Чайное

На горе́, под гневливым солнцем чуть выпростав типсы, содран,       скручен и                    высушен дочерна, он пришёл в мою чашу, танцуя немного вистом в кипятке,       вкус отдав,                   опускаясь до самого дна. Отведя тоску и бессильность осенней паствы, насыщал прозрачность следами былых лучей. Он ничей — чтоб ни значилось там на пачке, приникает к губам на молчаливую просьбу "согрей". Тайной поступью дева-осень заходит с тыла, не доверив прямоугольным календарям ни грибную тоску, сумасшествие красок и беличьих цынок, ни пропажу тепла в карамельной заре по утрам. И казалось бы, нечего ждать от красавицы света: холодит рукава, выедает сердца невзначай, но танцует лист в кружке по памяти сочного лета, отдавая себя кипятку.                                     Есть                                           у нас                                                 черный чай.