Следствие ведёт Арсений

— Арс, ты ебанулся? — почти даже скептически интересуется Серёжа. — Я, конечно, понимаю, что тебе скучно, но не рисковать же из-за этого своей карьерой, свободой, жизнью в конце концов! Вдруг Белый тебя пристрелит, ты подумал своей дурной головой?  — Серёж, у него на меня виды. Если вдруг что, выкручусь, сыграю в невинность.  — Ты не можешь в неё играть уже больше десяти лет, не переоценивай себя! — Серёж, всё будет нормально.  — Да нихуя. Я поспорить готов, что без эксцессов у тебя не обойдётся ничего. Если вдруг ты спокойно провернёшь это дело и осуществишь свой план, я тебе… Не знаю, в шляпе с маракасами станцую приват.  — М-м, очень заманчиво, — усмехается Арсений. — Придётся всё провернуть без сучка и задоринки.  — И без сучек давай, тебе с ними не везёт.  — Фу, Матвиенко, как на тебя ещё девушки ведутся? — закатывает глаза Попов. — Короче, систему безопасности ты сможешь отключить?  — Смогу. Но на полчаса, не больше, иначе будет подозрительно. Да и она сама автоматически перезапускается.  — Понял, управлюсь.  Арсений заводит машину и трогается с места, предварительно вбив в навигатор адрес с бумажки. Руслан без него домой, вроде как, не собирался, значит, можно успеть сделать всё прямо сейчас. Если он похитил Ирину, нужно срочно предпринимать жёсткие меры.  Антон после того, как Попов отправил его восвояси, действительно исчез. Ну и к лучшему, не будет путаться под ногами.  Он периодически посматривает в зеркала заднего вида в поисках той самой чёрной машины, но ничего подозрительного не находит.  Руслан живёт гораздо дальше от центра города, в частном секторе, что одновременно и упрощает, и усложняет задачу. Добираться приходится долговато. Белому явно легче, может использовать мигалку, а вот Арсению приходится собирать вечерне-выходные пробки.  На улице уже темно, поэтому приходится быть аккуратным. Не хватало ещё пострадать всего лишь по пути на дело. А, может, прав Серёжка? Приключения сами находят Арсения и хватают его за задницу, это судьба такая, не переписать… Нужный сектор находится быстро, а вот в поисках дома приходится немного поплутать. Но в итоге Попов с задачей справляется.  Предварительно оставив машину в нескольких домах от нужного, он выходит и оглядывается. Никого. Это хорошо. Цепляет наушник, к которому тут же подключается Матвиенко.  — Арс, как слышно?  — Порядок, — кивает Арсений, забывая, что друг его не видит.  — Отлично. Я вижу и тебя на карте, и твою трансляцию из очка.  — Это как это ты пробрался к самому моему сокровенному?  — Иди нахуй, — реагирует Серёжа. — Камера установлена только у одной линзы. Короче. Я вроде нашёл план дома, но он примерный, могли и перестраивать. Но был изначально таким. Скинул тебе, посмотри.  Арсений лезет за телефоном и открывает присланный файл. В нём действительно планировка дома. На первом этаже находится кабинет, это нужно запомнить, потому что Белый говорил про какие-то бумаги, надо ознакомится.  — Серёг, не вижу в плане подвала.  — Ну, так его и не было.  — Как так?  — Ну вот так. Это ж не деревня, необязательно нужен подвал. И не ужастик, демоны заманивать людей туда не планировали наверное. Гараж есть, можешь там что-то глянуть, может, погреб делали.  — Понял. В целом я готов.  — Хорошо, пока не иди к дому, камеры могут поймать. Сейчас я статичную картинку на них поставлю и сможешь подойти.  Арсений терпеливо ждёт команды и старается не волноваться. Он сам же это затеял, а на кону может быть жизнь человека. Как говорится, боишься — не делай, а делаешь — не бойся.  — Можешь идти, — раздаётся голос Серёжи.  Попов на всякий случай ещё раз оглядывается по сторонам, никого не видит, подходит к воротам перед домом.  — А как мне открыть дверь? — потерянно спрашивает он.  — А как ты собирался? — вздыхает Серёжа. — Дурак ты. Она по электронной системе, видишь место для прикладывания карты? Сейчас взломаю.  Арсений опять чего-то ждёт. Проходит минута, ничего не происходит.  — Блин, тут какая-то сложная система, — звучит голос Матвиенко. — С домом и камерами я уже разобрался, а тут не могу открыть. Сможешь перелезть через забор?  — Господи, Серёжа, — тяжело вздыхает Арсений.  — Правильно говорить Господин Матвиенко. Короче, давай быстрее, часики тикают.  — Спасибо, что не ребёнка предлагаешь заводить. Блять. Ладно.  Попов ещё раз вздыхает, чтобы наверняка, подпрыгивает, хватается за верх забора, со второго раза подтягивается, перекидывает одну ногу, другую и спрыгивает на той стороне.  — Всё.  — Ого, быстро. Да ты прирождённый лазатель по дверям!  — Ага, спасибо. Камеры точно отключил? И систему?  — Не отключил, а поставил статичную картинку. Да. Спокойно иди. Спокойно в плане не переживай, а не в плане медленно и размеренно. Так-то бегом!  — Да иду я, не нуди.  Арсений пробегает до дома, заходит внутрь и прислушивается. Тихо. Сигнализация не работает, сирена не орёт, никто не выскакивает на него с пистолетом.  Попов включает фонарик на телефоне, ещё раз открывает план, идёт по направлению предполагаемого кабинета. Он соответствует заявленной планировке. Хоть это хорошо.  Внутри комната оказывается достаточно большой, основную часть занимает массивный деревянный стол со стопками бумаг на нём.  — Так, вот это нам и надо, — потирая руки, хитро говорит Арсений.  — Что ты там уже нашёл? — со вздохом спрашивает в наушнике Серёжа.  — Бумажки всякие. Он говорил, что у него есть документы какие-то. Надо изучить.  — Не вздумай делать это сейчас! — восклицает Матвиенко. — Нет времени. Фоткай всё, потом разберёмся.  — Ладно-ладно, — бурчит Попов.  Он подходит к столу, бегло просматривает верхние бумаги на стопках, определяет ту, которая, вроде как, более нужная, потому что сверху наклеен стикер «Блогеры», и начинает фотографировать всё подряд. Потом понимает, что чуть ниже документы скреплены. Арсений просматривает фамилии на каждом первом листе и наконец-то видит имя Ирины.  Он фотографирует все документы из этой серии и уже хочет просмотреть другие бумаги, как из глубины дома раздаётся какой-то звук.  — Блять, — шёпотом говорит Попов.  — Арс? Что такое?  Арсений молчит, потому что понимает, что может привлечь внимание.  — Арс! — настойчиво зовёт Матвиенко. — Что там у тебя? — Кто-то приехал, — как можно тише отвечает Попов.  — Кукухой отъехал? — переспрашивает Серёжа. — Говори громче!  — Тише, — шикает на него Арсений.  Он замирает на месте и прислушивается. По коридору раздаются чьи-то шаги. Попов экстренно соображает, что делать. Если это Руслан, можно попытаться сыграть на чужой симпатии. Поэтому Попов запрыгивает задницей на стол, старается полулечь, как можно соблазнительнее, закидывает ногу на ногу и откидывает голову.  Дверь открывается. Свет не включается, только свет чужого фонарика скользит по помещению. Арсений поднимает голову, щурится, пытаясь понять, кто это пришёл. А потом чуть ли не орёт: — Шастун!  Антон резко переводит фонарик на него, из-за чего Попов щурится. Неприятно. Но тут же вскакивает со стола.  — Шастун! Ты охуел? Что здесь делаешь?  — О, мы теперь опять на «ты»? — усмехается тот. — Я рад.  — Ты в своём уме? Как попал сюда вообще?  — За тобой проследил.  — Что? — от шока Арсений открывает и закрывает рот как рыба, чёрт бы её побрал. — Ты за мной следил?!  — Ну да. Нужно же было проследить, как ты выполняешь работу, а то вдруг что-то упускаешь, а у меня сестра может быть под угрозой жизни.  — Так это был ты, — поражёно выдыхает Попов, понимая, чья машина вечно следовала за ним по пятам. — Шастун, ты что себе вообще позволяешь?  Он подходит ближе к Антону и гневно смотрит. Хочется применить силу, вот честно.  — Ну Арсений, это была вынужденная мера, дело-то серьёзное.  — Ты в детектива решил поиграть? В Шерлока Холмса? Агатой Кристи стать? Я просил тебя не вмешиваться в расследование. Так какого хуя?! Злость бурлит внутри вперемешку с облегчением. В дом вернулся не Руслан, на него не открыли охоту, наняв преследователя. Но ярость из-за тупости Шастуна перекрывает почти всё остальное.  — Ну это тоже немного, — неловко чешет затылок Антон. — Всегда было интересно, как на самом деле расследуются дела.  — Ты конченый! — эмоционально бросает Арсений. — Пиздец, я в ахуе. Вали отсюда быстро! Мне работать надо.  — Ну уж нет. Я уже пришёл и уходить не собираюсь, — уверенно заявляет Шастун.  — Охуел? — повторяется Попов. — Пошёл вон отсюда.  