Мелодия весны в нашей любви

Наруто все еще дулся, что вдруг во время фейерверка Саске и Сакура куда-то пропали. И потом их нелепые объяснения, что вроде как пошли за телефонами, чтобы снять фейерверк, но слишком долго искали их, в итоге и пропустили все зрелище.      - Ты мог бы сам за телефоном сходить! – тыкал в друга разобиженный Узумаки. – Это было так красиво и Сакура-чан ничего не увидела!      - Я отлично провела время, - обнималась с подругами расслабленная и довольная розоволосая. А уж после того как обняла братца, тот растаял и все простил. – Спасибо, Наруто! Замечательный день!      Их прогулка затянулась допоздна и неохотно покидая спа-отель, они вызвали такси, чтобы разъехаться по домам: Наруто думал проводить всех девушек сам, и Шион, и Сакура в момент отказались от такой услуги, видя как зевает Хината. Саске пришлось на такси ехать с подругами-коллегами. Так уже вышло, что первой по маршруту нужно было высадить Сакуру, и Саске не смог выйти даже под каким-нибудь нелепым предлогом, так как жил дальше всех и потому все, что получилось: увидеть, как Харуно закусила нижнюю губу, подавляя смешок, что он вроде хочет выйти, но не выходит. Шион же дремала на плече розоволосой почти всю дорогу и сейчас была сонная, а Саске, сидевший рядом с водителем, тем более не мог выйти и оставить девушку одну. Ее потом еще пришлось будить, когда они подъехали к ее дому.      - Тебя проводить?      Блондинка покачала головой, кротко улыбаясь. Она не знает, что Сакура разболтала о ее чувствах и Саске совсем не собирался вмешиваться и говорить что-то вроде «найдешь получше». Шион все же выбрала странное признание в любви, которое тугодум Наруто не понял. Девушка грустно улыбнулась:      - Прости, что пришлось провожать меня, хотя ты хотел остаться с Сакурой.      Уж заметила ли она что-то? Вроде бы кто-то повернулся на них, когда Саске и Сакура целовались. На самом деле Саске бы и не думал скрывать свои отношения, но даже молчаливость Сакуры давала ему понять – и она все видит, тоже знает, чем все закончится. После того как проводил Шион, Саске собирался вернуться в отель, но тут ему позвонил совсем неожиданный человек. Харуми ждала у его дома и сказала, что ей надо поговорить.      Она была красива, Учиха стал забывать насколько она эффектная: высокая, с привлекательными формами; ухоженные блестящие каштановые локоны, волнами спускающиеся до середины спины; лицо, словно с обложки журнала мод. Их всегда считали красивой парой. Кажется, расставание пошло ей на пользу. Разве что взгляд тот же ищущий, ждущий от него чего-то. Саске заметил - она замерзла, и так как пригласить ее в кофейню поговорить уже нелепо – и его машина осталась на парковке отеля, он пригласил ее домой. Вообще-то Учиха не понимал, что ей понадобилось от него. И когда поставил перед ней стакан воды с лимоном, как она любила, а Харуми, терпеливо сидящая на диване, спросила, вцепившись пальцами в подол юбки.      - У тебя кто-то есть?      Саске промолчал. Что бы он не ответил, все будет неправдой: да, есть, но скоро мы расстанемся – совершенная нелепица. Или – нет, нет никого, но мозг сам подскажет образы Сакуры. Харуми зажевала губу, заметно сердясь, но вроде бы не на него. И почти тут же жарко выпалила.      - Саске-кун, я буду стараться, честно! Я буду вести себя, как ты хочешь, только давай начнем все сначала?! Я все еще не понимаю почему мы расстались…      Саске задумался: она стала ревновать на пустом месте, их отношения последнее время напоминали игру незрелой девочки в Кена и Барби, где они лишь функции мужчины и женщины. Любил ли Саске Харуми? Да, но это чувство так быстро ушло, что теперь стыдно лгать себе и ей.      - Прости, - он нашел в себе силы не отводить давно замерзшего к ней взгляда и увидел больше, чем хотел. Ей больно; не узнать как долго она набиралась смелости решиться на такой шаг, а в итоге Саске снова разбил ее надежды.      - Ты кого-то встретил? – Харуми старалась держаться, но ее выдавала поза – напряженная, угловатая, вызывающая дискомфорт и у того, кто просто смотрит на нее.      Будто если она скажет иначе, переставив слова местами, или заменив их на синонимы - он ответит ей. Харуми, как бывало между ними в последнее время, резко расплакалась.      - Она так хороша? Чем она лучше меня? Она красивее меня?      Саске сам не понимал откуда в нем столько спокойствия. Только жалеть бывшую казалось неправильным. Он уважал и ценил время, проведенное с ней; все было, чувства тоже, но оба начали незрелыми эти отношения и в итоге почему-то оба не повзрослели в них. Саске замкнулся в своих сомнениях, а она в необоснованной ревности. Оба виноваты – он не уделял ей внимания, закопавшись в своих тревогах, а она на этой почве выдумывала то, чего не было.      Учиха мог не отвечать и сейчас, хотя бы этим дать понять, что это уже не ее дело. Но Харуми должна знать.           - Она не лучше тебя, не красивее. Просто… она моя. Девушка подскочила, крича:      - Я тоже твоя! Я все еще люблю тебя! Знаю, это я виновата, это я разрушила наши отношения… Но… ты ведь… вокруг тебя постоянно кто-то есть, мне так тебя не хватало!      - Харуми, - Саске стало спокойно сейчас, девушка была когда-то важна ему, он думал о ней, мечтал, любил… Только эти слова сейчас актуальны именно в прошедшем времени. Все прошло, чувства остыли, какие бы ни были. Он сохранил в себе приятные моменты, но повторять с ней чтобы то ни было из прошлого, ради этих моментов, совсем не хотелось. Любовь ушла. – Я благодарен тебе за все время, что мы провели рядом. Я рад, что мы были вместе, но сейчас это невозможно.      Харуми склонилась к коленям и плакала. Ее жаль, но куда более нечестно стало бы утешать девушку и пойти на поводу ее слез. Потом он вызвал ей такси и сам думал поехать к Сакуре, но вернулся домой и просто сидел в темноте, думая о том, что Харуми спросила, о чем они говорили. Саске отпустил ее задолго до того как они расстались. Потому что скорее некое удобство держало его рядом с ней. А ее ревность – лишь причина. Харуми ощутила его холод и остывшие чувства, потому стала искать причины в себе и в его окружении и просто довела их до финального разрыва. Он виноват лишь в том, что его любовь ушла, но сам не смог уйти, казалось ему, не привыкшему к романтике, и так пойдет. Возможно, если бы Харуми была более коварной и хладнокровнее, они бы до сих пор играли в пару. Саске подыгрывал бы по привычке, подпитывая себя джентельменским началом и тем, что раньше же что-то находил в ней. Хватило бы, что они хорошо смотрятся, как Кен и Барби.      Любовь к Харуми ушла. А вот пришла ли новая…? К Сакуре… Так уж вышло, что они с Харуно до сих пор не обменялись номерами телефонов и потому он почти не удивился, что спустя время пришло сообщение с незнакомого номера.      «Саске, это Сакура. Попросила твой номер у Хинаты. Прости, что так внезапно, просто волнуюсь – ты нормально доехал? Не приедешь?»      Не сразу, но он ответил.      «Нет, извини. Останусь дома на выходные.»      «Поняла. Хорошо провести время.»      Они договаривались о другом. Он думал о другом, целуя и тиская ее в раздевалке, пока другие смотрели салют. Он хотел снова погрузиться в бесконечный вакуум с ней, когда никого больше не существует. Но разговор с Харуми заставил его остановиться и задуматься о том, что же действительно дальше. Саске нажал на номер Сакуры, планируя подписать ее, только, задумавшись как назвать Харуно, решил не делать этого вовсе. Они за все время не обменялись номерами неспроста. Это сейчас останавливало: Сакура тоже не ждет от этих отношений больше, чем уже есть. Ей все равно, что он не приедет? Что она сейчас делает? Спит? Снова читает документы, снова говорит со своими немцами? Возможно ли, что Харуно тоже сейчас сидит в темной комнате, думая о них – о Саске, об их отношениях, куда все дальше заведет?      