Крылья Бабочки: Исход

Куда не глянь везде бетон. Огромный, бесконечный, забетонированный плац от горизонта до горизонта. Лишь где-то вдалеке видна была диспетчерская башня. Она смотрелась там как крошечный грибочек. Делегации трёх империй съезжались ещё со вечера. Но в ангар их пустили только за пару часов до старта. Всё здесь было по-спартански. Огромный купол под который может поместиться звездолёт. Такой же бетонированный с проведёнными заранее коммуникациями. Освещение, сделанное на скорую руку. В глубину ангара затолкали технику, которая была сейчас не нужна. Что на ходу, а что нет, никто не разбирал. Зато перед ангаром стояли стройные ряды простейших офисных стульев. В углу был кулер с газированной водой. Один из кантонов с гордостью презентовал новинку. Такие кулеры стояли сейчас по всему Омикрону. А воду развозили на автоматических тележках. По углам ангара висели плазмы. И там крутили планетарные новости. Вернее одну новость крутили раз за разом. И гости в студии её по кругу обсуждали. Сама новость выглядела незатейливо. Генерал-протектор империи Цатус Фазген жал руку усатому Полковнику. Рома научился стоять в кадре и вовсе не терялся на фоне широкоплечего Фазгена. Он был и сам парень не промах, в юности занимался боксом, да и сейчас спокойно мог войти на ринг, если того потребует ситуация. Его стальные бицепсы просвечивались через тонкую ткань рубашки. Но с этими усами смотрелся он не как громила, скорее как отец народов. Но тем не менее, его на всякий случай подписали как главу Ангстрема. Не все ещё привыкли к мысли, что всем командует Роман Полковник. Мужчины улыбались, жали руки. Хотя улыбка Фазгена читалась только по глазам. Ведь он не расставался с респиратором. А вот Полковник улыбался довольно искренне. Хотя его улыбку слегка скрывали усы. Бегущая строка гласила: «Империя согласилась передать шесть батарей ПВО для защиты союзного Омикрона». Такая вот незамысловатая новость. Такой себе сигнал Дориану, что надо бы подписывать мир. Отдельно бегущей строкой шли комментарии зрителей. «Два тирана со скрытыми лицами, один усач, другой в маске», видать кому-то очень понравился этот комментарий, раз его пропустили. «Правильно, надо мир», гласило большинство комментариев. И гости в студии горячо поддерживали рукопожатие двух глав воюющих держав. - Правильно, - говорил один из них. - Давно пора, - поддерживал другой. И только один человек в студии был не согласен со всеми. Сидел нахмуренный и серый, и ждал своего права высказаться. - Не согласен я, - дорвавшись до микрофона выдал он. – Нельзя заключать с ними мир. - С кем? С Империей или с Конфедерацией? - Задала ему вопрос миловидная ведущая с длинными стройными ногами и красными камушками в серёжках. - Да с обоими не согласен. - Минуточку, - ответил ему другой эксперт. - Так что ж вы предлагаете, войну? - Конечно да. - А почему вы не на фронте? - Я в тылу важнее, здесь я больше пользы принесу. - А кем вы, собственно, работаете… - и дальше в студии звучал всеобщих смех. А после всё сначала. Эту новость крутили по кругу как напоминание о том, что произошло с утра. Но внимание журналистов и присутствующих было приковано к другому. Кресла занимались по очереди. Отдельно был сектор Империи. Здесь было место для Фазгена. Но генерал-протектор не смог остаться. Вместо себя оставив своего адъютанта. Далее были кресла Конфедерации. Здесь были Маршал и Роман, а также уже знакомые сенаторы. Маршал сидел рядом с Ромой, словно демонстрируя кого он поддерживает в борьбе за власть. Следом был сектор для журналистов. Их было слишком много. И сектор пришлось дважды расширять. Отдельно стояли камеры на подставках, передавая картинку прямо на лэптопы. Чуть дальше находился сектор Кейхеля. Здесь было несколько мужчин в синих одинаковых комбинезонах. Что только укрепляло миф о том, что на Кейхеле все ходят одинаково одеты. - Комуняки, - шепнул