Ублюдки

Одни рождаются в золотых пеленках, других укутывают в старые тряпки, что уже давно выцвели от бесконечных стирок. Одним сходят с рук даже самые ужасные злодеяния, другие вынуждены платить за любой проступок, за любую ошибку. Поджигая найденный на улице бычок, Артем с улыбкой на лице делает последнюю в своей жизни затяжку, и радуется, радуется, что, наконец, его мучениям пришел конец. Сегодня его убьют, а если нет, то это сделает он сам. Больше нет сил жить в страхе, жить в мучениях и окружении ублюдков. Будучи предметом насилия, бездомный парнишка, испытал весь ужас человеческой «доброты», он платил своим телом без согласия, расплачивался за свои и  чужие грехи. В горле до сих пор зудит от длительной и не очень приятной процедуры сексуального удовлетворения, от чего горький дым еще сильнее раздражает слизистую. Но ему плевать, вот сигаретку бы, полноценную, а не найденный в пыли  бычок. Пару дней назад, Артем украл приличную сумму, у одного из своих «друзей» и обратившись в частную клинику отдал все до последней копейки, чтобы ему поставили плюсик напротив приятных ему слов. «ВИЧ положителен». Ложь во благо, ложь во спасение… Хотя какое тут спасение? Разве смерть это спасение? А ведь после того как его «друзья» увидят купленное заключение, они непременно поспешат расправиться с разносчиком болезни, ребята более чем серьезные, для них труп привычней чем для того же патологоанатома. Но для начала, как бы каламбурно это не звучало, нужно вернуться в прошлое, вспомнить с чего все началось. Судьба у мальца не завидная, мать умерла при родах, отец ушел в длительный запой и в возрасте трех месяцев Артемка попал в дом малютки. Он не знал материнской ласки, не знал отцовской заботы, даже метод кнута и пряника ему известен лишь на половину…. Метод кнута. Мягкотелый, слабохарактерный, бесхребетный – вот описание маленького, симпатичного мальчика. Оно и понятно, еще с пеленок, он познал боль, ведь никто не будет с любовью убаюкивать младенца, что плачет по разным причинах. Влепят пощечину, закроют дверь и пусть ревет. Вечно обосранный, с раздражением на детской попке от продуктов жизнедеятельности, что бессовестные работники детского дома совсем не следили, мальчик с горем пополам прошел первый этап своей тяжелой жизни. Будучи самым тихим мальчиком он отбывал наказание за всех, за детей алкоголиков, наркоманов, за порастающее быдло, за оплошности и халатность персонала. Уборщица не помыла унитаз после веселья некоторых личностей, а спихнули все на Артемку. Мол, сходил в туалет и не смыл. Угол? Угол уже не спасает, на коленках синяки от гороха и гречки, на сердце раны, а в глазах печаль. И снова детская попка попадает под раздачу, ремень да еще и с бляшкой оставляет мелкие ранки, из которых вытекают маленькие капли крови. Артем не плачет, он уже давно привык. Привык к боли, к унижению, ему всего восемь лет, а сердце уже покрыто рубцами. К шестнадцати годам его ждал очередной сюрприз в виде не совсем традиционной ориентации. Как же тяжко любить человека, что издевается над тобой, оскорбляет или еще чего похуже. А он любил, самоотверженно, бесповоротно. Любил всем сердцем, всей душой.  Однажды ночью, под покровом тьмы, он исполнил свою мечту, стоя на коленях, с открытым ртом перед тем кого любил. Ему понравилось, новые ощущения, приятные на столько, что дрожат коленки. Фантазия и подростковая наивность сыграли с ним злую шутку, и вместо любви он получил огласку. С ним больше никто не хотел разговаривать, никто не садился рядом, лишь ежедневные оскорбления – педик! Муки полного одиночества среди огромной толпы людей закончились, когда парнишку отправили во взрослую жизнь. Конечно же все не так радужно, жилье не дали, лишь адрес где в однокомнатной квартире жило как минимум десять человек, в полной антисанитарией и блевотным запахом гнили и перегара. Несколько ночей Артем провел на улице, ведь даже положенных подъёмных денег он не получил. Медленно превращаясь в бомжа, юноша встретил своего первого, как он считал друга. - Ты чего это тут расселся? Милостыню просишь? – сказал плотный мужчина, что проходил