Пока падают стены

Я надолго запомню этот день. Во всяком случае приложу все усилия, чтобы он не смешался с чередой других в моей памяти. Было в нем нечто особенное. Предчувствие не покидало меня, а сердце то и дело норовило выпрыгнуть из груди. Меня зовут Тина Тод, но, если мы собираемся с вами доверять друг другу, то назову свое полное имя – Кристина Мария Тод. Я родилась в Подземном городе, который располагается прямо под столицей, в пределах стены Шина. Это место строилось как убежище, куда можно было бы спрятаться горожанам с поверхности в случае атаки титанов. Но, как и большинство грандиозных проектов, павших жертвами коррумпированной верхушки, построен город до конца не был. Сказать, что жизнь здесь не сахар – это ничего не сказать: проституция, болезни, грабежи и даже убийства… В общем, это последнее место, где хотелось бы провести счастливое детство. Так вышло, что живу я с мамой. Отец ушел от нас, когда я была еще совсем крохой. У нас не принято о нем вспоминать, а уж тем более говорить. Но именно его отсутствие в моей жизни сделало меня той, кем я стала годами позже. Как только мой детский мозг научился анализировать и выстраивать причинно-следственные связи, я поняла, что нужно учиться выживать здесь, в Подземном городе, и приложить все усилия для того, чтобы как можно скорее перебраться на поверхность. Где-то лет в десять мне уже не было равных во владении ножом среди сверстников, а угнаться за мной не могла даже Военная полиция на УПМ, хоть они и были у нас редкими гостями. Но, к слову, если и захаживали, то нехило напивались, чем делали из себя легкую добычу для таких карманных воришек как я, Мик, Люция и Хвост. Кличка последнего появилась благодаря своему хозяину – парнишка, настоящее имя которого Эддо, прибился к нам как дворовый пес, и таскался везде и всюду. Сначала мы игнорировали его, Мик даже пару раз давал ему неслабые затрещины, но потом мы подружились. Если говорить о нашей компании, то главным был он – Мик. Через месяц ему стукнет двадцать. Главной его особенностью был рост – под 190 сантиметров. Да, в месте, куда не попадает солнечный свет, вырасти высоким и здоровым – это нужно иметь невероятное желание жить. Внешне Мик был очень симпатичен: атлетически сложенный, кареглазый брюнет – он сводил с ума девчонок, в том числе и Люцию. Иногда мне кажется, что она с нами только из-за него. Мик крайне умен, продумывал каждый наш шаг, когда мы шли на очередное «дело», но в драках почти не участвовал – его сильнейшей стороной было именно слово. Он так смотрел и воздействовал на людей, что они его или боялись… хотя нет, просто боялись. Люция, помимо своей прилипчивости к нашему лидеру, была симпатичной девочкой: светлые волосы и такие же карие глаза, как у Мика. Она очень любила делать на этом акцент, когда в очередной раз намекала ему о своих неразделенных чувствах. Аккуратные нос и губы делали ее вполне миловидной, однако особой смекалкой она не отличалась. Физически была слажена и очень ловко прыгала по крышам, хотя без тренированного тела вряд ли долго протянешь в этой дыре. Подруга была не сильно младше Мика, а вот ростом не очень вышла. Главный талант Люци – актерское мастерство, подруга часто переодевалась в вещи старшей сестры для наших хулиганств. Что же касается Эддо по кличке Хвост, то парнишка был моим ровесником – нам обоим недавно стукнуло по 18 лет. Забавно, но он старше меня всего на два дня. Хвост невысокого роста и очень худой, поэтому походил на ребенка. Мы часто разыгрывали с ним сценки якобы он голодающий сирота и ему срочно нужны деньги. Попрошайничали, иными словами. Его рыжую голову всегда легко можно было отследить в толпе, особенно, если смотреть с крыши дома, как он увиливает от лавочника или выпивших военных. Наконец Тина. Ну, то есть я. Помимо развитой ловкости, владения ножом и способности быстрее всех перебирать ногами, когда удираешь от неприятностей, я выделялась русыми кудрявыми волосами до пояса и голубыми глазами. Как то мне сказали, что они – как небо. Не видела никогда это «небо», но обязательно хочу посмотреть, чтобы убедиться самой. В тот день мы втроем лежали на крыше одного из множества домов Подземного города, и