Дверь в неизвестность. Параллельный мир

      Услышав стук каблуков, Джеймс Поттер оторвался от стопки пергаментов. Поправил очки, не веря собственным глазам. В его кабинет молнией влетела Лили. Она выглядела настолько взволнованной и прекрасной одновременно, что невольно напомнила Джеймсу ту восемнадцатилетнюю девчонку, которая наравне с ним участвовала в противостоянии с Волан-де-Мортом и бросалась на передовую. Ту, в которую он влюбился без памяти ещё в школьные годы и которую обожал до сих пор.       — Лилс, что-то случилось? — насторожился он, невольно любуясь стройными ножками в сетчатых колготках.       — Вот! — она поставила на стол пузырёк с зельем и взмахом палочки прикрыла дверь кабинета, следом установив заглушающие чары. — Ты был прав, дорогой! Ты был чертовски прав!       Джеймс удивлённо повёл бровью, пытаясь уловить суть её эмоциональной тирады.       — Я потратила три дня, пытаясь сварить подобные духи! Перебрала все доступные ингредиенты, но всё равно было что-то не так, понимаешь? Вроде бы состав совсем прост, но был один нюанс, не дающий мне покоя… Эти чуть заметные манящие нотки, от которых кружит голову. Я не могла добиться подобного эффекта. Тогда я связалась с профессором Слизнортом и сегодня отправилась к нему. Всё утро мы вдвоём колдовали над этой субстанцией, и что ты думаешь?       — Лили, не томи, — Джеймс медленно встал, — я никогда не был и наполовину так хорош в зельеварении, как ты.       — Эта стерва использует мёд пчёл-тригонов! Пчёлы-стервятники, питающиеся падалью. Их продукт может извратить, опорочить, испортить и изменить свойства светлой магии. За ним охотятся тёмные маги. Он является запрещённым ингредиентом в косметических продуктах и лекарственных средствах. Если бы не профессор Слизнорт, я бы и не догадалась… Именно поэтому, её настойки, духи и всё остальное оказывают такое действие: похоть, помешательство, полное отключение мозга…       — Подожди, так твоё противоядие…       — Оно не действенно, Джеймс! — Лили в панике тряхнула головой, отчего её огненно-красные волосы рассыпались по плечам. — Я не учитывала все нюансы…       — Но я же принимал его, когда ходил к Гринграсс, — напомнил он. — Как мне показалось, оно всё-таки защитило меня от её чар.       — Любимый, — Лили обвила его шею своими руками, — это не противоядие тебя защитило, а твоя сила воли. Очень мало, кто бы смог противиться подобному соблазну. Тем более такая магия действует по нарастающей: стоит допустить один поцелуй и уже не сможешь отказаться от следующего. Ну а секс вообще лишает способности трезво мыслить и воспринимать ситуацию адекватно. Не представляешь, как я рада, что Гарри расстался с этой ненормальной девицей.       — Да, вроде даже обошлось без последствий, — согласился Джеймс. — По крайней мере, околдованным он точно не выглядит. Может, она не использовала на нём эти фокусы?       — Или же он волевая личность — весь в отца, — улыбнулась Лили. — Кстати, в этом пузырьке уже действенное противоядие. На этот раз я учла всё.       — Ты — гениальна, дорогая, — крепкие руки собственнически заскользили по спине, прижимая её к себе. — Ты сегодня удивительно возбуждающе выглядишь. Тебе так идёт это платье.       — Джеймс, прекрати! — хихикнула Лили, делая слабые попытки вырваться. — Что подумает твоя секретарша? Мы и так заперлись в твоём кабинете посреди рабочего дня.       — Она подумает лишь то, что знает вся магическая Британия без исключения — я без ума от своей жены, — прошептал Джеймс и накрыл её рот властным поцелуем.

