Глава 4. Одиночество
28 сентября 2025 г., 16:16
Ты не изменился. И не изменишься.
Пора мне понять это
И прекратить в тебе разочаровываться.
Томми Мерлин
В Пещере царил привычный полумрак. Тускло горели экраны мониторов, тихонько гудели системные блоки компьютеров. Все было точно таким же, что и раньше, но атмосфера все же изменилась. Пещера снова стала пустой. За рабочим столом перед включенной настольной лампой сидел лишь один человек. Помощники, ставшие уже привычными в помещении, покинули его. Оливер вздохнул и, взяв клеевой пистолет, стал выдавливать горячий клей в древко будущей стрелы. Когда клея набралось достаточно, мужчина взял деревянный пин и воткнул его внутрь. Подождав с минуту, наблюдая, как ползает по столу муха, взял специальную точилку и несколькими вращательными движениями придал пину нужную форму, после чего нанес другой клей и надел на получившийся деревянный конус хвостовик, вспомнил последние слова Джона Диггла: «Проклятье, Оливер, что ты там устроил?» — негодовал он. «Я расправился с продавцами «Вертиго», — невозмутимо отвечал Оливер. «Ты же дал слово!» «И я его сдержал, — Куин пожал плечами. — Я никого не убил». «Несколько человек стали инвалидами!» — Диггл уже почти кричал. «Зато теперь они точно толкать дурь не будут. Да и у Графа продажи снизятся». Диг лишь сжал зубы и покачал головой, с укоризной уставившись на Оливера. «Что? — спросил тогда последний. — Говори уже, хватит меня взглядом прожигать». «Ты изменился, Оливер, — Джон покачал головой. — Ты даже сам не понимаешь, насколько. Тебя развратили твои сила и неуловимость. Ты избил этих людей, потому что тебе это нравится. С таким тобой я работать не буду». «Уходишь?» «Да, — выпалил Диг. — Ты теперь не только убийца, но и псих!» С этими словами Диггл развернулся и ушел. Сейчас Оливер думал, что, возможно, стоило его остановить, попытаться объяснить свои действия, однако тогда он предпочел все оставить так, как есть. К тому же Куина начала донимать вечная полемика Диггла. Если бы решал он, Стрела бы связывал уличных хулиганов и оставлял на пороге полицейского управления, выступал бы в суде и все в таком духе. Когда клей затвердел, Оливер осмотрел результат своей работы. Убедившись, что хвостовик сел ровно, мужчина вставил заготовку стрелы в станок для наклейки оперения, вставил одно из перьев в держатель, смазал клеем и прижал к древку. Пока клей сох, Куин снова вспомнил момент раскола. Фелисити тоже была не в восторге от жестокого обращения с торговцами «Вертиго». Девушка задержалась в Пещере ненамного дольше, чем Диггл. «Перебить их было бы куда гуманнее», — это было единственное, что Смоук сказала, перед тем, как взять свою сумочку и покинуть Пещеру. Вокруг снова стало темно и тихо — прямо как в самом начале. Оливер снял держатель с уже закрепленного пера, прокрутил катушку, разворачивая древко вокруг своей оси, и приклеил второе перо. Затем по тому же принципу приклеил и третье. Остался лишь наконечник. Оливер поднялся и, не снимая стрелу со станка, сначала вклеил в древко втулку, а после вкрутил внутрь сам наконечник. Стрела была собрана. Куин снял ее со станка и покрутил в руках, оценивая качество сборки. Чтобы сохранить конспирацию, Оливер не заказывал уже готовые стрелы, а покупал элементы у разных компаний через оффшорную фирму, а после собирал сам. Точно также происходило со многими элементами снаряжения линчевателя, включая новый лук. Оливеру пришлось попотеть, чтобы собрать лук таким же, какой у него был до Предприятия. Зато ни одно расследование не сможет так или иначе вывести след на него, как получилось со стрелой Мерлина. Положив новый боеприпас к остальным собранным сегодня, Куин посмотрел на часы. Чтобы разобраться с Графом, ему требовалась помощь. Он взял со стола телефон и набрал номер. — Что расскажешь? — голос Лэнса не предвещал ничего хорошего. — Детектив, мне нужна помощь в поисках Графа. — Ох, как мы теперь заговорили, — Квентин усмехнулся. — Твои «допросы» не привели к результатам? — Детектив, мне нужно было, чтобы Граф… — Оливер попытался объясниться, но Лэнс его прервал: — А ты знаешь, что двоим из тех, кого ты в реанимацию отправил, по семнадцать лет? Куин сжал зубы: такого поворота он предвидеть не мог. — Нет. — Вот теперь знай. А еще знай, что у всех копов города полный кард-бланш на твою поимку. Доигрался, «герой». — Они торговали «Вертиго». — Это не дает тебе права обращаться с ними, как с мясом! — отрезал Квентин. — Держись от меня подальше. Увижу еще раз — пристрелю! Лэнс бросил трубку, а Оливер так и остался сидеть в полумраке.***
Несмотря на то, что облик Старлинг-Сити резко изменился после землетрясения, район Глэйдс всегда был самой невзрачной частью города. Грязные неухоженные улицы, мусорные пакеты, валяющиеся то тут, то здесь, толпы бомжей и наркоманов в подворотнях — все вместе это придавало Глэйдс вид постапокалиптических трущоб, рядом с которыми резко контрастировал красивый и богатый Деловой Район. Несмотря на то, что многие чиновники и общественные деятели открыто заявляли о необходимости благоустройства бедного района, большая часть этих разговоров были лишь пиаром или предвыборной агитацией: в реальности всем было плевать. Жители Глэйдс уже давно укрепились в мысли, что обеспеченные люди были бы рады исчезновению подобного «аномального явления», а Предприятие, организованное Малкольмом Мерлином, только укрепило их в этой идее. Определенную разрядку принес Рэй Палмер, взявшись за устранение последствий землетрясения. Мало кто знал, что Палмер вряд ли взялся бы за такое, если бы не деловое предложение от Оливера Куина, так что для одних жителей Глэйдс Рэй стал Белым Рыцарем Старлинг-Сити, для других очередным богатеем, который решил нажиться на инвестициях. Абсолютно никто не верил, что жизнь после разбора завалов станет хоть сколько-то лучше: целые массивы заброшенных зданий всех мастей служили безмолвным напоминанием о том, что в этой жизни бедные жители города сами по себе. В одном из таких заброшенных зданий, бывшем когда-то штаб-квартирой компании «FedEX», кипела напряженная работа. В самом сердце строения было установлено сложное перегонное оборудование, в воздухе стоял терпкий химический запах. Несколько человек в респираторах напряженно трудились над синтезом соединения веществ, которое никогда не пришло бы в голову даже самому Дьяволу. Соединения, цель которого одна — губить жизни. На выходе из перегонных аппаратов получали крупные кристаллы цвета мокрого сахара. Готовое вещество переносили в соседнюю комнату, в которой его дробили на более мелкие фракции и расфасовывали в сине-зеленые капсулы. После всех манипуляций капсулы переносили на большой склад, где хранили готовую продукцию. Весь цикл производства «Вертиго», равно как и компоненты для этого производства, были известны лишь одному человеку. В самые зажиточные времена число химиков не превышало дюжину, и каждый из них знал детали только своей операции. Место базирования лаборатории часто менялось, готовая продукция сразу вывозилась в другое место, о котором знали всего два-три человека. Наркобарон Граф был буквально помешан на секретности. Тщательная слежка за тем, чтобы никто из работников ничего не смог сказать, по его мнению, гарантировала отсутствие конкуренции на рынке, ведь никто не знал, из чего состоит «Вертиго». Это же гарантировал уникальный, ни с чем не сравнимый эффект, который, ко всему прочему, убеждал людей снова возвращаться за добавкой: нескольких доз хватало, чтобы «Вертиго» необратимо искалечил мозги человека, который больше не мог думать ни о чем другом — его мир ограничивался той самой сине-зеленой капсулой. Двое вооруженных охранников внимательно следили за тем, чтобы никто из химиков не нарушал правила: никто не разговаривал, пауз тоже не было. После окончания вверенной человеку операции тому завязывали глаза и вывозили прочь, напоследок отдав пару десятков заработанные баксов и пообещав истребить всю семью за одно лишнее слово. Именно к этим охранникам подошёл вошедший в здание бледный человек в длинном пальто. — Ну, как дела? — спросил он. — Все хорошо, босс, — отозвался один из стражей. — Производство идёт по плану. — А как с продажами? — хищно улыбнулся Граф. — Ты заявлял, Клод, что наготовил товара на полторы сотни тысяч долларов, прибыли не пришло даже десяти тысяч! Второй охранник с интересом слушал этот разговор, забыв о своей основной задаче. Наркобарон посмотрел на него своим обычным хитрым взглядом, который никому не предвещало ничего хорошего, несмотря на кажущуюся несерьезность, и сказал: — Пойди посмотри, как там дела. Охраннику не нужно было повторять