в тысячный раз рассматривали своды огромной пещеры, служившей нам пределом возможных мечтаний в то время. Мы ждали Мика. Он вот-вот должен был вернуться с новым «делом», которое нам следовало выполнить за достойное вознаграждение. К слову, каждый из нас откладывал те деньги, которые мы зарабатывали на улицах воровством и такими вот халтурками от Мика. Точно неизвестно, но вроде бы его дядя не последний человек в воровских кругах, поэтому готовит себе преемника – дает нам различные поручения. Ни одного мы еще не провалили. Лежа на крыше, я поймала себя на мысли, что мне… неспокойно. Внутри росла тревога и некое предчувствие. Я посмотрела на Люцию и Хвоста, которые, тыча пальцами в своды пещеры, весело хохотали. «Предаются мечтам о свободе», – подумала я, и невольно улыбнулась своим же мыслям. Тревога все не отступала. Спустя некоторое время на нашей крыше появился Мик. Его лицо было напряжено, и я сразу поняла, что дело нам предстоит не из легких. Он начал излагать задачу и план действий. – Сегодня особенный день. Таких вознаграждений у нас с вами еще не было. Хватит на то, чтобы откупиться от тех идиотов на лестнице. Тина, тебе хватит еще и на то, чтобы вывести мать. Как и тебе, Люция, на то, чтобы забрать сестру из борделя. Мы с подругой радостно переглянулись. – Но дело нам предстоит непростое. Сегодня вечером в город пожалует Военная полиция: выпить, навестить бордели, в общем, все как всегда. Всего этих ублюдков будет четверо, у одного из них, некоего Томпсона, будет при себе кое-что важное и ценное. Это «что-то», как говорит мой дядя, скоро прольет свет на истинное лицо нашего короля. Осложняется все тем, что Томпсон – глава элитного отряда, правая рука их командора, – Мик продолжал рассказ, а я наблюдала за тем, какими серьезными становятся лица моих друзей. – Слушай, а что все таки мы должны будем выкрасть? Как мы поймем, что это – оно? – задал вопрос Хвост. Мик улыбнулся. Он всегда так делал, когда кто-то из нас задавал вопросы. Будто мы блаженные, а он – мессия воровства – снисходит до нас и разжевывает все еще раз. – Я не знаю, – рассмеялся Мик, но затем продолжил. – Дядя сказал, что нам нужно будет пошариться у Томпсона в карманах, а когда мы увидим, то все поймем. Этот ответ всех устроил. Теперь Мик принялся рассказывать план наших действий. По его сценарию Люция должна была переодеться и притвориться работницей борделя, а Эддо – мелким хулиганом, который украдет у одного из полицейских кошелек и отвлечет внимание на себя. Мик будет наблюдать и, в случае чего, возьмет все в свои руки. Моя задача же заключалась в том, чтобы украсть. Делов то. Друзья принялись оживленно дискутировать. Я же задумалась о том, вернемся ли мы живыми, а впрочем… перспектива сбежать отсюда была куда более манящей, чем страх за собственную жизнь. Но тут из раздумий меня вырвал смех, доносившийся неподалеку. Я посмотрела на источник шума, всего в паре домов от нас, почти точно такие же, как и мы, оживленно болтали трое ребят. Я разглядела рыжую девочку, парня блондина и еще одну темную голову. Двое первых сидели ко мне лицом, я отчетливо видела, как они смеются, выражения их лиц. Но тут на меня обернулся сидящий спиной мальчишка. С его лица тут же слетела улыбка. Он медлил отворачиваться обратно и какие-то секунды мы смотрели друг другу в глаза. Всего пара мгновений, но мое сердце ухнуло. Мне показалось, что краешки его губ дрогнули в попытке улыбнуться, а затем он отвернулся обратно к своим компаньонам. Я легонько толкнула сидящего рядом со мной Мика, прервав оживленную дискуссию своих друзей: – Эй, а ты не знаешь, кто это там? – я указала на компанию недалеко от нас. Мик оглянулся. – Это шайка Леви, – он смотрел прямо на брюнета. – А с ним Изабель и Фарлан. Такие же хулиганы, как и мы с вами. Не беспокойся, мы никогда с ними не пересекались и вряд ли это случится – все-таки у нас разные заказчики. Но они довольно ловкие ребята, я слышал, что Леви в одиночку разобрался с одной бандой и обращается с оружием не хуже тебя. Моя тревога росла с каждым словом Мика. Но друг лишь ободряюще похлопал меня по плечу, и мы вернулись к обсуждению дела, которое нам предстояло провернуть сегодня ночью.

