Танец чакры

Кабинет Хокаге утопал в лучах заката, которые пробивались сквозь стекла, заливая пол мягким янтарным светом. Однако, несмотря на внешнюю гармонию, настроения внутри кабинета были далеки от умиротворения. Цунаде сидела за массивным столом, заваленным бумагами, но её внимание было приковано вовсе не к рабочим вопросам, а к паре воробьёв, устроивших настоящий переполох на подоконнике. Пернатые разбирались в своих птичьих делах — один угрожающе распушил крылья, другой же, не уступая, отвечал ему пронзительными чириканьями. Взгляд Цунаде не менялся, и, казалось, всё, что происходило вокруг, для неё было несущественно, кроме этого, птичьего столкновения. Какаши, все еще стоя перед столом, выдержал долгую паузу, надеясь получить хотя бы долю внимания, пока его начальница явно интересовалась чем угодно, но только не его докладом. Наконец, он коротко вздохнул, сунул руки в карманы и лениво подытожил свой рассказ: — В общем, миссия выполнена. Но не без… проблем. Цунаде медленно подперла рукой подбородок, не отрывая взгляда от шумящих воробьёв. — Каких проблем? — спросила она, склонив голову к плечу, будто бы больше разговаривая с птицами, чем с подчинённым. Какаши невозмутимо продолжил. *** Огонь в костре тихо потрескивал, отбрасывая на лица дежурных шиноби танцующие блики, которые смешивались с тенями от окружающих деревьев. Ночь была спокойной и безветренной, на небе красовались тысячи ярких звезд. Сакура и Какаши мирно спали в палатках, доверяя ночной караул Наруто и Саске. Однако безмятежная атмосфера вокруг никак не помогала разрядить обстановку между двумя друзьями. С самого окончания войны они вели себя словно два магнита с одинаковыми зарядами — отталкивались друг от друга при малейшем сближении. Любой обмен репликами превращался в соревнование по язвительности, а любое вынужденное взаимодействие — в поле битвы, где побеждал тот, кто первым доведёт противника до белого каления. Теперь, сидя по разные стороны от костра, они молчали уже несколько часов, но с каждой минутой это молчание нависало над ними огромной черной тучей. Наруто сидел, подтянув колени к груди и обняв их руками, его взгляд, затуманенный тяжелыми мыслями, был устремлен в пляшущее пламя костра. В глазах юноши отражались яркие языки огня, а внутри него самого догорало собственное пепелище — тихое, но неумолимое, разжигаемое чувством вины. Оно разъедало его изнутри, оставляя после себя лишь горечь и усталость. Он не пытался убежать от этого, не стремился оставить вину в прошлом — она была частью его, как шрам, который нельзя стереть. Саске же, привычно скрестив руки на груди, сидел чуть в стороне. Он прекрасно видел, как Наруто сосредоточенно смотрит в огонь, сжав руки так, что ткань штанин под ними сильно смялась, и решил, что, возможно, стоит разрядить обстановку. — Днём ты был намного шумнее. Наруто вздрогнул, но ничего не ответил, хотя внутри всё сжалось. Ему хотелось огрызнуться, но сил не было. — Мне кажется, что тогда, — наконец выдавил он, всё так же глядя в огонь, — на войне, я сделал недостаточно. Если бы я был быстрее… если бы я был сильнее… Нэджи и остальные могли бы быть живы. Саске молча смотрел на него несколько секунд, прежде чем ответить с привычной отстранённостью: — Тогда погиб бы кто-то другой. Не вижу никакой разницы. Наруто резко вскинул голову. — Как ты можешь так говорить? Они не должны были умирать и приносить себя в жертву! — А кто должен был? Ты? Или кто-то другой? — в голосе Саске было только холодное, бесстрастное принятие реальности. — Война — это всегда жертвы и смерть. Странно, что до тебя это до сих пор не дошло. Наруто зло сплюнул в сторону, этот жест явно задел Учиху. — Ты просто никогда никого не ценил! Для тебя люди — как мусор! Умерли? Ну и ладно, плевать. В глазах Саске тоже начали мерцать языки пламени. — А ты просто боишься признать правду. Тебе давно пора было