The office

Старания Юнхо в сторону зарубежных проектов со временем дают плоды. Проходит ещё год и пара месяцев, и его приглашают работать по контракту в Калифорнию. Оговаривается срок продолжительностью в пять лет, поэтому принять это решение в одиночку Юнхо не может. За ужином и поеданием курочки он рассказывает всё Минги. Объясняет планомерно все плюсы и минусы ситуации. Их жизнь может очень сильно поменяться, но в одном Юнхо уверен – без Минги о переезде не может идти речи. – Конечно, я согласен. Надеюсь, мне работа там тоже подвернется. Минги и мечтать о таком не мог. Лос-Анджелес долгое время был городом его мечты. Особенно после того, как удалось увидеть эту красоту своими глазами. Поэтому Минги соглашается не думая. Конечно, придется долго возиться с документами, визами, искать работу в чужой стране, подтягивать язык. Но он уверен, это всё точно окупится. Юнхо тяжело прощаться со своим домом. Прежде чем покинуть квартиру, он долго ходит по комнатам, прикасается к вещам и стенам. Это место так долго было для него всем. Потом здесь появился Минги, и дом словно стал вмещать в себя больше. Они закатывают грандиозную вечеринку для друзей, зовут ещё пару ребят из компании, с которыми начали общаться, обещают писать, приезжать, ждут в гости. Мандраж даже приятный, и в такой обстановке менять жизнь не страшно. Юнхо в последние дни перед отъездом не отпускает от себя Минги ни на шаг, постоянно берет за руку, обнимает. Тот сейчас для него спасательный круг и паруса – целый мир. Выйдя из самолета в Лос-Анджелесе, Юнхо понимает, что новый этап их жизни с Минги уже начался. - Я словно во сне, – повторяет Минги несколько раз по дороге из аэропорта. Конечно, переезд – это тяжело. Первое время они оба скучают, ведь в Сеуле им пришлось оставить любимую квартиру, друзей и родителей. Машины решено было продать, их доставка из Кореи не имела вообще никакого смысла. Тут же в Америке они купили новые, но Минги банально жалел о подарке Юнхо, хотя и понимал здравость этого решения. Квартира сменилась на дом – пока в аренду, но зато недалеко от океана и без мебели. Это смогло дать свободу творчества. И Минги, как профессионал своего дела, обустроил его на самом высоком уровне, не жалея времени, сил и средств. Тем более поначалу он просто подтягивал язык и не работал. Времени свободного было много. Но спустя буквально полгода Юнхо через своих новых знакомых помог Минги устроиться руководителем отдела в очень известное дизайнерское агентство. И они теперь оба, наконец-то, обзавелись легальным статусом в стране. С годами жить становится легче. Они привыкают к местным правилам и нормам, становятся «своими» в чужой стране. Юнхо твердо намерен продлевать контракт ещё как минимум на пять лет. Благо, к этому есть все предпосылки. Когда четвертый год их пребывания в стране подходит к концу, Юнхо начинает приносить домой небольшие брошюры. Долго читает их, словно пытается вникнуть в нюансы. И утром, в один из выходных дней, обнимая Минги, от которого пахнет печеньем, Юнхо вручает ему небольшой рекламный буклет. – У меня в команде одна пара решилась на подобное. Говорят, несколько лет пытались сами, отчаялись и сошлись на том, что это неплохой вариант. Я просто взял почитать, решил показать и тебе. Ты только не подумай, что я настаиваю или склоняю тебя к чему-то, но мы вместе так давно и, надеюсь, навсегда, поэтому. Просто подумай, ладно? – Юнхо заметно нервничает, барабанит пальцами по кружке с кофе. – Юнхо, – Минги делает глубокий вздох, забирая из его рук маленькую книжицу про суррогатное материнство. – Я… Я сам хотел тебе это предложить. У нас есть собственный дом, хорошая работа, машины, деньги. Думаю, мы сможем обеспечить ребенку достойную жизнь. Минги редко плачет. Но сейчас просто не в