***

Подготовка шла полным ходом: Люция уже притащила одежду старшей сестры и накрасилась ее косметикой, мы измазали углем лицо Эддо, чтобы его было сложнее узнать, и нарядили меня в пиджак и кепку дяди Мика. План заключался в следующем: я должна была зайти в тот же кабак, что и наша цель, занять неприметное место в углу, и ждать сигнала от Люции, которая силой своих чар собиралась выяснить, кто из четверых полицейских и есть Томпсон и где именно он хранит ту самую вещицу, которую нам предстоит выкрасть. Далее, когда цель станет ясной, Хвост должен будет схватить кошелек одного из трех оставшихся полицейских и дать деру, так, чтобы они за ним погнались. Люция приведет в специальную комнату для взрослых утех нужного нам вояку, где мне уже и предстоит выкрасть вещь. Мы договорились, что Мик будет сидеть за барной стойкой, откуда хорошо просматривались все три точки наших действий: столы мой и полицейских, а также входная дверь, откуда зайдет Эддо. Уйти из кабака мне и Люции предстояло через окно в женской уборной, предварительно вырубив нашего праздного полицейского. Да, физические расправы доставались в основном мне, ребята же были хороши в своем актерском мастерстве. Мы были готовы. На улицы посыпался народ, плавно переходя в питейные заведения. Именно так мы в Подземном городе понимали, что время близится к вечеру. Готовые начинать, я с друзьями уже подпирали стену того самого кабака, куда любили захаживать полицейские. Мик пошел на разведку на соседнюю улицу – посмотреть, не видно ли подходящих под описание вояк. Спустя некоторое время, мы увидели товарища приближающегося к нам из-за угла быстрым шагом. Так мы поняли, что пора. Я зашла в кабак первой, села в укромный угол за столик для двоих. Заказала пиво и попросила принести что-нибудь почитать. Пить я, конечно, не собиралась, а лишь выливать вонючую жижу по чуть-чуть в угол за свой стул. Все равно никто бы и не заметил. Мой заказ выполнили, и я принялась делать вид, что внимательно изучаю заголовки в газете, периодически постукивая пальчиками то по столу, то по пивной кружке. Немного погодя в зал ввалилась компания из четырех мужчин, на коричневых куртках которых рисовался единорог. Я поняла, что вот они, и один из них – наша цель. Мужчины не представляли собой ничего выдающегося или запоминающегося, и уж никак не внушали мысли о безопасности и надежности. На вид всем четверым было слегка за 30, никакого страха они не вызывали, а лишь отвращение и недоумение: как можно так порочить честь солдата? Они шумно плюхнулись за стол, гудели и ржали, крича официантке принести вино и поскорее. Я понимала, что еще немного и на сцену выйдет очаровательная Люция. Наше театральное действие переходило к своей завязке. Входная дверь скрипнула, и в грязном помещении кабака показалась блондинка в короткой юбке, подпоясанной черными лентами, и вызывающе расстегнутой рубашке. На мгновение четверо полицейских замолкли и уставились на нарушительницу их праздника. Но потом они принялись гоготать и зазывать девушку к себе. Люция широко улыбнулась и направилась к мужчинам, покачивая бедрами и прекрасно входя в роль распутницы. – Так, мальчики, и кто же тут у нас сегодня? Военная полиция! Смелые, сильные парни, угостите даму вином? Кто знает, как у нас с вами продолжится знакомство, – Люция общалась с ними будто лиса. Со стороны казалось, что они готовы были ее съесть прямо там. Отвратительное зрелище. Я даже почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Пришлось даже отвлечься и посмотреть на других постояльцев этого злосчастного заведения. Стоит сказать, что проституция тут – дело обычное. Конечно это ужасно, противно и грязно. О болезнях, незапланированных детях и порушенных судьбах не стоит даже заикаться. Но местные и не знали о том, что может быть иначе. Лишь некоторые стремились вырваться со дна, веря в то, что небо там, за пределами пещеры, есть, и оно правда голубое… Тут почти беззвучно в бар зашел Мик и проследовал к стойке, заказав сразу стакан воды и чай. Ему не нужно было играть никаких ролей. Люди действительно опасались вступать с ним в контакт, поэтому просто предпочитали игнорировать. Но, если говорить честно, то с его приходом мне стало как-то спокойнее. Он – наш лидер, мы равнялись на него, учились у него, а Люция даже умудрилась влюбиться. К слову, она ненашутку спаивала