оперевшись двумя руками на стол он начал свой рассказ, - есть в нашем корпусе тринадцатая камера и взаимоотношения у них потрясающие. Сидят там всего три зэка, но и этого хватает для ежедневных ссор. Один из них просто перекаченная горилла по имени Хаджиме, иногда он груб, но в целом ничего особо не нарушает, максимум в драку ввяжется и то не в каждую. Второй это зожник и патриот - Ямато. Ну и третий Сейтаро. Самый плаксивый парень из всех кого я знаю. Но ещё и самый заботливый. Он постоянно следит, чтобы сокамерники всегда были тепло одеты, хорошо покормлены и отдыхали тоже хорошо. Но вот беда, не всегда его заботу принимают, вот они и ссорятся. Но поскольку ссоры их не заканчиваются плачевно мы наблюдаем за этим некоторое время, а после идём прекращать этот балаган. - Понятно, - сказав это, Рок сел на диван. "Теперь я ещё больше не понимаю, что он мог натворить... Надо быть осторожным с ним, мало ли, что он скрывает под этой маской", - подумал про себя Рок. Он считал, что не может ни один человек в мире быть таким кристально чистым, хоть что-то, но должно было быть в нём неприятного. И возможно неприятно было достаточно, чтобы Сейтаро решил создать непорочный образ, который говорил: "Разве я способен на такое? Сам посмотри, я же сама невинность". Хотя при этом всём смущала улыбка. Нет, она была совершенна не похожа на ту, которую люди выдавливают, чтобы казаться хорошими, но и это ситуацию не облегчало. Для доказательства того, что эмоции это вред, отец всегда показывал сынишке изнемождённые тела людей, которые до этого мило вели себя с ним или его сыном, причём обязательным условием было, чтобы маленький ребёнок видел это хорошее отношение. Отец показывал изнемождённые тела тех, кто лишь делал вид добродетельных людей, а на самом деле пытались добиться своих корыстных целей. Всё окружение у маленького Рока было таким же сухим и скупым на эмоции, как и его собственный отец. А те, кто отличались от них, были или мимолётно знакомы мальцу или же были лживыми людьми. Совершая вечерний обход, Рок обратил внимание на тринадцатую камеру. Нет, он не заглядывал в неё, просто прислушивался к малейшему звуку находясь рядом с ней. Там всё было спокойно. Возможно Хаджиме сдался и всё-таки надеть несчастный шарф. Они всей камерой, скорее всего, сидели и смотрели телевизор. У них всё было хорошо. Это, по какой-то необъяснимой причине радовало Рока, хотя нет, просто дарило ощущение спокойствия. Прошла целая неделя работы Рока в тринадцатом корпусе и за это время вся охрана успела понять две вещи: серьёзное отношение парня к работе и то, что с ним вообще невозможно разговаривать. Все пытались хоть что-то обсудить с ним, но он был до пугающего безразличен ко всему. После не продолжительного обсуждения, было принято решение поставить его на постоянный обход камер. Так и видеться с ним не придётся часто, и не надо переживать, что сбегут зэки, куда уж с таким денешься. Рок не противился, лишь кивнул головой и молча выполнял свои обязанности, а иногда чуть-чуть сверх. Он разнимал ссоры и конфликты тринадцатой камеры. Хоть они и казались ему до непреличия глупыми. Что, Ямато с Хаджиме маленькие мальчики, которым только и нужна мама, вытирающая сопельки и подтирающая попу, коей и был Сейтаро. Он носился над ними как курица-наседка над цыплятами. Рок же в этой трогательной семейной истории выступал молчаливым отцом, который приходил, отчитывал непослушных сыновей и косо-криво выступал жилеткой, в которую можно поплакать, для матери этого балагана. Со временем быть жилеткой для слёз у охраника получалось всё лучше, он уже мог позволить себе приобнять Сейти и посочувствовать ему. Так продолжалось не один месяц, жизнь шла своим чередом, до одного визита. Родной отец приехал навестить сына. После этой встречи мужчина чувствовал себя не очень. Поведение отца никогда не вызыввло у него вопросов: к нему он уже привык. Но почему-то в эту встречу с отцом было до жути неприятно. Бог с ним, что он был, но этот дискомфорт увидел его отец. До этого он никогда не