Ветер дорог

Лена смотрела в иллюминатор, но вместо панорамы города видела только собственное отражение. Осунувшееся лицо, тени под глазами, напряжённая линия губ. Москва встречала её холодом. Или, может быть, этот холод жил внутри неё самой? Она устало провела пальцами по виску, будто могла стёреть все тревоги вместе с напряжением. Всё – скандалы, суды, шёпот за спиной, журналисты, копающиеся в её жизни – выматывало так, что в груди скреблось желание закричать. Но Лена молчала. Как всегда. — Мама, мы уже прилетели? Она вздрогнула, возвращаясь в реальность, и посмотрела на дочь. Саша сонно тёрла глаза, волосы растрепались, а в руках всё ещё была открытая книга. Лене хватило одного взгляда – знакомая тёплая волна заполнила её изнутри. — Да, Саш. Сейчас выйдем. Девочка кивнула, устало потянулась и снова уткнулась в страницы. Лена вдохнула глубже, сжимая подлокотник. Москва. Дом. Только… чувствовала ли она себя здесь дома? Этот город видел её взлёты и её падение. Он помнил её страхи, её ошибки. И в этом же городе жила она. Оля. Лена закрыла глаза, зная – встреча неизбежна. И от этой мысли сердце сжалось сильнее, чем от всех газетных заголовков вместе взятых. Аэропорт был шумным, давящим. Лена шагала по терминалу быстрым, уверенным шагом, но внутри чувствовала себя выжатой.Саша шла рядом, держась за её пальто, не отрываясь от книги. Так было всегда – в любой стрессовой ситуации дочка пряталась в истории, в слова, в вымышленные миры. Лена украдкой посмотрела на неё и почувствовала, как сжимается сердце. Как много всего пришлось пережить такому маленькому человеку. Возле выхода их уже ждал водитель. Лена не хотела ни встреч с прессой, ни лишних глаз. Они сели в машину, и как только двери закрылись, Лена откинулась на спинку сиденья, устало прикрыв глаза. — Мам, а мы точно здесь останемся? — раздался тихий голос рядом. Лена повернула голову. — Да, Саш. Здесь будет наш новый дом. — Но ты ведь не любишь Москву, — в голосе дочки прозвучала непрошенная взрослая мудрость. Лена улыбнулась. — Может, в этот раз всё будет иначе. Она не знала, кого убеждала больше – дочь или себя. Машина плавно катилась по улицам Москвы, и Лена молча смотрела в окно. Серые дома, неоновая реклама, суета людей, спешащих по делам. Всё вокруг казалось прежним, но внутри неё всё было другим. Саша тихо перелистывала страницы книги. Лена слышала этот едва уловимый шорох – в детстве он её умиротворял. Сейчас же только усиливал тревогу. — Мам? — девочка вдруг оторвалась от чтения. — А ты кому-нибудь скажешь, что мы вернулись? Лена напряглась. — Скажу. Но не сразу. Саша кивнула, снова углубляясь в историю. А Лена отвернулась к окну, где внезапно мелькнул знакомый пейзаж. Она не сразу поняла, что смотрит на район, где жила Оля. Грудь сжалось от непрошенной волны воспоминаний. Оля смеётся, закидывая голову назад. Солнечный свет падает на её лицо, подсвечивает кожу, делает взгляд ещё теплее. Лена быстро моргнула, стирая образ. Ей не нужно было это сейчас. Хватит теребить израненную душу еще и сожалениями о прошлом. Лена с трудом сглотнула. В горле пересохло, как будто она говорила слишком много, хотя за последние часы не произнесла и пары десятков слов. Она устала. Не просто физически — устала изнутри, до самого основания. Когда машина остановилась у подъезда, Лена на секунду закрыла глаза. Собраться. Не показывать слабости. — Пошли, Саш, — сказала она, выходя из машины. Квартира встретила их тишиной. Здесь не было привычных вещей, запахов, которые создавали уют. Это был просто новый, холодный, чужой дом. Лена бросила ключи на тумбу, прошла в гостиную и, не разуваясь, опустилась на диван. — Мам, я могу посмотреть мультик? Она устало кивнула. Саша ушла в комнату, а Лена осталась сидеть, не в силах пошевелиться. Было странное ощущение — будто она проваливается вглубь себя. Внутри поселилась пустота. Даже злость на бывшего мужа не жгла так, как прежде. Даже страх за Сашу отступил. Осталась только глухая, изматывающая усталость. Но позволить себе рухнуть — значит, проиграть. Лена резко встала, сбросила пальто и пошла в ванную. Тёплая вода ударила в лицо, смывая напряжение. Она упёрлась руками в раковину, глядя в зеркало. Темные пряди спутались, лицо выглядело постаревшим. Глаза…Они были пустыми. Лена закрыла кран, выпрямилась. "Соберись", - сказала сама себе Лена. Отступать было некуда. Лена вышла из ванной, босиком прошлась по прохладному полу. В квартире было слишком тихо. Она заглянула в комнату Саши. Дочка уже свернулась клубком на кровати, книжка лежала рядом. Лена поправила одеяло, задержавшись на секунду. Саша выглядела такой хрупкой. Лена провела пальцами по её волосам и выпрямилась. Она не могла позволить себе быть слабой. Ради неё. Вернувшись в гостиную, Лена достала из сумки телефон. Экран мигнул десятками уведомлений. Новости. Сообщения от людей, с которыми она давно не общалась. Прошлое, напоминая о себе. Листая заголовки, она уже не испытывала злости или боли — только усталость. Но одно имя заставило её задержать дыхание. Ольга Серябкина. Лена не сразу поняла, почему оно всплыло среди всех этих статей и комментариев. Она сделала движение пальцем, открывая публикацию. "Источник, близкий к Ольге Серябкиной, сообщил, что певица отреагировала на новости о разводе бывшей коллеги..." Лена сжала телефон чуть крепче. Ей не нужно было знать, что сказала Оля. Но пальцы уже нажимали на ссылку.