***

      Гермиона нервно подпрыгивала на трибунах, в волнении то припадая к оминоклю, то прикрывая глаза руками. Она мысленно злилась на саму себя за то, что позволила Гарри уговорить её посетить игру с его участием. Квиддич ещё со школьных времён казался ей чрезвычайно опасным видом спорта, но то, что вытворяли профессионалы высшей лиги, не шло ни в какое сравнение с уровнем факультетских сборных. Немыслимые скорости, рискованные грубые приёмы, противостояние не на жизнь, а на смерть.       Гарри как-то обмолвился, что мама редко ходила на его матчи. Лили не могла спокойно смотреть, как сын исполняет на поле опасные трюки. Так что его группой поддержки гораздо чаще были отец и крёстный. Сегодняшний матч считался проходным, поэтому ни Джеймса, ни Сириуса среди болельщиков не было. Гермионе это было как раз на руку. Она всё-таки пока была не готова близко знакомиться с родителями Гарри, а Сириус Блэк после последней их перепалки вряд ли желал её видеть.       «Паддлмир Юнайтед» одержали заслуженную победу, спортсмены удалились на небольшую пресс-конференцию. Гермиона осторожно пробиралась сквозь толпу, пока взгляд не наткнулся на мужскую фигуру, заставившую её резко затормозить. Высокий, статный и по-прежнему привлекательный он шёл под руку с Асторией Гринграсс, которая сияла похлеще начищенного до блеска котла. Седрик Диггори не мог оторвать влюблённого взгляда от своей спутницы и не замечал никого вокруг. Астория же ехидно покосилась на Гермиону и демонстративно прильнула к своему кавалеру совсем близко.       После окончания Хогвартса Гермиона видела его мельком всего пару раз. Она не интересовалась его жизнью, не наводила справок, лишь как-то краем уха слышала, что он то сходился, то расходился с Чжоу Чанг.       Кто-то толкнул Гермиону в спину. Люди торопились спуститься вниз. Она, очнувшись, тоже неспешно побрела вперёд, обдумывая увиденное. Детские чувства к Седрику давно угасли, но, тем не менее, сама встреча немного её обескуражила. Астория времени зря не теряла. Гермиона не была глупой и не верила в подобные случайности. Гринграсс не выглядела женщиной, безумно влюблённой в Гарри Поттера. Она меняла поклонников, словно перчатки, появляясь каждый раз на публике с кем-то новым; предавалась любовным утехам с МакЛаггеным; пыталась охмурить Малфоя. Но почему-то именно интерес Гарри к Гермионе задевал самолюбие слизеринки. Задевал настолько, что та просто из кожи вон лезла, чтобы насолить сопернице.       Спустившись, Гермиона направилась к раздевалкам, где обещала подождать Гарри после матча. Одни маги тянулись к выходу из-под зоны защитных чар, чтобы побыстрее трансгрессировать домой и заняться делами, другие — толпились неподалёку, в надежде выцепить своих кумиров. Гермиона отошла в сторону, не желая привлекать к себе излишнее внимание. Прошлая встреча с журналистами оставила в памяти неприятный осадок.       Пресс-конференция действительно закончилась быстро. Через четверть часа основная толпа уже рассеялась. Однако от внимания Гермионы не укрылось, что Астория со своим кавалером, мило любезничая, пристроились недалеко от неё, выбрав при этом максимально видное место. Гринграсс кокетливо что-то щебетала. Седрик, словно завороженный, пожирал её грустными глазами. Надо же! Диггори ни капли не изменился. По-прежнему может лишь смотреть своим щенячьим взглядом и не способен поддержать элементарной беседы. Не сказать, чтобы Гермионе нравились излишне болтливые люди, но сейчас она явственно поняла, что молчаливость Седрика — это уже перебор.       Раздавшееся у самого уха приветствие застало её врасплох. Гермиона вздрогнула и, резко обернувшись, покраснела. Гарри проследил за направлением её взгляда.       — Охренеть! — прокомментировал он. — Бедный Диггори. Если ему придётся драться на дуэли с МакЛаггеным за внимание прекрасной дамы, то он труп. Кормак же его соплёй пришибёт, а самомнением зароет под землю.       