дважды: он кивнул и быстро ретировался. Промедление в выполнении приказов было чревато последствиями. Когда охранник отошел на безопасное расстояние, Граф продолжил: — Ты свою работу должен выполнять. Я тебе плачу больше, чем остальным. — Прошу прощения, босс, — виновато отозвался Клод. — Но мы потеряли кучу распространителей на фестивале. Граф называл посещение распространителями мест скопления бездомных и наркоманов «фестивалями», а свои команды «бродячими торговцами». Все это, в совокупности с поведением наркобарона, заставляло Клода полагать, что у Графа у самого не все дома, но сказать подобное в лицо он никогда не решился бы. — И? — протянул босс, растянул широкую издевательскую улыбочку. — Мы потеряли почти всю команду. У нас осталось трое распространителей. Один из них теперь решил, что имеет право диктовать условия. — Ты о нем уже говорил, — Граф пожал плечами. — Я уже разобрался с ним. — Так вот, босс, — продолжал Клод. — Два оставшихся работают на износ. Но эта выручка — все, что они могут. — А нанять новых ты не пробовал? — наркобарон явно начал терять терпение. — Никто не хочет. Все боятся. — Чего? — Не «чего», — Клод сделал паузу. — «Кого». Линчевателя. Он отправил два десятка человек в больницу. — Ах да, — закивал улыбающийся Граф. — Мой старый знакомый. Разве он никогда не брал наших распространителей? Что изменилось? — Методы. Никто не боялся получить стрелу в глаз. Для них либо это, либо смерть от голода. А Капюшон отправил всех в больницу с такими травмами, что не факт, что они на ноги встанут. А даже если и так, полиция взяла их на месте продажи. Они больше не выйдут. Такой расклад напугал людей. — Больше, чем пугаю я? — Граф вперился в Клода своим безумным взглядом. Охранник помедлил: сейчас требовалось крайне тщательно выбирать слова. Страх для Графа был основным рычагом воздействия на людей. Мысль о том, что кто-то может пугать людей больше, чем он сам, всегда раздражал босса. — Кажется, да. Повисла пауза. Несколько минут Граф молча смотрел по сторонам, обдумывая услышанное. Клод тоже молчал, ожидая реакции босса, а ожидать можно было чего угодно. Если бы наркобарон достал пистолет и застрелил бы Клода, никто бы не удивился, даже он сам. Однако Граф просто переварил услышанное и задумчиво произнес: — Интересненько.***
Вот уже вторую ночь подряд Стрела усиленно патрулировал улицы Глэйдс в поисках торговцев «Вертиго». Не то, чтобы он приставал ко всем бродягам, которые тусовались то тут, то там, но всё-таки линчеватель старался найти хоть какую-то зацепку. Лучник не знал, как именно Граф отреагирует на угрозу своему бизнесу, однако ждал от преступника хоть каких-то ходов. А здесь царила лишь тишина. За две ночи, проведённые в трущобах, Стрела не увидел никого, кто бы торговал «Вертиго». Линчеватель даже носил с собой маленький бинокль, чтобы с безопасного расстояния разглядывать товар, которые торговца передавали своим клиентам. Это была травка, различные белые порошки, гашиш — что угодно, но не заветные сине-зеленые капсулы. Конечно, можно было поприставать к торгашам, однако Стрела решил сосредоточиться на текущей задаче, пообещав разобраться с «обычными» веществами позже. Из всего исходило, что Граф решил затаиться на время, пока лучник не потеряет интерес к делу. Решение было не мудреным, но необычным — наркобарон отличался своеобразный темпераментом, выжидать было вовсе не в его стиле. Линчеватель изначально до конца не понимал, как именно Граф должен его искать, но полагал, что это будет заметно. Как бы странно это ни выглядело, но никаких движений он не заметил. Стоя на крыше двухэтажного здания, Стрела ещё раз огляделся и вздохнул: охота обещала быть долгой. Уже настроившись снова бродить по крышам всю ночь, он вдруг увидел одинокого человека, который вышел из-за угла по тротуару. Человек остановился и поднял что-то в руке, поставив на свет. Лучник тут же выхватил бинокль и навел его на цель. Ночной бродяга однозначно рассматривал на свету маленький пакетик, содержимое которого оставалось загадкой. Внешнее освещение Глэйдс, изобилующее желтым светом, искажало цвета, однако Стрела смог разглядеть в пакетике две двухцветные капсулы. То ли под воздействием интуиции, то ли пытаясь выдать желаемое за действительно, линчеватель сам себе уверенно заявил: это «Вертиго». Человек спрятал свою ношу и продолжил путь по улице, а лучник перепрыгнул на соседнюю крышу и съехал на землю по водосточной трубе. В этом месте улица погружалась во тьму из-за разбитого фонаря, поэтому Стрела намеревался провернуть все тихо. Левая рука потянулась к луку за спиной, однако линчеватель отогнал эту мысль: он не хотел ранить еще одного ни в чем не виновного наркомана. Вместо этого, он огляделся и на цыпочках пересек улицу. Ночной гулянка даже ничего не заметил: судя по всему, он предвкушал весёлый вечер. Стрела подскочил к нему и пихнул в смежный переулок между заданиями. Там линчеватель схватил бродягу за шею и прижал к стене. — Где ты купил «Вертиго?» — прошипел он. — Что купил? — удивленно вытаращил глаза человек. Вместо ответа, лучник с размаху ударил кулаком в стену, в считанных миллиметрах от головы бродяги. — Ты знаешь, о чем я. Не заставляй меня обшаривать твой левый внутренний карман. Ночной гуляка оказался сообразительный и после этой фразы понял, что «под дурачка» сыграть не получится, а потому выпалил: — Я… — он помялся. — Я купил это у торговца… — Где он? — рыкнул Стрела. — Он ходит по району, — затараторил человек. — Минут десять назад я его видел на границе разрушенный части. Около здания бывшей адвокатской конторы. — Как мне его узнать? — Он одет в черный длинный плащ. Кого-то ищет. Фотографию людям показывает. — Кого? — линчеватель нахмурился. — Не знаю, — помотал головой гуляка. — Мне не показывал. — Ясно, — лучник отпустил свою жертву и поднял руку ладонью вверх. — Давай сюда. Бродяга тяжело вздохнул, но перечить не стал и вынул из кармана пакетик с «Вертиго». — Иди домой. Стрела проводил человека взглядом и, бросив пакетик в ливневую канализацию, решительно направился в место, указанное бродягой. На то, чтобы добраться до разрушенного здания адвокатской конторы, ушло несколько минут, но описанного торгаша там не было. Справедливо рассудив, что бизнесмен в плаще не мог уйти далеко, линчеватель прошелся по улице вдоль границы, за которой оставались лишь руины, и за одним из углов увидел человека в длинном темном плаще. Мужчина о чем-то разговаривал с другим неизвестным, стоя в тридцати метрах от перекрестка, на котором расположился преследователь. Расслышать разговор лучник не мог при всем желании, а на улице, как на зло, не был разбит ни один фонарь. Подобраться можно было по крыше, но так Стрела упустил бы время, потому он пошел другим путем: вынув из набедренного колчана стрелу с микрофоном, линчеватель растянул луком телескопическое древко и, оглядев стены, выстрелил. Звук втыкаемого в стену снаряда переполошил неизвестных, но, оглядевшись и не придав этому значения, они продолжили свой диалог. Стрела включил наушник и стал слушать. — Ну так как? — Нет, — человек в плаще покачал головой. — А откуда ты знаешь, что я кого-то ищу? — Люди говорят — мы слушаем. Мы много чего знаем. — «Мы»? — торговец стал осторожно оглядываться по сторонам. — Я и мои коллеги, — терпеливо объяснил второй человек. — Мы занимаемся тем, что решаем проблемы для заинтересованных людей. У тебя пушка за поясом, и ты ищешь тех, кто пойдет к вам работать. Грубовато кстати. — Не твое дело. Сам справлюсь. Мужчина громко рассмеялся. Настолько громко, что в доме рядом отодвинулась шторка, и чьи-то любопытные глаза выглянули наружу. — Ты же на улицу вышел только потому, что на тебя твой босс наехал, — усмехнулся незнакомец. — Ты можешь бродить здесь всю ночь и не добьешься ничего. А мы добьемся. — Нет, спасибо, — человек в плаще хмыкнул. — Нахлебников на мне надо. — А мы не нахлебники. Твоему боссу мы пригодимся, он явно человек деловой. Давай так: в качестве рекламы мы найдем этого парнишку всего за пятьсот баксов. — Не дешево ли? — Нет, если ты порекомендуешь нас твоему боссу, когда увидишь, на что мы способны. Ну как, по рукам? Стрела задумался. Кого Граф мог так усиленно искать, что заставил одного из своих шляться по улицам ночью? Самым очевидным ответом был сам линчеватель, но в этой ситуации фото не нужно: все и так знают, как он выглядит. Но никто не знает, кто скрывается под капюшоном. Когда разговор был окончен, и собеседники пожали руки, Стрела приготовился следовать за человеком в плаще. Он понял, что это не рядовой распространитель, это кто–то калибром покруче, а значит, он вполне мог