Пусть в мае вишня расцветет

Время поджимало. Оставалось совсем немного до конца матча. Если сейчас не забьют, то вылетят с межвузовских соревнований, а это усложняет все. Очень сильно усложняет. Уставшие парни, отгонявшие по полю почти полные два тайма, с трудом дышали, но все равно не сдавались. Для многих из них это билет в счастливую жизнь, билет "меня не отчислили ура". Тренер без устали что-то орал команде, а ее капитан как мог поддерживал своих. - Его числанут, если не забьет прямо сейчас. - скучающе протянул Минхо, рассматривая поле и игроков. Он жмурился из-за яркого солнца, но очки почему-то отказывался надевать. - И поделом засранцу. Может хоть за голову возьмётся. - Джисона тоже отчислят, если ты забыл. - парировал Феликс, откидывая светлые волосы со лба. - В каком смысле? - непонимающе сощурился Ли, поворачиваясь к другу. - Он тебе не сказал? - удивиленно. - Хани не сдал два экзамена. - Вот поганец... Мелкий поганец. - шипит Минхо и подскакивает со скамьи, впиваясь глазами в спину худощавого парня под номером 3. - Эй ты! Хан Джисон! Если не выиграешь этот грёбаный матч, то можешь собирать свои вещи и валить нахрен из моей комнаты! А и ещё! Я тебя убью, поганец! Рядом раздался заливистый смех Чонина. Он только что оторвался от телефона и наконец попытался сконцентрироваться на игре и друзьях. - Ой, кажется Хану будет не сладко. - прокомментировал он. - Я его просто... Размажу. - кивает Ли. - Спокойно, спокойно. Никого не отчислят. - спокойно, почти флегматично тянет Феликс, а после резко подрывается вслед за другом. - Хван Хенджин, ну откуда у тебя ноги вообще растут!? Забей ты уже этот мяч! Иначе тебя забью я! Высокий парень с черными как смоль волосами, которые были завязаны сейчас в хвост, слегка поворачивает голову к трибунам, улыбается легко и показывает сердечко двумя пальцами. - Ну что за дурачок... - тянет Енбок, закатывая глаза и усаживаясь обратно на лавку. - Ребят, до конца одна минута. Если не забьют, будет дополнительное время. - немного нерво закусывает губу Ян. Солнце светило особенно ярко, постепенно начиная опускаться к горизонту. На дворе был апрель и все расцветало. В воздухе витал аромат цветов вишни. Однако все собравшиеся пропускали мимо такую красоту, потому что на поле прямо сейчас решалась судьба двух совершенно неорганизованных друзей, у которых детство ещё в жопе играло. Поступить поступили, а учиться не хотели совсем. Хенджин был на последнем издыхании. Он действительно хорошо себя проявил в футболе, но с такой командой противника играть сложно. Чудом удалось сравнять счёт. Сердце парня колотилось как бешеное, когда он смотрел на мяч прямо перед собой. Это его билет в следующий семестр. Если честно, то он не знал стоило ли занимать место в универе, если здесь мог учиться кто-то талантливее, кто-то, кто был бы усерднее. На долю секунды брюнет завис, сомневаясь в правильности своего решения остаться. Однако... Услышав лучшего друга с трибун, Хван словно прозрел. Он обернулся, вглядываясь в чужое лицо, на котором отпечаталось беспокойство, и улыбнулся, наконец приходя к нужному выводу. В глазах Хенджина зажёгся огонь, почти дикое пламя. Он с лёгкостью подбросил мяч, обошел противника и со всей силы ударил, мысленно надеясь, что вратарь не поймает. Мяч красиво закрутился в воздухе. В солнечных лучах он напоминал дискошар. Хван в напряжении смотрел за его полетом. Казалось, что все его тело превратилось в одну жёсткую струну. Джисон с испугом уставился на ворота. Весь мир остановился для друзей. И в следующее мгновение взорвался. - Мы выиграли! Время кончилось. Мяч лежал в воротах, а вратарь на земле. Все вокруг начали орать. Хан запрыгнул