повзрослеть. — Заткнись! — Наруто резко поднялся. — Я хотя бы об этом думаю и стараюсь что-то исправить! В отличие от тебя, который всё время прячется от мира за десятью стенами. Саске продолжал сидеть, но его голос стал ещё жёстче: — Тебе легче жить в иллюзиях. В этом мире есть правила и обязательства, а на войне людям должно умирать, твоим знакомым в том числе. А ты просто ребёнок, который не хочет признавать реальность. — У тебя вообще есть сердце, а?! — Наруто сверлил его взглядом. — Или ты его вырезал, когда решил, что чувства — это слабость? Саске не ответил сразу. Несколько секунд он молча смотрел на огонь, и в его глазах не отражалось ничего, кроме пламени. Он думал о том, чтобы промолчать и не продолжать усугублять ситуацию. Затем лёгкий порыв ветра всколыхнул его волосы, и он, не меняя тона, спокойно произнёс: — Лучше быть без сердца, чем таким наивным идиотом, как ты. В груди у Наруто что-то обожгло. Он скрипнул зубами. Внутренний голос подсказывал, что лучше ничего не отвечать, промолчать, пропустить мимо ушей. — Ну так давай, покажи мне, каким бесчувственным ублюдком надо быть, чтобы так рассуждать! Саске молча встал. — Ты сам этого захотел. И в следующий момент они бросились друг на друга. Первый удар нанёс Наруто, но Саске увернулся. В темноте ночи их фигуры сливались в стремительных движениях, кулаки рассекали воздух, глухие удары отзывались эхом в ночной тишине. Они не использовали дзюцу, не прибегали к силе чакры — просто избивали друг друга, как два подростка, у которых накопилось слишком много несказанного. Шум борьбы разбудил заказчика, и он, выбравшись из палатки, застал сцену, которая вряд ли соответствовала его представлению о лучших ниндзя Конохи. Герои войны, спасители мира, а теперь — два злобных придурка, лупившие друг друга в пылу ссоры. В этот момент Какаши и Сакура уже разнимали парней, а они продолжали посыпать друг друга ругательствами. *** Вечернее солнце уже почти зашло, в кабинете Хокаге становилось душно, несмотря на приоткрытое окно. Цунаде устало вздохнула, глядя на карниз, где только что два воробья все-таки сцепились в драке, подняв шумное чириканье и раскидав по воздуху мелкие перья. Они беспорядочно метались по карнизу, а затем, потеряв равновесие, оба рухнули вниз. Это вызвало на лице Хокаге усмешку. — Символично, — пробормотала она себе под нос, переведя взгляд на Какаши, который только что закончил свой рассказ. Даже сквозь маску было видно: он не рад этому разговору. — Итак, — протянула она, поворачиваясь лицом к Какаши. Она поставила локти на стол, переплетая пальцы вместе, эта поза означала, что теперь она полностью включена в этот непростой разговор. — Ты понимаешь, что так больше продолжаться не может? Какаши помедлил, затем кивнул. — Да, понимаю. — Они уже начали драться прямо во время миссий! — голос Цунаде чуть повысился. — Команда №7 — это лицо Конохи. Герои войны. Заказчики мечтают заполучить именно вашу команду ради своей защиты, готовы выкладывать бешеные деньги, потому что теперь ваши имена на вес золота. Но если так будет продолжаться, эта репутация сгорит быстрее бумаги в камине! А вместе с ней — и финансовые поступления в казну, которая и без того опустела после войны! Какаши продолжал молчать. Он прекрасно это понимал. Как и то, что уговоры, наставления и даже прямые угрозы от него как главы команды не помогут в данной ситуации. Саске вообще никогда не воспринимал его как лидера, сейчас и подавно. Наруто со своим буйным характером тоже не признает авторитетов, хоть и относится к Хатаке куда почтительнее. — Если у тебя есть идеи, как их образумить, самое время их озвучить, — устало продолжила Цунаде, откидываясь в кресле. Он слегка пожал плечами. — К сожалению, нет. Она помассировала переносицу, сдерживая раздражённый выдох, и её глаза на мгновение закрылись, словно она пыталась собраться с мыслями. — Тогда приведи ко мне Сакуру. Какаши чуть