On a red light.

Мужчина сидит в своём кабинете, закинув одну ногу на другую. Смотрит в панорамное окно, что открывает вид на весь Сеул. Ночной город всегда вызывал у него что-то особенное. Ведь ночью можно творить что угодно, ночь убирает с твоих рук цепи, давая делать то, о чём будешь жалеть на утро. Ночь — время красоты. Ночь — время мафии. Он крутит бокал с виски в руке. Напиток крепкий, горло прожигает приятной горечью. Нога болтается в воздухе, а в его взгляде читается что-то не понятное. Не человеческое. В его глазах нет ничего. Он смотрит на город, а лицо холодное, прочитать невозможно. Хван Хёнджин. Бизнесмен. Серьезный до боли в голове. Ему все должны, обязаны угождать. Нет ничего, чего бы не мог заполучить этот парень. Вся власть над страной в его руках. И он это знает. Он пользуется своим положением, лишая жизни очередного бывшего сотрудника, который, как и все предыдущие, решил сдать его полиции. Но видимо все забыли, что полиция поклоняется Хвану. Ему поклоняются все депутаты, мэры, сам президент сжимает губы в тонкую полоску, когда Хёнджин поднимает до одури чёрные, но такие бездонные глаза. Ему не смеют перечить даже животные. Одним лишь взглядом Хёнджин способен убить, как морально, так и физически. Вся Корея знает своего «короля» — Хван Хёнджина. В дверь монотонно постучали, и дождавшись положительного слова — «можно», зашли в кабинет. Молодой парень поклонился, а после положил на стол папку с бумагами. — Уволен, — только и сказал Хван, а омега, что уже был в дверях и собирался уйти, застыл. — Н-но, господин. — его всего трясло, а слёзы подступили на глаза. Он знает, что не имеет право на голос. Он понимает, что альфе ничего не стоит просто выстрелить в него, и тело уже никто и никогда не найдёт. — Ты не выпил подавители, — Хёнджин уже ковырялся в бумагах и диалог продолжать был не намерен. Аромат древесины заполнил весь кабинет, подавляя приторно сладкую клубнику. Он вообще не любит фрукты и ягоды, особенно последнее. Омега и не стал спорить, лишь опустил голову на грудь, и проклиная всех на свете у себя в мыслях, вышел. Не то, чтобы альфе нравилось кого-то обижать, нет же, ему просто плевать на людскую жизнь. Не более. У него нет чувства жалости. Жизнь — это суровая реальность. И Хёнджин с этой реальностью на «ты», ставя свои условия, а та не смеет перечить. Голова уже кипела от нескончаемых документов, хотелось выпить ещё спиртного и смотреть на столь бескрайний город сверху вниз. На город, которым он владеет. Телефон противно завибрировал. На конце провода послышался знакомый голос. — Занят? — ни приветствия, ни вопросов о здоровье. Хван лишь хмыкнул, отвернувшись к окну. — Для тебя — да, — рука стала поддерживать подбородок, а стул вернул своё изначальное положение, поворачиваясь к столу боком. — Знаю-знаю, сегодня в Халпи-клубе будет тусоваться Ким Ыйён, — альфа вслушивался. Какое ему дело до этого заведения? — Говори понятнее, — уже собирался оборвать звонок. — Ты смеёшься? Ким Ыйён — один из самых влиятельных людей Кореи, с ним сотрудничают мировые бренды и компании. — Хёнджин достал из нижнего ящика стола сигару, поджигая. — Что ты от меня хочешь? — он вздохнул едкий дым, ожидая услышать адекватный ответ, ибо зачем тогда ему ещё время тратить надо было? — Он как-то предлагал нам сотрудничество, но ты направил на его семью ствол, — альфа усмехнулся. Было дело, он не отрицает, — А он очень выгодный партнёр, нам стоит попробовать. — Ты хочешь, чтобы я бегал за ним? — на выдохе спросил, перебивая собеседника. — Нет, что ты. Просто вдруг, завидев нас он захочет вновь предложить сделку, — парень говорил на тон ниже. — Я подумаю, — палец нажал на сброс. Станет ли он и вправду думать над этим предложением? Естественно, нет. Для его нынешнего влияния это не к чему. Он не хочет заполучить весь мир. Да, Хёнджин желает власти, хочет быть всегда первым и лучшим. Но мир ему ни к чему. Он достиг чего хотел. Он стал непобедим. Альфа откинулся на спинку кожаного кресла, отключая мозг. Он не раз думал перед сном о многом. В последнее время его думы стали насыщеннее, и каждый раз приводят к одному — Хвану нужен наследник. Не то, чтобы это тяжёлая задача. Нет, наоборот. Парень очень популярен у Омег и Бет, на него даже засматривались Альфы, мечтая лечь под него и его владения. Да и брюнет сам знает, что внешностью не обделён. Он идеально подходит под корейские стандарты красоты. Он великолепен, и никто не может этого отрицать. Но не хочет парень ребёнка от абы кого. Ему не нужна семья, любящий омега, ему нужен здоровый сын-наследник, и обязательно Альфа. Никаких сыновей-Омег в его доме не будет. Он, конечно, не станет от него отказываться в случае чего, но и любовью не поделится. Просто разрешит существовать рядом. Последний глоток виски, и парень встаёт из-за стола. Ещё один раз взглянув на город с многоэтажного здания, он подхватил куртку и вышел из кабинета. А после из компании. Свежо. Улица окутала его прохладным ветерком, сдувая усталость и сомнения. На парковке уже ждал чёрный Rolls-Royce, с идеально чистым салоном. Всё, как любил Хёнджин. Это не его любимая машина. Даже не одна из любимых. Просто времени не было выбирать, так как сегодняшний день, один из немногих, когда Альфа проспал. Ему есть оправдание. Сон был слишком прекрасный, он не смог противиться. Обычно парню не снится ничего от слова совсем. Машина остановилась на территории особняка. Слуги встретили своего господина с жизнерадостной улыбкой. Но что за ней скрывается? Ненависть. Все ненавидят Хван Хёнджина. Они завидуют по-чёрному всему, что он имеет. Многие говорят, якобы Альфа родился с золотой ложкой во рту. Сложно верить в истину, когда можно додумывать всё в своей маленькой голове за других. Но Хван не отрицает ничего. Возможно, он и родился в замке, со всеми прихотями и желаниями, но детство было испачканно кровью с головы до пят. Простолюдины не могут ничего, кроме глупых сплетен. На то они и мусор. А мусор надо уничтожать. И Хёнджин обязательно это сделает, но не сейчас, его нынешняя цель, — найти инкубатор для своего наследника, — нужно найти достойную Омегу.