Forever

Лена задумчиво смотрела в ночное небо через панорамное окно своего офиса в L-Corp, методично пополняя стакан с виски. Настольная лампа, будучи единственным источником света в помещении, создавала блики на лице девушки, пережде чем она снова отворачивалась в тень. Да, её предали. Снова. Какая неожиданность. Или лучше сказать: какая самонадеянность с её стороны. Доверять людям. Хах, общение с Карой дало свои плоды. Кара… Лютор бросила взгляд на треснувшее стекло фоторамки. Почему-то возникло ощущение, словно эти осколки в точности расползлись по её сердцу. Внезапный порыв ветра с балкона заставил Лену оторваться от разглядывания фото за россыпью стекла. Зато тот самый луч от настольной лампы обратил на сей объект внимание Супергёрл, только переступившей порог кабинета брюнетки с не совсем обычного входа. —Лена…—Кара захлопала глазами, не в силах вынести полный боли взгляд подруги, — ты знаешь… —Да… Прощальный подарок от брата, в стиле Люторов, знаешь ли, —она горько усмехнулась и залпом осушила стакан. —Лена, послушай, я… Я собиралась тебе сказать… —Когда? — она оборвала собеседницу— неужели прямо сейчас? О, Кара, у тебя было столько возможностей сделать это и ты все их упустила. —Лена, прошу, выслушай меня, а потом можешь ненавидеть и гнать на все четыре стороны, — Дэнверс- младшая с мольбой посмотрела в криптонитовые глаза напротив. Этот криптонит убивал её сильнее всех запасов Лекса вместе взятых. Осколки веры и надежды, плещущиеся в них, резали по живому, не давая сделать последний вздох. —У тебя пять минут, —Лютор откинулась на спинку кресла и с вопросом уставилась на блондинку. По щекам Кары текли слёзы. Она столько раз представляла, как сделает это, что когда момент настал, готова была провалиться сквозь землю, совсем как Брейни вычислив свои примерные шансы на успех этой сомнительной затеи. —Знаю, моему поступку нет никакого оправдания. Глупо прикрываться благими намерениями. Да, я действительно считала, что так будет лучше для тебя, что так ты будешь в безопасности. Но не учла одного: ты способна защитить себя сама. И что самое ироничное, защищать надо было от меня, ведь именно я причинила тебе столько боли. Тебя предали сразу и Супергёрл, и Кара Дэнверс. Но, Лена, прошу знай лишь только, что меньше всего я желала тебе зла. Я прошу прощения, хоть и знаю, что его не будет. И ты окажешься права, такое сложно простить. Но я хочу верить, что когда-нибудь между нами всё снова сможет быть хотя бы на половину как раньше, — Кара утёрла нос рукавом, смахнула слёзы, от которых глаза были красные как Ленина блузка, и направилась к балкону. —Кара, — надломленный голос Лютор как выстрел в спину даже для той, от кого отскакивают пули пригвоздил на месте. Девушка смогла лишь развернуться обратно лицом к белоснежному столу. —Знаешь, я ведь должна тебя ненавидеть, желать превратить твою жизнь в ад, мучить тебя так, чтобы ты поняла, какую боль я испытала. Но я… — горло начало саднить с какой-то невероятной силой. Стало так больно, будто сердце разорвалось на части и прямо сейчас от Лены отрывают жизненно важный орган, а сама она будет долго и мучительно умирать. Всхлип застрял где-то внутри. Захотелось снова вернуться в детство, к маме, настоящей маме, чтобы она посадила малышку-Лену к себе на коленки, поцеловала в макушку и прошептала:"Всё будет хорошо, милая». С тех самых пор, как она попала в дом Люторов она могла положиться только на саму себя, потому как ближайшие родственники одаривали её только разочарованными взглядами и колкими словами, разъедающими душу. Но с появлением в её жизни Кары она будто снова обрела в другом человеке незримую опору, что даже в самый сильный шторм удержит тебя от неминуемого падения. И вот уже солнце в виде человека одаривает её своим бесконечным светом и теплом. Господи, да ведь Кара, её милая и добрая Кара всегда была для неё громоотводом, светом луны и солнца и просто смыслом. В облике Супергёрл или нет. Это была просто её Кара, самый дорогой человек во вселенной. Наконец-то, очевидно достигнув точки невозврата, её психика больше не выдерживала и натянутая струна лопнула. Слёзы потоком хлынули по прекрасному лицу, а сама девушка упала на пол, заплакав навзрыд так, как не плакала, кажется, даже в самые юные годы. —Господи, Лена, —с более чем суперскоростью Дэнверс оказалась возле Лютор и крепко прижала брюнетку к себе. Её объятия были похожи на плюшевый плед, а сама Кара так по-родному пахла зефирками и кармелью, и сейчас, находясь в апогеи нервного срыва и отчаянно цепляясь руками за чужое тело, Лена вдруг поняла, как же она скучала. Скучала по отсутствию недомолвок, обид и ссор и тосковала по ним прежним, таким простым и обычным девушкам, готовым отдать всё ради друг друга. Нет, супергероиня оказалась неправа. Впрочем, планы самой Лены тоже полетели в тартарары. Не простить Кару Дэнверс невозможно, потому что если она проникла в ваше сердце, то совершенно точно останется там навсегда.