Гермиона прыснула. Её живое воображение быстро подкинуло эту картину.       — Ты как? Не умерла со скуки во время матча? — подмигнул он ей.       — Я чуть не умерла от беспокойства.       — За меня?       — Ну нет, за МакЛаггена! Ты его случайно сегодня не видел?       — Прости, но этот верзила играет в другой команде. К тому же, будь он здесь, мы бы уже хоронили Диггори. Из какого нафталинового шкафа Тори его вытащила? Ничего о нём не слышал последние годы…       — Разве не видишь, она очень старается. Правда не знаю, ради тебя или ради меня, — Гермиона пожала плечами.       — Да к дементору их обоих! У нас вечером приглашение на приём у спонсоров, составишь мне компанию?       — Я?       — Угу.       — Гарри, я не знаю… Я так далека от всего этого…       — Возражения не принимаются, — предупредил он, нежно поглаживая её ладонь. — Просто танцы, трёп ни о чём и бесплатная выпивка. Уверяю тебя, это не сложнее СОВ или ЖАБА. Ты точно справишься.       Гермиона улыбнулась. Беззаботность и умение вовремя пошутить — всегда были визитной карточкой Гарри Поттера. Раньше её это порядком раздражало, сейчас же, именно эти его качества позволяли разрядить обстановку и заставляли её чувствовать себя легко и свободно.       — Чёрт! — неожиданно прошипел он, глядя куда-то мимо неё. Гермиона не успела даже обернуться, как за спиной раздался приторный женский голос.       — Гарри, привет. Чудесная игра!       — Спасибо, Тори. Правда я думал, что ты теперь посещаешь только матчи «Сканторпских стрел», — Гарри аккуратно намекнул на МакЛаггена, но Астория проигнорировала выпад.       — Мы с Седриком любим все команды, — пропела она. — Кстати, Седрик, ты знаком с Гермионой Грейнджер? Вы, кажется, дружили в школе.       — Кхм, — кашлянул Диггори, явно смущаясь, — да. Привет, Гермиона.       Гермиона сдержанно кивнула, мечтая провалиться сквозь землю. У неё не было ни малейшего желания вести светские беседы с этими двумя.       — Гарри её так оберегает, что приказал уволить журналистов, которые прошлый раз спросили её про тебя. Представляешь?       — Что? — ошалела Гермиона, а смущённый донельзя Седрик лишь хлопал глазами, не понимая, как вообще оказался втянут в столь дурацкий разговор.       — Я не уполномочен увольнять журналистов, Астория. Я лишь отказался сотрудничать с данным изданием, пока на них трудятся столь беспринципные личности, которые вместо того, чтобы профессионально выполнять свою работу, роются в грязном белье.       — Ну это тоже их работа, дорогой.       — Раз ты так радеешь за справедливость, можешь нанять их освещать вашу с МакЛаггеном свадьбу, — отрезал Гарри.       Гринграсс ахнула, Седрик с открытым ртом уставился на неё, задавая немой вопрос. Гарри же резко потянул Гермиону в сторону.       — Извините, нам пора.       — Тори, ты обручена? — раздалось им в спину лепетание Диггори, но Гарри не останавливался, пока не отошёл на довольно большое расстояние.       — Гарри, но зачем, ты… — начала было Гермиона. Она до сих пор не определилась, как относиться к услышанному. Она настолько привыкла сама решать собственные проблемы, что некоторое покровительство казалось ей неуместным и даже оскорбительным. Будто бы Гарри счёл её слабой. Но какая-то небольшая её часть, спрятанная глубоко внутри за толстой бронёй цинизма и высокомерия, испытала некоторое удовлетворение и даже благодарность.       — Стоп! — Гарри перебил её. — Я заберу тебя от родителей вечером, там и поговорим. Давай не будем доставлять этой стерве удовольствие и ругаться у неё на глазах. Хорошо?       Обескураженная Гермиона кивнула.       — Вот и отлично, — Гарри прикоснулся губами к её щеке и выпустил миниатюрную ладошку из своей руки. — Я буду ровно в семь.