вывести лучника на главную базу Графа. Стрела уже собрался забраться на крышу, чтобы иметь лучший обзор, как из-за дальнего угла выехала полицейская машина. Похоже, кто-то сообщил о подозрительном человеке, похожем на Графа, и те оперативно отправили патруль. — Полиция! — заговорил громкоговоритель, одновременно включились маячки на крыше. — Всем оставаться на местах! Собеседники кинулись врассыпную, стараясь скрыться в переулке и рискуя оставить охотника без добычи, но последний был с этим не согласен. Он резко рванул вперед, пересекая улицу наперерез, намереваясь добежать до переулка, за которым скрылся торговец, но был настигнут окриком: — Стрела! Стоять! Бросай оружие! «Лэнс прозвище продвигает», — усмехнулся про себя линчеватель. Не сбавляя темп, лучник выхватил из кармашка светошумовую гранату и поднял руку, чтобы швырнуть ее в асфальт, но за спиной грохнули два выстрела, и сначала в лопатке, затем в пояснице линчеватель почувствовал острую боль. Вскрикнув, он упал на колени и опустил руку так резко, как только смог. Граната взорвалась, озаряя все вокруг ярким светом, а Стрела с трудом поднялся и побрел дальше по переулку. Вынув из набедренного колчана стрелу с тросом, лучник прицелился в карниз здания и выстрелил. Боеприпас послушно воткнулся и закрепился, а линчеватель, обмотав тонкий трос вокруг кисти, ткнул на одну из кнопок пульта, который покоился в кармашке куртки. Получив сигнал, катушка на стреле начала стремительно сматывать трос, поднимая человека вверх. Лучник со стоном перевалился через карниз и упал на крышу. Отдышавшись, он постарался ощупать спину и обнаружил, что все было в порядке: кевлар выдержал. Однако торговец, который мог вывести Стрелу на Графа, благополучно скрылся, а с таким ушибом никакие поиски ему не светили. Линчеватель стиснул зубы, поднялся на ноги и, подняв лук, побрел по крыше.***
— А ты говорил, что он скрылся! Когда Граф услышал от Клода, что соискатель, укравший товар, найден, он был вне себя от восторга. И дело тут было даже не в том, что большую часть украденного «Вертиго» удалось вернуть, важен был посыл: никто не останется безнаказанным, если кинет Графа. — Скрылся, но он не очень умен, как ты понимаешь, босс, — ответил неизвестный, стоя рядом со связанным бродягой. — Это уж точно, — наркобарон подошел к бывшему работнику, стоящему на коленях и наклонился к нему. — Такого предательства я не потерплю. — Простите меня, — прогудел сквозь опухшие губы виновник торжества. — Я не знаю, что на меня нашло. Это больше не повторится! — Это уж точно, — Граф усмехнулся и сделал знак двум громилам, которые уволокли штрафника прочь, и обратился к неизвестному. — Оружие есть? — Разумеется, у меня есть оружие, — пожал плечами мужчина. — Доставай. Медленно. Человек снова пожал плечами и вынул из-за пояса пистолет, а из кармана — нож. Айзерт принял оружие и подал знак одному из громил, который занял его место, всем своим видом показывая, что предстоит обыск. Подошедший мужчина усмехнулся и расставил ноги и развёл руки. Обыск ничего не дал, и Граф спокойно подошел к собеседнику. — Что ж, ты смог его найти, — сходу начал наркобарон. — Верно, — кивнул мужчина. — Судя по всему, ты впечатлен. — Я не впечатляюсь, — издевательским тоном заявил Граф. — Как тебя звать? — Гарри Линдер, — таким же спокойным тоном ответил мужчина, про себя анализирую собеседника. Бледная кожа, вызывающая прическа и глупая улыбочка, не сползающая с лица — все это не придавало Графу веса в глазах Гарри, который считал, что наркобарон должны быть более серьезными. Каждое движение Графа было наполненной какой-то нездоровой энергией, нервозность и неадекватностью. «Может, потому у него и проблемы, — понеслось в голове Линдер. — И что-то мне подсказывает, что он сам жрёт дерьмо, которое продает». — И с чего ты взял, Гарри, что мне пригодится твоя помощь? — задал очень странный вопрос Граф. «Готовит почву для торгов», — подумал Гарри, а вслух сказал: — Ты бы сюда не приехал. Это ведь не я тебе позвонил. Клод по телефону сказал, что есть дело. Я уже показал, что умею решать проблемы. — Я и сам вполне могу их решить, — настаивал наркобарон. — В таком случае, верните мне пушку, и я уйду, — Линдер протянул Клоду руку. — Я не стану убеждать тебя, что это тебе нужнее. Не хочешь — не надо. Разбирайся сам. Граф помолчал, разглядывая собеседник, после чего прыснул со смеху. «Псих, точно», — подумал Гарри. — А яйца у тебя есть, — казалось, уголки губ Графа сейчас завяжутся на затылке. — Обычно люди боятся вести со мной переговоры. «Интересно, почему?» — Мне действительно нужно разобраться с одним человеком, — продолжал наркобарон. — Конкурент? — Гарри обрадовался, что разговор наконец-то перешел в деловое русло. — Нет. У «Вертиго» нет конкурентов. Но есть тот, кто напугал людей настолько, что они не идут на дешевую работу. — И кто же это? — Линдер вздернул подбородок. — Есть у нас тут один Робин Гуд. — А-а-а, — Гарри улыбнулся. — Слышал о нем. Он ваша рок-звезда. Сколько? — Десять тысяч, — не моргнув глазом, ответил Граф. — За десять тысяч я бы даже твоего наркошу искать не стал. — Ты нашёл его за пятьсот баксов! — В качестве жеста доброй воли. Теперь дело серьёзное. Сто тысяч. — Ты сейчас издеваешься надо мной? — взвизгнул наркобарон. — У тебя проблемы с линчевателем, которого больше года полиция взять не может, — усмехнулся Гарри, а увидев, что Граф открыл рот для встречной фразы, продолжил: — Цена справедлива. Без торгов. Либо принимай, либо я ухожу. Переговоры явно пошлине так, как рассчитывал Граф. Мало кто в городе мог позволить себе такую дерзость: будучи безоружным, так нагло заявлять свои требования. Такое поведение удивило и громил, которые были готовы в любую секунду наброситься на наглеца. Никто из людей наркобарона, конечно, не знал, что сейчас этот разговор слушают ещё пять человек. Обоих громил держали на прицеле снайперы на крыше соседнего здания — они слишком часто хватались за рукоятки пистолетов и были наиболее опасны в краткосрочной перспективе. Ещё трое бойцов ожидали неподалёку, готовые в любую секунду прийти на помощь командиру в ближнем бою. Впрочем, Гарри не сомневался, что Клод, который больше слушал разговор, чем сохранял своего босса, не успеет среагировать на удар, а с одним только Графом Линдер как-нибудь справится. — Ну, — пошел в атаку Гарри. — Твое решение? — Ну-ка, парни, — оскалил зубы наркобарон. — Кажется, гость не принимает нас всерьез! Двое громил сделали было шаг к Гарри, но один за другим повалились, как подкошенные. Клод было встрепенулся, но Линдер указал пальцем на его грудь и предупредил: — Не стоит, парень. Красные точки загорелись и на теле Графа, и на теле Айзерта, показывая, что далеко не все идёт под их контролем. Из-за угла вышли ещё три человека, вооруженные пистолетами. Все складывалось далеко не в пользу наркобарона. — Ну что, я доказал тебе, что я серьёзный человек? — Граф, с лица которого, наконец, слезла идиотская улыбочка, кивнул. — Продолжим переговоры. Один из повалившихся громил чуть шевельнулся и протяжно застонал. Гарри никого не собирался убивать, а потому винтовки снайперов были заряжены патронами с резиновыми пулями. Бойцы Линдера лишь хотели получить работу.***
Тея Куин уверенно двигалась по кварталу жилой застройки в Глэйдс. Она достаточно часто бывала здесь, а потому уже перестала бояться уличных бандитов или просто местных бродяга. У девушки было ощущение, что местные жители уже привыкли к ней, а потому относились к ней, как к почти своей. Конечно, если бы мама или брат узнали об этом, Тею ждал бы неприятный разговор, который привел бы к скандалу, но сейчас она была очень рада, что это Оливеру, а не ей всучили телохранителя. Рой жил в этом жилом квартале. В более обеспечены районах Старлинг-Сити часто применял название «спальный район», однако у любого человека, кто впервые увидел бы местность вокруг Куин сейчас, возникла бы ассоциация с ульем: дома стояли вперемешку, без видимого плана. Некоторые вполне жилые дома вообще не являлись капитальными строениями в принципе, а представляли собой нечто похожее на временные деревянные сараи из досок, которые были оторваны от других домов. Некоторые подобные «бунгала» стояли здесь уж давно, другие же появились после землетрясения: многие люди предпочитали не идти в лагерь для беженцев, а построить собственное жилье. Дом Харпера выглядел так, как он выглядел всегда. Он был небольшим, но опрятным и достаточно уютным. Тея выбежала на крыльцо и постучалась в дверь. В доме стояла гробовая тишина, а потому девушка постучалась еще раз, на этот раз настойчивее, и снова прислушалась. Куин