на спину брюнета и в самое ухо что-то вещал. Однако Хенджин все так же смотрел на мяч, осознавая, что ещё целый семестр он проведет здесь, со своими друзьями, в одной комнате с Енбоком. Счастье, что в этот момент наполнило тело Хвана, было настолько абсолютным, что он не выдержал его концентрации. Он откинул голову назад, посмотрел на небо и засмеялся. - Эй, Феликс! Я люблю тебя!! - закричал брюнет так громко, как только мог. Блондин, что уже прыгал от радости на трибуне вместе с Минхо и Чонином, только шире улыбнулся и крикнул в ответ: "Я тоже тебя люблю, придурок." И с этого момента все свернуло в какое-то совершенно неправильное русло, не оставляя друзьям и шанса на прежнюю жизнь. Этот матч стал началом всех проблем. *** Май. Весь мир преобразился. Теплая погода радовала жителей, а солнце никогда не жалело своего внимания, постоянно одаривая каждого яркими лучами. Цветы источали изумительные ароматы. Пионы раскрыли свои бутоны и заставляли Феликса зависать на улице возле дома по часу, а то и больше. Он истинно наслаждался цветением, даже не предполагая что может быть лучше. В его душе была весна, она пела и ощущала себя свободно, удивительно хорошо. Ли постоянно улыбался и будто порхал, а не ходил. Как и сейчас. Опустив сумку на лавку возле подъезда, блондин сунул нос в цветы, чтобы как следует надышаться. Он счастливо улыбался, ощущая тепло заходящего солнца на своих щеках, покрытых веснушками. - Ты такой довольный. Аж бесишь. - протянул голос из-за спины Ли. - А ты бы не загонялся непонятно чем. Может тоже научился бы быть довольным. - колко ответил Феликс, разворачиваяся и встречаясь взглядами с черными глазищами Хенджина, что стоял в двух метрах с тлеющей сигаретой в пальцах. - А ну убери эту дрянь! - Указывать мне собираешься? - хмуро уточнил Хван, делая долгую затяжку и выпуская густой дым в сторону друга. Тот закрыл цветы собой и задержал дыхание. - Серьезно, что с тобой вообще происходит? - устало вздохнул чуть позже блондин, отмечая темные круги под глазами Хенджина. - Не твое дело. - кинул тот, отправляя ещё недокуренную сигарету в урну и уходя в дом. - Эй, ты в курсе, что мы живём вместе? Тебе не сбежать от меня. - Я очень жалею об этом. - прошептал Хван, не оборачиваясь. Смотреть на Феликса не хотелось от слова совсем. И на Минхо, и на Чонина, и на Хана. Из всех друзей брюнет сейчас находил приятным общество Сынмина и Чанбина. Только с ними он ненадолго оживал и казался собой. - Эй, Хенджин, привет! Ты не видел Енбока? - поинтересовался Ян, выглядывая с кухни. Простой вопрос, простой ответ. Нет. - Не видел. - Как прошел твой день? - Лучше всех. - наигранно улыбнулся Хван и тут же получил журналом по голове от проходящего мимо Минхо. - Что за оскал? - Разве ты не видишь, хён? Это просто улыбка. - показал на свои губы брюнет и отвернулся. - Заканчивай свои детские концерты, друг. Неужели ты думаешь, что хоть кто-то их оценит? - Минхо вмиг стал серьезным и свёл брови к переносице. - Тем более Феликс. Я дал слово не вмешиваться, но ты начинаешь надоедать мне. - Я не устраиваю концерты. - тихо прошелестел Хван, подходя к двери в свою комнату. - Делай что хочешь. Мне плевать. Дверь хлопнула, Ли тяжело вздохнул, переглядываясь с Чонином. Они не могли помочь их другу. Не в сложившейся ситуации. Вскоре в дом зашёл Феликс. Он казался ярким солнцем. Тем более на контрасте с брюнетом. Со всеми поздоровавшись, парень уселся за кухонный стол слушать рассказы друзей о сегодняшнем дне. Улыбчивый, живой, светлый. Он казался полной противоположностью Хвана. Но ведь ещё недавно все было иначе. - Как там Хана? Вы сегодня с ней были? - как ни в чем не бывало спросил Ян, нарезая