Полковник Маршалу, разглядывая делегацию газовой планеты. И наконец-то в отдалении от всех сидели представители Халифата. Главный стул по-прежнему был пуст. Ведь представитель Якова, эмир Дюран всё ещё пребывал под стражей. Но сенат Конфедерации уже проголосовал за его освобождение. И с минуты на минуту он должен был приехать. Роман уж глянул на часы, когда подъехал электробус. Из задней двери которого гвардейцы Омикрона вытянули тучную тушу Дюрана и под руки сопроводили до своего стула. Тот перепуганный оглядывался по сторонам, но, встретившись взглядом с Полковником, кивнул. Роман кивнул в ответ. Над космодромом разыгрался ветер, срывая головные уборы и очки. Подхватывая песчинки с плаца, закручивая их в замысловатый смерчик. А в небесах нарисовался огромный звездолёт Кейхеля. Он плавно приземлялся на плацу в каком-то километре от ангара. Когда он приземлился, ветер стих. С его борта спустился электробус и медленно поехал в направлении ангара. Роман Полковник встал и осмотрелся. Его помощник вынес микрофон и пригласил его на небольшой помост. - Ну, будем начинать, - сказал Полковник, оглядываясь на подъезжающий электробус. Тот не был похож ни на один из транспортов Альсары, он ехал на огромных колёсах, которые прогибались под давлением собственного веса. «Сразу видно, инопланетный», усмехнулся Рома и начал говорить. - Конфедерация всегда была и будет на стороне закона. Мы ставим своей целью прекратить кровопролитие. Мир всем народам на Альсаре несёт наш правящий режим… - он говорил и говорил, пока его никто не слушал. Ведь общее внимание было приковано к другому транспорту, подъехавшему со стороны ангара. Когда он остановился, его окружила гвардия Конфедерации. Элитный полк, все одинаково одеты, с новейшими винтовками в руках. Для пущей важности на плац пригнали двух бойцов в экзоскелетах, которые смотрелись особенно опасно на фоне военных успехов Конфедерации. Автоматическая дверь транспорта открылась и на пороге появилась экс-принцесса. Она была одета простенько, но как всегда со вкусом. Белоснежный комбинезон, огромная пряжка на ремне, короткие шортики и замшевые ботильоны. Принцесса Юля бросила рассерженный взгляд на Маршала. Тот даже отвернулся, чтобы не смотреть в её горящие глаза. - Международная преступница Юлия Астрайдер предстанет перед межпланетным судом на самой справедливой в галактике в планете Кейхель. - Это была неприкрытая лесть, направленная в сторону представителей газового гиганта. - Кстати, - продолжал Полковник. - Сейчас мы на стройплощадке самого большого космодрома на Альсаре. Здесь специально строятся платформы, рассчитаные на все типы судов. Уже завтра мы бросим вызов монополии всемирно известного Ксилианского космопорта. Мы очень в это верим: я и вы. Полковника порою заносило и он принимался во всю рекламировать результаты собственных трудов. - Здесь пятиметровый слой бетона, внизу под ним 6 м гравия, гранитные столбы с титановым сплавом. Все коммуникации рассчитанные на 100 лет… - его опять никто не слушал кроме тех, на кого был направлен этот спич. Полковник всячески нуждался в инвестициях. В его мечтах Конфедерация становилась экономическим локомотивом всей Альсары. И он готов был положить на это дело жизнь. Пусть раньше он был солдатом, сейчас Полковник собирался строить мир. - Мы не хотим ни с кем воевать. Мы будем сотрудничать со всеми. Но если вы придёте к нам с оружием, то знайте, наша армия на Альсаре всех сильней. - Тут он немного привирал. Имел, как говорится, право. В этот момент электробус подъехал к нему и открыл все двери нараспашку. Оттуда вышло несколько безоружных представителей Кейхеля, их удивило количество оружия в руках солдат Конфедерации, но не смутило. К им к ним подошёл командующий гвардии Конфедерации и по-армейски отдал честь. - Здравия желаю, - сказал он, резко одёрнув руку. - И вам того же, - немного