собралась постучать уже в третий раз, когда услышала шаркающие шаги. Дверь открылась, и на пороге возник Рой собственной персоной, он выглядел уставшим и заспанным. — Спишь до обеда? — задала вопрос Тея, попытавшись улыбнуться. — И тебе привет, — Харпер потёр глаза и зевнул. — Какими судьбами? — Я пришла вернуть тебя на работу, — Куин оперлась рукой о дверной косяк. — На меня тебе явно плевать, может, тебя отрезвит мысль о том, что брат собрался тебя уволить. — Он предупредил меня. — Когда? — опешила девушка. — Несколько дней назад приезжал, — Харпер пожал плечами. — Сказал, что все понимает, но на такие откровенные прогулы закрывать глаза не может. Классическая попытка сказать «вали на работу, мудак». — Чего? — Тея раскрыла рот от удивления. Она никак не ожидала услышать он Роя подобное. — Твой брат всегда относился ко мне, как к мусору. — Ты опять за свое? — воскликнул Тея, топнув ногой. — Тебе дали работу с хорошей зарплатой, тебе нужно было просто честно трудиться и приходить на работу, вот и все! Рой засмеялся и закивал. — И я пытался, — произнес он. — Но линчеватель открыл мне глаза. Я никогда не стану своим в таком обществе. Всегда, что бы ни случилось, даже если сумочка пропадёт у посетительницы клуба, первым обвинят меня! Так же, как и он обвинил меня. — Кто тебе сказал такое? — Куин уже почти вопила от обиды. — А так оно и будет. Линчеватель обвинил меня о грабежах на улице. Это ведь мог быть любой из клуба. Но он пришёл именно ко мне. — Значит, у него были подозрения! — А я веду себя подозрительно? — вопросом на вопрос ответил Харпер, тоже подняв голос. — Или я подозрительно, потому что живу в Глэйдс? Так что нет, я не буду ручным зверьком твоего брата! Сказав это, Харпер отступил на шаг и захлопнул дверь, а Тея так и осталась стоять на крыльце. По её щекам покатились слезы, девушка с трудом сдерживалась, чтобы не разреветься прямо здесь. Долгое время она думала, что Рой — другой, что он понимает, что Куин чувствует к нему, что Оливер дал ему работу в попытке помочь ему изменить жизнь, а здесь оказывается, что он никогда не знала своего парня. Тея вытерла слезы рукой и медленно двинулась прочь от дома Харпера. Звук входящего сообщения отвлекаю ее от мрачных мыслей. Девушка вынула телефон из сумочки и посмотрела на экран. «Поехали, пробежимся по магазинам?» — сообщение пришло от школьной подруги Теи, Рокси. Куин на несколько секунд задумалась. Она собиралась поехать в клуб и отвлечь себя от хмурых мыслей работой, однако не была уверена, что сможет направить себя в нужное русло сейчас. Подумав, что ещё один день отгула ничего не изменит, Тея написала в ответ: «Поехали. Встретимся у «Нельсон-Плаза».***
Оливер сидел в своем кабинете за компьютером и составлял список заявок для клуба, когда в дверь постучали. — Войдите, — отозвался мужчина, не отрываясь от экрана монитора. Дверь открылась, и на пороге появилась Фелисити. Она выглядела немного взволнованной. — Привет, — произнесла девушка. — Как дела? — Привет. Занимаюсь бумажными делами. Смоук робко вошла в кабинет и закрыла за собой дверь. Она постояла несколько секунд в нерешительности, после чего продолжила: — Я говорю о поисках Графа. На этот раз, Куин не смог удержаться, чтобы не посмотреть на блондинку. — С чего ты взяла, что я его ищу? — спросил он. — Может быть, Диггл слишком упрям, чтобы признать, что ты устроил мордобой, чтобы Граф сам начал тебя искать, но я нет, — заявила Фелисити. — Я просто не ожидала такого. — Чтобы вершить свой суд на улицах города, — Оливер пожал плечами, — нужно всегда быть непредсказуемым. — Ты давно это придумал? — Нет, — Куин поднялся и сделал несколько разминочных движений. — Тогда, когда Диг попросил никого не убивать. Я решил, что так для Графа будет больнее. — И как, вышло? — Смоук подошёл ближе. — Отчасти. Люди теперь боятся работать на него, а значит, у него проблемы. — Больше новостей никаких? — Я собирался проследить за одним его подручным, но мне помешали копы. — Я помогу тебе поймать его, — уверенно заявила Фелисити. Куин внимательно посмотрел на девушку. — Ты уверена? — спросил он. — Я ведь не изменюсь. — Я знаю, — усмехнулась Смоук. — Ты — это ты. Я сказала об этом уже давно. Говорю же, я была шоке от того, что услышала. Оливер тихонько захихикал: из уст девушки подобные фразы звучали забавно. Та, в свою очередь, тоже заулыбалась. — Код от Пещеры тот же самый. — Спасибо, — Фелисити подмигнула Куину. — Не задерживайся тут. С учётом того, насколько плох ты в интернете, я почти уверена, что сегодня же что-нибудь найду.***
В тот момент, когда солдата Вооруженных Сил США увольняли со службы — не важно, с почетом или позором — его жизнь делилась на «до» и «после». В целом, ничего не менялось: люди точно так же боролись за свои жизни и за место под солнцем, точно так же отправляли заработанные деньги домой, своим семьям. Разница заключалась только в двух вещах: раньше заработки были регулярными, а спины солдат всегда прикрывали боевые товарищи. Теперь же ветераны были никому не нужны. На самом деле, работы в мирной жизни вполне хватало, однако люди, привыкшие нести тяготы военной службы, даже представить себя не могли в роли обслуживающего персонала. Солдатам на протяжении всей службы говорят, что они — элита, несут демократию в «отсталые» страны, поддерживают шаткий мир и многотысячным щитом стоят между бесчисленными врагами и мирными жителями Соединенных Штатов. Когда же солдат становится ветераном, он быстро понимает, что на родине его никто не будет встречать с фанфарами просто потому, что он носил форму. Никто ему не даст скидку в благодарность за защиту демократии: всем было глубоко плевать на всю его военную службу. Именно потому многие ветераны превращались в изгоев. Большую часть своей жизни они получали от Государства все необходимое, им показывали куда идти, как это делать, когда есть и пить, а когда можно было отдохнуть. На «гражданке» все решения приходилось принимать самостоятельно, и многие оказывались к этому просто не готовы. Вдобавок, уверенные в своем элитарном ранге, ветераны и подумать не могли о том, чтобы идти работать обслуживающим персоналом. Многие, увольняясь со службы, грезили другими силовыми структурами, однако, как показывала практика, в охране, полиции и других подобных службах, соискателей хватало и без них. Кумовство в подобных сферах было распространено широко, а потому левому человеку пробиться туда оказывалось очень непросто. Все это отправляло ветеранов в глубокую мирную задницу. Некоторые из них осознавали, что для мирной жизни придется растоптать свою гордость, и шли работать в сферы обслуживания, другие пытались пробиться в другие, более примечательные отрасли. Но большинство же жили на скромную пенсию, заливая свою депрессию бухлом или закидывая запрещенными веществами. Кто-то шел воровать или прибивался к уличным бандам, которые легко находили применение отточенным навыкам бывших солдат. Пятеро бывших рейнджеров были не исключением. Все они пытались сводить концы с концами, как могли. Денег на жизнь едва хватало, однако чувство ответственности перед семьями не давало им пуститься вразнос. Сколько они бы продержались, одному Богу было известно, однако на горизонте вдруг появился сержант Гарри Линдер. Бывший командир снова стал командиром настоящим, и теперь бойцы занимались почти тем, чем занимались в армии — силой решали те проблемы, которые иными методами решить не удалось. Единственной проблемой новой работы было то, что на гражданке подобные услуги были нужны лишь одной касте людей — бандитам. Впрочем, пока дела ограничивались разборками между бандами, все были довольны. Когда Линдер вернулся со встречи с Графом, все ждали его слов с замершими сердцами. — План принят, — объявил командир. — Граф обещал все подготовить. Итак, пройдемся еще раз по шагам. — Погоди, командир, — поднял руку Чед Монаган. — Ты серьезно собрался подставить гражданских? — Нам нужно выманить линчевателя, — развел руками Линдер. — Другого способа я не вижу. — Я не подписывался на такое, — Чед резко замотал головой. — Я думал, ты пошутил об этом. — Нет, не пошутил. Хочешь спрыгнуть? В помещении повисла напряженная тишина, а на Монагана уставились пять пар нахмуренных глаз. В этот момент солдат в нем боролся с наемником, и Чед, сжав зубы, выдавил: — Да. — Тогда и бабки за работу не получишь, — заявил другой солдат по имени Питт. — Спокойно, Питт, — поднял руку Гарри. — Каждый получит то, что заработал. Чед своим выстрелом помог нам получить этот контракт на наших условиях, так что определенную сумму он получит. Кто-то против? Ответом было лишь гробовое молчание. Честно выждав паузу, Линдер продолжил: — Мы не мафия, мы — солдаты. Если Чеду морально тяжело в таком участвовать, это его право, — Гарри вынул из кармана три купюры по сто долларов каждая и протянул их Монагану. — Возьми отгул на недельку. Чед поднялся, принял деньги и повернулся к товарищам. — Простите, — попытался оправдаться он. — Но я в этом участвовать не могу. Даже за такие деньги. — Все хорошо, Чед, — заверил его Гарри. — Может, оно и правильно. Чед пожал всем товарищам руки и скрылся за дверью. Когда его шаги стихли, Линдер снова заговорил: — Кто-нибудь еще хочет спрыгнуть? — никто не подал голоса. — Любому, кто посмеет припомнить это Чеду, я лично выбью зубы, всем понятно? — Да, сэр! — дружно отозвались оставшиеся солдаты. — Вопросы? — Сэр, а вы уверены, что Капюшон клюнет? — Мимо такого он пройти не сможет, — Линдер оглядел своих солдат. — Итак, еще раз по шагам.***
