BakuDeku ☆

☆☆☆ Омеги никогда не должны быть героями. Это было негласное правило общества, стереотип, с которым Изуку боролся всю жизнь. Однако ему удалось доказать обратное, пробившись в ряды сильнейших, несмотря на свой статус. Теперь же он — один из лучших героев Японии, и его имя звучит наравне с Про Героем Динамитом. Катсуки всегда знал, что Деку — упрямый идиот. Но он и не подозревал, насколько. Даже будучи Омегой, этот зеленоволосый раздражитель шёл напролом, не боясь ни боли, ни суждений. Катсуки видел, как он рисковал, как упрямо рвался вперёд, и... его это чертовски бесило. Сегодня был один из тех дней, когда они работали вместе. Миссия прошла успешно, но Мидория выглядел измученным. Катсуки не мог оторвать от него взгляда — его запах сладостью щекотал нос, заставляя Альфу нервничать. — Эй, тупица, ты в порядке? — грубовато бросил Бакуго, скрестив руки на груди. — Да-да, просто немного устал, — мягко улыбнулся Деку, но Катсуки заметил, как тот едва держится на ногах. Ещё пара минут — и Изуку потерял равновесие. Альфа рванулся вперёд, подхватывая его прежде, чем тот коснулся земли. Их взгляды встретились, дыхание перемешалось. — Блин, Деку, ты вообще себя не бережёшь? — прошипел Катсуки, чувствуя, как его сердце предательски сжимается. Запах Изуку стал насыщеннее, тревожные нотки пробудили в нём инстинкты защитника. — Я... я не хотел волновать тебя... — тихо прошептал Омега, пряча взгляд. Бакуго цокнул языком, но его хватка не ослабла. Он прижал Изуку к себе, позволяя тому опереться на него. Ему нужно было убедиться, что с этим упрямым идиотом всё будет в порядке. И, возможно, наконец признать, что Деку — больше, чем просто раздражение в его жизни. Ведь даже самый свирепый огонь может согревать, а не только сжигать. Катсуки осторожно усадил Изуку на скамейку в переулке, присев рядом и скрестив руки на груди. Он раздражённо фыркнул, но не смог скрыть беспокойство в голосе: — Ты вообще понимаешь, что мог рухнуть прямо в бою? Какого чёрта ты довёл себя до такого состояния? Мидория виновато опустил голову, его уши покраснели от смущения. — Просто... у меня последнее время стресс. Я не хотел, чтобы кто-то волновался, — он робко посмотрел на Бакуго, его зелёные глаза сверкнули усталостью. Катсуки закатил глаза. — Идиот, если тебе хреново, ты должен сказать. Омега ты или нет — мне плевать. Ты мой напарник. — В его голосе звучала неприкрытая искренность, а ладонь, которая неожиданно легла на плечо Изуку, была тёплой и надёжной. Мидория замер от этого жеста, его сердце пропустило удар. Катсуки редко бывал таким... заботливым. — Катсуки... — тихо выдохнул он, его глаза расширились. Бакуго же внезапно осознал, насколько близко они находились. Как сладко пах Изуку, как его дыхание щекотало кожу. Альфа сглотнул, чувствуя, как его тело напрягается от неожиданного осознания: ему хотелось... защитить его. Прижать крепче. Держать рядом. — Завтра ты отдыхаешь, — резко заявил он, вставая и протягивая руку Изуку. — И не спорь, Деку. Я не позволю тебе себя угробить. Мидория медленно взял его ладонь, позволяя Бакуго помочь ему встать. Их пальцы на мгновение сплелись, и сердце Изуку застучало быстрее. Он знал, что этот момент — нечто большее, чем просто забота. --- Они добрались до квартиры Изуку поздно ночью. Катсуки настаивал на том, чтобы проводить его, и Омега не смог отказать. Однако, стоило двери захлопнуться, как напряжение между ними достигло пика. — Ты пахнешь... слишком сладко, Деку... — голос Бакуго стал хриплым, а его глаза загорелись янтарным огнём. Он шагнул ближе, запирая Изуку между собой и стеной. Мидория вздрогнул, но не от страха. От желания. Горячая ладонь Альфы легла ему на шею, пальцы сжались, заставляя его задрожать. — Кацу... — тихо простонал он, выгибаясь навстречу. Катсуки больше не сдерживался. Его губы обрушились на губы Изуку в жадном, требовательном поцелуе, руки скользнули вниз, срывая с Омеги одежду. Запах желания накрыл их обоих, смешиваясь в воздухе. — Я забочусь о тебе, Деку... — прохрипел Бакуго, кусая его шею. — Ты мой. Омега мог только застонать в ответ, теряясь в жаре и страсти, которые накрыли их с гола Изуку прижимался к Катсуки, его дыхание было сбивчивым, а тело дрожало от жара, который накатывал волнами. Альфа не отводил от него взгляда, изучая каждую эмоцию, пробегающую по лицу Омеги. — Ты уверен? — хрипло спросил Катсуки, наклоняясь ближе, чтобы губами коснуться уха Изуку. Мидория задохнулся от ощущений, но уверенно кивнул, его руки сжались на плечах Бакуго. — Да, только ты, Кацуки... — его голос дрожал от желания. Больше не нужно было слов. В эту ночь они полностью отдались друг другу, растворяясь в тепле, прикосновениях и жарких поцелуях, которые оставляли следы на коже и в сердцах. Катсуки знал, что этот момент — нечто большее, чем просто страсть. Это была связь, которую уже невозможно разорвать.