Он смотрел на ее номер, засыпая. Ему не хватало в Сакуре хватки Харуми. Сакура словно не заинтересована, но так ему казалось лишь когда они не вместе. Наедине  розоволосая очень чуткая девушка. Она отдавалась полностью и брала, что хотела. Значит – ей всего лишь надо такое приключение, когда нет давления, а просто симпатичный парень проводил с ней время, когда ей хотелось расслабиться… Некрасиво. Ему неприятно, если это все, что она чувствовала. Может потому, утром он собрался к ней.      - Саске? – он открыл своим ключом-картой, и все же, пока ехал, написал ей, что приедет. К этому времени девушка оделась, хотя он был уверен, что украл у нее несколько часов сна.      - Извини, если рано. – Вообще-то было девять утра, но кто же будет винить Харуно, что она бы спала еще в свой законный выходной, если бы не его спешка.      - Ничего. – На ней брюки и блузка – она для него оделалась или собиралась куда-то? - Будешь что-нибудь?      - Давай куда-нибудь сходим позавтракать? Ты ведь не завтракала? Как бы то ни было – составь мне компанию.      Она улыбнулась, но на переносице надолго засела морщинка озабоченности что он хочет от нее. Отчего-то появилось странное чувство, что Харуно сейчас на его месте в разговоре с Харуми. Не став уводить ее слишком далеко, они зашли в ближайший ресторанчик рядом с отелем. Убедившись, что она поела, Саске спросил, решив не тянуть больше с разговором.      - Хочу с тобой поговорить. Что между нами? Как ты видишь нас?      Лицо Сакуры будто окаменело в серьезности. Плохой признак, хотя Саске и готовился к этому, но совсем не был рад. Даже при своих сомнениях, хотелось бы, чтобы их у нее не оказалось… Дав себе пару секунд, Сакура ответила:      - Ты мне нравишься. Очень нравишься. Мне хорошо с тобой, Саске. Ты может лучшее, что случилось со мной в Японии. Только не говори Наруто, - она усмехнулась, вынудив и его ухмыльнуться на такое признание. – Только… ты как сон. Видение, желание, которое я буду вспоминать с улыбкой, когда проснусь…      - Почему? Потому что я скоро ухожу?       Она удивленно подняла брови. Кажется, в ее сомнениях совсем не значилась, как причина, окончание его стажировки.      - Нет, Саске. Ухожу я. Точнее улетаю. Я не говорила Наруто, чтобы не расстраивать. Но мне казалось ты и сам понимал. После того, что я устроила в японском филиале фирмы – едва ли смогу тут работать под своей настоящей личиной. Если смогу смириться, что меня будут ненавидеть и игнорировать, то не хочу доставлять хлопот нашим с тобой коллегам. Через три месяца я вернусь в Германию и уже там возглавлю фирму, пусть и пока номинально, а в японской, надеюсь, останется как прежде…      Он должен был подумать об этом, но почему-то прозвучало как гром среди ясного неба. Умеет же Сакура удивлять. Будто засунула руку ему в грудь и вырвала сердце. Улетает, значит? Саске старательно сохранял почти равнодушное лицо, и голос не подвел, когда спросил:      - Надолго?      Сакура вздохнула и чем-то стала похожа на напряженную Харуми.      - Честно говоря, привыкла жить в Европе, мне даже будто там ближе люди. Здесь, в Японии, словно я оставила только боль. Нет, не так, - она натянуто улыбнулась. – Было много хорошего. Я встретила много замечательных людей, только мне будто здесь нет места. Понимаешь? И этот мой финт на работе. Мне же не простят – я знала это с самого начала, потому стараюсь быть максимально милой и обходительной, чтобы как-то компенсировать их обиду, когда они узнают, кто я.      - Значит, уезжаешь навсегда? – ответ очевиден, но он должен был спросить.      - Буду приезжать, - неуверенно пожала плечами Харуно,  - но в целом мой дом уже давно в Берлине.      Она тревожно замерла и вдруг выдала, кажется поймав легкую растерянность на его лице.      - То, что произошло между нами – для меня это очень важно. – Здесь у Саске кольнуло в груди – почти теми же словами он отшивал вчера бывшую… А Сакура продолжала говорить слишком торопливо. - Честно говоря, каждый день напоминаю себе не влюбляться в тебя… - Снова скованная улыбка и тут же более счастливая, хотя и натянутая. – И чувствую, что опоздала с напоминаниями. Но ты ведь все понимаешь и так, да…?      Он уяснил теперь, почему эта легкость с виду, и чуткая ранимость в постели, и одновременно жадная страстность получить все. Ей ужасно жаль, но она понимает, что они живут в разных мирах и тащить его в свой слишком эгоистично.      Как он не сможет утянуть ее в свой, где нет даже плана, что он будет делать дальше. И даже так, осознание близкого расставания куда тяжелее прошлось по нему, чем Саске думал.      - Значит, всё? – негромко спросил Учиха. Это ли чувствовала вчера Харуми? Пустоту и потерянность, что рядом с любимым ей теперь нет места?      Харуно неожиданно нервозно комкала салфетку, глядя на свою тарелку. Она снова молчала, обдумывая что-то, прежде чем сказать:      - Разреши мне, - тихо попросила она. – Можно я побуду эгоисткой хотя бы еще немного? Можно попросить тебя, пока я тут, пока… - Сакура подняла на него взгляд, где было столько сожаления и надежды. Она протянула ему руку через стол и Саске, не удосуживаясь выслушать ее просьбу, протягивает в ответ свою руку. Их пальцы сцепляются в замок и оба кажутся немного успокоенными. Не сейчас. Еще есть немного времени, еще чуть-чуть счастья…      Казалось бы всё их отношение строится на сексе, но после этого разговора стало так ясно, как много он получает с ней просто находясь рядом. Она не в силах решить его проблему, большинству кажущейся выдуманной, но то, что она сейчас с ним, помогало расслабиться и будущее выглядело не таким страшным и пустым.      С этого дня в их близости появилась новая деталь, даже детали: они молчали и долго смотрели друг на друга. Потому что в самом деле все понимали. Если бы встречались долго, хотя бы знали друг друга дольше, а тут у Сакуры такое горе как утрата самого близкого человека и нежеланное наследство. Тогда яснее ясного - Саске бы подстроился под нее, что-то придумал. А так – они едва знакомы, воспользовались тем, что понравились один другому, нашли удобным так употребить свободное время, нашли утешение друг для друга на короткий период. Так неожиданно, но это самое тягучее время вдруг подскочило и рвануло вперед. Вроде бы был выходной, они гуляли по городу, просто болтали, отчасти играли в парочку на свидании, Сакура уговорила Саске даже на фото в будке, где они позировали и просто так, и в дурацких головных уборах. Она довольно разглядывала снимки, а он с нарастающей печалью смотрел на ее улыбку, запоминая каждую черточку ее лица - и вот уже вечер.      Хотелось крикнуть времени – ты куда так торопишься? Засыпая рядом, оба теперь старались не отворачиваться, а смотреть в глаза. Сакура стала более ласковая и тактильная, то и дело искала его прикосновения. Теперь, признавшись в своих чувствах, ей стало легче навязываться. А Саске и рад, когда она садилась между его ног, опиралась спиной на его спину, даже укладывалась на его колени головой, пока вела свои бесконечные переговоры-консультации.      