Зажигалка

***

      Одной бессонной ночью Джелли как обычно будет стоять на кухне, смотреть в окно на плывущие огоньки проезжающих машин, наблюдать за соседями из окон. Горькое, противное чувство будет щекотать горло и требовать утолить жажду, но Джелли не станет пить. Она откроет окно, и тогда в нос ударит запах дождя и свежести. На секунду только ей покажется, что волосы на обнаженных предплечьях встали дыбом, а по спине пробежалась дорожка мурашек. Через секунду она выудит пачку сигарет из кармана джинс, проигнорировав уродливую картинку на обложке, и сунет тонкую сигарету себе в зубы. Со смольными, тяжелыми сигаретами она рассталась давно, но никотиновая зависимость все еще как паразит сидит у нее в голове, в крови, заставляя снова тратить последние деньги в минимаркете у дома. Щекочущее чувство внутри станет требованием дыма, а лицо скривит болезненной гримасой. Джелли выудит зажигалку из другого кармана и судорожно попытается ее зажечь. Один щелчок, второй, третий… Из маленькой зажигалки с шипением выходит только газ и с ним неприятный запах, а вот пламя—не зажжется. И тогда лицо Джелли совсем скорчится, будто от безудержного плача: брови устремятся вверх, нос прижмется ниже, а уголки губ будут подергиваться в нервном ожидании. Большой палец потихоньку начнет стираться и саднить от беспорядочных, лихорадочных щелчков. Мерзкий ком снова начнет щекотать горло с пущей силой, почти сдавливая его и запрещая дышать. «Почему не зажигается?»—будет она думать. «Давай, давай, у тебя нет причин не гореть!»—будет проноситься у нее в голове. Тогда слова и мольбы зажигалке сжалиться будут стучать вместе с кровью в висках и звенеть в ушах, будто сотни сирен. Она не зажжется, хотя бензин у нее есть, да и в целом она недавно куплена. В отчаянии Джелли и не заметит, как сверкнет пламя в стороне, будто маяк, разом обращающий все ее мысли и чувства к себе. Другая зажигалка—черно-розовая, нелепая—подожжет фитиль свечи, и по пространству вокруг потянется нежный цветочный аромат. Джелли не сразу обратит внимание, что зажигалку и аромосвечу, на которые она пялила добрые секунд 10, держала в руках Лори. Одетая в пижаму, без своей привычной офисной одежды и смешно-милого ободка, в плюшевых тапочках—такая домашняя Лори с мягкой полуулыбкой поставит фиолетовую горящую свечу на подоконник и, зажав зажигалку в кулаке, поддастся вперед и заглянет в окно. Ветер из открытого настежь окна будет порываться потушить свечку, и тогда она, оторвав взгляд от улицы, своей мягкой белой ладошкой прикроет пламя. Огонек будет танцевать в ее черных глазах и Джелли в очередной раз засмотрится в них, так и оставшись стоять в изумлении с сигаретой в зубах. Лори быстро перехватит ее взгляд, усмехнется, поставит свечку подальше от окна и протянет ей зажигалку. В этом жесте было что-то особенное, будто в руках у нее не просто залитая бензином пластмассовая коробочка, а само сердце. До девушки не сразу дойдет, что ей предлагают забрать эту нелепую черно-розовую штуковину. Лори терпеливо будет ждать, когда она выйдет из оцепенения и что-то наконец сделает, и простоит так целую вечность, готовая отдать что-то свое, лишь бы девушка была довольна. Эта мысль сработает как мятная жвачка, как стакан холодной воды, и Джелли нервно усмехнется, мягко отодвинет руку Лори. —Не нужно,—скажет она со вздохом, потянувшись снова за пачкой в карман и вынув сигарету из зубов.       Пожеванная сигарета окажется среди остальных и табачный дым никогда не развяжет ком в горле. Впрочем, уже было и не нужно. Запах цветов от свечки, свежесть из окна и, главное, Лори рядом сами потянут за нитку, и клубок из тревожных мыслей, надоедливого зуда и горечи растянется в одну полоску. Протянутая зажигалка, даже не зажженная, будет греть теплом руки, держащей ее, будет греть теплом душевным, потому что Лори будет готова отдать ее Джелли. Она бескорыстно отдаст ей душу, если та попросит. Лори на ее жест лишь пожмет плечами и положит зажигалку на подоконник между ними. Она будто не до конца понимает, почему Джелли отказывается, и еще надеется, что та передумает. —Не хочу перебивать запах цветов вонючим табаком,—скажет Джелли, будто отвечая на немой вопрос.       И Лори будет знать, что на самом деле она не хочет ломать ту связь, что они по крупицам собрали. Она не хотела поджигать тот мост, который они по дощечкам собрали. И, раз уж Лори готова отдать ей все, меньшее, что может сделать Джелли—поступиться своей зависимостью. Лори лишь улыбнется своей мягкой, до безумия доброй улыбкой и снова глянет в окно, на пестрящие огоньками многоэтажки. А Джелли будет стоять рядом, наслаждаясь спокойствием и ароматом цветов.