О мой модельер

Говорят, что только люди с выдающимися творческими способностями могут принять мир во всем его прекрасном безумии. Но не всем это дано, и краски блекнут в общей однообразной цветовой гамме. Солнце лениво выползало из-загоризонта предвещая собой новое начало дня. Ему не спалось, как и всегда. Да и суждено ли творческим людям нормально спать? Безумный вид, уставшие глаза и вечные пятна краски то тут, то там на одежде и теле. Иногда ему во многом казалось, что краска вообщеникогда не смывается, призывая к своему законному месту в творческом хаосе. Но если так подумать это даже хорошо, добавляет свою изюминку и какой-то шарм. Возможно, с самого начала так и было, но сейчас обстановка нагнетала и давила свой общей характерностью и манией. Здесь не было нечего, что помогло бы ему сейчас закончить этот проект. Не было ни вечной любви, ни искры, ни идеи. «Это жутки идиотизм» - только и думалось в голове. Идиотизм проводить вот так пик своей карьеры, да и жизнь в целом. Уже как год стукнул третий десяток и кажется вещи вокруг начали понемногу терять свой естественный яркий для него оттенок. А может просто людям свойственно гаснуть с годами, в прочем, эти размышления сейчас не доставят никакой пользы. Определенно нужно выйти на улицу и возможно даже никогда в жизни не возвращаться сюда, в тухлую и мрачную студию под угрозой изьятия ее у владельца. Это явно не та жизнь, о которой он мог бы вспоминать в своих теплых мечтах перед сном. Пепел, оставшийся от новой сигареты, неприятно развеялся по ветру, касаясь прохожих, и передавая им свой веселый привет с балкона. Этот легкий, едва уловимый шлейф напомнил о мимолетных мгновениях жизни, ускользающих, как облака на горизонте. А может нужно прекратить во всем искать метафоры жизни. Инк оставляет окурок в пепельнице, и тот с тихим шипением погружается в серую пыль. Он выходит обратно в свою любимую мастерскую, где царит атмосфера творческого хаоса — повсюду разбросаны куски ткани, эскизы, и странные, порой абсурдные, аксессуары. Но сейчас этот уютный беспорядок кажется ему неуместным, словно он потерялся среди собственных идей. Иссяк, истлел и не дано этой птице нового возрождения. На ходу он стаскивает с себя красный бархатный халат, который обвивает его крепкое тело, как мягкое и теплое облако, и вместо него надевает яркий цветастый свитшот, наполненный жизнеутверждающими узорами. Кастомные джинсы, обшитые яркими заплатками, словно отражают его внутренний мир — полный смелых решений и нестандартных подходов. Почти мгновенно он выбегает наулицу, натянув на ноги ярко-красные конверсы, которые, как и он сам, бросаются в глаза. На улице его встречает холодный, свежий утренний воздух, который проникает в легкие и заставляет легонько иголочками покалывать под ребрами. Мужчина делает глубокий вдох, наблюдая за утренним светом. Он немного кружится на месте, позволяя себе насладиться этим моментом. Солнечные лучи пробиваются сквозь облака, играя на его белокурых локонах переливаясь яркими цветами недавно покрашенных в радугу кончиков. Инк останавливается на мгновение, позволяя свежему воздуху обволакивать его, как мягкое одеяло. Он закрывает глаза и слушает, как мир вокруг него пробуждается: вдали слышится звонкий смех детей, играющих на площадке, а где-то рядом воробьи весело щебечут, обсуждая своиутренние дела. Он открывает глаза и решает, что, возможно, сегодня — идеальный день для чего-то нового, совершенно другого. Он всегда мечтал о коллекции, которая будет отражать все: смелыецвета, неожиданные сочетания тканей и, конечно, неповторимые аксессуары, которые заставят людей остановиться и задуматься. Уже воображая, как его творения оживают на подиуме, как они вызывают восторг и восхищение. Но такое было просто не интересно его потенциальным заказчикам, да и второй Коко Шанель стань не получилось от слова совсем. Разве можно вообще вот так существовать. Скоро Инк оказывается на улице, где его внимание привлекает витрина небольшого магазина с винтажной одеждой. Там, среди старинных платьев и аксессуаров, он замечает потрясающий шелковый шарф с яркимузором. "Это то, что нужно!" — думает он, и его сердце наполняется азартом. Инк решает зайти внутрь, обзавестись новой яркой и необычной вещицей было как ритуал