состоянии сдержать слезы. Он крепко обнимает Юнхо и вжимается мокрой щекой в чужую шею. – Мы сможем стать большой, счастливой семьей. – Обязательно. Я в этом даже не сомневаюсь, – Юнхо пытается сдержать слезы, пока не ловит взгляд Минги и тогда уже держать себя в руках не выходит. Это кажется таким безумием, чем-то совершенно невероятным, безрассудным и в тоже время правильным. – Надо позвонить родителям. Рассказать, что мы хотим… что решились. Юнхо трудно даются слова, голос дрожит и мысли никак не хотят собираться в стройные ряды. Это очень серьезный шаг, но, сколько бы он ни думал, – причины отказываться не находились. Наоборот, это было уникальным шансом исполнить мечту, к тому же с любимым человеком. – Наверное, тогда нам надо расписаться? – Минги продолжает шмыгать носом. – Чтобы не было никаких юридических проблем и сложностей. – А мы разве ещё… – Юнхо замолкает, понимаю, что совсем забыл об этой детали. Он с первых месяцев их совместного проживания уже воспринимал Минги как своего мужа, поэтому сейчас чужая фраза просто поставила его в тупик. – Да. Ты прав. Я просто забыл, что у нас нет официального статуса. – Он нам и не нужен, мы и так счастливы. Но сейчас лучше озаботиться этим вопросом, – Минги вытирает слезы рукавом домашней толстовки. – Можно позвать Хонджуна и Уёна. Необязательно играть свадьбу. Но я бы хотел видеть их здесь и похвастаться. – Подожди, я не хочу так, – Юнхо качает головой, хмурится. – Если нужно расписаться, то пусть это будет по всем правилам. Мне нужно купить кольцо, сделать тебе предложение. Пусть свадьба и будет в очень узком кругу, и я предполагаю, что ты ответишь, всё же позволь мне подарить тебе обручальное кольцо. – Хорошо, – Минги улыбается. – За столько лет я уже понял, что отговаривать тебя бесполезно. Значит, играем свадьбу. Я выберу нам костюмы. А отметим просто где-нибудь в ресторане или в отеле. Мне не нужны праздные торжества. – Может, в толстовках на берегу океана? – Юнхо улыбается и нежно касается губ Минги поцелуем. – Мне тоже не хочется активных празднеств, но ребят позвать нужно. Напишешь им? – Можно и в толстовках. Ты знаешь, меня уговаривать на такое долго не надо, – Минги улыбается. – Сегодня же позвоню Хонджуну и Уёну. Они будут в восторге от новостей. Юнхо долго выбирает кольцо. Этот процесс затягивает его посильнее рабочего проекта. Если его прошлые подарки должны были выглядеть не как обручальные, то сейчас задача совершенно обратная. Юнхо хочется чего-то простого и лаконичного, без обилия камней. Он дожидается, пока Минги уснет и берет со столика планшет, чтобы несколько часов просматривать страницы брендов в поисках «того самого». Юнхо чувствует, что даже в кольцо он должен влюбиться, как когда-то - в его будущего обладателя. Но они все как одно. В итоге Юнхо остановливается на самой простой форме из платины: не слишком тонкое, не слишком толстое, без лишних закруглений и изъянов, с небольшой отделкой по краям. Уверенность, что Минги скажет «да», смелости не прибавляет. У них уже назначена дата свадьбы, приглашены гости, но кольцо, спрятанное среди вещей всё равно не дает спокойно спать. Юнхо надевает одну из толстовок Минги - смотрится вполне неплохо, - сует в карман коробочку и зовет того на пляж, сославшись на то, что в рубашке и джинсах не так весело слоняться прохладным вечером у воды. – Так люблю, когда ты надеваешь худи или объемные толстовки, – Минги берет Юнхо за руку и улыбается, вдыхая вечерний, чуть прохладный воздух. – Сразу такой милый и домашний. – Хотелось, чтобы всё было как ты любишь, – Юнхо несильно сжимает руку. Они продолжают идти, неспешно ступая по песку. Юнхо не готовил речей, поэтому просто говорит то, о чем думал. – Сначала хотел так, как это делают обычно: в каком-нибудь ресторане, чтобы