— Ты посмотри на это чудо! Каждый бутик, в который Рокси притаскивала Тею, вызывал такие эмоции и такие фразы. Платья, туфли, дизайнерские сумочки — все это будоражило сознание очень многих девушек, заставляя часами всматриваться в витрины, любуясь вычурными предметами гардероба. Чаще всего такими «подглядками» занимались те девушки, которые не могли себе позволить ничего из представленного в бутиках, однако в данном случае это было лишь развлечение. И Рокси, и Тея, хранили в сумочка банковские карты, денег на которых хватило бы, чтобы скупить любой бутик целиком, однако целью данного похода был вовсе не шоппинг. Рокси, подруга Теи, была крайне опечалена состоянием последней, а потому решила как-то расшевелить её. Куин, в свою очередь, старалась улыбаться и выглядеть приветливой, однако получалось у неё это с трудом. Все мысли девушки были завязаны на Рое и его последних словах. Тее было настолько паршиво, что она предпочла бы пойти с подругой в бар, нежели таскаться по бутикам. Вначале она думала, что такое занятие — отличная идея, чтобы вправить мозги, однако выходило с трудом. — Да-да, — отстраненно ответила Куин. — Это определённо самое красивое платье из всех представленных сегодня. — Так, может хватит вести себя, как планктон? — Рокси успела руки в бока. — Что поделать, если мне скучно? — Сейчас пойдём выпьем кофе, а после продолжим! — высказала идею подруга. — Мне не хочется, — Тея покачала головой и сделала мрачные глаза. — Я, наверное, поеду домой и посплю. Рокси закатила глаза и взмахнула руками, показывая, насколько она не понимает всего происходящего. — Может, хватит уже грустить по своему бандиту? — воскликнул она, схватив Куин за плечо. — Он тебе не пара. — Рой не такой, как все, Рокси! — Тебе не нужен тот, кто не в состоянии купить тебе кольцо, которое ты хочешь. — Опять ты за свое? — Тея вырвалась из хватки подруги и сделала шаг назад. — Мне плевать, сколько он зарабатывает и что он не может купить мне дизайнерские украшения! Я сама в состоянии это сделать! — Да, и твой брат тоже. — Чего? — Куин нахмурилась. — Ох, так ты не знаешь! — рассмеялась Рокси. — Бренда, которая работает в ювелирном на Пятой, рассказала мне, что ей звонил твой брат и попросил отложить до Рождества то кольцо, которое ты так хотела. Довольная своим выпадом, девушка скрестила руки на груди и нахально улыбнулась. — Он пошел к Оливеру, чтобы тот помог ему, — продолжала Рокси, воспользовались замешательством Теи. — А Рой, вместо того, чтобы использовать шанс и накопить деньги, бросил работу и пропадает неизвестно где. — У него шок! — попыталась защитить Харпера Куин. — У твоего брата был шок после пяти лет на острове, — подруга нахально вздернула носик. — А на Роя накричали, и он исчез на неделю. — Ты так восхищаешься Оливером, может, вас познакомить? — невесело усмехнулась Тея. — И потом, он тоже пропадает неизвестно где. — Никто не идеален. Но твой брат хотя бы честен. А Рой вернулся к старому ремеслу. Сколько времени пройдет, пока он не начнёт тебе просто дарить украденные драгоценности и вещи? — Ты совсем его не знаешь. — Вы все так говорите. Вы все просто… Рокси резко прервалась на полуслова, увидев, как к Тее со спины подошел человек в длинном черном плаще с глубоким капюшоном и воткнул в шею девушки сразу два шприца. Куин сначала задержалась, однако по мере того, как вещество попадало в тело, расслаблялась, а её взгляд становился все более отреченным. — Эй, ты кто такой? — вскрикнула подруга, но незнакомец под капюшоном широко улыбнулся и вынул из кармана второй шприц. Рокси раскрыла рот и попятилась, а когда мужчина направился за ней, развернулась и бросилась прочь, ломая каблуки. — Помогите!***
Оливер спустился по лестнице так быстро, как только могла позволить ноющая спина, и сразу подошёл к Фелисити. — Все настолько срочно? — сходу спросил он её. — Да, — взволнованно кивнула та. — Это выпуск новостей, прямой эфир. Я отмотаю чуть назад. Открыв видео, Смоук тут же переключилась на другой монитор, а Куин начал смотреть репортаж. — В здании «Нельсон-Плаза» беспорядки, — говорил Мерритт Девис. — Похоже, что несколько человек на разных этажах устроили драку. По свидетельства очевидцев, эти люди ведут себя неадекватно. Возможно, они находятся под воздействием наркотических веществ, мы пока не делаем поспешных выводов. — Фелисити, — протянул Оливер. — Уже работаю, — отозвалась девушка. — Есть! На втором экране открылась призма камер из «Нельсон-Плаза». Тыкнув наугад на одну из миниатюрных, на которой было заметно движение, Смоук развернула изображение и обомлела. — Нет, — покачала головой она. — Тея, — сквозь зубы процедил Куин. — Неужели она снова? — Фелисити обернулась и посмотрела на мужчину снизу-вверх. — Все возможно. Рой бросил ее. — Тогда понятно, — поникшим голосом произнесла блондинка. — Ты сможешь удалить записи так, чтобы никто этого не увидел? — Оливер направился к шкафчику с медикаментами. — Думаю, да, — Смоук обернулась. — Что ты собираешься делать? Вместо ответа мужчина открыл шкафчик, достал оттуда пузырек с викодином и отправил в рот сразу две таблетки. — Думаешь, сможешь так действовать? — с сомнением произнесла девушка, глядя, как Куин обильно запивает таблетки минеральной водой. — Скоро узнаем, — он открыл свой ящик и, достав оттуда мешочек с травами с острова, уселся за лабораторный стол. — Сколько там дебоширов? Фелисити внимательно осмотрела все камеры. — Пятеро, — наконец ответила она. — Снова чаепитие? — Эти люди сами не понимают, что делают. — Да-да, как в прошлый раз. — В таком состоянии они долго не протянут, — Оливер поместил пять пробирок с травами в центрифугу и включил ее. — Постарайся обезвредить камеры. Но не раньше, чем я доберусь до них. Мне понадобятся глаза. — Хорошо.***
Войти в здание «Нельсон-Плаза» оказалось просто: два патруля полиции были уже внутри, оцепление никто не выставил. Тем не менее, в такой громкой ситуации без подкрепления они точно не останутся, а значит, следовало торопиться. Стрела спрятался за углом, подождал, когда очередная партия посетителей в спешке покинет помещение и быстро прошмыгнул внутрь. Преодолев зал на первом этаже, линчеватель вошел в дверь, за которой находилась пожарная лестница и бегом помчался наверх, перескакивая через две, а то и три ступеньки. — Фелисити! — произнес он. — Слушаю, — раздался голос девушки в наушнике гарнитуры. — Где Тея? — Она на четвертом этаже, — отрапортовала Смоук. — У нее пистолет. — Откуда? — Долго рассказывать. Еще один наркоман на третьем. Прямо перед дверью на пожарную лестницу. Стрела, уже находившийся на третьем этаже, дернул ручку и потянул дверь на себя. Молодой мужчина, который не был похож на наркомана, явно страдал галлюцинациями, поскольку отбивался от невидимых противников, вооружившись огнетушителем. Человек крутился, как вентилятор, отмахиваясь баллоном и пуская струи порошка в разные стороны. Линчеватель решительно направился к нему. Когда до жертвы «Вертиго» оставалось всего пара шагов, мужчина заметил лучника и, направив на него раструб, попытался пустить струю порошка, однако ничего не произошло: заряд огнетушителя иссяк. Человек не растерялся и, перехватив баллон двумя руками, с силой швырнул сего в нового противника. Стрела легко ушел от импровизированного снаряда и быстро сократил дистанцию, на ходу выхватывая шприц. Мужчина попытался достать линчевателя кулаком, однако от поднырнул под руку, крутнулся вокруг своей оси и с разворота резко всадил шприц тому в грудь. Игла вошла глубоко, а Стрела надавил большим пальцем на поршень, впрыскивая противоядие. Отбросив шприц, лучник отключил бедолагу хлестким удалом в лицо и огляделся. — На этом этаже больше никого, — сообщила Фелисити. — Понял, иду на четвертый! — Стрела