Дочь порядка и сын хаоса

Незнакомка осторожно выпрямилась и в упор взглянула на встреченную группу. Карие глаза напоминали идеально гладкие полудрагоценные камни, но их взгляд будто прожигал. Кожаный доспех подчеркивал грудь и обтягивал довольно крепкую для эльфийки фигуру. Из-за спины торчали два меча. Олинн напряглась. Неужели очередная подосланная Логейном убийца? Ей хотелось оглянуться и увидеть глаза Зеврана, понять, знаком ли он с ней. Но она предпочла стоять с идеально прямой спиной, в упор глядя на нее. - Я Тилла, - представилась она. - Мы можем поговорить? И кивнула на тот самый дом. Сердце Олинн бешено заколотилось, пальцы дрогнули, будто собираясь в кулачки. Там, за едва держащейся на петлях дверью, скрывалось ее прошлое, о котором она уже забыла. Стыдилась ли она этого? Наверное, нет. Будет символично умереть в доме, который принадлежал ей. Сурана мысленно усмехнулась: знаменитый тейрн в каком-то смысле признал ее достойной противницей. Сколько убийц за ней послал, о Создатель, лучше бы пришел за ней сам! Воображение нарисовало картину: мужчина, бесшумно выходящий из-за занавесок, притом даже его доспехи не издавали ни звука. Лунный свет подчеркивал его скулы, глаза.. Казалось, на нее смотрит волк - не оборотень из Бресилиана, а настоящий. Что, если это и есть тот самый дух Ферелдена? А что, если она такая же? Еще учась в Круге, девушка думала: что, если маги по сути обретшие плоть духи? Олинн не знала, каким духом или демоном была бы. А вот Логейн казался воплощением Гнева или Мести. И ей снилось, как он пронзает ее, а она, умирая, чувствует пробуждение магии крови. И,повинуясь ей, Логейн тянется к ее губам. На этом Олинн просыпалась в слезах. К этому прибавлялись и другие кошмары. Олинн уже и сама не знала, это Архидемон ей шлет кошмары или демоны чуют ее уязвимость. Возможно, ее удерживали собственные самоуважение и хладнокровие. Подумав об этом, юная Сурана начала успокаиваться. Похоже на то, что ее больше пугает встреча с прошлым. Девушка толкнула дверь. В лицо дохнуло холодным несвежим воздухом. И она смело шагнула в темноту. Неразборчивого цвета тряпка заменяла занавеску. Быстрым шагом Тилла направилась к окну и сорвала ее. И тут же зашлас в кашле, скрывшись в облаке пыли. Тем не менее в комнате стало светлее. Прямо посередине стоял большой стол с воткнутым в него ножом. У стены стояли двухярусная кровать и колыбелька. Рядом располагалась еще одна дверь, наверняка в спальню. Олинн скользнула взглядом по обстановке. Воспоминание начало пробуждаться, но нехотя, будто выныривая из сна. Когда-то этот стол был большим. Носа будто коснулся запах капусты, которую собираются варить. А еще в памяти воскрес образ эльфийки. Грязно-серые волосы постоянно собраны в неряшливый пучок, из которого ниспадали тонкие пряди. В мутной зелени ее глаз примешивалась полоса насыщенного шоколадного цвета. Внезапная догадка вспыхнула в ее душе. Вспомнила! Она жила тут с бабушкой и дядей. О том, что стало с ее родителями, Олинн не знала. Кажется, бабушка постоянно ругалась и била их, кричала, что дядя не хочет браться за ум и постоянно ввязывается в мутные делишки. Во время очередного избиения у Олинн и вспыхнули руки. После этого все смешалось: попытка убежать по переулкам, обливание разогретой на солнце, но мутной от песка водой, побои... Забившись в тупике, девочка со спутанными волосами в мокром грязном плате рыдала, не пытаясь сопротивляться и не понимая, за что с ней так. А потом пришел храмовник и с его появлением все стало на свои места: погладив ее по голове, он вручил ей яблоко и на плечах понес в новую жизнь. Но сейчас это не имело значения - ей предстояло прикасаться к чужому прошлому, а не теребить свое. Тилла отвернулась. Во рту появился солоноватый привкус крови. В глазах защипало, будто в противовес этим чувствам в душе поднялся гнев. На саму себя. Трусиха бесхребетная! Не для того она привела их, чтобы теперь молчать? Пытаясь собраться с мыслями, эльфийка начала выламывать собственные пальцы. Наконец заговорила пугающе безжизненным голосом: - Это произошло год назад. Мой отец решил выдать меня замуж, но все пошло не так. Сын местного эрла решил развлечься. Меня и еще нескольких девушек насильно увезли. - Было много крови? Тилла медленно оглянулась через плечо. Блеск ее глаз поднявшиеся уголки губ дали знать, что такая попытка отвлечь внимание заметно подняла настроение. А заодно и напомнила, что она не жертва. Олинн нахмурилась и бросила укоризненный взгляд на Зеврана, но он словно этого не заметил. Морриган покачала головой. - Да..