В объятиях мести

Был вечер пятницы. Юн Вонги поправил манжет рубашки, накинул куртку и бросил в сумку запасную рубашку. Затем Вонги, как обычно, солгал: — Я уезжаю на рыбалку с друзьями на выходные. — бросил он на ходу — Хорошо, береги себя, — ответила Хана сладким голосом, прекрасно зная, что он едет к своей любовнице. Дверь захлопнулась за Вонги, его шаги затихли в лифте. Хана стояла у окна, наблюдая, как черный Mercedes ее мужа исчезает в ночи. "Рыбалка с друзьями…" — усмехнулась она про себя. Она знала, что в этот момент он уже звонил своей любовнице, представляя, как через час будет снимать с нее белье. Но сегодня и у Ханы были свои планы. Она медленно поднялась на второй этаж, к комнате юноши. Дверь была приоткрыта — Гамин, как всегда, учился. Он сидел за столом, склонившись над раскрытыми учебниками, его стройная спина напряжена от концентрации. Комната Гамина была полутемной, освещенной только настольной лампой. Хана вошла без стука. Гамин сразу понял, кто вошёл. Прошёл месяц с той ночи, когда всё началось. Месяц тайной, запретной связи, которая с каждым разом становилась всё глубже. Гамину уже не было неловко от её прикосновений — он ждал их, жаждал, как и она. Как только дверь закрылась, Хана без слов подошла к его кровати и легла на спину, приняв вызывающую позу. Ее тонкий шелковый халат распахнулся, обнажая сексуальное нижнее белье. Она знала, что Гамин не устоит — он уже был в ее власти. — Брось свои учебники, — прошептала она, проводя рукой между грудями вниз, к влажным от возбуждения губам. — Иди сюда. Гамин встал, его штаны уже туго натянулись от эрекции. Он подошел к кровати, и Хана схватила его за шиворот, резко притянув к себе. Их губы слились в жгучем поцелуе, языки сплетались, дыхание стало тяжелым. Она чувствовала, как его руки скользят по ее телу — грубовато, по-юношески жадно. Одной ладонью он сжал ее грудь, большим пальцем играя с соском, а другой рукой опустился ниже, к ее киске. — Да, вот так… — прошептала Хана, когда его пальцы коснулись ее клитора. Он тер его кругами, сначала неуверенно, но она тут же направила его: — Сильнее. Гамин послушался, и она закинула голову назад, наслаждаясь тем, как его пальцы раздвигают ее губы, скользят внутрь, вымазываясь в ее соках. В ответ она схватила его за ширинку, расстегнула и выпустила его твердый член. Ее ладонь сжала его, медленно двигаясь вверх-вниз, пока он не застонал. — Ты хочешь меня? — спросила она, глядя ему в глаза. — Да… — прохрипел он. — Тогда трахни свою мамочку. Их поцелуй стал еще яростнее, пальцы Гамина глубже вошли в нее, а Хана ускорила движения руки на его члене, доводя его до предела. Она знала, что он кончит быстро, если не остановится, но сегодня она хотела большего. — Хватит играться, — прошептала она, отстраняясь. — Снимай штаны и ложись на меня. Гамин торопливо сбросил одежду, и через секунду его горячее тело прижалось к ее. Она обхватила его ногами, чувствуя, как его член упирается в ее мокрую щель. — Входи, — приказала она. И он вошел. Горячее тело Гамина прижалось к Хане, его член уже был внутри нее, но она резко остановила его, упершись ладонью в грудь. — Подожди... — ее голос звучал хрипло от возбуждения. Она провела рукой между их тел, пальцы скользнули по его напряженному стволу, собирая капли смазки. Затем эти же пальцы размазали влагу по своей киске, демонстративно, чтобы он видел каждый ее жест. — Сегодня особенный день... — шепнула она, приподнимая бедра. — Мои безопасные дни заканчиваются. Гамин замер, понимая, что она имеет в виду. Его член дернулся внутри нее. — Ты хочешь... без...? — он не мог даже закончить фразу, настолько дикой казалась эта мысль. Хана ухмыльнулась, видя его замешательство. Она резко сжала внутренними мышцами его член, заставив парня застонать. — Боишься, малыш? — ее ногти впились в его ягодицы. — Или тебе нравится думать, что ты можешь оставить ребенка в утробе жены своего отца? Его дыхание участилось. Она чувствовала, как его член пульсирует внутри нее, становясь еще тверже от этих слов. — Я... — он попытался что-то сказать, но Хана резко подняла бедра, принимая его глубже. — Никаких презервативов сегодня, — приказала она, обвивая ногами его поясницу. — Кончай в меня, если осмелишься. Гамин подался вперед, больше не сдерживаясь. Его толчки стали резкими, животным ритмом. Хана стонала от каждого удара, ее ногти оставляли красные полосы на его спине. — Да! Вот так! Глубже! — она поднимала бедра навстречу каждому его движению. Ощущение его голого члена внутри было совершенно другим — горячее, живее, опаснее. Каждый толчок словно прожигал ее изнутри. — Я... скоро... — прохрипел Гамин, его тело напряглось. Хана чувствовала, как его член дергается внутри нее. Она резко притянула его к себе, сжав ногами так сильно, чтобы он не мог выйти. — Кончай в меня, — прошептала она прямо в его губы. — Залей свою мамочку. С громким стоном Гамин взорвался внутри нее, горячие струи заполняя ее нутро. Хана кончила следом, ее тело содрогалось в волнах оргазма, выжимая из него последние капли. Когда он попытался выйти, она резко сжала бедра. — Нет, оставайся внутри, — приказала она. — Я хочу почувствовать каждую каплю... и подумать о том, что будет, если сегодня ты действительно зачал ребенка. Гамин дрожал, все еще находясь внутри нее. Хана улыбалась, гладя его по спине — месть была слаще, чем она могла представить. Хана медленно поднялась с мятой постели, чувствуя, как сперма Гамина вытекает по её внутренним бёдрам. Она лениво потянулась, наслаждаясь приятной усталостью в мышцах, затем натянула кружевные трусики, лишь слегка прикрывая влажную, переполненную щель. — Я в туалет и потом уйду к себе, — бросила она через плечо, направляясь в ванную. За закрытой дверью она присела на унитаз, выпуская струю мочи. Вместе с ней из неё вытекали густые капли его семени, падая в воду с тихими всплесками. Хана смотрела, как её тело избавляется от последствий их греха, но вместо отвращения или стыда чувствовала лишь странное удовлетворение. "Если бы Вонги знал, что его сын только что заполнил меня..." Мысль заставила её ухмыльнуться. Выйдя из ванной, она собиралась пройти в свою спальню, но твёрдая рука схватила её за запястье. Гамин стоял в дверном проёме, его тело всё ещё излучало тепло после секса. — Останься, — приказал он, и в его голосе звучала недетская уверенность. Хана подняла бровь, но не сопротивлялась, когда он потянул её обратно в комнату. — Трусики долой, — сказал он, указывая на кружевную ткань, всё ещё прикрывающую её лобок. — На моей кровати они не нужны. Она рассмеялась, но послушалась, стягивая их одним движением и бросая на пол. Гамин одобрительно кивнул и лёг на кровать, раскрыв объятия. Хана прижалась к его горячей груди, чувствуя, как его сильные руки обнимают её, прижимая к себе. Его тело было тёплым, твёрдым, и она утонула в этом объятии, устроившись так, чтобы её голова лежала на его плече. Его пальцы лениво водили по её спине, рисуя невидимые узоры, и она закрыла глаза, вдыхая его запах — смесь пота, секса и чего-то чисто его. В этой тишине, в этом тепле, Хана вдруг осознала странную вещь. Этот юноша, этот мальчик, давал ей больше ласки, чем её муж за все время брака. Вонги никогда так не обнимал меня. Гамин целовал её в макушку, его дыхание становилось ровным, и она чувствовала, как он постепенно засыпает, всё ещё крепко держа её. Хана прикрыла глаза, прижимаясь к нему ещё сильнее. Он спит, а я... я чувствую себя в безопасности. Ирония судьбы была горькой и сладкой одновременно. Всё, чего она хотела от мужа — тепло, страсть, забота — она получила от его сына. Но сейчас ей было всё равно. Она засыпала, слушая его сердцебиение.

