Химия любви

   Его взгляд. Прожигающий. Глубокий. Эти глаза цвета тёмного шоколада, как две вселенные, в которых хочется раствориться. В этот момент внутри постепенно формируется магия. То самое безумно сладостное и тягучее чувство где-то в районе солнечного сплетения. Они всё ближе, всё опаснее. Пути назад уже нет…    Внезапно Джисон открывает глаза. Его дыхание слишком учащенное, сердце вот-вот вырвется из груди. На часах 4:45. До подъема еще полчаса, но уснуть уже все равно не получится. Нужно успокоиться и привести чувства в порядок. Он с трудом заставляет себя подняться и растирает сонное лицо руками. Это был всего лишь сон. Тот самый сон, который мучает его уже несколько дней. Что за шутки с ним играет его же подсознание?    Нет, ну это правда кажется до жути смешным. Они с Минхо уже пару лет играют прописанные агентством роли, иногда засматриваясь друг на друга чуть дольше положенного, иногда как-нибудь прикасаясь на виду у «скрытых» камер или легонько шлепая друг друга на сцене. Все это безумно радует их любимых стэй. Именно поэтому, исходя из статистики того, насколько их «пара» популярна, в свое время им просто-напросто рекомендовали добавить побольше таких милых взаимодействий на публике. На деле же они скорее были хорошими друзьями, а учитывая их жизнь последние годы, членами одной большой семьи балбесов во главе с папочкой Чаном, который носился с ребятами, как мама-наседка со своим выводком.    Но за последние пару недель Минхо как-то слишком часто стал на него заглядываться. Конечно, это может быть связано с подготовкой к новому туру, ведь последние дни они постоянно находятся под прицелами камер и нужно наделать контента на год вперед. В какой-то момент (Джисон и сам не помнит, когда точно) он вдруг ощутил то самое странное чувство где-то в животе, будто там постепенно появляются малютки-бабочки. От осознания этого факта Джисона чуть не накрыла паничка, ну потому что стоп. Это невозможно. Ему только этой безответной любви не хватало перед туром. Как будто больше дел нет, чем сходить с ума по человеку, который абсолютно точно лишь играл прописанную заранее роль. Да и он слишком хорошо относился к Минхо и ценил его, чтобы рушить их теплые отношения своим признанием. А испытывать эту болезненную тягу к любимому человеку, которого видишь 24 на 7, – не лучший способ отработать в туре на все сто.    В комнате было темно, но за окном уже начинало светать. Джисон устало встал с кровати и, пошаркивая тапочками, пошел в ванную комнату. Включил ледяную воду и, завороженный монотонным звуком, уставился на нее, но перед глазами до сих пор был этот пронзительный взгляд. Взгляд, который вызывал в нем уже ставшее горьким тянущее чувство в животе. Его взгляд. Взгляд, который способен подарить безграничное тепло, ласку, страсть, полное доверие. Но как же больно от того, что это лишь ничего не значащая, бесспорно талантливая актерская игра. Как же хочется, чтобы всё это стало явью.    Джисон умылся и слегка похлопал себя по лицу, чтобы хоть как-то убрать отеки и следы бессонной ночи с лица. Конечно, легкий макияж исправит любые недостатки, но за завтраком, еще до всех этих процедур, хотелось бы выглядеть перед ребятами бодрячком. Он взглянул на свое заметно осунувшееся лицо и бессильно выдохнул. Кажется, уже действительно ничего не поделать. Эти дурацкие химические процессы уже запустились в его организме. Теперь от одних воспоминаний о Минхо у него по телу бегут мурашки. Черт!