Очень много. Мне удалось украсть нож. И я... Память вновь пробудила воспоминания, которые она отчаянно хотела забыть и которые сейчас казались сном. Ярость и ужас от бессилия, когда ее руки растянули в разные стороны, лишив возможности сопротивляться. Треск свадебного платья с нелепыми цветочками, которые вышила Шианни..А самое ужасное - боль внизу живота. Притворившись сдавшейся, эльфийка усыпила их бдительность и, вырвав правую руку, извлекла из ножен одного воина кинжал, пронзила шею Вогана. А потом.. недолгая потасовка - и остальные девушки сбежали. Выдохнув, Тилла продолжила: - Моя семья считает меня мертвой. Я вернулась, чтобы остановить все это. - Что ты знаешь о том, что тут происходит? - Когда весть о гибели наследника Кенделлов разошлась - Рендон Хоу решил подавить бунт и прислал стражу. Сердце Олинн бешено заколотилось, она уже знала, что услышит дальше. - Да.. - подтвердила Тилла. - Пока я скрывалась, за меня расплачивались те, кого я знала всю жизнь.. Олинн ощутила сжимающуюся внутри силу. Злую решительность защищаться. Вздохнув, юная магесса собрала руки в замок: - Когда в Круге начинается бунт, храмовники вырезают всех. Понимаешь, к чему я веду? - Это все равно не.. Девушка подняла руку, прерывая речь. Она знала: то, что она сейчас скажет, в первую очередь скажет себе. - Такова жизнь - надо защищаться. Лучше жить с болью и угрызениями совести, чем не жить вообще. Воцарилась неловкая тишина. Тилла опустила глаза и пригладила кожаный доспех. И тут раздался спокойный, полный яда голос: - Следила ль ты за нами? Табрис перевела взгляд на ведьму, будто только сейчас заметила ее. Новая знакомая выглядела чужой и.. опасной. От нее даже на расстоянии веяло остатками тепла уходящей осени, когда стоишь над затхлой водой, вглядываясь в мутное отражение и слышишь над собой жужжание насекомых. А еще чувствуешь острый запах трав. - Да, следила, - призналась Табрис. - Точнее, пыталась отыскать. Надо признать, вы отлично прячетесь. - Еще бы! - успехнулся Зевран. - Как-никак мы долгое время успешно скрывались даже от тейрна Логейна! Немного раздраженная тем, что ее прервали, Тилла бросила на него недовольный взгляд. Он хоть и эльф, но видно, что не из этих мест. А еще - что он любит смеяться над всем подряд. Ей смеяться уж точно не хотелось. Тилла знала, как усмирять таких шутников: если настроение хорошее, ответить шуткой или язвительностью. Если плохое - достать оружие. Но язвить и шутить не хотелось, а драться с потенциальным союзником глупо. Но, как ни странно, на помощь пришла Олинн. Сурана метнула гневный взгляд на своих спутников. Ее голос прозвучал угрожающе холодно: - Не мешайте. В ответ Зевран криво ухмыльнулся, Морриган же в упор уставилась на Тиллу, будто ожидая от нее вызова. - Я много где побывала. Единственное, чего я не делала - это не покидала Ферелден. Олинн уже знала, что Тилла скажет,но не посмела перебивать. - У меня осталась семья. Я не могла...уйти далеко, потому что ни за что бы себе не простила, если б с ними что-то случилось. Но я не могу вернуться домой, пока Логейн и Рендон у власти. - Думаешь, у них нет других дел, кроме как преследовать тебя? Брови Тиллы медленно поползли вверх, веки приподнялись, обнажая янтарный отблеск в окружении радужек оттенка молочного шоколада. Уголки губ приподнялись, растягиваясь в печальной улыбке. Эльфийка оперлась руками о подоконник, таз сместился, свет и тени подчеркнули ее мощные бедра и немалую грудь. Не удержавшись, Зевран шумно вздохнул. Когда они бывали в Денериме - Олинн изредка отпускала их развеяться: подработать, подслушать, купить, сходить в бордель.. И все же времяпровождение с проститутками не могло погасить его влечение к Олинн, Морриган и Лелиане. Они, несомненно, обладали привлекательной внешностью и, конечно, он успел с ними хорошо сблизиться. Но дело было не в физическом влечении. Не то чтобы он был недоволен