играла красивая музыка и горели свечи. Но, чем больше я это представлял, тем более бессмысленной мне казалась эта затея. Было бы несомненно красиво и романтично, но почему-то я вдруг вспомнил тот спор, столько лет уже прошло. Тогда ты тоже должен быть носить то, что не по тебе ради какой-то цели. Я нашел те фотки с корпоративов, когда мы ещё были не знакомы, попросил Хонджуна скинуть парочку с тех времен. Я люблю тебя сейчас, безумно люблю. Но и того Минги - тоже. Мы оба изменились, но мне хотелось бы сохранить частичку нас прежних. Поэтому вот я в толстовке и хочу сказать, что буду любить тебя любым: и в одежде, и без нее особенно. И даже когда мы будем перепачканы в красках, потому что наш ребенок рисовал. Надеюсь так и будет. Много говорю сегодня. Прости, – Юнхо выдыхает, смахивает ладонью выступившие слезы и останавливается. Позади – начинающийся закат и бесконечный океан, перед ним – самый любимый человек. – Минги, в этот раз кольцо обручальное, и я прошу тебя стать моим мужем. Юнхо достает из кармана небольшую коробочку, открывает её и ждет ответа. Минги слушает внимательно, сам не сдерживает слезы и смотрит на кольцо. Это не было для него неожиданностью, но менее приятным и трогательным предложение Юнхо не стало. – Я согласен, – Минги вытирает слезы тыльной стороной ладони. – Когда мы только начали встречаться, я очень боялся потерять тебя. Или мечтать… о чем-то большем в отношениях. Всё было слишком хорошо. Но вот мы стоим здесь, на пляже в Лос-Анджелесе, и любим друг друга даже спустя столько лет. Планируем семью, свадьбу. Ты сделал меня самым счастливым человеком на этом свете, Чон Юнхо. Как думаешь, – Минги улыбается, – мне взять твою фамилию? – Нет. Хочу чтобы ты оставался собой, к тому же представляешь, сколько возни с документами, – Юнхо смеется и заключает Минги в объятия, прижимая к себе покрепче. Смех сменяется слезами из-за отпустившего наконец напряжения и накативших эмоций. Юнхо комкает ткань толстовки на спине Минги, прижавшись мокрой щекой к шее. – Выбирать фамилию ребенку будем жребием? – Минги, конечно, шутит. – Хочу, чтобы у нас родилась девочка. Правда, придется учиться плести косички. – Я всё ещё не верю, что мы на это решились, – шепчет Юнхо. – Мне так страшно, на самом деле. Знаю, что справимся, но всё равно порой не могу уснуть, если начинаю думать, как буду держать в руках младенца, кормить, вставать ночами, чтобы успокоить. – К рождению ребенка ни одна пара никогда не бывает по-настоящему готова, – Минги чмокает Юнхо в губы, – но мы всему научимся. Я верю, что из нас получатся очень любящие родители. – С такой уверенностью и мне ничего не страшно, – Юнхо снова улыбается, целует Минги в губы и тянет за руку гулять дальше. Ещё хотя бы полчаса, чтобы успокоить мысли перед возвращением домой. Свадьбу они играют так же на пляже. Организовывают роспись на выезде, а специальное агентство делает для них шатры, красиво украшенные воздушной тканью и цветами. Гостей совсем не много, только родственники и близкие друзья. Юнхо и Минги сначала приходят в строгих костюмах, а ближе к вечеру переодеваются в толстовки, как и хотели. От еды и выпивки ломятся столы, а молодая кавер-группа исполняет все современные хиты, остаться равнодушным и не танцевать просто невозможно. Поэтому никто не скучает. Атмосфера поистине невероятная. Минги делится с Хонджуном и Уёном планами насчет ребенка, снова плачет – эмоции, чувства, алкоголь просто не дают шанса удержаться. Юнхо всегда рядом, даже если не стоит в паре шагов, всегда держит в поле зрения. Улыбается, когда Минги что-то рассказывает друзьям, много времени проводит с родителями. Для них это всё странно, они задают множество вопросов о ребенке, дальнейшей жизни. Постепенно всё стихает. Гости расходятся по