порождение.

боль. тоска. ненависть. негативность чувств искручивает сознание, носоглоть и желудок, взятые вместе в корне отвратительной мерзостью. его чувства мерзкие. он мерзкий. юэ-лун не умеет жить. научен он лишь выживать. единственный дополнительный, вспомогательный ему в том навык – ненависть. его противная спутница, верная подруга детства. он мерзок окружающим и абсолютно невыносим себе самому. первым познанием детства была ему однозначная самоненависть. мама бы расстроилась. но мамы рядом нет. никого нет. одиночество изламывает-измельчает кости в сахарный песок – кислый, ведь принадлежит испорченному, такому избалованному и мстительному хитрому лису. юэ-лун от собственной жалкой жалостливости хочет разойтись по швам. он считает, что сильные гневочувства делают человека сильным. самообманом он лишь добивается очередных угроз и закатов чужих пар глаз. ли грезит, плавно оглаживаясь кожей мягкими шелками – какова на вкус чистоневинная искренность? когда любят не за феминную красоту, выстроенную на идеальности наигранного образа, но за душу, мысли и перепады настроения. юэ-лун ведь при упоминании чужого счастья готов кожу содрать наживую – им и себе вслед. потому что так не бывает. у кого бывает – те придуриваются. отчаянно врут, расходятся обманом бесчисленное количество раз. но юэ-лун, отчего-то, все равно им верит. им всем. зависть прожигает глазницы. стремится пронзить жалких лжецов, устроить величайшую казнь сродни иисусьего распятия. ему всегда чувствуется, как червеопарыши, противно кишась собою, проедают черепную коробку. как по ней бегают-проползают тараканы, разносят мысли по разумосознанию и заставляют думать. брови охмуриваются, переносица морщится и глаза начинают отражать саму суть его болезненного существования и ломкости феминного тельца – он родился с чем-то гнилым внутри. чем-то, что хорошо можно учуять. что-то, что сразу выдает его исполненное чистейшей, невыдуманной, на шрамах столетних исписанной ненавистью. подойди ближе – увидишь, каков ли изнутри: как в нем зарождается омерзительная жизнь, иссасывает остатки его сил, плодится и так же отвратно погибает, оставаясь разложением слоииться друг на друге. красивое тело, тонны косметики и длина волос не маскируют его настоящего. он подставляется лицом под роскошные и всегда приветливые ему лучи ледяной луны, позволяя их светы испитать несколько слоев его изгнившей плоти. тогда он думает: каково быть эшем? каково быть тем, кого любят? любят тем, каким он является, без гиперболизаций и романтизаций. без злости, без скандальных истерик и выстрелов среди ночи. у него плоть наверняка чище – не прожжена паразитарной растительностью внутри, не скреплена криво нитью обманчивой надежды, в которую не верится даже себе самому. эш ведь такой идеальный – его любят и волнуются. в его присутствии все спокойны и сосредоточены, не чувствуется напряжения и не скользят нотконити кристалльно чистой истерии. все так, как должно быть. юэ-лун просто отрицательный герой – жалкая посредственность перед несокрушимым главным героем, привыкшим идти вперед. ему мечтается вырваться из оковавших шею цепей «обязательной необходимости». но быть таким – сломанным, разбитым злодеем без действительного, действующего смысла ему кажется не таким и плохим решением.