лук. - Да, ходили в картинную галерею. Она такая замечательная. Как прекрасно, что тогда я ее не оттолкнул. - Мы за тебя очень рады, друг. - Минхо похлопал Енбока по плечу. Это случилось в тот самый день. После матча. К Феликсу после игры подошла девушка. Она стеснялась, говорила невпопад, дрожала. Он смотрел на это милое создание, и его сердце таяло. Как Ли мог отказать ей? Как мог растоптать чужое сердце? Блондин не видел, но именно в тот момент, когда он обнял девушку, к нему сзади подбежал жутко довольный уже переодевшийся Хенджин. Да, Феликс не хотел разбивать сердце бедной девушки, но из-за этого случайно сломал сердце другого человека. Минхо, Чонин и Хан все видели. Они были свидетелями, участниками. И Хван возненавидел всех, кто был в тот день рядом. Ему была противна сама мысль, что в тот самый момент он был так счастлив, что в тот самый момент его душа любила искренне и чисто. Хенджин был уверен тогда почему-то, что Феликс ответил ему с тем же смыслом, но оказывается он ничего не понял. Или сделал вид. Как же Хван Хенджин его ненавидел... Енбок посмотрел на друзей с грустной улыбкой. - Он снова не ел? Те лишь молча покачали головами и отвели глаза в сторону. Им было так же плохо из-за тайн, что хранились у них и давили тяжёлым грузом. - Я купил ему кофе и онигири. И виноград его любимый. Может хоть что-нибудь съест. - Енбок достал из сумки еду, помыл виноград и выложил все на тарелки. Ему было больно смотреть на друга и не понимать как же он может помочь. А может ли? Хенджин закрылся полностью. Любые попытки хоть как-то достучаться приводили к скандалу и ещё большему холоду. Феликс не понимал. А, возможно, просто не хотел признаваться самому себе. - Попробуй, конечно, но не думаю, что он согласится. - вздохнул Минхо, рассматривая тарелки. Блондин кивнул и вышел из кухни, направляясь к их с Хваном комнате. Открыв дверь, он на миг замер, не в силах оторвать взгляда от красивого профиля своего соседа. Четкие черты лица, полные губы, черные густые чуть вьющиеся волосы, что теперь уже почти доходили до плеч. Бледная кожа в закатных лучах будто светилась изнутри, а карие глаза горели крохотными искорками. Хенджин неотрывно смотрел в окно, когда Енбок осторожно подошёл и поставил на его стол поднос с едой. Ему так сильно хотелось коснуться друга, приобнять за плечи и забрать страдания, что уничтожали брюнета. Сейчас Хван казался Феликсу очень хрупким. - Джинни... Я тебе тут принес кофе, онигири и виноград. Покушаешь? - почти шепотом спросил блондин, опускаясь на корточки возле кровати друга. - Зачем... Зачем эта забота? - пытаясь проглотить боль, так же тихо отозвался Хенджин. - Ты же мой лучший друг. Как я могу оставить тебя в таком состоянии? Я же вижу, что тебе плохо. - Лучший друг. - прошелестел брюнет, опуская глаза на Феликса. - Ты прав. Мне плохо. Но я не хочу твоей заботы. У тебя есть та, о которой ты должен заботиться. - Хана? При чем здесь она? - Енбок непонимающе уставился в ответ. - Ну, вы близки. - усмехнулся, пристально вглядываясь в чужое лицо. - Да, а как это мешает нашей дружбе? - Может и не было никогда этой дружбы. - шепчет Хван и отворачивается, не желая продолжать. - Не было? Так ты считаешь? - в голосе Феликса слышалась досада, обида и злость. Но Хенджин считал, что ему куда обиднее и больнее. - Не будешь есть? - Нет. - Хорошо. - как-то очень радостно сообщил голос за спиной брюнета, и в тот же миг по комнате разнёсся грохот от падающего подноса и тарелок на пол. Хенджин резко развернулся к другу, глядя с удивлением и шоком, а Феликс только мило улыбнулся и вышел из комнаты. - Приятного аппетита. - кинул он напоследок. Ну вот, снова скандал.