растерялся офицер Кейхеля. Сразу видно, что там не привыкли воевать. - Международная преступница Юлия Зуева Астрайдер передаётся под вашу полную ответственность. Я надеюсь в скором времени она предстанет перед справедливым судом, - сказал конфедерат и снова отдал честь. Его бойцы окружили Юлю и сопроводили её к делегации Кейхеля. Принцесса нервно посмотрела на Маршала, который вновь отвёл глаза. - Колюще-режущее есть? - Спросил командир гвардейцев Кейхеля. - Нет, конечно, - ответила принцесса. - Снимайте обувь. - Что? - Не понимала Юля. Но, оглянувшись по сторонам, послушно сняла с себя обувь, встав на носочки на бетонный плац. - Возьмите бахилы, - он протянул ей беленькие чулочки сделанные из какой-то очень прочной ткани. - Надевать? - Спросила Юля. - Это чтобы босиком не ходить по бетону. Девушка отряхнула ноги и послушно надела короткие, по щиколотку, чулочки. - Ваш ремень, - он указал на огромную пряжку. Принцесса напряглась, но спорить не решилась. Она сняла с себя ремень и протянула представителю Кейхеля. - Что-то ещё? - Спросила Юля. И он достал металодетектор, слегка похожий на камертон, и стал её обшаривать. - Что здесь? - Протез, - ответила принцесса, пытаясь выдержать проверку. - Проходи, - сказал он, пропуская её в электробус. Последний раз Юля глянула на Маршала уже на пороге буса. Тот даже не повернулся в её сторону. Закрылась дверь и электробус покатился к звездолёту. Принцессу усадили в кресло, но девушка хотела видеть всё и потому понялась и стала смотреть в стекло заднего вида. Юлия дрожала. Ей было тяжело дышать. А по щекам непроизвольно покатились слёзы. «Ты больше не вернёшься на Альсару», звучал в ушах её внутренний голос. И на этот раз она ему верила. Гвардейцы Кейхеля о чём-то щебетали, поглядывая то и дело в её сторону своими вороватыми глазами. А в новостях, на большом экране, крутили очередную новость. - Только что стало известно, - говорила миловидная ведущая с огромными перекаченными губами. - Юлия Астрайдер отправилась на Кейхель где предстанет перед межпланетным судом. Дориан Яков уже сделал обращение. - Можно выключить звук… - пролепетала Юля, не желающая слушать Дориана. Но она не успела и Якову хватило времени сказать пару резких слов. - Международная преступница, так называемая принцесса, садистка и убийца Юлия Астрайдер, наконец, покинула многострадальную Альсару. Все наши противоречия с Омикроном сняты. Дальше один из конвоиров выключил звук, и Юле не пришлось выслушивать сумасшедшего царя. Она вернулась кресло и смотрела вперёд, на медленно приближающийся силуэт звездолёта. «Осталось несколько шагов, - подумала принцесса. - Последняя в моей жизни шаги по родной планете. А дальше бесконечный космос». *** Одна из бесчисленных камер тюрьмы строгого режима. Облезлые стены, обветшавший потолок. В углу вздулся ламинат. Здесь койки не меняли уже лет 100. Благо хоть матрасы не совсем протрухли. В углу за занавеской была параша. А рядом кран из которого всё время капала вода. В другом углу сидела пара заключённых. Один из них во фраке другой в спортивном костюме. Они сидели с факелом в руках. С куском матраса с ватой свёрнутым в определённом стиле и подожжённым. Другой держал железную кружку с водой и кипятил её на ярком огоньке почти без дыма. - Эх, надо бы сало капнуть, - говорил один. - Ну что это за чифирь без сала. - А ты пробовал чифирь с солью? - По мне так лучше с барбитулей, - и он достал из кармана пару разноцветных леденцов. - Поделишься? - Бери брат, не жалко. Как раз закипела вода. Один из зеков быстро поставил её на пол, а другой достал раскупоренную пачку чая и всыпал в чашку полпачки. А после накрыл её сверху коробкой от колоды карт. - Пусть настоится, - сказал он. - Поднять бы, - проговорил товарищ, гася подошвой факел. - Не надо. К чему нам эти радости, - ответил первый и посмотрел на заключённого, лежащего на койке. - Зен, ты