Звезда

***

«Вы когда нибудь задумывались о том, что будет, если звезды внезапно погаснут и исчезнут? Или, может, начнут падать на землю? Да, половина сразу же сгорит в атмосфере, но самые-самые сияющие и стойкие же будут лететь, больно сгорая по пути, оставляя за собой — но возможно и на себе — огромный след, который, если посмотреть по-другому, как большая рана на небе, что люди зафиксируют и обыграют как что-то красивое.

Что будет, если луна когда нибудь потеряет часть себя, поранившись? Она не ослабнет? Это судьбоносное светило сможет удержать звезды? И даже самые-самые яркие?

…

А если я вам скажу, что на самом деле я говорю не про небесные звезды… Как вы отреагируете?»

***

Летит, летит моя звезда,

Сияющего золотого цвета та.

Сгорая в атмосфере нашей,

Она преображается все дальше...

А я все наблюдаю, как из под золота появляется синева,

И ты исчезаешь навсегда.

＿•＿

Шедоу сидит, оперевшись о дерево, и держит в руках мягкую, очень детализированную игрушку синего ежа, которую ему недавно подарил Том в Грин хиллс, и рассматривает ее — та замерла в полу прыжке, отбрасывая одну ногу в сторону, а второй «стоя» на носке, рукой как бы пытаясь словить золотое колечко. И ощущение, что вот-вот он его, поймав, крепко зажмет в руке, лучезарно радостно улыбнется тебе, как это обычно бывало, и убежит восвояси. А тем временем, окружающая среда привыкла к присутствию «совершенной формы жизни» у дерева и на куклу постепенно все больше и больше начало падать бликов от летающих в округе светлячков, создавая очень приятную атмосферу, но ежик не обращает на это внимание, думая совершенно не об этом. Среди прочих мрачных, промелькнула мысль, что сверхзвуковому бы здесь очень понравилось: он бы пытался ловить этих светлячков, потом дергая теневого посмотреть как они светятся в его приоткрытом замочке рук, бегал бы по полянке, что была впереди дерева, рассматривая и собирая пестрые цветы там, и в общем, он уж точно не дал бы мирно посидеть. Но в следующую секунду она быстро улетучилась куда-то, а к Шедоу снова стали приходить только мрачные мысли. Все его раздумья вновь сейчас сходились на том, что было бы лучше, если бы тень тогда погиб, воссоединяясь с подругой детства, нежели синий. Стало как-то еще более пусто внутри и невыносимо находиться на земле, да и, собственно, будто исчезла причина здесь оставаться. Тень поднял голову на небо, вновь внимательно изучая его, словно ища кого то там, какую нибудь синюю мерцающую звезду, но ничего не находил. Что ж, а еще, видимо, Шедоу взял на себя вину за смерть лазурного. По мимо раны из-за Марии, кажется, на сердце появилась еще одна. Свежая, так и норовящая снова открыться, показывая себя. О, это было так в стиле зеленоглазого ежа. Темный еж продолжает созерцать черное небо, часто останавливая взгляд на медленно плывущей по небосводу луне, и усмехается, что в голове опять проскочил Соник, только сейчас в суперформе, летающий рядом с луной, обеспечивая ей компанию. Как такую же компанию ему обеспечивала Мария, когда он сидел, смотря в огромные окна корабля, и рассматривал планеты и звезды, а она все пыталась привлечь его внимание чем то другим, ведь ей было скучно просто смотреть куда то вдаль. Соник был похож на Марию. Возможно, Шедоу увидел в нем отчасти саму девушку, поэтому уже успел привязаться к лазурному. В изумрудных глазах он видел частички синих волн, голубые иголки поблескивали на солнце, как свободное платье… Темный еж, когда смотрел в глаза подруги, всегда удивлялся как те могут быть многогранны. Когда девушка была в приподнятом настроении, ее глаза напоминали море с живыми резвыми волнами; когда грустила, глаза становились серым, безоблачным небом; а когда злилась — это был чистейший сапфир. С Соником было также… Его глаза напоминали цветущую лужайку в лесу или свежую, только распустившуюся после зимы, траву. Но, когда, вместо этой лужайки, тень увидел того в ярости с искрящимися рубинами, а позже и малахитами, сразу в голове мелькнул единственный момент с Марией, которая тогда разозлилась не на шутку, но, к сожалению, на что та злилась теневой так и не узнал, ведь он случайно застал ее в комнате с Джеральдом и, при расспросах о том, что произошло, девушка сменила тему, чтоб не рассказывать ему. Шедоу показалось из-за светлячков, или он правда только что увидел краями глаз, хотя, скорее, это бред, словно рядом появились фантомные фигуры… Они рассеялись, почти сразу же, как еж обратил на них внимание, однако, он успел их чуть рассмотреть. Первая фигура, как он заметил, была больше второй и сидела на коленках слева от ежика на расстоянии вытянутой руки. Она тепло смотрела на него и улыбалась. Ее широкая улыбка была до боли знакомой… А платье с волосами так легко колыхались на ветерке, все больше напоминая… … Вторая, в это же время, сидела справа от него, с расслабленно вытянутыми ногами, опираясь на руки, намного ближе чем первая и смотрела на поляну впереди. Она тоже улыбалась, но как-то грустно, устало и, такое чувство, что ей эта улыбка вовсе и не принадлежала. Она выглядела слишком чужой на таком знакомом лице…

…

Смотря на небо, все не покидает чувство, что оно погасло, такое печально темное, и лишь луна выделяется, одиноко, виновато медленно плетясь по небосводу. Хотя, приглядевшись, Тень все-таки замечает звезды, много звезд, но те так бледны и тусклы, что сразу и не заметишь. Странно… Помнится, раньше всегда было видно множество звезд не вооруженным глазом. Вспоминаются недавние разговоры с друзьями синего, как только тема заходила про воспоминания со сверхзвуковым, они сразу оживлялись и с неподдельной радостью рассказывали и обсуждали их, а на другие темы сухо переговаривались, погасая каждый раз, как звезды сейчас, вслед за голубой кометой. Не удивительно, две самые яркие синеватые звезды уже погасли и вряд ли в ближайшее время им найдется хоть какая то замена. Да и не будет ее. Мало кто хочет или может быть путеводной звездой, а от того они так ценны. Теневой нехотя поднялся с нагретого места и побрел быстрым шагом в дом Сера «пончика» и Леди «кренделек», что приютили его к себе, так как тому некуда было больше поддаться. Конечно, по началу было неуютно в новом доме. В новой комнате, что когда то была другого ежа… Все напоминало о лазурном, везде чувствовалась его частичка, его резкий, чуть неуклюжий стиль. Со временем, он свыкся с ним, но так и не решился хоть как-то изменить вид комнаты — она все оставалась такой, какой ее в последний раз видел хозяин. Скорее всего «дома» его уже заждались. Уходя, было ощущение, что ему смотрят вслед, но он так и не обернулся… За его спиной, около того дерева, снова образовались те призрачные фигуры. Они сидели на тех же местах, но уже смотрели на него, а точки, из которых и вырисовывался силуэт фигуры, соединялись, становились синеватыми. Светлячки, что были похожи на частички звезд, их остатки, чуть двигались, создавая колыхание на ветру волос и угл у фигур. Спустя пару минут, они снова рассыпались на светлячки и некоторые из них полетели за Шедоу…

￣•￣