замечал дискомфорт сына или просто молчал о том, что замечал. Рок был обеспокоен. Почему он изменился? Он искал ответ на этот вопрос, однако это оказалось бесполезно. Вроде в его жизни ничего не менялось, всё шло также как и всегда, работа дом и ничего больше. Скорее всего другие, как и его отец, тоже заметили странности в его поведение и, наверное, смогут сказать, в какой момент начали происходить странности. Но кто мог бы это сказать? Точно, Сейтаро! Он очень чуткий и всегда хорошо понимает людей. Послезавтра Рок решил спросить у зэка, заметил ли тот странности в поведение охраника, а пока он решил отдохнуть. Наступило послезавтра. Во время обхода камер Рок зашёл в тринадцатую. Там было тихо и спокойно. Ямато не было в комнате: скорее всего он снова напросился на день в четвёртый корпус, Хаджиме сидел и читал какой-то журнал про спортивные машины, а Сейтаро снова вязал. Охраник подошёл к нему и присел рядом, после чего неловко начал. - Ты не замечал изменений во мне? - семьсот двадцать третий посмотрел на него и немного задумался. Затем он улыбнулся и с лёгкой радостью ответил. - Конечно заметил! Ты стал... - он тихо усмехнулся, перебирая в пальцах спицы, - я даже не знаю как сказать. Более открытым что ли? - Рок хотел разобраться во всём. - Можешь чуть подробнее? - Сейтаро отложил нитки и спицы в сторону. - Помнишь нашу первую встречу? - Ну да. - Там поговорить с тобой было невозможно, не-то чтобы ты был невыносим, просто соблюдал инструкции. Ещё ты был так серьёзен, меня это даже немного пугало. Но потом ты стал чаще приходить и открываться с другой стороны. Я говорил, что твоё имя тебе подходит. Тогда я это сказал ведь ты и правда был похож на большую скалу, о которую бьются волны и которую постоянно омывают дожди. А сейчас тебе всё так же подходит имя, но похож ты не на ту скалу, а скалу, за которой можно спрятаться, которая защитит, если будет надо. Охраник слушал это, затаив дыхание. Вот, что изменилось, он стал более человечным. Но почему с Сейтаро это не проблема? Почему ему приятно знать, что этот плаксивый парень так приятно о нём отзывается? Может это потому, что Сейтаро ему нравится? Рок слышал от отца и о слюнтяях, которые идя на поводу у бессмысленных и абсурдных чувств совершали глупости, чтобы их ненаглядный партнёр был рад. Что там говорить, если иногда отец и сам прибегал к играм с чувствами других, чтобы добиться целей. - Рок, всё хорошо? - Сейтаро обеспокоенно смотрел на него. Рок прекратил размышления и слегка улыбнувшись устало ответил. - Да, всё в порядке. - У тебя красивая улыбка, - охраник сжал руку и засмущался. Никто ему не делал таких комплиментов, ведь он никогда не улыбался. Он постарался как мог отобразить внешне спокойствие. - Спасибо. Сказав это Рок вышел из камеры и пошёл дальше совершать обход. Весь день он был погружён в свои мысли. Его пугала сама идея любви. Року было трудно вспомнить хоть один случай, когда он влюблялся. Парень всегда предпочитал держаться особняком, ведь все окружающие глупы. Но теперь глуп и он сам. Влюбился и в кого? В парня! Отец точно прострелил бы ему голову за такие трюки. Но делать не чего. Уже слишком поздно. Рок уже не в состояние скрывать свои эмоции, что дурной знак. Хотя так ли это плохо? Прошло несколько месяцев с их первой встречи и до появления отца это не было проблемой. Ни эмоции, ни чувствства - всё было нормально. У Рока стали налаживатьчя отношения с коллективом, вобщем он стал счастливее. Теперь пустой мир служебных обязательств и сухих расчётов наполнялся состраданием и пониманием. Есть ли шанс, что отец ошибался? Может на самом деле люди с эмоциями не такие уж и никчёмные? Пока Рок разбирался со всем этим, он совсем упустил: взаимно ли это? Как отреагирует? Ну точно уж не начнёт призерать. Вдруг окажется, что он не нравится зэку? Что делать тогда? Сложно. Но не легче будет, если чувства будут взаимными. Зэк и охраник, лучшая пара! Хотя, если тихо, то почему и нет? От такихразмышлений захотелось сначала выпить, а потом ещё и закурить. "Может