чифирить будешь? Шейден нехотя поднялся. Он был весь заросший и заплывший. В глазах видна была усталость от жизни. «Я не бухал 3 дня», подумал он и, глянув на чифирь, сказал. - Давай, - и улыбнулся на все оставшиеся зубы. Они втроём присели за столик. Один из зэков поделился барбитульками. А Шейден раскупорил пачку шоколада. - Берите хлопцы, - сказал он и сделал свой глоток чифиря. И полилось по венам наслаждения. Скрашивая безрадостное пребывание в тюрьме Бэйдонта. Чифирь уже остыл, когда они услышали как лязгает засов. На пороге появился молоденький лейтенант. Зен и сам ещё недавно был таким. Но не таким подтянутым. Таким он не был никогда. И взгляд его ни разу в жизни не был таким ненавистным. - Шейден, Кратиков, Даайэ, с вещами на выход. - Ну вот и всё, - сказал один из побратимов Зена, взял свою сумку и пошёл к двери. За ним поднялся Шейден. А третьего пришлось будить. Он ненадолго задремал на второй полке. Их конвоировало 10 человек с оружием и при погонах. А провожала вся тюрьма. Свои погоны Шейдену пришлось отдать. Когда он в пылу боя прибыл в Бэйдонт – его арестовали. Арестовали так же всех его людей. Всё произошло так быстро, никто и не успел опомниться. В тылу солдаты подняли мятеж, и весь состав правительства поехал за решётку. Нашались конечно те кто пробовал сопротивляться. Но их перестреляли как собак. Те же, кто не оставил попыток добиться справедливости, оказались на нарах рядом с Шейденом. Сейчас их вели вдоль тюремной кирпичной кладки на полигон. Зен Шейден знал отлично это место. - Вещи положить сюда! – Проорал лейтенантик. - Вот это вот нельзя переворачивать, разобьёте, - попытался возразить сокамерник Зена, за что и получил прикладом в живот. - Я сказал: сложили свои сумки! - И все послушно сбросили их на поддон. - К стене! - Продолжал командовать лейтенант. - Лицом к стене! - Орал он как бешеный, краснея и брызжа слюной, хватаясь то и дело за цевьё автомата. «Ну вот и всё», подумал Зен и посмотрел на побратимов. Те всё отлично понимали, один из них кивнул. - Пока, братья, - сказал зек и все они втроём повернулись к стенке. - Оружие на изготовку! – Орал лейтенант. – Стреляем по моей команде. Зен слышал щёлк затвора. Он закрыл глаза и вслушивался в тишину. «Что я успел в этой жизни? Дома нет, семьи нет, никто не вспомнит обо мне». «Огонь», ему казалось он это услышал. Но это было лишь в его воспалённым сознании. Внезапно тот же лейтенантик схватил его за локоть и прошипел. - Свали в сторонку, жирный, - он изо всех сил толкнул Зена и тот упал на посохшую траву. И в этот миг раздался выстрел. Зена Шейдена оглушило, а двое его друзей упали рядом с ним. Зен видел как у одного из у них по лицу стекает кровь. - Забрал свою сумку и за мной, быстро! – Орал лейтенантик. Пока остальные солдаты оттаскивали тела его друзей от расстрельной стены, они вдвоём едва не бегом спешили к автобусу. - Тут за тебя один человечек похлопотал… - ехидно улыбался лейтенантик. – Считай, что у тебя сегодня второй день рождения. Хотя, кто знает, ты может уже вечером сюда вернёшься. Хэ-хэ. Шейдена запихнули в автобус и тот двинулся от стен тюрьмы. Зен Шейден знал куда его везут, и потому вопросов глупых не задавал. Тем более он видел как здешние умельцы расправляются с любителями позадавать вопросы. Автобус мчал на всех парах и нарушал все правила. А помогала ему в том сирена, которую включал водила почти на каждом перекрёстке. Едва Зен немного успокоился, как тот уже остановился возле здания центрального штаба армии. Зен вышел из автобуса и огляделся. - Пошёл, чего стоишь, - лейтенантик толкал бывшего генерал-полковника, словно тот был никем. Зену очень хотелось ему ответить. Но здравый смысл говорил, немного придержать свой пыл. Они вошли в фойе где Зена встретил, судя по погонам, капитан. - Заключённый Шейден доставлен, - отдал ему часть лейтенант. - Вы ещё дольше там не