На грани сна

Выхода не было. Ком в груди все рос, постепенно поглощая легкие, перекрывая доступ к кислороду. Все его друзья мертвы. Из-за него, из-за Паши. Он решил поехать в Припять. Даже когда Гоша отказывался, злился, не хотел продолжать путь, он позволил Лёхе затолкать того в багажник. Паша во всем виноват. Он слышал крик Лёхи, когда Костенко убил Настю. Видел то, как упала Аня. Как трусливый Гоша неожиданно встал на их защиту и погиб за них, за единственного, кто все еще почему-то дышит, за Пашу. А сейчас на него наступает Костенко, отбрасывает пистолет, достает нож. Паша просто не может умереть, нужно все исправить, спасти всех. Машина времени издает звук, уведомляя о возможности перемещения в прошлое, но Костенко, неожиданно оказавшись рядом, выхватывает последний шанс из его рук, подставляет к горлу Паши нож. Он чувствует, как окончательно перестает дышать. Его легкие требуют кислорода, но что-то мешает сделать заветный, возможно, последний вдох его жизни. Костенко усмехается, что-то говорит, но уши, да и весь Паша будто под водой. Однако он до ужаса отчетливо чувствует, как холодное железо вонзается глубже в плоть, а ослепительная боль затмевает собой все, и он оказывается в темноте. Это было бы похоже на смерть, но Паша ощущает под собой что-то мягкое — матрас. Его выкинуло? Или он все же переместился? Дышать все еще сложно. Он встает с постели, надеясь найти выход, но кто-то хватает его за руку. Паша слышит до боли знакомый голос и вырывается, отшатывается, впечатываясь в стену. – Паша? Из его горла (почему оно не рассечено ножом?) слышится какой-то жалкий скулёж. Он пытается найти выход из комнаты. Костенко здесь, где бы это "здесь" ни было. Паша бьётся о стены, пытаясь найти ручку двери, выключатель, оружие, но натыкается только на стены и что-то похожее на шкаф, разбивает какую-то посуду, пытается найти осколок побольше, чтобы защититься, выжить, но его оттаскивают, включается свет, Паша видит Костенко, старается отбиться, но это не имеет никакого смысла, никогда не имело. Костенко планировал это 27 лет, каждое действие идеально выверено, продумано, и в финале не выживает никто из тех, кто перешел ему дорогу. Из мыслей его вытягивает мягкое прикосновение к руке. Паша ожидает боли, но чувствует только нежное поглаживание. – Дыши, Паша, дыши. Смотри, вот так. Он слышит, как Костенко громко, но медленно вдыхает и выдыхает. – От-пусти. Из-за нехватки кислорода его голос звучит неправильно, будто бы не из уст живого человека. – П-пожалуйста, отп-пусти. Паша ожидает, что Костенко взорвется, причинит боль, но тот просто сжимает губы в тонкую полоску. – Давай я тебе напомню, что произошло за последний год, хорошо? Не дожидаясь ответа, Костенко продолжает, а Паша оглядывает комнату, почему-то она кажется ему знакомой. Мужчина говорит, долго говорит, начиная с самого начала, с украденных восьми миллионов, запинается, когда доходит до убийства всех друзей Паши, но продолжает. Когда рассказывает о Ласби и Калверт-Клифс, то слегка путает детали, но всё равно движется дальше. Когда он упоминает их первую встречу в посольстве, Паша уже может дышать. Он останавливает Серёжу, обнимает, утыкается ему в шею. Тот сжимает его в ответ, шепчет в самое ухо: – Прости меня, пожалуйста, прости. Паша вздыхает. – Ты не он, он мёртв. Серёжа стискивает его сильнее. – Всё равно прости. Если я сделал это в той вселенной, значит, я способен на подобное. Мне очень жаль. Паша резко вздрагивает, но не отстраняется. Он думал об этом. Неприятно осознавать, что Серёжа, его Серёжа, что готов пойти ради него на всё, может убить его. Мог, если бы всё сложилось иначе. Поправляет он себя. – Пожалуйста, пообещай, что никогда не причинишь мне вреда, что не играешь сейчас. Серёжа приближается к его губам и шепчет: – Обещаю. И в этом одном слове столько любви, что Паша расслабляется, утыкается в губы напротив. В этой вселенной Сергей Костенко его любит, а что сделал человек с таким же именем в альтернативных реальностях не имеет значения.