Стало сложнее разлучаться. Когда началась новая рабочая неделя, они оба постоянно искали друг друга взглядами, и уже стало так по боку на слухи, хотя изначально оба не сильно в них погружались. Сотрудницы активно агитировали Саске остаться на постоянной основе, а тут еще случился особенный разговор с деканом, который сказал, что Учиху приглашают без собеседования в ту фирму, где летом он проходил настоящую практику. Это успех. Без собеседования, спустя столько времени они помнили его, значит произвел хорошее впечатление. И это он еще не выпустился, не защитил диплом. О таком мечтать только можно. Юридическая контора с известным именем, где он быстро взлетит по карьерной лестнице со своим умом и хваткой. И потом… потом ничего. Не об этом Саске мечтал. С Харуми, вероятно, не стал бы задумываться, а ухватился бы за шанс и сейчас стало неуютно от будущего давления родных, которые станут советовать тут же согласиться, если он решит поделиться с ними новостью.      - Что-то не так? – они с Сакурой сидели в ванне, отмокая от тяжелого дня, где Карин что-то лютовала пуще прежнего. Шион опять не было, Саске загрузили работой и потому оба были как выжатые лимоны. Теперь она полулежала на его груди, опираясь спиной, а он уже так привычно, но сейчас задумчиво, не особо соображая, что делает, играл с ее грудью, указательным пальцем водя верх-вниз по пружинистому соску. Сакура как могла повернулась к нему. – Что тебя беспокоит?      Он никому не говорил про предложение работы. И ей не хотелось. Но…      - Мне работу предложили. Я летом практику у них проходил.      - Вот это да! – Сакура еще больше развернулась и ее восторженное лицо тут же потеряло яркость восторга, вглядевшись в любовника. – Но тебе не нравится?      - Не знаю как в Германии, но в Японии ужасно сложно найти хорошую работу. Даже мне бы пришлось по собеседованиям походить, разве что выделился бы достижениями. У Наруто в этом смысле есть начальный путь – работать в фирме Хьюга. А вот я бы после окончания универа, как все, подал бы несколько резюме в крупные фирмы и ждал приглашения на собеседования. Возможно мне повезло бы с первого раза, а может нашелся бы кто-то интереснее меня. Не угадаешь. Конкуренция высокая, ведь у нас много кто учится до крови из носа…      Саске вздохнул и с неудовольствием подумал, что сисечки Сакуры, как его притягательный антистресс, ускользнули из удобного положения, и теперь или вернуть ее как была, или приспособиться лицом к лицу, только учитывая, что они разговаривают, будет выглядеть странно…      - И при всем этом тебе не хочется идти туда? – проницательно заметила Харуно.      Хотя бы сейчас Учиха решил быть максимально честным. Вероятно, понимая, что их отношениям осталось недолго, быть честным с ней стало проще.      - Я вообще не хотел учиться этой специальности. У меня никогда не было желания работать в этой сфере. Но основная моя проблема в том, что я до сих пор не знаю кем бы хотел быть…      Он виновато улыбнулся, а Сакура, опираясь в дно ванны коленями между его ног, обняла его. Ничего не сказала, не стала давить, что - хватай шанс, бери, пока дают; не стала учить его со своей позиции начальницы. Она просто обняла. И этого оказалось так много. Ему не нужна жалость или едкое сочувствие. Саске хотел, чтобы его поняли, поняли его состояние потерянности перед будущем. И чтобы она поняла, почему Учиха так легко принял ее решение разойтись. Впрочем, они и не сходились толком. Просто живут в одном номере, спять на одной кровати, вместе принимают ванну, но назвать себя парой, когда дальше этого не будет – зачем?...      После ванны они сидели в белых банных халатах на голое тело - он на полу, а она на диване, и Сакура, устроившись позади, массировала его голову, втирая в волосы какое-то, по ее словам, шикарное масло для волос. Завтра он будет пахнуть как она. Но его это не волновало. Пусть. Даже любопытно.      