таким положением вещей, ведь он свободен от Воронов. Но все же... Холодная и правильная настолько, что хочется эту правильность нарушить. Раскрыть в ней ту женщину, которую она скрывает от себя. Найти неопытную любовницу и воспитать под себя было бы интересно. Не то чтобы Зеврану хотелось серьезных отношений - но заполучить эту неприступную красотку дорогого стоит. Он порой представлял себе ее обнаженное тело, она стоит на четвереньках и вскрикивает, пока Зевран, стоят на коленях и намотав длинные волосы на руку, толчками врывается в ее тело. Он понимал, что с такой хрупкой эльфийкой нужна нежность, но ему хотелось иного. Морриган. Дочь легендарной ведьмы, девушка-паучиха. Не знающая городской жизни, зато слушающая природу не хуже долийцев. Но даже это не делает ее наивной. Скорее опасной, ведь она умеет смотреть в самую суть общества, без прикрас цивилизации. В его воображении она лежала, положив руки на его грудь и с благодарной улыбкой ждала, когда он войдет в нее. А вот Лелиана.. она хоть и не имеет магии, но не менее таинственна. В отличие от остальных двух, она вела себя с ним любезно, но не подпускала к себе. Но Зевран хотел бы путешествовать с ней. Возможно, и с Тиллой тоже. - Подумайте сами - если они не щадят дворян, то что они сделают с эльфийкой, посмевшей убить одного из них? Да, сейчас им не до меня, но.. многие мои соседи винят меня в случившемся. - Такова природа слабых и глупых, - прошелестел спокойно, даже ехидно, голос за спиной. Вопреки ожиданиях, никто из присутствующих не стал одергивать Морриган. Тилла поджала пухлые, похожие на бутон розы, губы. - Верно. Я этом убедилась, когда спасать меня пришли только мой покойный жених и кузен Сорис. - Как ты сказала?! Сорис? От спокойствия Олинн не осталось и следа, глаза стали светлее от появления лихорадочного блеска. Безупречно сложенные волосы растрепались. Не сдержавшись, девушка вскочила: - Я.. я спасла Сориса. Из тюрьмы. Тилле показалось, что ее сердце ухнуло куда-то вниз. В груди будто образовалась дыра, по краям которой пощипывала боль, в то время как в центре зияла бесчувственная дыра. Она будто вновь склонилась над телом Нелароса, захлебываясь горячими слезами, поглаживала слипшиеся от крови волосы, просила у него прощения за то, что он погиб из-за нее и ее девственность досталась не ему. Табрис взяла Олинн за руку: - Мне нужно увидеть его. Сейчас! Ее рука обжигала пальцы Сураны. Еще в Кинлохе юная магесса поняла, что больше всего любит лед. Есть что-то завораживающее в его хрупкости, когда его мало и твердости, когда много. А еще.. он как будто останавливает время. Впрочем, совсем уж бесчувственной Олинн не являлась, просто.. ей порой казалось, что эта любовь ко льду отражается и на ее теле. Оно такое же хрупкое, бледное и холодное. С надеждой отыскать своих родственников в ближайшее время Олинн решила попрощаться. Тут уместной будет фраза Ланайи: " Вряд ли я найду на той дороге что-то, кроме боли." А вот Тилле можно помочь прямо сейчас. И они вновь двинулись в лабиринт переулков. Пока наконец не толкнули дверь. Окно заколотили, но не полностью - треугольник света падал на пол прямо у входа. За столом, расположенном в закутке, сидел юноша. Сразу бросилось в глаза, что у него волосы того же цвета, что у Тиллы. Услышав стук двери, он встал и повернулся. И застыл, упершись взглядом в нее. Его глаза расширились, в них смешались страх и недоверие. Ей показалось, что внутри застыли невыплаканные слезы. - Ты... Она шагнула к нему. Переменившись в лице, Сорис отпрянул. - Ты?! Как посмела прийти сюда?! - С-с-сорис, прости меня, я... - Простить?! Меня чуть не убили! Ты единственная знала, где я был! Меня казнили бы, если б Вогана не бросили в тюрьму! - Сорис.. Олинн вышла вперед, загораживая собой Тиллу. И в ее взгляде было что-то такое, отчего его гнев угас. - Я.. - Твоя кузина не могла вернуться за тобой или отправитьс в эльфинаж за помощью. Иначе оказалась бы рядом с тобой. - Спасибо за помощь, - вмешалась Тилла, - но мы и сами можем.. - Нет. Не можете. Прошло много времени, обиды и гнев лишь накопились. Я могу помочь вам обоим. Вы мне нужны. - Но.. зачем вам я? - удивился Сорис. - Давайте присядем, - хитро улыбнулась Сурана. - И я все расскажу..