мимо и остановился возле парнишки, с протянутой рукой. – Молодой, опрятный… Из дома выгнали? Или сам ушел? Ладно, не важно, вставай, тебе тут не место. Артем поднял грустные, наполненные болью глаза на незнакомца и ощутил некий прилив сил… Этот мир не может быть настолько жестоким, добро всегда побеждает зло, и возможно это именно тот момент, тот день, когда…… Ах, юноша, как же глубоко вы ошибаетесь. - Меня не выгнали…. Или выгнали…. – запинаясь отвечает парнишка. – Выпускник детского дома. - А че на улице сидишь? Вам жилье положено и плата вроде как, на первое время. – Слегка возмутился незнакомец. - Ничего нет, карта пустая, на квартиру на очереди. Мужчина усадил юношу в машину, и отвез домой. Маленькая, но весьма уютная квартира пришлась Артемке по вкусу, На стенах висели картины, на полках статуэтки и вазы с искусственными цветами. Одним словом домашний уют. Мужчина, что представился Володей, в меру ограниченного времени, сказал где лежит еда, где взять чистое полотенце, а так же ведро с тряпкой. Мол дам я тебе кров, а ты отрабатывай. Артем не стал кушать, постеснялся, а вот в квартире навел порядок, вымыл каждый угол, вручную постирал белье и долго просидел на балконе. Ему грустно, привычное ощущение нескончаемой скорби, реквием по мечте. Он вспоминал одинокие вечера, когда все шли на праздник, а его запирали, вспоминал как над ним смеялись, издевались, унижали. С каждой мыслью высота четвертого этажа все больше и больше привлекала его внимание. Сброситься бы и на смерть…. Да вот незадача, Володя пострадает, он приютил, не прошел мимо, а тут подстава…. Споря с самим собой, Артем услышал звук открывающейся двери, поспешив встретить хозяина квартиры. - Привет Артемка. Я решил с работы уйти пораньше, купил вот вкусностей и выпивку. – раздеваясь приветствовал мужчина, причем раздеваясь без стеснения, до трусов, отдавая пакеты юноше. – Накрой на стол, нарежь все, гуляш подогрей, я искупаюсь и приду. Артем не однократно видел в фильмах, как возвращаясь домой, люди приносят пакеты с продуктами, но он и представить себе не мог, на сколько это приятно. Колбаска, огурцы соленые, которые он любил до безумия, селедка уже разделанная, и куча, куча всего. Глаза разбегались, а в животе больно ныло от голода. Пару кусочков рыбки он все же слопал, с большим количеством хлеба. - Я смотрю, ты молчун! – ворвался Владимир на кухню, в одном лишь полотенце. – Так дело не пойдет, а ну давай выпьем, раскрепостим тебя. Одна рюмка, вторая, а Артем все молчит. Смотрит на Владимира и молчит, слушает и молчит. - И он мне говорит, твой косяк, ты его и решай. А с хуя ли это мой косяк? У меня все четко, я бля ботрачу на заводе уже двадцать лет, а этот хуй всего два месяца. Прикинь. – Мужчина расслабился и наслаждался вечером, рассказывая свои проблемы. – Я и тебя на завод устрою, работа не пыльная, не трудная. Бывают конечно экстренные ситуации да и платят не ахти, но свой кусок хлеба с маслом всегда будет. Ты блин закусывай, на сухую пьешь. Ща отрубишься, мне потом че делать? Мальчишка стесняясь но охотно хапанул соленый огурец, и хрустел им очень долго. Смакуя каждый момент, а мужчина увидев, подложил ему еще пару. Под властью алкоголя Артем наконец раскрепостил себя, и тащил в рот все подряд. - Бедненький изголодался. – С ноткой печали комментирует Владимир. Наигранно? Нет, честно? Да!. Так, в чем проблема? – Зря я тебя подобрал, хороший ты. Юноша поднял глаза, всматриваясь в хозяина квартиры, почему из его уст вытекают такие паршивые слова? Что он сделал не так? Почему зря? И вот ком в горле не позволяет проглотить то, что он тщательно прожевал, смакуя вкус. - Понимаешь Артемка…. – Мужчина выпил рюмку, и закурив вместо закуски продолжил. – Мне нравятся молоденькие мальчики, типа тебя. Но я смотрю, и внутри все разрывается пополам. Мне тебя жалко и хочется одновременно. С огромным трудом парнишка проглотил смесь селедки, огурца и хлеба. Он был удивлен? Нет. Ничего в этом мире не бывает бесплатно. Он просто не ожидал чек за проживание так быстро. - Только не бейте. – в пол голоса ответил юноша, вытирая маслянистые губы.