***

      Гермиона скептическим взглядом окинула свой немногочисленный скромный гардероб, состоящий преимущественно из джинсов, рубашек и свитеров. На дальней полке затерялась парочка коктейльных платьев, но она подозревала, что звёзды квиддича на приёмы к спонсорам ходят в несколько других нарядах. Ничего подходящего у неё отродясь не водилось. Было слишком опрометчивым поступком принимать приглашение, не подумав об этом.       — Гермиона, — в дверь её комнаты аккуратно постучали, а затем она открылась. На пороге возникла мама с большой коробкой, перетянутой атласной лентой. — Это только что доставили тебе.       — Мне?       — Да, — миссис Грейнджер положила подарок на кровать. — Откроешь?       Гермиона кивнула, осторожно развязала бант и, сняв крышку, прикрыла рот ладонью. В коробке лежало потрясающей красоты платье. Струящаяся ткань тёмно-зелёного оттенка переливалась на солнце, гипнотизируя взгляд. Сетка на лифе была отделана чёрными зеркальными бусинами баснословной цены. Гермиона сразу поняла, что это явно одно из самых дорогих платьев из «Твилфитт и Таттинг».       — Похоже, ты приглашена на настоящий бал, — улыбнулась Хелена Грейнджер, — здесь, кажется, и записка имеется.       Гермиона достала из конверта аккуратно сложенный теснённый золотом лист бумаги. На развороте знакомым почерком было выведено: «Уверен, что ты в нём будешь ослепительна. Хотя джинсы и свитер меня тоже вполне устроят. Гарри».       — Я не могу… Боже, да в таком платье только в Букингемский дворец отправляться! Я никуда не пойду! — Гермиона вскочила и принялась наматывать круги по комнате.       — Зря, родная, — миссис Грейнджер неторопливо направилась к двери, — я бы не упустила возможности выгулять такой наряд. Тот, кто подбирал его для тебя, обладает отменным вкусом.       Дверь за мамой осторожно закрылась, оставив Гермиону наедине с ворохом собственных эмоций. Всё это было слишком… слишком банально, пафосно, кинематографично, неестественно и… мило, чёрт побери! Гарри Поттер обладал уникальным даром выбивать её из колеи. В школе он доводил её до белого каления своими выходками, а сейчас, спустя годы, вихрем ворвался в её жизнь и перевернул её с ног на голову.       Она резко затормозила и какое-то время, не шевелясь, смотрела на этот бесспорный шедевр модельера. Платье было достойно королевской особы и наверняка стоило целое состояние. Ей никогда не делали столь дорогих подарков, а Гарри Поттер с лёгкостью тратил огромные суммы, отчего становилось ужасно неловко.       Однако, несмотря на все сомнения, внутренняя девочка всё-таки победила. Гермиона осторожно вынула из коробки платье и, подойдя к зеркалу, приложила его к себе. Настоящая магия. Даже она сама не смогла бы выбрать что-то более подходящее: цвет, фасон, отделка — здесь всё было идеальным. Уста тронула мечтательная улыбка и Гермиона сдалась.

***

      Магический ресторан Макмилланов за последние годы набирал всё больше популярности среди самых богатых и именитых волшебников. Помпезное убранство и изысканная кухня привлекали сюда и представителей власти, и иностранных гостей, и просто тех, кто готов был сорить деньгами.       Именно здесь проходил закрытый приём спортивной элиты, организованный спонсорами. На подобного рода мероприятиях предварительно прощупывалась почва, выбирались новые лица для рекламных контрактов и устанавливались нужные в спортивном мире знакомства.       Новички мечтали пробраться на эти закрытые вечеринки, где видели шанс найти покровителя. Звёзды-старички обновляли связи, блистали атрибутикой красивой жизни и просто веселились.       Даже представители прессы и влиятельные маги попадали сюда строго по приглашениям. Простому обывателю проникнуть в «святую святых» было практически нереально.       Роскошь буквально витала в воздухе, окутывая своим шлейфом абсолютно всё. Элегантные мужчины и их прелестные спутницы, словно сошедшие с подиумов или страниц модных журналов, заполнили величественный круглый зал.       Одни предавались скуке, стоя в углу с бокалом шампанского. Другие собирались весёлой компанией и делились новостями. Третьи танцевали. Но были и те, кто усиленно пытался познакомиться с нужными людьми, дабы облегчить себе путь наверх.       