Саске тоже почти делал массаж Сакуре – только неосознанный, наглаживая кончиками пальцев ее ноги, отставив руки чуть назад, а потом и вовсе завалился так, что примял ее собой и повернувшись, получил долгий взгляд и яркий поцелуй. От соприкосновения языков его в который раз будто обдало током успокающего наслаждения.      - Знаешь, что я думаю? – улыбнулась довольная Сакура, обхватывая его руками за грудь и заползая ладошками под халат. – Если будешь в Европе – давай непременно встретимся…?      - Когда ты будешь приезжать сюда – может тоже будем встречаться? - легко поддался ее шутке Саске. Он не стал уточнять, но они ведь оба имели ввиду - «встреча» равно «переспать»?      - Мы обзаведемся мужьями и женами, детьми, возможно, и будем поддерживать отношения при редких встречах? – коварно смотрела Сакура. Саске улыбнулся тому как оба развращены.      - Я не против. Но мы уже, начиная новые отношения, будем знать, что если представится случай…? – Учиха немного спустил ее на грешную землю.      - Да, звучит противно, - рассмеялась Харуно.      - Тогда ведь… лучше вообще не начинать отношений, - совсем без смеха сказал он.      - Ну, а мне может придется выскочить замуж за какого-нибудь богатея, чтобы он сделал инвестиции в мою фирму…      А тут она явно не шутит. Такой вариант жертвы ради фирмы… Саске совсем не понравилось.      - Ты не думала… продать все и дальше учиться, начать работать, сделать свое имя как доктор?      Уже говоря об этом Саске знал – думала, может и сейчас думает. Но бросить все так не может, даже если ничего пока не умеет и не знает. Сакура выбрала бороться за мечту отца.      - Может мне… поехать с тобой? – скорее про себя подумал, но сказал вслух Саске.      Их взгляды снова встретились. Сакура ничего не сказала, но глаза на миг засверкали надеждой и все же мягкая улыбка дала понять, что она не посмеет просить об этом.      А что его держит в Японии? Семья, друзья? Он окончит учебу и просто найдет работу в Европе. Английский знает, если поднажмет, немецкий выучит быстро, переедет в Берлин и… Она будет рада? Или вся в работе и ей будет не до романтичного парня, улетевшего за ней потому, что сам не знает, чего хочет? Но ведь одно знает: Саске не хочет потерять Сакуру. Она отпускает его, не держит, но ведь на самом деле ей сейчас невыносимо тяжело.      Она смотрела на него сверху, сидя на диване, когда он, сидя спиной к ней, давно уже лежал головой на ее коленях, расположившись на полу и глядя на девушку.      - Хочу, чтобы ты всегда была эгоисткой, - негромко сказал Саске.      И стало так спокойно. Да, Сакура не решит его проблему, да и не обязана. Это его беда, что до сих пор не нашел себя. Но он нашел ту, с кем ему как сейчас – спокойно. Он не чувствует напряга, не ощущает ее недовольств. Потому ли, что они живут на всем готовом в отеле? А так ведь Саске понятия не имел какая Харуно в быту – может там он будет то и дело раздражаться, что это не сделано, это не готово. В отличие от первой его девушки, с которой он толком не жил вместе, с Харуми они вели совместный быт. Уж чего-чего, а бытовым инвалидом Учиха не был – мама бы не позволила. Да и Харуми, хотя не была гением кулинарии, готовила вполне вкусно. Но это не любовь. Не любовь, что ты с кем-то, чтобы он заботился о тебе. Любовь ведь там, где ты сам бежишь о ком-то позаботиться… Любовь когда ты любишь, а не когда тебя любят.      - Если я попрошу, - Сакура неуверенно зажевала губу, - ты сможешь сделать то, что я попрошу?      - Да. – Ни тени сомнения. Сейчас его ртом говорит страх, но и то самое довольство, которое шепчет – не надо страдать еще и из-за этого. Если Сакура принимает его, она может принять и его печаль. Не хотелось делиться этим, но ему стало легче. Главное, не стать нытиком, сделав это традицией – жаловаться на свою успешную жизнь.