Для демонстрации серьёзности своих намерений Арсений пихает незваного гостя кулаками в грудь, стараясь вытеснить к выходу. Но тот неожиданно перехватывает его руки и крепко держит.  — Что ты делаешь? Вали отсюда! Попов пытается вырваться, но недо-детектив (от слова недоделанный) ему не даёт. Только смотрит как-то странно. Глаза потемнели, хотя это скорее из-за темноты в помещении. Ещё и фонарик теперь светит откуда-то из-за спины Шастуна. В задний карман засунул что ли?  А потом Антон неожиданно подаётся вперёд и, не удостаивая ответом, а Арсений вообще-то ждал, впивается в его губы и теснит немного назад.  Попов хочет продолжать вырваться, но блин, Шастун целуется слишком хорошо и нагло вытесняет мысли о сопротивлении из головы. Только одна всё-таки прорывается сквозь туман.  — Пжи-пжи-пжи, — частит Арсений, на секунду отрываясь, вытаскивает наушник из уха и убирает в кейс. Снимает очки и кладёт их на стол камерой к противоположной части кабинета. Нечего Серёже слушать и смотреть происходящие непотребства. Это личное.  И вот, он стоит, упираясь ягодицами в край стола. Копчик неприятно прижимается к углу, но сейчас это последнее, что его волнует. Гораздо важнее руки, которые скользят по всему телу, притягивают ближе, мнут бока, так правильно обхватывают шею.  Губы терзают чужие зубы, чужой язык по-хозяйски скользит в его рту, шея немного затекает из-за того, что голова закинута. Хочется ещё больше подставляться подо все поцелуи и касания. Это правильно… Разрядка ему очень нужна. А красноречиво упирающийся в ногу чужой член говорит, что не ему одному.  — Это всё-таки фонарик или ты рад меня видеть? — выдаёт бред Арсений, отрываясь от чужих губ.  — Я пиздец был рад тебя видеть с первого дня нашей встречи, — шепчет Антон и снова целует.  Попов обвивает одной рукой чужую шею, второй — талию, притягивая ещё ближе, раздвигает немного ноги, чтобы Шастун мог встать между ними.  Арсений уже готов скинуть пиджак, рубашку, несчастные брюки, сорвать то же самое с Антона, но вдруг громко хлопает входная дверь.  — Блять, — говорят они синхронно, оторвавшись друг от друга.  Попов опять экстренно соображает, оглядывается по сторонам, хватает со стола очки. Видит окно, бежит к нему, открывает нараспашку.  — Бегом, давай, лезем.  Как можно тише они  выбираются из дома, присаживаются под окном и прислушиваются. В кабинет кто-то заходит.  — Бля, ещё и окно забыл закрыть, — раздаётся удручённый голос Белого. А потом хлопает створка окна.  — Пиздец, — шёпотом комментирует Антон.  — Согласен. Так.  Арсений достаёт наушник, почти сразу слышит взволнованный голос Матвиенко: — Попов, я тебя убью! Быстро лезьте через забор, уходите оттуда.  — Понял, — рапортует Попов и жестами показывает Шастуну следовать за ним. — Через основные ворота не пролезем, придётся искать другой путь.  Они аккуратно, вдоль дома пробираются по стеночке, пока не видят на заднем дворе калитку, дорога за которой ведёт, видимо, в небольшой лесок. Дверь там ниже, чем весь забор, поэтому выход остаётся только один.  — Лезем через дверь.  — Ты первый, я подсажу, — серьёзно говорит Антон.  — Да тут не так высоко.  — А я хочу твоей жопой полюбоваться.  — Полюбуешься пару секунд перед тем, как она приземлится тебе на лицо, — грозно бормочет Арсений, стараясь скрыть смущение.  — О-о, да, ты можешь присесть на моё лицо когда захочешь!  — Придурок!  Антон всё же помогает перебраться через забор и перелезает сам. Они отходят немного в лес и сворачивают вправо, чтобы потом выйти к другим домам и вдоль них добраться до оставленной Арсением машины.  — Я поеду домой. И ты тоже езжай, — говорит Попов.  — Опять гонишь? А как же продолжение банкета… — Сегодня продолжишь со своей верной соратницей.  — А?  — Ну, она тебе ещё писать бумажки всякие помогает, мышку держать… — Бля, Арсений.  — В общем, мне нужно разобраться с документами. Ты прав, Ира может быть в опасности. Так что нам всем нужно выдохнуть и сосредоточиться. Я позвоню. Правда.  — Ловлю на слове.  Антон тепло улыбается, шкодливо чмокает его в уголок губ и уходит в противоположном направлении.  Арсений трогает место поцелуя пальцами и понимает, что, похоже, встрял по самые помидоры. Или яйца. Или по самое сердце.