исцеления. Хоть и такое лечение вызывало значительные затраты, оно того определенно стоило. Даи финансовая грамотность никогда не была его коньком. Распахивает дверь, звонок над головой весело звенит, и воздух наполняется ароматом старой кожи и свежих тканей. Любимый запах. Он начинает медленно бродить по узким проходам,останавливаясь у каждой вещи, рассматривая, слушая. У каждой вещицы всегда была какая-то определенная история, о которой они хотели бы поведать людям. К примеру, та небольшая вязанная игрушка в углу. Представьте вязаную игрушку, сделанную из ярких, насыщенных ниток. Её формы мягкие и округлые, словно она создана для объятий. Каждая деталь пронизана теплом и заботой, а добрые глаза, вышитые с осязаемой любовью, излучают свет и уют. На ней мелькают уникальные узоры, которые расскажут тебе о каждом её волшебном приключением. Яркие цвета — от солнечного желтого до глубокого синего — гармонично переплетены, создавая атмосферу радости и счастья. Игрушка словно оживает, приглашая к играм и весёлым моментам, так и крича, что она родилась в заботливых руках мастера,который вложил в нее свою любовь и тепло. Каждый узор, каждый цвет был выбран с чувством, чтобы создать что-то особенное, возможно, с воспоминанием о своих близких людях. Провинциальный модельер, погруженный в свои мысли, откладывает слишком дорогую, как он успел заметить, игрушку. Продолжает бродить по магазину, уже собираясь в ближайшее время уходить пока его внимание не привлекает темный силуэт в углу. Он поворачивается и видит мужчину с хмурым лицом и очками с ярко-красной оправой, который почти полностью одет в черное, с небольшими синими вставками, придающими его образу некую загадочность. Это настолько необычно видеть здесь что-то не пестрое и хаотичное, что незнакомец почти сразу завоевывает его внимание. Упустить шанс и не понадаедать какому-либо человеку, было бы просто необратимым кощунством. Благо, природа матушка наградила его природной склонностью к экстраверсии. Подойдя ближе, Инк решает заговорить: — Привет! – Получая в ответ настойчивое игнорирование, блондин продолжает, - Ищешь что-то особенное? Может, для кого-то важного? Выпаливает первое, что приходит в его томную головушку. Незнакомцу приходится отвлечься от своих размышлений, шумно вздохнув и уже проклиная своего нового знакомого и тот факт, что он вообще решил выбраться из дома, неподнимая глаз, он лишь лениво отвечает с легкой язвительной усмешкой: — Да, ищу подарок для друга. Но, судя по всему, здесь больше шансов наткнуться на что-то странное, чем на что-то подходящее. Попытка ответа из простейшей вежливости было его самой худшей ошибкой, ведь теперь Инка не заткнешь ничем и никак. Блондин даже в наглую осматривает своего собеседника, проводя своим честным и оценивающим взглядом, что искренне возмущает второго. Стоиттолько выйти на улицу и опять получается напороться на очередного участника сумасшедшего дома. Какое безобразие. — Может, тебе стоит попробовать что-то более яркое? — предлагает Инк, указывая на россыпь чудных браслетиков и кулончиков, — Мне кажется, что такие маленькие штучки более ценны порой, чем какие-то дорогие и степенные вещи. Брюнет, как показалось, начинает ещё больше нервничать, стараясь всеми силами отдалится от незнакомца. — Я не уверен, что яркие цвета — это то, что я ищу. Мой друг не из тех, кто любит быть в центре внимания. Но, возможно, ты прав…Если я найду что-то, что его удивит, это будет уже успех, - Мягко отвечает мужчина, давая всем своим видом понять, что диалог на этом окончен. Инк через несколько секунд молчания уже начинает ерзать, всячески поднимать и опускать руки. Подумав, чем можнодополнить диалог. —Знаешь, я дизайнер, — говорит Инк, надеясь разрядить атмосферу. — Я могу помочь тебе найти что-то действительно уникальное. —Мне нужна твоя помощь, — Почти сразу отрезает второй. В воздухе вновь повисает неловкое молчание. Охнет, кажется, мой милый дизайнер сейчас просто взорвется. Настолько необычно было видеть отстраненность, учитывая, что в его окружении было принято натягивать мягкое дружелюбие, чтобы больше располагать к себе людей и клиентов соответственно. — Как же тебя сюда занесло, если ты считаешь все вокруг всеобщи бредом? — Я выставляю сюда свои вязанные игрушки. Хозяин