комнатам, ложатся спать или тихонечко переговариваются. Юнхо выходит на крыльцо, чтобы немного подышать и ещё раз ущипнуть себя. Им предстоит долгий путь, но повернуть назад или остановиться нет даже в планах. Почти сразу после свадьбы они начинают воплощать в жизнь свою мечту о ребенке. Обращаются в агентство, которое специализируется на суррогатном материнстве. Проходят множество консультаций и врачей. Было решено сделать отцом Юнхо, а в качестве донора выбрать женщину, максимально похожую на Минги. Хотя им разрешено смотреть только детские фото, но подходящая кандидатура находится быстро. Сама суррогатная мать оказывается очень приятной молодой женщиной. Для неё это уже второй подобный опыт, она совсем не боится и не волнуется. ЭКО тоже проходит успешно, буквально со второй попытки врач констатирует беременность и поздравляет будущих родителей. И вот с этого момента Минги начинает по-настоящему становиться страшно. Он читает с десяток статей в день про рождение и воспитание детей, даже на работе не может успокоиться. – Ты так сойдешь с ума, – Юнхо кутает его вечером в плед, приносит теплый чай с травами и пирожное. – Я тоже очень волнуюсь, но ты буквально изводишь себя. На работе всё больше вопросов. Может, стоит взять пару недель отпуска? – Да, наверное, ты прав. Мне просто необходим отдых, иначе я свихнусь, – Минги обхватывает руками горячую кружку. – Но никак не могу отделаться от мысли о том, что уже через пять месяцев родится наш ребенок. Надо побыстрее закончить ремонт в детской. – Минги, тормози, пожалуйста, – Юнхо сидит рядом и даже говорит негромко, вкрадчиво. – Если мы закончим ремонт чуть позже – ничего страшного не произойдет. Ещё есть время и на покупку необходимого, и на ремонт. На первое время возьмем помощницу, чтобы как следует научиться ухаживать за ребенком, понимать его нужды. Иногда я думаю, что ты совсем не берешь меня в расчет и планируешь всё делать сам. – Нет, конечно. Прости, я реально чересчур нервничаю. И на работе всё из рук валится. А я всё-таки руководитель. Коллеги и подчиненные уже смеются иногда, когда я забываю о какой-то простой ерунде, – Минги прижимается к Юнхо. – Раньше это ты вселял в меня оптимизм, – перебирая непослушные волосы Минги, Юнхо наклоняется, чтобы оставить небольшой поцелуй на макушке. – Мы справимся. Вместе с малышом нас будет трое – уже отличная команда. Наймем помощников. На первое время не будем брать на себя проекты. Мы сможем окружить ребенка любовью. Но я хочу, чтобы и ты был счастлив, улыбался. Давай побудем неделю дома, поваляемся на пляже, пройдемся по магазинам. – Хорошо. Просто залипнем в сериалы, да? Отвлечемся хоть немного, – Минги рад, что у него такой понимающий партнер. Точнее, уже муж. – Давай. Будем обжираться и валяться в кровати, – Юнхо рад их небольшому отдыху. Он и сам порой не может унять дрожь в руках. Мысль о том, что крошечный человек скоро будет в их доме, не дает покоя. Юнхо страшно, что они возьмут её как-то не так, что она будет плакать, а они не поймут почему. Успокаивая Минги, он успокаивается сам и старается не так пристально смотреть на календарь, отсчитывая дни. – Я хоть и боюсь, но хочу уже увидеть маленькую версию тебя, бегающую по нашему дому, – Минги потихоньку пьет чай и начинает немного успокаиваться. – Я смотрел всякие видео, где дети держат родителей за палец. У них такие маленькие ручки, морщинистые. Представлял ещё, как подрастёт и будет приходить к нам в кровать, – Юнхо поглаживает ладонь Минги и прижимается губами чуть выше виска. – Как думаешь, над нашей дочкой не будут издеваться за то, что у неё… ну… нет мамы, зато двое отцов? - делится опасением Минги, хотя, конечно, понимает, в какой стране они живут. Но волнение всё равно остается. – Мы научим её давать сдачи. Тем более