рванул обратно на пожарную лестницу. — Тея в дальнем коридоре, — продолжала Смоук. — Ближе к тебе есть еще один буйный. — Понял! Рванув ручку, линчеватель толкнул дверь плечом и помчался по лестнице. Достигнув четвертого этажа, он огляделся и быстро заметил неадекватного мужчину и женщину, которая пыталась отбиться от того. Неадекват схватил женщину обеими руками за горло и повалил на пол. Уже на бегу, убирая лук за спину, Стрела слышал хрипы женщины. Подскочив к мужчине, лучник ударил его ребром ладони по шее, сдернул с женщины, прижал к себе и с размаху всадил в грудь шприц, после чего вырубил его и отбросил в сторону. Женщина, непрерывно кашляя, пыталась отдышаться и с ужасом смотрела на агрессора. — Что… вы с… ним… сделали? — хватая ртом воздух попыталась завопить она. — Вылечил, — женщина вздрогнула, услышав страшный голос, измененный скремблером. — Он очнется и будет в порядке. — Спасибо… — произнесла женщина вслед линчевателю, который уже побежал дальше. Когда Стрела пробегал мимо выхода на другую пожарную лестницу, дверь открылась, и оттуда вышел вооруженный человек. Он сразу поднял свое оружие, и линчевателю не оставалось ничего, кроме как упасть на колени и продолжить ехать на них по полу, одновременно выхватывая из колчана стрелу. Противник резко вильнул, а потому боеприпас прошел мимо, а лучник быстро нырнул за колонну. Стрельба сразу из трех стволов переполошила как всех, кто находился в здании, так и тех, кто столпился у подножия торгового центра. — Внутри стрельба! — закричали копы, которые играли роль первого оцепления и не пускали зевак слишком близко. — Автоматная стрельба! Воя сиренами, к торговому центру подъехали два полицейских фургона. Завизжали шины, тормозя на асфальте, раскрылись двери, и на улицу стали выбегать бойцы спецназа. — Спецназ прибыл! — сообщила Фелисити. — Ой, пусть потом перезвонят! — проворчал Стрела, выхватывая светошумовую гранату. — У меня и так хлопот полон рот! С этими словами он швырнул гранату в стену, возле которой стояли стрелки. Привычно стараясь не обращать внимания на звон в ушах, лучник выхватил стрелу и, высунувшись из-за колонны, повел в счете. Противник, заливая все вокруг кровью, рухнул навзничь, рядом упало его оружие. «MP-7, — пронеслось в голове Стрелы. — Их можно достать на улицах, но…» В этот момент его внимание привлекло движение. Из кабинетов на другой стороне зала вышли еще двое бойцов, одетых в такую же форму, что и другие три. Лучник тут же вскочил и помчался в сторону, на ходу доставая еще одну гранату. Ее взрыв подарил линчевателю несколько секунд, однако смену расклада нельзя было игнорировать. «Засада, — подумал он. — Это точно засада». — Оливер, что у тебя? — встревоженно спросила Фелисити. Стрела молча хлопнул ладонью по уху, отключая гарнитуру: сейчас нет времени на разговоры. Он вскинул лук и попытался достать еще одного противника, однако тот уверенно увернулся от стрелы и сам открыл огонь. Пытаясь скрыться за еще одной колонной, лучник почувствовал, что в спину попала пуля. Усевшись в укрытии, он попытался нащупать повреждение, однако ничего не было: кевлар куртки выдержал. Пули MP-7 обладали низким проникающим воздействием, поэтому как минимум с частью попаданий легкая защита вполне могла справиться. Выглянув из-за колонны, Стрела увидел, как двигаются противники: двое открыли беглый огонь по его новому укрытию, двое других стали заходить справа. Требовалось срочно что-то делать. Лучник выхватил еще одну гранату и бросил ее в сторону обходящих противников. После взрыва он быстро выскочил из укрытия и помчался в другое, на ходу послав еще две стрелы с бойцов. Даже будучи ослепленными, они умудрились уйти от попаданий: лишь один из боеприпасов нашел свою цель, но попал в руку противника. Стало понятно, что бойцы не полагаются только на зрение и слух, ими руководит инстинкт. И хотя оружие можно было легко купить у некоторых торгашей или найти на улицах Глэйдс, военная подготовка слишком явно бросалась в глаза. Кто бы это не был, они появились здесь не случайно. Противники действовали слаженно: они активно перемещались по залу, грамотно выбирали позиции и использовали укрытия. Каждый из них всегда оставался на виду хотя бы у одного товарища, потому подобраться к кому-то скрытно не представлялось возможным. Бойцы прекрасно чувствовали друг друга и привыкли работать в команде, чувствовались не только недели тренировок, но и реальный боевой опыт. В этих условиях ни в одном укрытии Стрела не мог чувствовать себя хоть в относительной безопасности: колонны и торговые прилавки при каждом удобном случае накрывались подавляющим огнем, во время которого совершался обхват. Высунуться при таком раскладе означало получить пулю. Один раз линчевателю почти удалось подловить одного из фланговых бойцов, однако он успел увернуться. Находясь под вечным интенсивным обстрелом от противников, которые вообще не были стеснены в боеприпасах, лучнику не оставалось больше ничего, кроме как нещадно расходовать светошумовые гранаты, эффективность которых в данном случае была сомнительна: несмотря на моментальный разрыв гранаты, бойцы прекрасно знали, как вести себя при ослеплении, к звону в ушах были приучены. Так что запас гранат быстро иссяк, но все четверо противников все оставались на ногах. В кармашке оставалась одна граната, но ее Стрела решил приберечь на всякий случай. Когда бойцы в очередной раз пошли на штурм его укрытия, открылась дверь пожарной лестницы, из которой вышли трое первых солдат, и на этаже возник Джон Диггл. Быстро оценив ситуацию, он подскочил к одному из бойцов, которые поливали укрытие огнем, и ногой ударил того в бок. Мужчина прекратил стрелять, и Диг, заломав правую руку бойца, трижды выстрелил во второго подавляющего, а затем приставил пистолет к голове второго. Солдат вовремя опустил голову, и пуля прошла мимо, а после он лягнул Диггла по голени. Высвободившись таким образом из захвата, боец набросился на нового противника. Двое солдат, совершавших охват укрытия обернулись на шум, и шею одного из них навылет пробила стрела: линчеватель тоже показывал, что не останется в стороне. Второй фланговый боец уже почти подошел к прилавку, за которым прятался Стрела, поэтому тот быстро перемахнул через укрытие и напал на противника. В пылу драки лучник краем глаза стал замечать, что Диггл сдает, ему и самому нелегко приходилось: солдат был прекрасно тренирован и знал, что делал. Слегка оттолкнув бойца от себя, Стрела воспользовался секундной паузой и, сняв с предплечья дротик, швырнул его в сторону напарника. Диггл увидел дротик, вонзившийся в стену. К этому моменту он уже потерял пистолет, да и в принципе он уступал. Улучив момент, Джон приложил противника головой о стену, выдернул дротик из стены и с размаху всадил его бойцу в глаз. Этого ему показалось мало, и он основанием ладони вбил боеприпас глубже по самое оперение. Обернувшись, Диг увидел, как Стрела ломает шею своему противнику. Позволив обмякшему телу упасть на пол, линчеватель огляделся и подобрал лук. — Что ты здесь делаешь? — спросил он у подбежавшего к нему Диггла. — Тебя выручаю, — отмахнулся тот. — Тебе снова Фелисити сказала, где я? — Нет, об этом трубят все новости, — Диг покачал головой. — Когда я услышал про «Вертиго», я понял, что ты пойдешь сюда пытаться воспользоваться свои антидотом. — Нужно сгонять на остров за добавкой, а то слишком часто расходую в последнее время, — Стрела побежал по коридору. — Там Тея! — Она снова подсела? — спросил Джон, догоняя напарника. — Я тоже так думал, пока не пришли эти парни, — Стрела бежал и оглядывался по сторонам. — Если эти люди сами обдолбались, к чему здесь тренированные головорезы? — Похоже, ты задел Графа своим побоищем в Глэйдс, — Диггл стукнул лучника по плечу и показал пальцем вперед. Из соседнего зала слышались крики. Слов разобрать было невозможно, но Стрела легко узнал голос: так кричала Тея в истерике. Помимо ее голоса, были слышны и другие голоса, наполненные страхом и слезами. — Да, и похоже он решил меня выманить, — проговорил лучник. — Тея там. Похоже, она кого-то там держит. Фелисити сказала, что у нее пистолет. — Чтоб тебя, — Джон огляделся. — Я обойду слева и зайду с другой стороны. — Хорошая идея, — кивнул Стрела и остановил уже собравшегося уходить напарника. — Диг. Это моя сестра. Полегче. Диггл кивнул и исчез, а линчеватель направился вперед, на крики. Войдя в соседний зал, он увидел, как Тея истерически кричала на женщину и ребенка, которые тряслись от страха и непрерывно обнимались. Девочка плакала. Женщина заметила линчевателя и уставилась на него глазами, полными мольбы. Может