этого заведения сказал, что я могу рассчитывать на скидку, — С нескольким усилием брюнет заставляет себя поднять глаза на собеседника, злонадо знать в лицо. А вот недоброе настроение второго позабавило модельера, давая только лишь мотивацию продолжить разговор дальше. — Хохо, ну, тогда всё становиться более ясным. Вообще эти игрушки прекрасны, я уже лет пять хожу сюда, всё время задумывалсяо том, кто делает эту прелесть… А так я дикий фанат этого магазинчика, знаю тут каждый угол. Здесь такая атмосфера… — Проговаривает блондин, немного отведя взгляд, стараясь не показывать улыбку радости от внезапно расслабленного вида собеседника. «Оттаивает…» Второй же на секунду замирает в неком смущении, а после тараторит, уже просто желая побыстрее с этим разобраться. — Хорошо, дизайнер. Давай посмотрим, что ты можешь предложить. Но предупреждаю: если это будет очередная наистранная штука, я просто уйду. Инк про себя смеется, принимая этот вызов. Оглядывает стройные ряды в полках, натыкаясь на сине-фиолетовые браслеты со звездочками. Осматривает глазами эксперта, удостоверившись, что это именно то, чтодолжно привлечь внимание любого человека, непременно очаровав. Протягивает украшения своему новому знакомому с неподдельно детско-довольной улыбкой. — Эти браслетики просто кричат: «Смотри на меня!». Эррор поднимает бровь, и его губы слегка изгибаются в усмешке. — Если он сможет справиться с этим «криком», то, возможно, он —в тайне супергерой. Но мне нужно что-то более… сдержанное. Он это в жизни не наденет. Инк немного ерзает на месте, наполняясь ещё большим энтузиазмом. Продолжив искать. Внезапно проскакивает мысль, но он останавливается, потерянносмотря в пространство, пытаясь вспомнить, что именно хотел сказать. — Эм… А, да! Я хотел сказать, что искусство — это прекрасно! Оно может вдохновлять людей, как… как… Он щелкает пальцами, пытаясь вспомнить, и, наконец, с улыбкой добавляет: — Как, например, этот свитшот! Он может вдохновить кого-то на создание чего-то совершенно нового! Брюнет изгибает бровь, смотря на блондина со всем непониманием этой картины. — Ты действительно веришь в то, что одежда может вдохновлять? Это довольно… оптимистично, — Саркастично подмечает мужчина. — Конечно! — отвечает Инк, кажется, только набирая обороты. — Одежда — это не просто ткань, это способ самовыражения! Мыслей, чувств, эмоций… Когда ты надеваешь что-то, что тебе нравится, ты становишьсяувереннее в себе. Второй лишь закатывает глаза, тихо отвечая. —Да и если это не сработает, всегда можно просто скрыться за черным. Инк смеется, мысленно радуясь, что второй хотя бы отвечает теперь. Пока он продолжает показывать разные вещи, они оба увлекаются обсуждением стиля, искусства. Удивившись, насколько обширная эта тема может быть для некоторых людей. И даже, наконец, узнав имена друг друга. — Знаешь, — говорит Инк, — я всегда считал, что смех — это лучшее искусство. Даже если мои шутки иногдазаканчиваются провалом. Эррор, с явным интересом, смотрит на него: — О, давай, герой, покажи свой лучший провал. Я готов к чему-то «невероятному». Блондин вновь смеется, эта черта, какой то общей колкости ему нравилась больше всего. Так было интереснее и как будто живее.Обрадовавшись, начинает рассказывать одну из своих любимых шуток о моде, и, хотя она заканчивается смехом Эррора на этот не удачный экспириенс, ему все равно никогда ещё не было так комфортно ни с кем. —Боже, какой же ты неудачник,зато отлично поднимаешь настроение, — говорит Брюнет, искренне улыбнувшись, — Это довольно редко. Инк, не в силах сдержать улыбку, отвечает: — Я просто стараюсь делать мир ярче. Даже если это иногда приводит к странным ситуациям, это же часть жизни, а она в свою очередь становится намного лучше из-за этих мелочей. Оба смеются, пока блондина настигает необычайная эйфория вдохновения. Кажется, у этого дня ещё есть шанс. В их разговоре уже чувствуется лёгкая искра дружбы, и он с нетерпением ждет, что же будет дальше. А вызов дизайнеру по поиску нужных предметов всё продолжается, и он продолжает всматриваться в различные предметы, которые могли бы заинтересовать Эррора. Потом он вспоминает, что время его нахождения здесь все-таки ограничено, и его взгляд останавливается на старом записную книжку, который он оставил в углу ещё при входе. Открывая блокнот и наблюдая наброски своего последнего проекта — коллекции одежды, которая, как он надеялся, вдохновит других. Чувство тревожности возвращается вновь, но теперь, кажется,у него есть мало мальский план. — О! — восклицает Инк, его глаза загораются.