она вырастет такой милашкой, что все её будут обожать, - уверяет Юнхо, даже если сам очень переживает на этот счёт. – Если у малышки будет твоя улыбка, никто точно не устоит, – говорит Минги и действительно в это верит. Остаток вечера они проводят за просмотром старой комедии, отвлекаясь от тревожных мыслей и наслаждаясь друг другом. В короткий отпуск много гуляют и разговаривают, делятся страхами. Они оба порой работают за ноутбуками, но в остальном стараются не думать ни о чем кроме друг друга. Отвлечься действительно помогает. Но при приближении «дня икс» нервозность возвращается. Суррогатная мама отчитывается о своем состоянии, держит ребят в курсе, и это помогает им не впадать в панику. Но всё равно при каждом телефонном звонке они дергаются и смотрят друг на друга, а если находятся не рядом, прокручивают в голове, как будут сообщать. Приятная новость застает их поздно вечером. Они сидят вдвоем на диване, досматривая очередную серию уже полюбившегося за последний месяц сериала. На сборы не уходит много времени. Они точно знают, в каком роддоме это будет происходить, какая команда будет принимать роды. Это должно было бы избавить от страхов, но, видимо, в такой ситуации не помогает ничего. За руль садится Юнхо. Он воспринимает ситуацию спокойнее, меньше дергается и в целом дышит глубже. В больнице для них отведена палата, где остается только дождаться окончания родов. Через несколько часов им приносят совершенно здоровую девочку, которая смешно куксится и выглядит не очень довольной случившимся. Юнхо не может сдержать слезу. Он и не мечтал о подобном. Всё, чем ограничивались его фантазии, - это возможность быть с человеком, у которого будет ребенок, а его собственный – это чудо. Минги же плачет взахлеб. Он вообще когда-то о детях не думал, подобное просто не казалось реальным. Но теперь у них с Юнхо есть чудесная малышка, перебирающая своими крохотными пальчиками. – Возможно, я преувеличиваю, но мне кажется, она уже твоя копия, – Минги улыбается, шмыгая носом, пытаясь прийти в чувства. – Я такой же морщинистый? – Юнхо пытается разрядить обстановку, придерживая Минги за талию, пока тот держит их малышку. – Надо придумать ей имя. Мне казалось оно само придет, как только мы её увидим, но, кажется, от счастья забыл и свое. – Мунбель, – произносит тихо Минги, – она будет нашей сияющей звездочкой. Правда, малышка? – Она улыбается, – шепчет Юнхо. В присутствии такой малышки не хочется повышать голос. Юнхо рассматривает её личико, пытаясь запомнить, чтобы потом, когда их дочка станет старше, рассказывать ей, какой она была в первую их встречу. – Я люблю вас обоих. Больше всего на свете люблю. На следующий день они возвращаются домой уже втроем. Детская полностью готова, там стоит белоснежная кроватка, заваленная игрушками для Мунбель. Конечно, пока это всё ей не интересно, но сделать милое фото в окружении плюшевых зверей кажется отличной идеей. Минги ни на шаг не отходит от дочки. Разговаривает с ней, кормит, купает. Он вообще не понимает, откуда берет столько энергии и знаний, но ухаживать за Мунбель совсем не утомительно. Много лет назад такое будущее могло ему разве что сниться. Минги множество раз обжигался в отношениях. И даже с Юнхо бывали ссоры, пару раз весьма серьезные. Но они прошли вместе через всё: переезд в другую страну, получение грин-карт, покупку дома, машин, путешествия. И теперь у них есть дочка. Для Минги Мунбель становится символом счастливой, полной семьи. В одну из ночей, уложив её спать, Минги возвращается в кровать Юнхо, выдыхает и снова плачет – уже в который раз за этого год. И снова исключительно от счастья. Минги шепчет ему на ухо слова любви и опять благодарит за всё. Они засыпают уже под самое утро – в обнимку, как и все прекрасные годы до этого.