быть, она думала, что он не раздумывая пустит в Тею стрелу, но это не входило в планы лучника. — Вы думали, что можете просто так угрожать мне? — Тея, судя по всему, уже в который раз повторяла одни и те же фразы, буквально зациклившись на них. При этом, помимо истерического крика, девушка не менее истерически жестикулировала, тряся пистолетом перед лицами своих заложников. От Стрелы не укрылось, что указательный палец был не на спусковой скобе, а на курке, так что любое неосторожное движение могло привести к выстрелу. — Угрожать, и ничего вам за это не будет? Лучник покачал головой: неизвестно, что сейчас видела и слышала Тея, однако ее мозг был максимально перегружен, требовалось срочно это остановить. Наконец, перехватив взгляд женщины, девушка обернулась. — А, еще один! — закричала она. — Ты тоже хочешь меня убить? Не подходи! Тея направила пистолет на заложников. Удивительно было то, что именно в этот момент хватка ее руки была максимально крепка, и оружие не гуляло из стороны в сторону. — Тея, — произнес Стрела. — Тебя отравили! Остановись, я не причиню тебе вреда! Они тоже! — Вы все так говорите! — выплюнула из себя девушка и наставила пистолет на собеседника. — Не подходи! — Тебя отравили! Я могу помочь тебе! Доверься мне! — Я никому не доверяю! Вы все хотите убить меня! Я просто убью вас! С этими словами Тея приставила пистолет к голове девочки. Внутри линчевателя все обомлело: его сестра действительно убьет ее. Если так, то ни один адвокат ее уже не спасет, несмотря на то, что она не в себе. Лучник, скорее всего, успел бы выхватить стрелу из колчана и выстрелить, но он не мог этого сделать. Поэтому он осуществил странную, на первый взгляд идею: он резко поднял руку, хлопнул по карману на куртке, отключая голосовой скремблер и крикнул: — Спиди! Тею будто током ударило. Прозвище знал лишь ограниченный круг лиц, и названо оно было голосом ее брата. Девушка с удивлением и непониманием посмотрела на лучника, который сам не верил, что у него получилось. Впрочем, долго растерянность Спиди не продлилась. Взгляд быстро наполнился яростью, она подняла пистолет и прошипела: — Кто… ты… такой? — Я не причиню тебе вреда, — линчеватель поднял руки и обратился к заложникам. — Бегите! — Что ты сделал с моим братом? — девушка задала вопрос настолько яростно, что ее слюни долетели до собеседника. — Я хочу помочь, — пытался убедить ее Стрела. — Я не причиню тебе вреда. Поверь мне. Тея собиралась сказать что-то еще, но появился Диггл. Быстро оценив ситуацию, он перехватил свой пистолет за ствол и швырнул его вперед. Сталь ударилась о сталь и сбила руку девушки с наводки, и грохнувший выстрел никого не зацепил. Линчеватель рванул вперед, перехватил руку с оружием и вывернул его, после чего развернул сестру прижал к себе. Диг подбежал спереди и перехватил руки Теи, а та истерически закричала и двинула Джона ногой в пах. Диггл напрягся, стараясь не выпустить руки Спиди, а Стрела крикнул: — Держись, Диг! С этими словами он вынул шприц и с размаху воткнул в грудь Теи. Поршень загнал лекарство в тело, и девушка сразу обмякла, повиснув на руках брата. Диггл, наконец получил возможность передохнуть. — Хорошо бьет, — с трудом проговорил он, присаживаясь на корточки. — Эй! Смотри. Джон откинул волосы Спиди, и мужчины увидели два следа от укола на шее. — Граф, — сквозь зубы процедил лучник. — Надеюсь, он еще здесь, — ответил Джон. Стрела раздумывал недолго. — Диг, — произнес он, поднимаясь. — Увези ее отсюда. — А ты куда? — Наверху еще двое под «Вертиго», — линчеватель хлопнул себя по груди и продолжил уже искаженным голосом. — И потом я его достану. Сказав это, он двинулся в сторону пожарной лестницы, но Диггл его остановил: — Оливер, — тот обернулся. — Убей его. Стрела помолчал. — Я убью эту тварь, — кивнул он и направился туда откуда пришел, к лестнице. Линчеватель направился туда, где завязалась перестрелка с солдатами. Первый подстреленный получил стрелу прямо в подключичную впадину, кевлар бронежилета притормозил боеприпас, и наконечник остался внутри. Смертельно ли ранение, было непонятно, однако боец не пытался выдернуть стрелу, лишь изо всех сил давил на область раны — деталь маленькая, но дополнительно говорила об уровне подготовки. Увидев лучника, солдат стал обшаривать округу взглядом в поисках своего оружия. Пистолет он заранее вынул из кобуры и положил рядом, чтобы облегчить доступ, к нему и потянулся раненый. Стрела успел раньше и пинком отправил пистолет подальше, а сам наступил подошвой прямо на лицо бойца. — Граф, — спросил линчеватель. — Где он? — Смысл мне говорить? — пробубнил солдат из-под ботинка. — Ты же все равно меня убьешь. — Я не убивают просто так. Но если ты ничего не скажешь, я выдерну стрелу. Раненый, хоть и не был настроен на переговоры, все же оценивал ситуацию трезво. Умирать он не хотел, а потому из-под подошвы раздалось: — Он в промышленной зоне в Глэйдс. Это бывшая штаб-квартира компании «FedEX». По плану он вколол людям свое варево и уехал туда ждать вестей. — Спасибо, — Стрела убрал ногу и зашагал прочь.***
Поймать и обезвредить еще двоих отравленных Графом оказалось простой задачей: Стрела справился с этим всего за пятнадцать минут. Больше здесь оставаться не было смысла, потому лучник разбил ближайшее окно и на тросе спустился вниз. После этого он быстро добрался до своего байка и уже через несколько минут мчался в направлении Глэйдс. Логистическая компания «FedEX» долгое время успешно работала в Старлинг-Сити, однако финансовые проблемы заставили директоров закрыть несколько филиалов, включая местный. Сейчас это было очередное заброшенное здание, из числа тех, что оккупировали местные банды, наркоманы и бездомные. Остановив байк поодаль, Стрела вынул из бокового рундука несколько светошумовых гранат и распихал их по кармашкам: могут пригодиться. Затем он открыл футляр, также висевший на байке, и вынул оттуда несколько стрел. Закончив, лучник направился к парадному входу логова Графа. Здание было огромным: в нем размещались не только офисы, но и склады компании, а потому поиски обещали быть долгими. Но линчевателю повезло: едва войдя внутрь, он столкнулся с тремя людьми Графа, с которыми, после тех солдат, он справился меньше, чем за минуту. Услышав возню в одном из офисов, лучник направился туда. Войдя в помещение, Стрела увидел самого Графа, который стоял, прикрывшись молодой девушкой, как живым щитом. В руке он держал незабываемый двойной шприц, а стоял он по ту сторону большого стола: может Граф и был психом, но оценивать ситуацию умел, а потому заведомо пресек любые попытки линчевателя сократить дистанцию. — Граф, — грозно произнес тот, вынимая стрелу из колчана. — Ты подвел этот город! — В который раз уже, — с улыбкой до ушей заявил наркобарон. — Отпусти ее, — Стрела так и стоял с растянутым луком. — Это, — Граф продемонстрировал шприц, — не то, что я вколол тем. В зале. Это чистый «Вертиго». Ты ведь помнишь, что это? Произнеся это, преступник воткнул шприц в шею девушки. — Сделай хоть шаг, и я вколю ей все! — продолжал Граф. — И ты будешь смотреть, как она мучается и умирает. — Тебе же нужен был я. Я здесь. Отпусти ее. — Чтобы ты всадил мне стрелу? — рассмеялся наркобарон. — Давай лучше так: ты перерезаешь себе горло своей стрелой, и я ее отпускаю. — Переговоры окончены, — отрезал линчеватель. — Ты так не рискнешь, — Граф еще сильнее укрылся за живым щитом, из-за головы девушки торчал только один глаз преступника. — Ты не сможешь попасть в такую маленькую цель, не зацепив ее. — Посмотрим, — отрезал Стрела и расслабил пальцы, удерживающие тетиву. Лук щелкнул, а стрела рванула к цели, четко угодив в двойной шприц в руке Графа, при этом отрубив ему два пальца. Преступник закричал и принялся трясти рукой, но девушку не отпустил, продолжая прижимать к себе здоровой рукой. Стрела не стал ждать, пока шок наркобарона пройдет: он быстро прыгнул влево, занимая более удобное положение и снова выстрелил. Я отчетливым хрустом и противным чавканьем окровавленный наконечник стрелы вышел из затылка Графа, пройдя перед этим через головной мозг и глазное яблоко. Труп завалился назад, оставив девушку стоять, дрожа, как кленовый лист. Поняв, что угроза миновала, она в истерике попыталась схватиться за больное место на шее. — Нет! — крикнул Стрела. — Я помогу. Сказав это, он подошел к освобожденной заложнице и осторожно вынул обе иглы из раны. — Спасибо, — со слезами на глазах вымолвила девушка. Линчеватель лишь кивнул, выбросил иглы, в последний раз посмотрел на Графа и покинул помещение.***