спросить его? Да, а там уже ясно станет, - думал Рок лёжа в своей кроватт, - Но как ему сказать про это? Просто в лоб выдать, мол ты мне нравишься, а я тебе? Попробую так, а если не выйдет, скажу, что это была шутка. Господи, походу отец был прав: я полный идиот". На следующий день Рок как и прежде совершал обход. Вид его был крайне мрачен и все отводили взгляды от него, чтобы не пришлось здароваться. Всё утро он находил оправдания, чтобы не подходить ктринадцатой камере, но уже днём деваться было некуда: его снова отправили развести зэков по курсам. Эта была прекрасная возможность для признания, ведь они на несколько минут останутся вдвоём и никто больше не услышит этой нелепости. Вот они идут вдвоём по коридорам другого корпуса. Охраник сжал руки в кулак, а семьсот двадцать третий обеспокоено на него смотрел. - Рок, всё в порядке? Ты сам не свой, - Рок сделал глубокий вдох и остановился. После этого он повернулся лицом к Сейтаро. - Всё хорошо, просто я, - непроходимый ком стал в горле, как произнести пару несчастных слов, - просто ты мне нравишься, - наступила секунда молчания. Её прервал голос Сейти, сопровождаемый тёплым прикосновением маленькой руки к его запястью и самым нежным взглядом. - И ты мне нравишься, - охраник взял его за руку и уголки губ его приподнялись. ? Хотя нет, там бы он долго не протянул... Может людей разводил? Тоже нет. Странный он: вемь из себя маленький и плаксивый, как ребёнок. Что охрана, что зэки - все здесь фрики. Хотя его улыбка, милая что ли? Впрочем это значения не имеет". Спустя несколько часов курсы закончились и Рок отвёз всех зэков в корпус, после чего развёл их обратно по камерам. Закончив с этим, он направился в комнату охраны. На этот раз в ней не было Джуго. Рок подошёл к Уно. - Заключённые были только что приведены в их камеры после курсов, - Уно усмехнулся и слегка удивился, давно же в и корпусе не было новичков. Он хлопнул Рока по плечу. -Да ладно, расслабься! Давай без всех этих формальностей, - ничуть не изменившись в лице, охраник убрал руку зама с плеча. - Таковы правила, - только было начал Рок свою разъяснительную беседу, но его прервал Нико. -Эй, Уно, иди скорее сюда! - радостно кричал парень, сидя напротив монитора. Уно мигом рванулся к нему. - О, что, опять тринадцатая камера? - Агась, они самые! - Что же на этот раз? Ямато случайно распустил свитер? Или они с горилой подрались? -Неа, опять шарфик, - с улыбкой ответил Нико уставившись в монитор, - Сейтаро опять плачет. -Ну что? Как обычно пойдём через пять минут? - новый охраник с недоумением наблюдал за происходящим. Уно мельком глянул на него и вспомнил, что Рок ещё не в курсе всех тонкостей взаимоотношений тринадцатой камеры, Ах да, мы же тебе не рассказали, - оперевшись двумя руками на стол он начал свой рассказ, - есть в нашем корпусе тринадцатая камера и взаимоотношения у нтх потрясающие. Сидят там всего три зэка, но и этого хватает для ежедневных ссор. Один из них просто перекаченная горилла по имени Хаджиме, иногда он груб, но в целом ничего особо не нарущает, максимум в драку ввяжется и то не в каждую. Второй это зожник и патриот - Ямато. Ну и третий Сейтаро. Самый плаксивый парень из всех кого я знаю. Но ещё и самый заботливый. Он постоянно следит, чтобы сокамерники всегда были тепло одеты, хорошо покормлены и отдыхали тоже хорошо. Но вот беда, не всегда его заботу принимают, вот они и ссорятся. Но поскольку ссоры их не заканчиваются плачевно мы наблюдаем за этим некоторое время, а после идём прекращать этот балаган. - Понятно, - сказав это, Рок сел на диван. "Теперь я ещё больше не понимаю, что он мог натворить... Надо быть осторожным с ним, мало ли, что он скрывает под этой маской", - подумал про себя Рок. Он считал, что не модет ни один человек в мире быть таким кристально чистым, хоть что-то, но должно было быть в нём неприятного. И возможно неприятно было достаточно, чтобы Сейтаро решил создать непорочный образ, который говорил: "Разве я способен на такое? Сам посмотри, я же сама невинность". Хотя при этом всём