полицейских, и я вернулась из своих мыслей обратно, к нашей миссии – на сцене сейчас вот-вот появится Эддо. Мы часто шутили, что я и Хвост – двойняшки, потому что дни рождения были рядом и по характеру мы идеально походили на брата и сестру. Кто-то верил, а кто-то говорил, что мы – выдумщики, потому что кудрявая высокая девчонка никак не может быть родственницей мелкому рыжему сорванцу. Мой названный брат появился в зале кабака. Он огляделся, подошел к стойке и взял стакан воды. Немного оценив обстановку, Эддо сообразил, что кошельки полицейских лежат общей кучей на столе. Это вполне разумно: они на виду, а значит и утащить их будет не так просто. Но не для нашего Хвоста. Он смекнул, что украсть можно как раз их все, но для этого нужно было, чтобы хотя бы двое встали из-за стола. Эддо подал едва заметный знак Люции – он закашлялся, а когда та посмотрела него, то он взглядом указал на кошельки и мотнул головой вправо, давая понять, что нужно сделать. Она слегка кивнула. – Итак, мальчики, Курт и Грэг, не хотите ли потанцевать со мной? – не унималась Люция и все сильнее закручивала винтики своих обольстительных чар. – Я тоже хочу! – подскочил с места третий полицейский. – И я тоже! – подытожил четвертый. Курт и Грэг были обычными вояками, но двое других – Генри и Шольц – капралом и майором Военной полиции. Последний как раз и был тем, за кем мы охотились – Шольц Томпсон, права рука командора. Всю эту информацию добыла Люция всего лишь за какие-то полчаса гулянки. Вот такой у нее талант. Все впятером принялись танцевать и завывать пошлые песни. Выждав несколько минут, Эддо пулей подлетел к их столу, схватил кошельки и рванул на улицу. На сцене завязывалась кульминация. – Ах ты мелкий паршивец! – взревел Курт. – Пошли догоним его! – призвал своих товарищей Грэг, и они было вчетвером собрались бежать, когда Люция положила руку на грудь Шольца тем самым остановив его. – Постой, я думаю, что твои товарищи справятся втроем с мелким воришкой. Для тебя у меня есть особый подарок в честь нашего знакомства. Ты мне так понравился, – она приблизилась к военному, и тут же нащупала у него на груди… кольцо, которое болталось на шее на цепочке. Люция сообразила, что это именно та вещица, за которой мы сегодня вышли на дело. Она слегка приобняла Шольца, выглянула из-за его спины и показала мне на шею, мол, что нашла кольцо. Все было решено и весь спектакль двигался к своему логическому завершению. Подруга взяла парня за руку и повела по коридору слева от барной стойки, именно там располагалось несколько комнат для оказания «особых» услуг. Я последовала за ними стараясь не привлекать внимания и делая вид, что направляюсь в туалет. Здесь мои глаза встретились со взглядом Мика. И в этот момент спокойствие улетучилось. Меня вновь настигло то тревожное чувство, которое накатывало утром, на крыше. Я видела, как в бар зашел кто-то еще, но не было времени остановиться... Мик лишь кивнул, давая понять, что все идет по плану, и я ответила ему тем же. Люция пропустила в комнату сначала Шольца, оставив дверь незапертой, чтобы я могла зайти. Затем она попросила его устроиться на кровати. Комната была совсем небольшой: стулья, какие-то тряпки набросанные в углу на сундуке, и небольшое окно, которое было заклеено красными лентами. Уличные фонари били в окна, свет проходил сквозь алые занавесы и тем самым создавал в комнате особое освещение. Ни свечей, ни других источников здесь не было. – Мы сейчас поиграем в одну игру. Думаю, тебе понравится, – Люци легким движением руки вытащила те самые черные ленты, которые служили ей поясом для юбки. Двумя привязала руки вояки к кровати, а последней завязала ему глаза. – Как же мне нравятся твои игры! Как ты профессионально вяжешь узлы. Сразу видно, что ты в этом деле с пеленок, – не унимался парень. На последней фразе Люция поморщилась и на секунду остановилась, сдерживая отвращение. Я зашла в комнату, когда Люция закончила завязывать нашей жертве глаза. Достав из-за пояса увесистый нож с железной рукояткой, который достался мне от одного обворованного бандита, я направилась к кровати, желая обойти ее справа. Перехватила нож за лезвие – мне нужно было вырубить нашего друга, а не убить его. Рукоятка была очень тяжелой, поэтому должна справиться с этой задачей. Но тут послышался звук разбивающегося стекла. Я увидела, как