*** Эпилог ***

Яркие лучи субботнего солнца пробивались сквозь шторы, когда Хана наконец открыла глаза. Она лениво потянулась, чувствуя приятную тяжесть в мышцах — напоминание о вчерашней бурной ночи. Её движения разбудили Гамина, и он тут же потянулся к ней, крепко прижимая к своему разгорячённому телу. — Ммм... Доброе утро, — прошептала Хана, чувствуя, как его утренняя эрекция упирается ей в бедро. — Доброе, — голос Гамина был хриплым от сна. Он прижал губы к её шее, оставляя влажный поцелуй. — Чем сегодня займёмся? Хана задумалась на секунду. — Давай позавтракаем и... поедем в парк развлечений, — неожиданно предложил Гамин. Она приподняла бровь, удивлённая. — Ты что, зовёшь меня на свидание? — в её голосе звучала лёгкая насмешка, но внутри что-то ёкнуло. Гамин просто кивнул, его глаза горели решимостью. "Нам не стоит..." — хотела сказать Хана, но мысль оборвалась. А почему, собственно, нет? Она заслужила это. Заслужила внимание, заслужила то, чтобы кто-то наконец захотел провести с ней день, а не просто использовал её тело или деньги. — Давай, — неожиданно для себя согласилась она. — Поедем на свидание в парк. Я согласна. Лицо Гамина озарилось улыбкой, и прежде чем она успела что-то добавить, он поймал её губы в поцелуе — горячем, сладком, таком юном. — Но перед этим... — Хана лениво потянулась, прижимаясь к нему. — Давай ещё полчасика просто полежим. Гамин кивнул, но его руки уже скользили по её телу, будто не в силах удержаться. Ладонь обхватила её талию, затем опустилась ниже, крепко сжав округлую ягодицу. — Ах! — негромко вскрикнула Хана, но не отстранилась. Напротив, её тело тут же отозвалось на прикосновение, вспыхнув знакомым огнём. Ей нравилось, когда он вот так трогал её — без церемоний, будто имел на это полное право. — Ты уверен, что хочешь тратить время на парк, если мы можем остаться здесь? — игриво прошептала она, чувствуя, как его пальцы впиваются в её плоть. Гамин лишь усмехнулся в ответ и накрыл её собой, уже зная, что их "полчасика" затянутся куда дольше... *Послесловие автора* Целую всех кто дочитал до этого момента, чмоки чмоки. Пишите в комментариях, стоит ли дальше развивать эту историю.