Остановись

Город засыпал под приглушенный шум машин и редкий смех прохожих. Дождь лениво стекал по оконным стеклам, а в воздухе пахло мокрым асфальтом и кофе. Юнги сидел за прилавком своей кофейни, перебирая квитанции. Это место стало для него вторым домом — небольшая, но уютная кофейня в центре города, где всегда звучала тихая музыка и пахло свежими круассанами. Здесь было спокойно. Здесь он мог спрятаться от мира. Но сегодня ему было неспокойно. Чимин снова ввязался в неприятности. Этот альфа был его полной противоположностью. Смелый, резкий, живущий так, будто ему не страшно потерять всё. Девушки, парни, вечеринки, драки, гонки на байке по ночным улицам — Чимин казался неприкасаемым. Бесстрашным. Он мог провалиться в пучину хаоса и все равно всплыть на поверхность с дерзкой усмешкой. Юнги знал его со школы. Они никогда не были друзьями, но Чимин всегда оказывался где-то рядом. Он раздражал его своей беспечностью, этой вечно горящей в глазах искрой, которая заставляла сердце Юнги биться чаще. Но он никогда не показывал этого. Он давно привык держать дистанцию. Омеге вроде него не место рядом с кем-то, кто прожигает жизнь. Но всякий раз, когда Чимин оказывался на грани, он приходил именно сюда. И Юнги всегда открывал ему дверь. --- — Юнги, — хриплый голос вывел его из мыслей. Чимин стоял на пороге кофейни, насквозь промокший от дождя. Капли стекали с его светлых волос, футболка прилипла к телу, очерчивая рельеф пресса. Но Юнги смотрел не на это. Он смотрел на синяк, расползающийся под глазом альфы, на порванную губу и оцарапанные костяшки пальцев. — Опять? — Юнги вздохнул, вставая со стула. — Я не специально, — усмехнулся Чимин, но в его голосе сквозила усталость. Юнги закатил глаза и жестом позвал его внутрь. --- Квартира над кофейней была небольшой, но уютной. Юнги выдал Чимину полотенце и сухую одежду. Тот послушно снял мокрую куртку, и Юнги заметил еще один синяк — теперь на ребрах. — Ты дрался? — Немного. — Чимин… Альфа отвел глаза. Юнги зажал губу, доставая аптечку. Он знал, что Чимин в чем-то замешан. Но тот никогда не говорил. — Ты не обязан меня спасать, знаешь? — вдруг сказал Чимин, когда Юнги обрабатывал его ссадины. — Знаю. — Юнги посмотрел на него. — Но ты все равно приходишь. Чимин усмехнулся. — Потому что знаю, что ты не отвернешься. Юнги напрягся. — Не строй из меня спасателя, Чимин. Я просто… — Заботишься? Юнги замер. Чимин приблизился, его взгляд был странно серьезным. — Почему ты всегда рядом, Юнги? Омега не знал, что ответить. Потому что его сердце принадлежало этому идиоту уже слишком давно. Потому что он не мог иначе. — Я… Чимин вдруг обнял его. — Я устал, Юнги. Тихий, сломленный голос. Юнги закрыл глаза и осторожно сжал пальцы на спине Чимина. Он никогда не видел его таким. Чимин всегда был для него огнем — горячим, всепоглощающим, не знающим страха. Но сейчас перед ним стоял человек, которому было больно. Они стояли так долго. Потом Чимин остался. --- Следующие несколько недель были странными. Чимин больше не уходил в ночь, не возвращался с новыми синяками и не пах чужими феромонами. Он просто был рядом — сидел в кофейне, помогал Юнги закрывать заведение, лениво потягивал кофе и болтал о всякой ерунде. Юнги не спрашивал, почему. Ему было достаточно того, что Чимин выбрал остаться. Однажды вечером он увидел его байк, стоящий на парковке. Шлем лежал на сиденье, а рядом — ключи. Чимин стоял у барной стойки, глядя на Юнги. — Я ухожу из этого дерьма, — сказал он. Юнги не сразу понял. — Что? — Из всего этого. Из гонок, из разборок, из чертовых ночных клубов. Я устал, Юнги. Омега медленно кивнул. — И что теперь? Чимин подошел ближе, его ладонь легла на талию Юнги. — Теперь я хочу быть там, где мне действительно нужно быть. Юнги не успел ответить. Чимин поцеловал его. Это был не жесткий, не требовательный поцелуй, к которому Юнги готовился. Нет. Он был мягким. Осторожным. И в этом поцелуе было все, что Чимин не мог сказать словами. Юнги закрыл глаза и сдался. Потому что он тоже этого хотел. Пот ому что Чимин наконец выбрал его. Потому что он выбрал Чимина давным-давно.