смучала улыбка. Нет, она была совершенна не похожа на ту, которую люди выдавливают, чтобы казаться хорошими, но и это ситуацию не облегчало. Для доказательства того, что эмоции это вред, отец всегда показывал сынишке изнемождённые тела людей, которые до этого мило вели себя с ним или его сыном, причём обязательным условием было, чтобы маленький ребёнок видел это хорошее отношение. Отец показывал изнемождённые тела тех, кто лишь делал вид добродетельных людей, а на самом деле пытались добиться своих корыстных целей. Всё окружение у маленького Рока было таким же сухим и скупым на эмоции, как и его собственный отец. А те, кто отличались от них, были или мимолётно знакомы мальцу или же были лживыми людьми. Совершая вечерний обход, Рок обратил внимание на тринадцатую камеру. Нет, он не заглядывал в неё, просто прислушивался к малейшему звуку находясь рядом с ней. Там всё было спокойно. Возможно Хаджиме сдался и всё-таки надеть несчастный шарф. Они всей камерой, скорее всего, сидели и смотрели телевизор. У них всё было хорошо. Это, по какой-то необъяснимой причине радовало Рока, хотя нет, просто дарило ощущение спокойствия. Прошла целая неделя работы Рока в тринадцатом корпусе и за это время вся охрана успела понять две вещи: серьёзное отношение парня к работе и то, что с ним вообще невозможно разговаривать. Все пытались хоть что-то обсудить с ним, но он был до пугающего безразличен ко всему. После не продолжительного обсуждения, было принято решение поставить его на постоянный обход камер. Так и видеться с ним не придётся часто, и не надо переживать, что сбегут зэки, куда уж с таким денешься. Рок не противился, лишь кивнул головой и молча выполнял свои обязанности, а иногда чуть-чуть сверх. Он разнимал ссоры и конфликты тринадцатой камеры. Хоть они и казались ему до непреличия глупыми. Что, Ямато с Хаджиме маленькие мальчики, которым только и нужна мама, вытирающая сопельки и подтирающая попу, коей и был Сейтаро. Он носился над ними как курица-наседка над цыплятами. Рок же в этой трогательной семейной истории выступал молчаливым отцом, который приходил, отчитывал непослушных сыновей и косо-криво выступал жилеткой, в которую можно поплакать, для матери этого балагана. Со временем быть жилеткой для слёз у охраника получалось всё лучше, он уже мог позволить себе приобнять Сейти и посочувствовать ему. Так продолжалось не один месяц, жизнь шла своим чередом, до одного визита. Родной отец приехал навестить сына. После этой встречи мужчина чувствовал себя не очень. Поведение отца никогда не вызыввло у него вопросов: к нему он уже привык. Но почему-то в эту встречу с отцом было до жути не приятно. Бог с ним, что он был, но этот дискомфорт увидкл его отец. До этого он никогда не замечал дискомфорт сына или просто молчал о том, что замечал. Рок был обеспокоен. Почему он изменился? Он искал ответ на этот вопрос, однако это оказалось бесполезно. Вроде в его жизни ничего не менялось, всё шло также как и всегда, работа дом и ничего больше. Скорее всего другие, как и его отец, тоже заметили странности в его поведение и, наверное, смогут сказать, в какой момент начали происходить странности. Но кто мог бы это сказать? Точно, Сейтаро! Он очень чуткий и всегда хорошо понимает людей. Послезавтра Рок решил спросить у зэка, заметил ли тот странности в поведение охраника, а пока он решил отдохнуть. Наступило послезавтра. Во время обхода камер Рок зашёл в тринадцатую. Там было тихо и спокойно. Ямато не было в комнате: скорее всего он снова напросился на день в четвёртый корпус, Хаджиме сидел и читал какой-то журнал про спортивные машины, а Сейтаро снова вязал. Охраник подошёл к нему и присел рядом, после чего неловко начал. - Ты не замечал изменений во мне? - семьсот двадцать третий посмотрел на него и немного задумался. Затем он улыбнулся и с лёгкой радостью ответил. - Конечно заметил! Ты стал... - он тихо усмехнулся, перебирая в пальцах спицы, - я даже не знаю как сказать. Более открытым что ли? - Рок хотел разобраться во всём. - Можешь чуть подробнее? - Сейтаро