Дождь в 12:28

за окнами лил спокойный дождь, поливая растения вокруг обшарпанного подъезда, на кухне доносились стуки ножа об доску — явно кто то из двоих в доме делал завтрак       

***

— кис..чё делаешь? сонно проговорил светловолосый, потирая свою моську, пытаясь хоть как то сконцентрироваться на чём то. — бутеры. Будешь? хэнк заторможенно отрицательно мотнул головой, садясь на табурет — нальёшь чай пока умываюсь, если несложно? тихим, хриплым голосом сказал Боря. Кислов в ответ что то помычал, и Хэнк со спокойной душой отправился в ванную комнату, начиная чистить зубы и приводить себя к нормальному, а не сонному состоянию, чтобы хоть немного соображать. Киса, доделав свои корявые бутерброды, положил на тарелку, а тарелку на стол, а уже после начал делать крепкий чёрный чай. Боря любит всё просто, и чай пьёт обязательно без сахара, и уж тем более не разбавляет, а киса так не может, ему надо три ложки сахара, с маленькой горочкой, обязательно не горячий, и не горький. Боря вышел из ванны уже более похож на человека, а не на сонного кота, которого разбудили от прекрасного сна со своим любимым блюдом, а Борю никто не будил, он вечно со сранья встает, это киса решил сегодня встать раньше петухов, и листать тик ток без звука, слегка поглаживая Борю по волосам, от чего тот проспал аж до 12, а для него это ого-го, а для кисы обычное дело поспать до 5 часов вечера, и никогда не отвечать на звонки.  — ты чего не спишь то, рано для тебя вроде.. смотря на настенные часы сказал Хэнк, взяв из рук кисы чай — да сам чё то не понял, проснулся, ты рядом лежишь, пытаюсь дальше уснуть, не могу, ну и сидел в тик ток втыкал, тебя обнимал, иногда целовал а Боря не помнит, хотя сон чуткий, от любого шороха проснётся, а сегодня выспался на славу, так вот оно что, это киса так подействовал. — мм..хорошо.. Боря задумался, и аккуратно сел на табуретку, облокачиваясь на стенку спиною.  — Борь, можешь со мной в тцшку сгонять? мне надо кое что купить. — мгм, могу. Во сколько? — ближе к трём, возможно? Боря подумал секунд пять, и заторможенно ответил — да-а-а..наверное. Ваня улыбнулся, и потрепал Борю по волосам — бараш. — это еще почему? искринне недоумевал Боря. Его так все в детсве называли, а все пошло от Оксанки! — ну смотри! ты светловолосый, кудрявый, и очень доверч.. — стоп! никакой я не доверчивый! Боря надулся, и даже слегка затаил обиду, но после улыбки Вани, вся обида как будто улетучилась. — тогда…ты — а я! кот!  Боря тихо посмеялся, но спорить не стал. Кот значит кот. — почему я тогда баран? может я собака! — собака ищейка? спросил с хитрым прищуром брюнет. — обязательно. Киса ещё раз потрепав его по голове, пододвинул к себе табуретку, сел на неё, закинув ногу на ногу, беря бутерброд, пытаясь съесть быстрее. — чё так торопишься? не отберу я у тебя  еду, придурок. Киса вдруг перестал жевать, ведь эта привычка с детства. — да не зна..кхе-кхе Боря похлопал ему по спине, и обратно облокотился на стену, как кашль успокоился. — прости. Киса мотнул головой в знак «неважно» и продолжил жевать свой бутерброд, сделаный из какого то батона, докторской колбасы, помидора, огурца, и конечно же кетчунеза, и все обязательно горячее! — приятного аппетита. Добавил светловолосый. — сколько время? дожевывая последний кусок спросил киса — двенадцать двадцать восемь. пол первого почти. киса улыбнулся, положил тарелки в раковины, и встал напротив Бори, пока тот недоумевающе смотрел на него, а тот тормозить не стал, поцеловал его в уголок губ, начиная рассыпать поцелуи по всему лицу.