Море вперемешку с любовью

Небо насыщенное и столь яркое, что кажется нереалистичным. По крайней мере, мне так хочется надеяться. Что именно таким оно было в нашу первую встречу. Солнце согревало своими лучами, оставляя после себя покалывающие щеки и плечи. Пряди коротко стриженных волос развивались на ветру, заставляя нос насупиться. Мне приходилось их вновь и вновь убирать с лица. Песок оседал на губах смешиваясь с привкусом спелого персика, стекающих по моим рукам. Это непременно раздражало. Я подскакивала с нагретого места, чтобы рукой провести по морской глади. Окунуть её липкой и запачкавшейся, а достать чистой, без единого пятнышка. Ноги касаются мокрого песка и приходится изрядно наклонится, чтобы дотянуться до него рукой. Удержать, не дать раствориться. Рассмотреть пару ракушек, припрятанных внутри.     Я не особо цеплялась за запах которым была одарена. Окутывающий меня кругом и изнутри. Только сейчас могу осознать, что это скорее всего была нотка чего-то свежего. Жизненного. Чего-то такого, что вселяло жизнь. Оно циркулировало в крови, на волосах, соленых от морской воды. Приходилось утирать глаза пару раз, от затекающей жидкости в них. Но окунаясь глубже, ты вряд ли можешь разобрать это охватившее тобой чувство. Рассмотреть морское дно, оно граничит на равне со страхом неизвестности. Что если выплывет огромная акула, обнажая свои клыки и готовясь напасть. Или русалки с детских сказок, которые я любила в детстве слушать.  А вдалеке не грузовой, а пиратский корабль. Хотя, это было явно приятное зрелище. Наблюдать за намного крупнее предметом чем ты — с близи. Не так близко, чтобы подобраться к нему, но достаточно, чтобы увидеть его подплывающем к причалу. Это всегда вызывает детский восторг. Только погружаясь в воду чувствую свободу. Ту, что принадлежит мне. Где нет осуждений. Нет обвинений. Где есть едва ли слышный штиль, слепящее глаза — солнце и сбитое дыхание от слишком частой его задержки. Где движения размеренные, скользящие по волнам. Они окутывают целиком, проглатывая. Выпускают с объятий у берега, когда родители зовут на сушу. Губы синие, а сердце норовит вырваться с грудной клетки.  Я помню, как пыталась приручить морскую гладь. Училась держаться на воде в очередной раз, чувствуя как она затягивает. Пробовала снова, когда волна подхватывала и переворачивала верх дном мои попытки научиться. Как пыталась выучить техники плавания и перейти на новый уровень нашего сближения. И какое же было восхищение когда старания начали приносить свои плоды. Это не могло никак не побуждать мою любовь к данному месту.  Каждый раз когда я оказывалась там, на побережье. Я чувствовала себя в защите. Не в зависимости от того моего возраста, это чувство сохранилось. Я всегда могла поделиться с ним радостью, раздумьями, грустью, злостью. И именно там я чувствовала облегчение. Данное мне время, чтобы забыться на немного.  В любое время года бескрайнее море тяготила к себе. Адреналин в крови, когда ступаешь по твердому льду и сердце сжимается, при разглядывании царапин от коньков.  Мелководные рыбы, плавающие группой и быстро исчезающие из поля зрения, когда становится теплее и лед тает. Чайки, летающие кругом. Хватаются за кусочки хлеба и вгрызаются. Взлетают ввысь, а затем скользят по воде. Приходится иметь стальную выдержку, чтобы не нырнуть в еще холодную морскую гладь и плыть. Далеко и неизвестно куда. Но даже не смотря на это, просто дышать морским воздухом и рассматривать открывшийся перед собой вид — неописуемо хорошо. Казалось бы, за столько лет уже и удивляться нечему, но как только море появлялось перед моими глазами, в груди разливалось тепло. Оно пускало корни где-то в сердце. И я всегда знала, что единственная вещь которая остается со мной навсегда — это море.  