могли? - Проворчал капитан, поглядывая на Зена. - Так пробки ж, - оправдывался лейтенант, передавая Зена капитану. От вида Шейдена тот весь скривился. - Вы там что в тюрьме, не моетесь? - И помахал ладошкой перед лицом. Шейден молчал, пока они поднимались в лифте на последний этаж. Здесь было тихо, играла космическая музыка. А в приёмной их встречала длинноногая секретарша. «Коленки как у Юли», вспомнил Шейден и улыбнулся. - Вас ожидают, - кивнула она Шейдену и проводила в кабинет. Зен давно так не волновался, представ перед лицом правителя. Конечно он узнал Фазгена, они ж были знакомы. Тот стоял к нему спиной и смотрел в окно. - Генерал-протектор, заключённый Шейден по вашему приказу доставлен, - почтительно проговорила секретарша. Фазген обернулся и вскинул брови, глядя на Зена. - Ну здравствуй, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, - шипел Фазген, уверенной походкой, широко шагая он направился к Шейдену. Цатус протянул ладонь и его стальная кисть пожала Зену руку. Другая хлопала его по плечу, выбивая из старой телогрейки пыль. - Присаживайся брат, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, не знаю как так вышло, что тебя по ошибке загребли вместе со всеми. Х-х-х-х-х-х-х-х. Ты вроде друг мятежной принцессы, - Фазген нахмурился. - Никак нет, какие мы с ней друзья, она заставляла меня работать на себя… шантажировала, угрожала, - Зен Шейден не смог придумать ничего лучше. Он видел как безжалостны сейчас с любыми сторонниками экс-принцессы. - Да не парься ты так, я всё знаю, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, - звучало как угроза. Из уст Фазгена всё звучало как угроза из респиратора. - Я же сам тебя назначил за ней приглядывать. - Да, да я выполнял приказ. - И выполнил его отлично, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. Могу ли я просить тебя о крошечной услуге? - Конечно можете, - напрягся Зен. - Сам знаешь ситуацию, в Империи куча роялистов, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, они хотят вернуть принцессу Юлю. - Не знаю о таких, какие-то предатели, наверное. - Ну полно тебе, полно, я знаю что вы с ней друзья, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. - Я ж говорю, я ждал, чтобы её скорее свергли… - оправдывался Зен как мог. - Я готов был присоединиться к любому, кто выступил бы против тирании Юлии Астрайдер. - Какой там тирании, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, - под маской улыбнулся Цатус. - Хотел просить тебя вот о таком. Принцессу перевозят на Кейхель. Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. Она там будет в ссылке. - Разумное решение. - Я не закончил, - стал угрожающим Фазген. - Нам нужно от неё добиться отречения. Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. Я знаю, что ты её друг и она тебе доверяет. Ты отправишься на Кейхель и уговоришь её написать отречение в пользу народа Альсары, пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. А за это тебе вернут все звания и должность. Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. Ты конечно можешь отказаться. - Я согласен. - Вот и отлично, друг. Ну, а сейчас приставлю к тебе адвоката, ты будешь выступать на межпланетном суде, как обвинитель от Империи. Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. - Выступать на суде? - Переспросил Зен Шейден. - Конечно, иначе зачем ещё ты туда летишь? Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. А между делом с ней поговори. Предлагай ей деньги, свою дружбу, что угодно. Х-х-х-х-х-х-х-х-х. Нам нужно это отречение, слышишь!? Нам нужен мир с принцессой, чтобы роялисты не бастовали больше против нас. Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. Ты убедишь её написать отречение, а я предложу главам роялистов места в новом правительстве. Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш. Ещё одной революции Империи не пережить.