Гермиона никогда не была здесь ранее. Она внимательно рассматривала интерьер и декор, мысленно прикидывая то, сколько финансов было потрачено на сие великолепие. Гарри шёл рядом аккуратно придерживая её за локоть. Любопытные взгляды коллег и знакомых скользили по ним с неприкрытым удивлением. Многие не сразу признали в спутнице Гарри Поттера Гермиону Грейнджер и пытались понять, где же он откопал эту неизвестную красотку.       Выбирая платье, Гарри и не предполагал, насколько шикарно Гермиона будет в нём смотреться. Подчёркнутая струящейся тканью точёная фигура теперь явственно бросалась в глаза. А макияж и идеально уложенные локоны делали её похожей на настоящую кинозвезду. В обычной жизни Гермиона больше скрывала свои сильные стороны, чем подчёркивала. Копна непослушных волос, в которые захотелось запустить пальцы, бездонные глаза с пушистыми ресницами, чистая кожа и изящное телосложение — далеко не весь список её внешних достоинств. Гарри общался с ней достаточно, чтобы рассмотреть и другие: тонкие пальчики с аккуратными ногтями, упрямый носик, ямочки на щеках, когда она улыбалась, лебединая шея, просто созданная для поцелуев, и искренняя улыбка.       — Чувствую себя чёртовой Золушкой, попавшей на бал, — пробурчала Гермиона, смущаясь от подобного внимания к своей персоне.       Гарри окинул её восхищённым взглядом и усмехнулся.       — В таком случае, я надеюсь на роль принца.       — Фея-крёстная тебе больше подходит. Раз уж так любишь сорить деньгами.       Она до сих пор не определилась, как относиться ко всему этому. К влиянию Гарри на судьбу беспардонных журналистов, к баснословно дорогому платью, которое он будто бы подбирал под цвет своих колдовских глаз. Он, как всегда, выглядел эффектно и стильно — к этому Гермиона давно привыкла, но вот сама предпочитала удобство и простоту, не придавая внешнему виду большого значения.       — Ну нет, я протестую, — Гарри уловил первые ноты вальса и сразу же завлёк Гермиону в танец, прижимая к себе. — В этой ролевой игре я хочу быть принцем.       Его томный баритон заставил её кожу покрыться мурашками. Хоть Гермиона изо всех сил старалась убеждать себя, что на неё уж точно не действуют подобные приёмчики, тело предательски реагировало и на его голос, и на нежные прикосновения. Гарри уже не воспринимался ею как тот раздражающий заносчивый тип, которым она считала его в Хогвартсе. Пусть его самомнение никуда и не делось, но теперь она знала его ближе и лучше. Он мог быть и щедрым, и заботливым. Был не лишён смелости и задора, обладал хорошим чувством юмора и, что она ценила больше всего, он умел действовать, не выставляя этого на показ. Кажется, она ступала на зыбкую почву… Гарри Поттер всё ещё оставался тем типом мужчин, увлекаться которыми было опасно. Чрезвычайно опасно.       — Даже когда часы пробьют полночь, карета превратится в тыкву, а это платье в джинсы и свитер? Мне несвойственно быть настолько красивой…       — Не платье красит женщину, а женщина платье… Поверь, на манекене оно и в половину не смотрелось так прекрасно, как на тебе. Если бы ты пришла сюда в джинсах и свитере для меня это ничего бы не изменило. Я просто подумал, что среди этой толпы разнаряженных попугаев — держу пари, мысленно ты окрестила присутствующих здесь именно так, в платье тебе самой будет комфортнее. Мне же абсолютно всё равно, что на тебе надето… Я бы вообще предпочёл костюм Евы.       — Шельмец! — Гермиона почувствовала, как горят щёки. Ох, Гарри Поттер был изумительно красноречив и обольстителен.       — Недоверчивая вредина, — парировал он, подмигнув ей. — Квест с потерянной туфелькой сегодня будет? Чтобы я знал к чему готовиться.       — Гарри! — она рассмеялась, немного откинув голову назад.       В этот самый момент в зал вошёл МакЛагген в сопровождении Астории. Узрев среди танцующих Поттера и Грейнджер, та недовольно фыркнула.       — Надо же, Гарри приодел свою грязнокровку…       — О! Так это она что ли? — удивился Кормак, выпучив глаза. — А ничего так краля…       Не успел он закончить предложение, как ощутил тяжёлый подзатыльник. За ним последовал ещё один.       — Тори, ты что? — офигел МакЛагген.       — Ничего! — Астория резко развернулась и направилась к столику с шампанским.