Призрак листа

Тренировочный полигон утопал в тишине. Хаширама и Тобирама стояли чуть поодаль, наблюдая за тем, как Мадара протягивает Наруто тонкий листок бумаги. Его взгляд был строг, но в глубине глаз таился едва заметный интерес. — Наруто, — голос Учихи звучал спокойно, но с оттенком ожидания. — Пора выяснить, какие у тебя природные стихии чакры. Возьми этот лист и сконцентрируйся. Позволь своей энергии свободно течь через него. Наруто нерешительно взял бумагу. Его руки слегка дрожали от волнения, но в глазах пылало нетерпение. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул и направил чакру в тонкий листок. Сначала бумага скомкалась — признак стихии молнии. Затем она тут же начала намокать, капли воды стекали по его пальцам — вода. В следующую секунду бумага покрылась темными пятнами и начала рассыпаться в пыль — земля. Прежде чем он успел осмыслить это, бумага разрезалась ровной линией — ветер. А напоследок она вспыхнула ярким пламенем и превратилась в пепел — огонь. Наруто ошеломленно смотрел на свои руки. — Что... это значит? — его голос был тихим, но внутри всё бурлило. Мадара, который обычно сохранял невозмутимость, нахмурился, но в его глазах сверкнуло одобрение. — Редкость среди редкостей... — пробормотал он. — Наруто, у тебя врожденный дар владеть всеми пятью основными стихиями чакры. Это невероятно. Даже среди клана Учиха и Сенджу такое встречалось крайне редко. Хаширама широко улыбнулся, хлопнув мальчишку по плечу: — Ха-ха! Я же говорил, что ты особенный! Тобирама, скрестив руки, смотрел на Наруто с новым интересом. Наруто, ошеломленный сказанным, поднял взгляд на Мадару. — Значит, я могу стать таким же сильным, как ты, дядя Мадара? Учиха взглянул на него внимательно, затем ухмыльнулся. — Сила — это не только стихии, но и воля, решимость, понимание своей цели. Если ты готов пройти путь до конца... — его глаза на мгновение вспыхнули красным сиянием Шарингана, — то, возможно, однажды ты даже превзойдёшь меня. Наруто широко улыбнулся, сжав кулаки. — Тогда учи меня! Я стану сильнее, чем кто-либо! Мадара усмехнулся. — Посмотрим, на что ты способен, мальчишка. Flashback Мадара стоял, скрестив руки на груди, его взгляд был напряжённым. В его глазах сверкнуло удивление, которое он редко позволял себе проявлять. — Хаширама… у тебя родился сын? — голос Учихи был ровным, но в нём чувствовалась нотка недоверия. Хаширама, в отличие от старого друга, светился гордостью. Его лицо озарилось широкой улыбкой, а в глазах плясали искры радости. — Да! — он рассмеялся. — У меня родился сын. Он невероятен. Унаследовал внешность матери, но силу — от меня. Мадара нахмурился. — Тобирама мне уже рассказал… но я не особо верил, — его голос стал тише, задумчивее. Он внимательно посмотрел на Хашираму. Если Тобирама, человек, который всегда смотрел на вещи с холодной логикой, посчитал нужным сообщить об этом, значит, мальчишка действительно был особенным. Мадара чувствовал это. Даже не видя ребёнка, он ощущал — этот мальчик будет силён. Очень силён. Возможно, даже слишком силён. И это могло помешать его планам. Он сделал шаг вперёд, вглядываясь в лицо Хаширамы. — Как ты его назвал? Хаширама улыбнулся ещё шире, гордо произнося имя: — Наруто. Мадара на мгновение замер, обдумывая сказанное. Затем, чуть прищурившись, усмехнулся. — Интересно… Он не сказал больше ни слова, но в его голове уже закрутились мысли. Этот мальчик может стать либо величайшей силой Сенджу… либо тем, кого придётся уничтожить. End flashback Прошло несколько месяцев с тех пор, как Наруто узнал о своём редчайшем даре — способности владеть всеми пятью стихиями чакры. И теперь перед ним стояла задача, которая могла бы сломить любого — овладеть каждой из них в совершенстве. Каждый день начинался с изнурительных тренировок, а заканчивался тем, что он валился с ног от усталости. Но это не останавливало его. В глазах Мадары, Тобирамы и Хаширамы он видел ожидание. Они ждали, кем он станет. И Наруто был полон решимости не разочаровать их. Стихия Воды — Гибкость и контроль Наруто стоял на краю реки, глядя на отражение в воде. Тобирама стоял напротив, скрестив руки на груди. — Вода — это стихия, которая не терпит слабости, — произнёс Тобирама. — Она подстраивается под обстоятельства, но в нужный момент способна смести всё на своём пути. Если ты хочешь владеть ею, тебе придётся научиться думать, как вода. — Думаю, как вода… — пробормотал Наруто, наблюдая за течением. — Начнём с простого. Встань на поверхность воды и стой, пока я не скажу, что хватит. Звучало легко. Только вот продержался он ровно три секунды, прежде чем с грохотом ушёл под воду. — Чёрт! Выплевывая воду, он всплыл на поверхность. Тобирама покачал головой. — Ты слишком напрягаешь чакру. Контролируй поток. Почувствуй движение воды. Следующие дни Наруто потратил на то, чтобы научиться двигаться по воде, как по суше, а затем — управлять ею, создавая водяные потоки и щиты. Кульминацией стало испытание, где он должен был задержать дыхание под водой и отбиться от атак Тобирамы, сражаясь вслепую. Когда он наконец поднялся на поверхность, тяжело дыша, Тобирама впервые за всё время слегка кивнул. — Начинаешь понимать. Стихия Земли — Непоколебимая стойкость — Земля — это не просто защита. Это сила, которая поддерживает всё вокруг, — говорил Хаширама, наблюдая, как Наруто пытался поднять каменную плиту. — Ты должен научиться быть таким же твёрдым, как скала. — Да, да, твёрдый, как скала, — буркнул Наруто, напрягая мышцы. — Значит, ты не против ещё одной тренировки? Хаширама хлопнул в ладони, и из-под земли вырвались массивные корни, устремляясь к Наруто. — Эй, подожди! Но он не успел. Корни сбили его с ног, и он с грохотом рухнул на землю. — Пока ты не научишься использовать Землю, ты будешь проигрывать. Глаза Наруто вспыхнули решимостью. Он сжал руки, направляя чакру в почву. Спустя секунду перед ним выросла громадная каменная стена, защитившая его от нового удара. — Так-то лучше! — засмеялся Хаширама. Следующим испытанием было изменение структуры земли, создание ловушек и управление каменными глыбами. В финале тренировки Наруто смог поднять целую скалу, используя только чакру. Хаширама ухмыльнулся. — Ты быстро учишься, Наруто. Может, мне стоит волноваться? Стихия Огня — Разжигая пламя Мадара стоял в стороне, наблюдая за тренировками, пока, наконец, не сказал: — Хватит играть с камнями. Пора испытать тебя на огне. Наруто сглотнул. — Это прозвучало не очень обнадёживающе… — Потому что так и есть. Мадара сложил печати и выпустил в небо массивный шар пламени. Жар охватил всю поляну, и Наруто почувствовал, как пот проступает на лбу. — Попробуй повторить. Наруто глубоко вдохнул, сконцентрировал чакру… и выпустил тоненький язычок пламени, который погас через секунду. Мадара молча смотрел на него. — Я… не настолько плох, как кажется! — Ты хуже, чем я думал. Наруто застонал. Следующие дни он учился контролировать пламя, пока, наконец, не смог создать огненный вихрь, который едва не спалил тренировочную площадку. Мадара прищурился. — Ты опасен, мальчишка. Мне это нравится. Стихия Молнии — Скорость и точность — Молния не прощает ошибок, — произнёс Тобирама. — Если не сможешь контролировать её, она убьёт тебя. — А у тебя есть что-нибудь ободряющее? — Да. Если ты выживешь, значит, не такой уж и бесполезный. Тобирама щёлкнул пальцами, и воздух наполнился электрическими разрядами. Испытания были жестокими. Бег сквозь грозовой шторм, чтобы научиться двигаться вместе с молнией. Создание электрического копья, способного пробивать камень. Развитие скорости, чтобы ускоряться до предела, становясь молниеносным. В конце тренировки Наруто создал разряд, который расколол валун пополам. — Вот теперь я впечатлён, — признал Тобирама. Стихия Ветра — Одиночество и разрушение — Ветер — это путь одинокого воина, — сказал Мадара. — Он отсекает слабость. Он не терпит сомнений. Первым испытанием было создание режущих воздушных потоков. — Попробуй разрезать этот камень, — приказал Мадара. — Это же невозможно! — Тогда ты слабее, чем я думал. Наруто сжал зубы. Он сосредоточился, и в следующий момент воздушный клинок рассёк камень пополам. — Так-то лучше. Позже Наруто научился усиливать удары ветром, разрезать врагов с расстояния и даже создал воздушный торнадо, который едва не унёс Хашираму. — Эй, будь осторожнее! — возмущённо закричал Первый Хокаге. Мадара усмехнулся. — Думаю, он уже не нуждается в осторожности. Наруто осваил стихии невероятным темпом, он невероятно умён и всё это в 5 лет.. что не удивительно ведь он сын Хаширамы Сенджу. Однажды вечером после очередной тренировки с Хаширамой, Наруто задался вопросом. Унаследовал ли он легендарный кекей генкай своего отца? Мокутон. Ночное небо раскинулось над деревней, усыпанное звёздами. Лёгкий ветерок колыхал кроны деревьев, наполняя воздух свежестью. Наруто шагал рядом с Хаширамой по узкой тропе, ведущей домой. День выдался трудным — тренировки с Тобирамой и Мадарой отнимали все силы, но именно сейчас, в тишине вечера, у него наконец появилось время задуматься. — Отец… — вдруг заговорил Наруто, нарушая спокойствие. Хаширама обернулся к сыну и улыбнулся. — Что-то случилось, Наруто? Ты выглядишь задумчивым. Мальчик опустил взгляд и пнул небольшой камень, наблюдая, как тот укатился в траву. — Я давно хотел спросить… Ты ведь владеешь Мокутоном. Это твоя уникальная сила. А я… — он запнулся, словно сомневался, стоит ли продолжать. Хаширама остановился и посмотрел на сына внимательнее. — Ты хочешь узнать, унаследовал ли ты Мокутон? Наруто кивнул, сжав кулаки. — Да. Я умею использовать все пять стихий, и это, конечно, здорово… Но Мокутон — это нечто особенное. Это часть тебя. А я… просто хочу знать, есть ли во мне хоть капля твоей силы. Хаширама тихо засмеялся и мягко потрепал сына по голове. — Глупыш. Сила — это не только способности. Ты — мой сын, Наруто. В тебе уже есть часть меня, независимо от того, проявится ли у тебя Мокутон. Наруто поднял голову, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое. — Но если хочешь узнать наверняка… — продолжил Хаширама, — мы можем попробовать. Глаза мальчика загорелись. — Серьёзно?! — Конечно. Завтра утром попробуем одну технику. Если у тебя есть Мокутон, он обязательно проявится. Наруто радостно закивал. — Спасибо, отец! Хаширама улыбнулся, наблюдая за воодушевлением сына. Они продолжили путь домой, а звёзды над ними мерцали особенно ярко, словно предвещая великие события.