наклонил голову, выражая некий скепсис. — Думаешь, она сможет на них повлиять? Цунаде хмыкнула, и в её глазах мелькнула тень усталости, смешанной с раздражением. — Вряд ли, но, возможно, она сможет понять, в чем причина. Какаши коротко кивнул и, не вынимая руки из карманов, молча развернулся к выходу. Цунаде проводила его взглядом, затем снова взглянула на пустой карниз за окном. У Хокаге складывалась предчувствие, что, если не вмешаться в это сейчас, потом уже будет поздно. *** Густой запах лекарств, стерильная белизна, тихий мерный шум капельниц — атмосфера госпиталя всегда действовала на Наруто угнетающе. Напоминала о слишком многих его визитах сюда. Но сегодня всё было иначе. Он сидел на краю больничной койки, широко улыбаясь, пока Сакура ловко снимала повязку с его лица. — Ай-ай-ай, полегче! — наигранно застонал он, хотя боль была не такой уж сильной. Сакура лишь фыркнула. — Это не я, это твоя глупость болит, — ответила она, но её руки оставались мягкими и заботливыми. Наруто ещё раз улыбнулся, почесав затылок, в глубине души он чувствовал себя немного виноватым. — Спасибо, Сакура-чан. Как всегда, твои руки волшебные. Она закатила глаза, но губы дрогнули в тени улыбки. Однако, когда она закончила работу и сделала шаг назад, выражение её лица изменилось. Что-то беспокоило её. Наруто это заметил и внимательно смотрел на девушку, пока она собиралась с мыслями. — Наруто… — тихо начала она, выбирая слова. — Я не понимаю, что с вами происходит. Он удивлённо моргнул. — Чего? Она выдохнула, скрестив руки на груди. — Как только мы снова стали командой, ты и Саске начали ссориться ещё сильнее, чем в детстве. А теперь уже до драки дошло. А что будет дальше? Её голос дрогнул. Волнение читалось в каждом слове. Наруто тут же изменился в лице. Его улыбка исчезла, плечи напряглись. Он опустил взгляд, словно стыдясь собственного ответа. — Я не знаю, — пробормотал он, внимательно смотря на свои руки — Просто… Когда я рядом с ним, меня всего трясёт. Внутри что-то сжимается, как будто я… Он замолчал, пытаясь подобрать слова. Но затем он резко поднял взгляд на Сакуру и ударил кулаком в раскрытую ладонь. — Точно! Такое же чувство, когда… *** — …он сражался со своей злой копией в параллельном измерении, — повторила Цунаде, нервно барабаня пальцами по столу. Сакура лишь коротко кивнула. Она понимала раздражение Хокаге, но лучше такая информация, чем вообще никакой. — Опустим детали на счет параллельных измерений для другого разговора. – сдержано процедила Хокаге, возвращаясь к основной теме - Значит проблема не только в их характерах… — А в их чакре, — подытожил Какаши, лениво облокотившись о стену. Он выглядел расслабленным, но в голосе звучала серьёзность. — Наруто и Саске всегда были связаны, но после того, как Хагоромо дал им часть своей силы, их чакра изменилась. Они стали… практически одинаковыми по структуре. Сакура удивлённо моргнула. — Но, если их чакра так похожа, почему они так реагируют друг на друга? Какаши захлопнул книгу и повернулся к ней. — Дело не в том, что она одинаковая, а в том, что они слишком разные. Их личные конфликты мешают этой чакре синхронизироваться. Представь две звуковые волны: если они в одной фазе — звук усиливается, если нет — возникает шум и искажения. Мне кажется, с ними происходит нечто подобное. Сакура задумалась, её брови сдвинулись, а губы слегка сжались, словно она пыталась разгадать сложную головоломку. — И что же с этим делать? Можно ли это как-то исправить? Какаши пожал плечами. — Да, необходимо синхронизовать их потоки чакры, это возможно, но для этого нужны усилия обоих. Например, они могут … — …разработать совместную технику, — резко перебила его Цунаде, через секунду на ее лице расцвела довольная ухмылка. Какаши и Сакура взглянули на неё с лёгким удивлением, синхронно подняв брови. — У меня есть идея, — закончила мысль Хокаге, глаза её сверкнули хищным огоньком.