—Слушай, я только что вспомнил! У меня есть некоторые наброски, которые я делал для своей коллекции. Я искал вдохновение, и, похоже, ты — именно то, что мне нужно! —Прямолинейность определенно не одна из его лучших черт. Брюнет, взглянув на блокнот, поднимает бровь: — Вдохновение? Я? Ты ведь не серьезно? — Есть что-то такое,—Блондин в последний раз оглядывает несчастные вещи вокруг, останавливаясь насеребренной сдержанной диадеме с яркими белыми камешками,—Смотри, судя по твоему описанию это должно подойти. Эррор ненадолго замирает, рассматривая и оценивая вещичку, а после удовлетворенно кивает: —Это определенно то, что нужно. Ему нравятся всякие такие украшения, особенно серебро,—Наконец удостаивает второго изучающим, и недолго подумав, решает, что простого «спасибо» будет вполне достаточно. Хотя это уже можно было считать неплохой наградой, редко такие слова можно услышать от —Мне кажется, без тебя я бы здесь проторчал ещё. Спасибо. Инк лишь кивает, внутри уже осознавая, что скорее всего это всё и вот-вот его муза покинет его навсегда. —Сходим в кофейню рядом отметить? Если у тебя, конечно, есть немного времени.—Делает попытку продлить время, всеми силами надеясь на благословение судьбы. Ведь редко встретишь человека, от которого сердце бы так трепетало. Может и ему тогда можно хоть немного этого сладкого ощущения? На удивление, брюнет, немного подумав, соглашается. —Конечно, это звучит как план для людей, которые не знают, чем заняться. Но,сегодня сделаем исключение. Дизайнер послушно кивает. ПокаЭррорс легкой усмешкойпочти сразу после говорит: —Но, многоуважаемый дизайнер,если ты начнешь делать какие-то дурацкие заметки о том, как япью кофе, я уйду,—Вспомнив об разговоре о «музе». Инк,тоже улыбается, будучи благодарным подаренному дополнительному времени,отвечает: — Договорились! Никаких дурацких заметок.Клянусь своей правой рукой! Брюнету это кажется очень убедительным,ионинаправляются в ближайшее кафе. По дорогеблондин продолжаетделится своими мыслями о том, как атмосфера кафе может вдохновить его на новыеидеи, а Эррор, слушая его, продолжает сдержанно комментировать. Как только они садятся за столик, Инк достает блокнот и начинает делать заметки, покабрюнет отвлекается на меню инаблюдениеза окружающими. —Почему ты не выставишь свои игрушки в какое-нибудь более популярное местечко, твои изделия явно заслуживают большего. Вопрос своего нового знакомого вырывает Эррора из общей суматохи, но тот лишь отмахивается на этот вопрос. —Это так, развлекаловка. Заниматься этим всерьез такая тягомотина. Просто нужно чем-то занять свободное время. —Но знаешь, — говорит он, — иногдатакиемоменты могут быть самыми вдохновляющими. Хотя, конечно, не для всех. Эррор, с легкой усмешкой, отвечает: — Да, если ты не слишком увлечен своими «вдохновениями». Но, возможно, это не так уж и плохо. Ещё час в кафе, просто невыносимо смотреть как так просто утекает время, невозможно вот так просто вести светские беседы. Он всё-таки не выдерживает и начинает плести что-то о моделинге, когда Эррор уже собирается уходить. Ещё что-то о том, что именно это человек сейчас его последняя надежда, но собеседник лишь неловко замирает, а после начинает быстрее собиратся. —Я не понимаю тебя сейчас, но… Возможно в другой вселенной?—Брюнет потирает шею, уже стараясь как можно быстрее вырваться из всей этой неловкости и убежать на как никогда сейчас родную улицу. —Я буду ждать...—Тихо бормочет блондин, упустив момент, когда Эррор выскользнул на улицу. Он часто забывал почти все, что его окружало. Но это человеказабыть просто невозможно,растворяясь в своей мягкой эйфории искусства и признания. Муза есть, но это совсемне значит, что ее присутствие обязательно. Возможно, так даже лучше, ведь если подумать она всегда рядом в тысячи отблесков его произведений.Ведь оно и не так важно теперь у него есть масса удачных и популярных проектов, все благодаря ему, а он обещал, что в следующей жизни всё будет подругому.