Не важно при каких обстоятельствах, это то, что выжжено на подкорке мозга. Это то, что неизменно. Я была слишком мала, чтобы приходить к морю с друзьями. Это была одна из моих мечт. С наступлением лета, я часто представляла как мы возбужденные эмоциями, раскладываем подстилку. От шума кругом, я ловлю себе на мысли, что счастлива. Засматриваясь на ничем не испорченные улыбки, чистые взгляды и бурные обсуждения. Бегло скидываем с себя одежду и резво несемся к воде. Все громко смеются, брызгаясь ледяной водой на нагретые тела и слышатся крики. Детские и искренние, те, что откладываются в воспоминаниях как что-то родное. Хватаем друг друга за конечности, пугая. Устраиваем соревнования, толкаем друг друга в воду и прыгаем с волнорезов. Которые я очень люблю. Будучи ребенком, они привлекали меня только тем, что можно разогнаться и прыгнуть. Почувствовав легкость. Мне нравилось наблюдать за подростками, что делали акробатические трюки с них. Это завораживало. Но став по-старше, я любила там просто молча сидеть. Мне нравилось когда волны ласкали щиколотку, а перед мной открывалась более обширный вид пляжа. Детей строящие песочные замки, совсем малютки руками хлюпающие по подплывающему к берегу волнам, собаки плывущие в объятия к своем хозяевам. Это казалось чем-то неизменным.  Море остается для меня хрупким воспоминанием. Таким же чистым, как вода в самую рань. Когда видно все самые мелкие камушки на дне. Даже если я забуду его на вид, то всегда смогу разгадать на ощупь или на запах. Сколько бы я не пыталась вынять из головы плохие воспоминания, то на мысль ничего не шло. Но даже если были неприятные, то вся злость улетучивается.  Только со злостью не уходит и боль. Она кусает за открытые участки кожи и проползает глубже. Туда, где становится невыносимо дышать. Мне казалось, что любить что-то до боли в сердце — невозможно. Но это оказалось ложь.  Оглядываясь назад, в грудной клетки щемит от нахлынувших чувств. Где тоска и заливистый смех смешиваются в едино, обхватывают шею и перекрывает кислород. Хочется черпнуть чуть больше воздуха, ухватиться за что-то, но все попытки тщетны. Мне кажется вода наполняет меня изнутри, а может и снаружи. Погружает в свои глубины, затягивая вниз, но я в не в силах противится.  Глаза наполняются слезами и приходится вздохнуть по-глубже. Рукой тянусь к щекам, смахивая непрошеных гостей, но все тело продолжает болеть. Иногда мне приходится подумать фантомная ли это боль? Потому что чувствуется как настоящая, что оставляет после себя кровоточащие раны. И если раньше соленная вода могла их залечить, то сейчас приходится самой себя латать.  Смотреть на чужое море — тяжело. Также прекрасное, но не то, что вырастило меня. Что было со мной с самого детства. Намного дольше, чем я могу вспомнить.  Жизнь слишком жестока, напоминаю себе когда прокручиваю события с которыми мне приходилось повстречаться. Усмехаюсь, прикрыв глаза и вижу маленькую себя. Ту, у которой веснушки вели хороводы на сгоревших щеках, с липким носом от сладких фруктов и всегда устремленным взглядом вдаль. Выискивающим там все ответы на вопросы, которые сейчас я задаю, зная, что не получу ответ.  Растоптанные мечты и надежды остаются позади меня. Приходится проглотить очередной ком в горле и попытаться собрать себя по кусочкам.  Даже если я не знаю как. Даже если не знаю, получится ли. Смотрю и смотрю на морскую гладь, пытаясь найти что-то знакомое. Давнего друга. Но сталкиваюсь лишь с незнакомцем. Одариваю улыбкой, зная что она больше не сможет быть такой, какой была когда-то. Остается лишь потрепанная жизнью и уставшей. Я в очередной раз окидываю взглядом и ухожу. Надеюсь, что еще встречусь с ним. С моим родным и незаменимым морем. Даже если я уже не та, Даже если оно другое.