В зеркале ночи тени плывут,
Шёпотом прошлого правду несут.
Стоит ли слушать? Стоит ли знать?
В омут судьбы уже не сбежать.
Клодия не могла уснуть. Гробовщик ушёл куда-то в ночь, оставив её одну в этом мрачном убежище, полном странных вещей. Она уже привыкла к тени гробов, холодному полу и ароматам, от которых по спине бежали мурашки. Но кое-что не давало ей покоя. Полка в углу. Она заметила её ещё раньше, но только сейчас, когда Гробовщик отсутствовал, решилась исследовать. Подойдя ближе, Клодия увидела старую коробку, покрытую слоем пыли. Рука сама потянулась. Открывая её, Клодия ощутила дрожь. Внутри лежали бумаги, письма, выцветшие от времени… и что-то ещё. Она вытянула тонкую фотографию, покрытую легким налётом времени. — Что за…? Её сердце замерло. На снимке была женщина. Грациозная, утончённая, с изящными чертами лица и холодным взглядом. Роскошное платье, тёмные волосы, лёгкая полуулыбка, полная тайны. Но Клодию больше всего поразило другое. Она была на неё похожа. Слишком похожа. — Это уже перебор… Клодия почувствовала, как ладони стали влажными. Она не знала, что это значило. Но это было важно. Слишком важно. Сжимая фотографию в руках, Клодия напряжённо вглядывалась в лицо женщины. — Кто ты?.. Ответа, конечно, не было. Но интуиция подсказывала — это не просто случайность. Её занесло в XIX век не просто так. И если Гробовщик что-то знал, он не скажет ей правду. Она должна узнать всё сама. — Отлично. Значит, будет расследование… Именно в этот момент тихий голос разорвал тишину: — Ой-ой, а что это ты тут делаешь, милая? Клодия вздрогнула. Гробовщик стоял в дверях, его глаза хитро блестели в темноте. Она быстро спрятала фотографию за спину, сделав вид, что просто рассматривает какие-то бумаги. — Ничего. Убиваю время. Он щурился, изучая её выражение. — Правда? Ты ведь не лазила там, где не надо? — Конечно нет, — Клодия натянуто улыбнулась. Его улыбка расширилась, но он ничего не сказал. — Ой-ой, а ведь тебе не стоит шастать тут одной… кто знает, что может вылезти из теней? Клодия насмешливо фыркнула. — Ой, только не надо меня пугать. Гробовщик смеялся, но его взгляд задержался на ней дольше, чем обычно. Она поняла — он что-то почувствовал. Но пока не стал говорить вслух. Клодия не знала, насколько хорошо умеет скрывать ложь. Но сейчас ей нужно было играть осторожно. Очень осторожно. Когда Гробовщик ушёл, Клодия снова достала фотографию. Она разглядывала её, словно хотела выжечь взглядом правду. — Кто ты, чёрт возьми? И какое отношение имеешь ко мне? Ей нужно было найти ответы. И она их найдёт. Как бы глубоко ни скрывались тени прошлого.