через окно в комнату проник кто-то. – Привет, девчонки, – сказал незнакомый голос. – Люци, беги, – тихо сказала я подруге, не сводя глаз с нашего непрошенного гостя. По голосу и внешнему виду это был еще мальчишка, но меня это ничуть не удивило. Многие банды Подземного города держали в своих кругах детей для мелкой работы или для миссий, где нужны были небольшие габариты. Или же банды и состояли из таких же умелых сопляков, как мы. Люция хотела сделать шаг вперед, чтобы забрать кольцо с шеи военного, но я ее остановила. – Брось! Я сама. Беги отсюда! – крикнула ей я. Подруга послушалась и затем скрылась за дверью. – Что за хрень тут творится? – Шольц начал ерзать на кровати, пытаясь освободить руки. Дело было плохо. Я не могла позволить ему освободиться. Мне нужно было забрать у него кольцо. Я тихонько сняла с себя одежду – пиджак и кепку дяди Мика, потому что они были мне большие и явно помешали бы в драке. – На твоем месте я бы последовал примеру подруги, – голос был спокойный, но давал понять, что его хозяин готов к любым событиям. Свет бил из-за спины непрошенного гостя, поэтому я никак не могла его рассмотреть. Начиная двигаться к кровати, подумала все-таки вырубить Шольца. Парень напротив понял, что я собиралась сделать. Он в одно мгновение запрыгнул на кровать и локтем ударил военного в висок. Тот отключился. Ему тоже это было выгодно. Мальчишка принялся шарить по карманам у полицейского. Я поняла, что встретились мы в этой комнате совсем не случайно. И пришли сюда за одной и той же вещью. Я заткнула нож обратно за пояс штанов. Разбежавшись, я накинулась со спины на шею непрошеного гостя, обхватила его одной рукой, а другой – вцепилась в его темные волосы. В таких странных объятиях мы скатились на пол. Он оказался сверху, прижал мои плечи, и тут, наконец-то, мы смогли получше рассмотреть друг друга. – Ты… – только и смогла я выдавить из себя, глядя в серо-голубые глаза парня. Пряди темных волос спадали ему на лицо, оно имело еще детские черты, но уже наводило ужас на многих. Это я сужу по словам Мика, которые он сказал сегодня утром на крыше. Это он. Мать его, Леви. Какого черта? Как же так, Мик? Ты же только сегодня говорил мне, что мы никогда не пересечемся с ними… Леви тоже замер. Какое-то неприятное, скорее даже непонятное, напряжение нарастало между нами. Я быстрее него вышла из ступора. Резко дернув головой вперед, заехала Леви в нос. Он отпустил хватку, схватившись за ушибленное место. Брызнула кровь, попав мне на лицо. Я вывернулась, рывком поднялась и оказалась подле кровати, вытирая алые капли рукавом. Разорвав верхние пуговицы на рубашке Шольца, я дернула цепочку, и вот оно – кольцо было у меня. Но тут меня сбили с ног, и я ударилась головой о каркас кровати. – Отдай его мне! – крикнул мне Леви, пытаясь разжать мой кулак. Я старалась вырваться. До ножа не достать, этот придурок придавил мне предплечья коленями. Что ж, очень умно. Тут над моей головой что-то сверкнуло. Сероглазый парень приставил нож к моему горлу и так сильно надавил, что поцарапал кожу. – Ты этого не сделаешь, – сказала ему я, глядя прямо в глаза. – Я уже вонзал в людские тела это острие, так с чего ты взяла, что не смогу его воткнуть в тебя? – Мы – одинаковые. Нас обоих тут быть не должно. Думаю, что ты просто тоже хочешь посмотреть на небо там, снаружи, – продолжала я. Не до конца осознавая, что несу, мне нужно было заговорить ему зубы. Глаза Леви чуть расширились, и он убрал нож от моего горла. Опять это чувство. Оно зарождалось где-то в животе и понемногу поднималось вверх. Я воспользовалась мизансценой и с силой рванула вперед, вынуждая Леви отпустить мои руки. Затем я ударила его кулаком в скулу, а кольцо засунула к себе в карман. Он отступил. Я поднялась на ноги и хотела выбежать из комнаты, но тут спину пронзила острая боль. Пришлось остановиться. «Что это? Неужели он в меня бросил нож…» – думала я. Обернувшись, я увидела, как Леви замер на месте и смотрел то на Шольца, то на меня. Да, наш друг-полицейский пришел в себя, освободился от пут и кинул в меня нож. Где он его взял? Я не могу ответить на этот вопрос. Боль разворачивалась нешуточная. Перед глазами все поплыло, ноги стали ватные, а голова – легкая. Мне показалось, что я куда-то лечу. Приземлившись на пол, уши улавливали слабый шум и голоса, но для меня они были уже очень далеко.