Когда Оливер поднялся на этаж, на котором находилась палата Теи, он столкнулся с матерью. — Привет, мам, — воскликнул он. — А, Оливер, — голос Мойры не предвещал ничего хорошего. — Все-таки решил появиться? — Я приехал сразу же, как прочитал твое сообщение, — попытался оправдаться сын. — Перед этим сообщением я тебе звонила черт знает сколько раз. — Я был занят. Мойра посмотрела на сына с укоризной и медленно покачала головой, давая понять, что именно такого ответа она и ждала. — Да, Оливер, ты всегда занят, — произнесла она. — Ты вечно где-то пропадаешь в своем клубе, у тебя ни на что нет времени. Даже на свою сестру, которая попала в беду! — Чем бы я мог ей помочь? — Куин развел руками. — Мне нужно было собственноручно штурмовать этот торговый центр? — Просто побыть с сестрой рядом, — казалось, от обиды мама сейчас заплачет. — Показать, что мир не погиб, что она может на тебя рассчитывать. Но ты всегда слишком занят. И видимо, это уже не изменится. Оливер стиснул зубы и опустил взгляд. Если бы мама только знала, чем именно был занят ее сын. Но нет. На подобные откровения мужчина не был готов. Мойра посмотрела на него, в ожидании какой-нибудь ответной фразы и, покачав головой, направилась к лифту: ей надлежало быть дома в десять часов вечера. Оливер посмотрел ей вслед и выругался. В такие моменты ему как никогда хотелось бросить все и жить нормальной жизнью, но каждый раз находилось нечто, что заставляло его снова и снова надевать капюшон и выходить на охоту. Тяжело вздохнув, он медленно двинулся в сторону палаты, на ходу подбирал правильные слова, которые скажет сестре. Последние несколько дней были настоящими днями одиночества линчевателя. Сначала Диг, потом Фелисити, следом Лэнс, теперь мама. И Куин был на миллион процентов уверен, что Тея отреагирует на его появление точно так же. Был уверен, что сестрёнка сейчас просто пошлёт брата за то, что он не сидел под дверью палаты все то время, пока врачи боролись за жизнь Теи. Войдя в палату, Оливер застыл в нерешительности. Тея с грустным лицом смотрела в окно, не замечая нового посетители. — Тея… Сестра повернула голову, слабо улыбнулась и попыталась поднять руки, приглашая брата обняться. Тот, в свою очередь, стремительно преодолел палату и со слезами на глазах заключил сестрёнку в свои объятия. — Прости, что не пришёл раньше, сестренка… — только и смог прошептать Оливер. — Я же сама бросила клуб на тебя, — усталым голосом заговорила девушка. — Ты был занят, не переживай. — Нет, — Куин отстранился и посмотрел Тее в глаза. — Если бы я ответил на телефон, я бы все бросил и примчался сюда. — Ты все равно пришел, — Спиди медленно моргнул и покачала головой. — К тому же, ты был со мной все это время. Даже там, в торговом центре. — Что? Внутри Оливера все сжалось: неужели она догадалась по голосу? Выходка с отключением скремблера была соломинкой, за которую он ухватился, но похоже он недооценил интеллект Теи, который продолжал работать даже под лошадиной дозой «Вертиго». — Там, — стала объяснять девушка. — Я видела разное. Сейчас-то я понимаю, что это всего лишь галлюцинации, но тогда… когда подошёл линчеватель и обратился ко мне… — Тея делала внушительные паузы, судя по всему, ей было тяжело говорить. — Он заговорил твоим голосом. — Серьёзно? — Оливер постарался изобразить самое искреннее удивление, на какое только был способен. — Да, — сестра сглотнула и закашлялась. Мужчина подал ей стакан с соком, та сделала несколько глотков и благодарность кивнула. — А ещё мне показалось, что он назвал меня «Спиди». — Галлюцинации всегда отталкиваются от реальности, — раздался голос позади. — Они не могут возникнуть из ниоткуда. Оливер обернулся и увидел доктора Лэмба, того самого, который проводил осмотр самого Куина после возвращения с острова. — Люди говорили, что вы пытались защититься ото всех, — продолжал доктор. — Скорее всего, вы хотели, чтобы именно ваш брат пришёл вас защитить, — он кивнул Оливеру. — Здравствуйте, мистер Куин. — Здравствуйте, — мужчина кивнул в ответ. — С ней все хорошо? — Да, мы вывели все лишнее из организма. С мисс Куин все будет хорошо, но ей нужно отдохнуть. — Еще пара минут, — Оливер показал два пальца и, когда врач вышел, снова повернулся к сестре. — Ты не злишься на меня? — Олли, я все знаю, — Тея устало моргнула. — Я знаю, что ты в последнее время пытаешься разрулить мои проблемы. Я знаю, что ты ездил к Рою. Я знаю, что ты договорился с ювелирным магазином ради кольца. Оливер, да ты уже две недели работаешь один в клубе, ведь меня там нет! Нет, это ты должен злиться на меня. Прости… Девушка хмыкнула, по её щекам покатились слезы. Куин вложил свою руку на её ладонь и легонько сжал. — И эта галлюцинации, — продолжала сестра. — Ты все это время был со мной. Я думала о тебе все то время, пока была здесь. И ты был бы здесь, если бы я не бросила работу. — Не стоит, сестрёнка, — Оливер покачал головой. — У тебя же должна быть своя жизнь. — Я просто слышала все, что высказала тебе мама, — Тея зажмурилась и с трудом сглотнула, — Я хочу, чтобы ты знал: я не злюсь. Когда я встану на ноги, я вернусь на работу. Мне стоило сделать это её сегодня. — Тея, даже не заморачивайся об этом, — Оливер сжал ладонь сестры чуть сильнее. — Лежи столько, сколько потребуется. Я справлюсь. — Нет, — девушка устало прикрыла глаза на несколько секунд, после чего открыла их и снова заговорила. — Я хотела отвлечься от мыслей о Рое. Подумывала поехать в клуб и отвлечь себя работой, но мне написала Рокси и… если бы я поехала в клуб, ничего бы этого не было. Тея стала всхлипывать, будто именно из-за неё случился этот инцидент в «Нельсон-Плаза». — Не думай об этом, — постарался успокоить её брат. — Что сделано, то сделано, сестрёнка, не грузись, пожалуйста. — Тея, — позвал знакомый голос из-за спины. Куин обернулся и увидел Харпера с букетом роз. Сначала Оливер собирался оскалиться, но, увидев улыбку и толику жизни в глазах сестры, решил этого не делать. — Не буду вам мешать, — Оливер наклонился, чмокнул сестру в щеку и удалился из палаты. Когда Куин вышел из палаты, он увидел Диггла, который сидел на диване в коридоре и ждал, судя по всему, его. — Как она? — спросил Джон. — Отойдет, если не будет вспоминать, — ответил Оливер. — А Граф? — Мертв, — Куин подошел к кулеру и набрал воды. — Безоговорочно. — Отлично сработано, — Диг поднялся и подошел к Оливеру. — Сегодня ты спас пять человек, Оливер. Но твои методы становятся все бесчеловечнее. — Диггл, я покалечил этих торговцев… — начал Куин. — Чтобы Граф начал тебя искать, я знаю, — кивнул Джон. — Фелисити уже рассказала. Но эти пятеро, включая твою сестру, — Диг указал пальцем на палату Теи, — не подставились бы, если бы не твой экстремальный план. Оливер молча осушил стаканчик в ожидании продолжения фразы, хотя он уже знал, о чем скажет Диггл. — И я даже один раз готов был признать, что напугать людей настолько, что они стали отказываться от такой работы — эффективная идея, — продолжал телохранитель. — Но сопутствующий ущерб слишком велик. — Среди них не было невиновных, — Куин покачал головой. — Ты помнишь, что я сказал насчет «быть пешкой?» — Джон вздохнул. — Ты не любишь ей быть. — Именно. Почему ты не рассказал мне о своем плане? — Потому что ты был бы против, — Оливер бросил стаканчик в урну и вытер ладонью губы. — И эффективный план пропал бы, не начавшись. — Снова тайны, — Джон вздохнул. — Я так не могу, Оливер. Ты подставил пятерых людей, пусть и ненамеренно. Ты чуть не убил свою сестру. Говори, что хочешь, но с меня хватит. Я не собираюсь увольняться с работы, в Пещере я больше не появлюсь. Уж прости. Сказав это, Диггл направился к лифту и вскоре исчез за сдвижными дверями. Оливер собрался уже уходить, но его окликнул Харпер, который вышел из палаты сестры: — Да, Рой. Парень огляделся и подошел к Куину. — Я хотел попросить прощения, — произнес Рой. — Я вел себя, как дебил. Пожалуйста, не увольняй меня. Я буду работать лучше прежнего, даю слово. — Мы с тобой даже не поздоровались, — Оливер протянул руку, приветливо улыбаясь. Харпер ответил на рукопожатие, и в эту секунду его кисть словно зажали в тиски. Приветливое выражение будто стерли с лица Куина, тот схватил левой рукой парня за шею и притянул к себе. — Начнем с того, что если еще раз моя сестра будет в подавленном состоянии из-за тебя, тебе лучше уехать из города. Усек? Рой стиснул зубы, стараясь вытерпеть дикую боль, которую смог причинить тот, к кому Харпер даже не думал относиться серьезно. — Да, — сквозь зубы процедил парень. Оливер отпустил его руку и серьезно глянул на собеседника. — Я даю тебе последний шанс, Харпер, — произнес он после внушительной паузы. — Еще один косяк — разговоров больше не будет.