отложил нитки и спицы в сторону. - Помнишь нашу первую встречу? - Ну да. - Там поговорить с тобой было невозможно, не-то чтобы ты был невыносим, просто соблюдал инструкции. Ещё ты был так серьёзен, меня это даже немного пугало. Но потом ты стал чаще приходить и открываться с другой стороны. Я говорил, что твоё имя тебе подходит. Тогда я это сказал ведь ты и правда был похож на большую скалу, о которую бьются волны и которую постоянно омывают дожди. А сейчас тебе всё так же подходит имя, но похож ты не на ту скалу, а скалу, за которой можно спрятаться, которая защитит, если будет надо. Охраник слушал это, затаив дыхание. Вот, что изменилось, он стал более человечным. Но почему с Сейтаро это не проблема? Почему ему приятно знать, что этот плаксивый парень так приятно о нём отзывается? Может это потому, что Сейтаро ему нравится? Рок слышал от отца и о слюнтяях, которые идя на поводу у бессмысленных и абсурдных чувств совершали глупости, чтобы их ненаглядный партнёр был рад. Что там говорить, если иногда отец и сам прибегал к играм с чувствами других, чтобы добиться целей. - Рок, всё хорошо? - Сейтаро обеспокоенно смотрел на него. Рок прекратил размышления и слегка улыбнувшись устало ответил. - Да, всё в порядке. - У тебя красивая улыбка, - охраник сжал руку и засмущался. Никто ему не делал таких комплиментов, ведь он никогда не улыбался. Он постарался как мог отобразить внешне спокойствие. - Спасибо. Сказав это Рок вышел из камеры и пошёл дальше совершать обход. Весь день он был погружён в свои мысли. Его пугала сама идея любви. Року было трудно вспомнить хоть один случай, когда он влюблялся. Парень всегда предпочитал держаться особняком, ведь все окружающие глупы. Но теперь глуп и он сам. Влюбился и в кого? В парня! Отец точно прострелил бы ему голову за такие трюки. Но делать не чего. Уже слишком поздно. Рок уже не в состояние скрывать свои эмоции, что дурной знак. Хотя так ли это плохо? Прошло несколько месяцев с их первой встречи и до появления отца это не было проблемой. Ни эмоции, ни чувствства - всё было нормально. У Рока стали налаживатьчя отношения с коллективом, вобщем он стал счастливее. Теперь пустой мир служебных обязательств и сухих расчётов наполнялся состраданием и пониманием. Есть ли шанс, что отец ошибался? Может на самом деле люди с эмоциями не такие уж и никчёмные? Пока Рок разбирался со всем этим, он совсем упустил: взаимно ли это? Как отреагирует? Ну точно уж не начнёт призерать. Вдруг окажется, что он не нравится зэку? Что делать тогда? Сложно. Но не легче будет, если чувства будут взаимными. Зэк и охраник, лучшая пара! Хотя, если тихо, то почему и нет? От такихразмышлений захотелось сначала выпить, а потом ещё и закурить. "Может спросить его? Да, а там уже ясно станет, - думал Рок лёжа в своей кроватт, - Но как ему сказать про это? Просто в лоб выдать, мол ты мне нравишься, а я тебе? Попробую так, а если не выйдет, скажу, что это была шутка. Господи, походу отец был прав: я полный идиот". На следующий день Рок как и прежде совершал обход. Вид его был крайне мрачен и все отводили взгляды от него, чтобы не пришлось здароваться. Всё утро он находил оправдания, чтобы не подходить ктринадцатой камере, но уже днём деваться было некуда: его снова отправили развести зэков по курсам. Эта была прекрасная возможность для признания, ведь они на несколько минут останутся вдвоём и никто больше не услышит этой нелепости. Вот они идут вдвоём по коридорам другого корпуса. Охраник сжал руки в кулак, а семьсот двадцать третий обеспокоено на него смотрел. - Рок, всё в порядке? Ты сам не свой, - Рок сделал глубокий вдох и остановился. После этого он повернулся лицом к Сейтаро. - Всё хорошо, просто я, - непроходимый ком стал в горле, как произнести пару несчастных слов, - просто ты мне нравишься, - наступила секунда молчания. Её прервал голос Сейти, сопровождаемый тёплым прикосновением маленькой руки к его запястью и самым нежным взглядом. - И ты мне нравишься, - охраник взял его за руку и уголки губ его приподнялись.